Глава 13. Заботы и радости
Информация по тексту:
Крестоносцы взяли Иерусалим в 1099 году и владели им до 1187 года, когда его отвоевал обратно Салахаддин. Анжелика попала в 1192 год.
Погожим утром Анжелика шла в больницу, жмурясь от солнца. Пели птички, и вместе с ними пело сердце девушки... Краем уха она слушала праздные разговоры на улицах, привычным быстрым шагом проходя мимо людей.
- ...Вот и я так думаю - нипочём не взять им Иерусалим.
- ...Водичка свежая, холодная!.. Недорого!..
- ...Не-ет, пуще всего, ежели царапина какая, к ране сырой землицы приложить!
Анжелика резко остановилась, нашла глазами говорившего - мужчину средних лет. Двое других внимательно слушали его, кивая головами, и только третий, парнишка помладше, пытался возразить:
- Никак нельзя сырой земли к ране, почтенный Ясер.
- Как будто ты разбираешься, Талал, - презрительно фыркнул ему в ответ названный Ясером, - я тебе говорю: сырая земля - наилучшее средство!
Анжелика вздохнула и громко вмешалась:
- А я вам говорю, как целитель при больнице Салахаддина: ежели к ране сырой земли прикладывать, то очень скоро в неё и закопают.
Мужчины шокированно воззрились на неё, вместе с парой десятков других прохожих, и Анжелика уверенно продолжила:
- С царапинами, ссадинами и тому подобным приходите ко мне в больницу. Детей тоже приводите. Спрашивайте Анжелику, я приду и сама все царапины чем надо обработаю.
Под ошарашенными взглядами девушка развернулась и продолжила свой путь, как ни в чём ни бывало.
Войдя в больницу и проходя по больничному коридору, Анжелика услышала недовольный голос Далии:
- Уборку надо делать обязательно, Латифа. Ты же слышала госпожу Анжелику.
Анжелика завернула за угол и увидела двух девушек; Далия стояла, уперев руки в бока и с укором глядя на Латифу, Латифа же, скрестив руки на груди, смотрела на коллегу зло и мрачно.
- Далия, моя дорогая, - сладко произнесла Латифа, - у меня мало времени. Потому что, в отличие от тебя, у меня есть жених.
- Доброе утро, - безмятежно поздоровалась Анжелика. Обе девушки вздрогнули и обернулись к ней. Анжелика продолжила: - Напомню, что это в наших общих интересах - заботиться о здоровье армии. Последний раз, когда в этот город врывались крестоносцы, они изволили хвалиться тем, что кровищи на улицах было по щиколотку.
Латифа стушевалась, и Анжелика, кивнув на ходу Далии, проследовала в палату на обход. Во время обхода она поглядывала в коридор, с чувством глубокого аморального удовлетворения любуясь, как Латифа драит его шваброй. После обхода, удостоверившись, что все пациенты постепенно идут к выздоровлению, Анжелика проинспектировала самогон. Нашла его готовым и дала девушкам задание разлить его по бутылкам и хорошо закупорить.
Выходя из больницы, Анжелика увидела в небольшом садике Латифу, обнимавшую какого-то воина. Её влюблённый взгляд и его руки на её талии говорили всё без лишних слов. Воровато обернувшись, Латифа испуганно глянула на Анжелику и тут же, отпрянув от воина и опустив глаза, поспешила обратно в больницу, да и он, кинув взгляд ей вслед, быстрым шагом двинулся куда-то прочь. "Господи, как будто я буду тут гонять взрослых людей за обнимашки. Или пойду на это жаловаться", мысленно хмыкнула Анжелика и прошла мимо, не останавливаясь. Народ вокруг считал её за большое начальство, и это было непривычно и довольно забавно.
Подходя к ступеням дворца, Анжелика с удивлением увидела выходящего оттуда Камаля. Он шёл, опустив глаза и о чём-то задумавшись, и возможно, не заметил бы девушку, если бы она не окликнула его сама.
Подняв на Анжелику глаза, Камаль молча посмотрел на неё с совершенно нечитаемым выражением лица.
- Что ты тут делаешь? - дружелюбно поинтересовалась девушка.
- Я говорил с Салахаддином, - отозвался Камаль, приходя в себя. - Возвращаюсь на работу.
- Так быстро? А отдых? - удивилась Анжелика. Парень ровным тоном ответил ей:
- Война не ждёт, Анджелика.
- Ты прямо сегодня уезжаешь? - нахмурилась девушка, и Камаль на секунду поверил, что ей действительно настолько не всё равно, что она...
- Нет, завтра, - ответил он.
- Тогда я к тебе зайду через полчасика, - заявила Анжелика и, не прощаясь, быстрым шагом удалилась - но не во дворец, а в противоположную сторону, за мгновения затерявшись в уличной толпе. Камаль смотрел ей вслед с любопытством, восхищением, надеждой...
Анжелика бодро ввинтилась в ближайший рынок - искать его долго ей снова не пришлось. Привычным к шоппингу глазом она быстро разыскала нужное - недорогой медный браслет на мужскую руку, который легко было бы отрегулировать под нужный размер. Оценив его на предмет превращения в потенциальное орудие взлома замков - и одобрив - девушка, не торгуясь, расплатилась и отправилась к Камалю домой.
Дверь ей открыла Рувейда. По быстрому взгляду служанки на девушку та сразу поняла, что Рувейда ей не рада, хоть служанка и старалась это скрыть. Анжелика на миг задумалась, с чего бы - вроде они не ругались - но тут же отмахнулась от этих мыслей, входя в гостиную.
Камаль поднялся ей навстречу.
- Я принесла тебе браслет на случай, если что-нибудь опять пойдёт не так, - с порога сообщила девушка, - хотя, конечно, не дай бог. Или ты себе уже купил?
- Нет, - ошарашенно прошептал Камаль. Она так беспокоится о нём?..
Анжелика поцокала языком.
- О своей безопасности надо заботиться в первую очередь, - вздохнула она. Потянув за руку парня, Анжелика застегнула браслет на его запястье, не замечая его реакции на осторожное касание своих пальцев, и, покончив с этим, спросила: - Инструктаж по взлому помнишь?
Сумев собраться, Камаль встретил взглядом её сосредоточенные глаза и кивнул.
- Вот и славно, - Анжелика свободно и изящно уселась на диван. Камаль запоздало вспомнил о гостеприимстве и кликнул Рувейду, велев выставить всё самое лучшее на стол.
- Я не рассчитывал видеть тебя, но чем смогу - угощу, - любезно сказал он.
- Это всё ерунда, меня во дворце отлично кормят, - отмахнулась Анжелика. - Кстати, спасибо ещё раз, что познакомил нас с Салахаддином.
Слыша, как девушка произносит имя султана, Камаль утратил последнюю надежду.
Дождавшись, пока вошедшая Рувейда поставит на стол несколько блюд и выйдет, Анжелика спросила:
- И куда ты едешь?
- В Арсуф.
- А что там такого случилось, что ты нужен на поле боя так срочно?
"Так срочно - ничего, но зачем оставаться в городе, где твои глаза, Анджелика, так ясно сияют для другого?.." хотел сказать и не сказал Камаль. Салахаддин тоже настаивал на отпуске, когда Камаль пришёл к нему просить дела - или вовсе предлагал оставить разведку в Арсуфе другому человеку. Но об этом Камаль девушке не скажет.
Вместо этого он ответил:
- Такова работа разведчика, Анджелика. Арсуф в прошлом году был захвачен крестоносцами Ричарда. Это один из двух городов, которые ближе всех к Иерусалиму - вместе с Яффой...
- Тьфу, Яффа... - насмешливо наморщила изящный нос Анжелика. - Хотя здорово мы оттуда ноги унесли.
Камаль не удержался от лёгкой улыбки и продолжил:
- Салахаддин считает, что Арсуф наравне с Яффой - важнейшие сейчас города. В Яффе моя работа окончена, поэтому теперь я еду в Арсуф.
Анжелика задумалась, надкусывая лепёшку. Наконец она сказала:
- Всегда делай беспечное лицо - мрачный деловой вид привлекает внимание. А весёлое беззаботное лицо привлекает разве что девчонок... Избегай подозрительных рож. Если показалось что-то не то - сразу делай ноги.
Камаль покивал с отсутствующим взглядом. Анжелика сидела рядом, её светлые волосы ниспадали на её плечи, её глаза с волнением всматривались в его глаза; она пришла сама в его дом - и так далека была от него...
Девушка предприняла ещё пару попыток поболтать, но, видя, что разговор не клеится, распрощалась и собралась уходить.
- Самое главное, - сказала она, уже стоя на пороге, и глядя серьёзными глазами в глаза Камаля, - будь осторожен.
Он попрощался, закрыл за ней дверь и подошёл к окну. Украдкой, прислонившись щекой к ставням, Камаль смотрел на её стройную фигуру, ловко и быстро лавировавшую среди прохожих. Она так и не обернулась.
Камаль подумал, что Салахаддин - единственный человек, которого он за это не способен возненавидеть.
***
Анжелика взошла на ступени дворца, прошла по коридору и вышла во внутренний двор. Задумчиво бредя по дорожкам и вдыхая сладкий запах цветов, она внезапно услышала за спиной тёплый хрипловатый голос:
- Салям алейкум, Анджелика.
Девушка обернулась, и у неё перехватило дыхание. Она не видела Салахаддина почти сутки - как будто целую вечность. Его сияющие чёрные глаза, лукавая улыбка, чёрные кудри, выбившиеся из-под тюрбана, его высокая, но удивительно грациозная для мужчины такого роста фигура - один только взгляд на него будто согрел Анжелику теплом изнутри и вызвал радостную улыбку. Многое она хотела бы сказать, но сказала только:
- Добрый день!
- Как твои дела?
- Хорошо, - радостно отозвалась девушка и задумчиво добавила: - Ребята потихоньку выздоравливают. Я даже подумываю уже и выписать кое-кого.
- Если действительно уже можно - было бы отлично, - сказал султан. На миг он отвёл глаза от девушки, задумавшись о чём-то своём.
- А покажи меч, - с любопытством произнесла Анжелика.
Салахаддин отступил на шаг и вытащил меч из ножен быстрым, но при этом невероятно плавным движением. Анжелика с любопытством протянула руку, и султан вручил ей меч. Девушка осторожно повертела его в руках и погладила пальцем рукоятку - она имела довольно простую форму, но вся была изукрашена тонкой золотой вязью. Круглая золотая эмблема на рукояти непривычному глазу могла показаться просто узором; но Анжелика легко распознала фразу на арабском: "во имя Аллаха милостивого, милосердного". Из многих известных религиозных фраз Салахаддин выбрал именно эту; возможно, она вполне могла бы быть его девизом...
- Очень красивый, - задумчиво сказала девушка, возвращая меч хозяину, - и очень удобно лежит в руке.
Салахаддин пару раз легко прокрутил меч "восьмёркой".
- Вполне, - сказал он, с удовольствием глядя, как засияли её глаза при виде такого простого, привычного для него фокуса. Девушка не могла налюбоваться на то, как султан легко и привычно обращается с мечом. Для её знакомых реконструкторов дома мечи были любимой игрушкой; меч в руке Салахаддина казался продолжением его руки. Одновременно сильный и изящный, как и его хозяин.
- Кстати, интересный рисунок на лезвии, - сказала Анжелика. По всей длине тёмно-серого лезвия будто струилось множество лёгких волн.
- Это легендарная дамасская сталь, - с удовольствием пояснил Салахаддин, поворачивая меч так, что солнечный свет прошёлся по лезвию, подсвечивая переливы металла. - Её прочность и заточка не знает себе равных.
- Хмм, я даже что-то слышала о ней! - с удивлением припомнила девушка. - А правда, что можно ею какую-то вещь разрезать на лету?
- Даже лёгкую, - Салахаддин отломил с куста небольшую веточку, подбросил её, взмахнул мечом - и веточка, рассеченная надвое, упала наземь. Анжелика распахнула глаза в совершенном изумлении, и султан ответил ей победной улыбкой.
- Дамаск, моя родина, является местом рождения для лучшей стали, - задумчиво сказал Салахаддин, вкладывая меч в ножны, - но также и для дамасской розы.
Он сорвал с куста пышный розовый цветок, осторожно обломил все шипы и повернулся к Анжелике. Тёплые пальцы султана нежно отвели светлую прядь с её лица, и он осторожно вплёл розу в волосы девушки. Её бледно-зелёные глаза смотрели на него мягко, восхищённо и доверчиво, губы были приоткрыты, и ничего так не хотелось в этот миг Салахаддину, как коснуться их своими.
- Блеск росы на нежных лепестках розы может затмить только свет звёзд, - сказал он негромко, - двух зелёных звёзд...
Голос Салахаддина был сейчас необычайно низким даже для него, и что-то такое было в его мягком, но пристальном взгляде, что Анжелика невольно опустила глаза, не переставая блаженно улыбаться.
Откуда-то издалека послышался крик служанки:
- Накрывай на стол, Хафса!..
- Идём на обед? - лукаво улыбнулся Салахаддин.
Анжелика кивнула.
***
Вернувшись к себе в комнату, Анжелика попросила вазу с водой у служанок и аккуратно достала цветок из волос. Служанки просто излучали килотонну любопытства, но тактично промолчали.
Поставив розу в воду, Анжелика прижалась к цветку лицом, закрыв глаза и вдыхая нежный запах.
От автора
Анжелика на улице: понтанулась тем, что работает на Салахаддина, перебила мужика вдвое старше себя и оборжала его, и предложила безвоздмездную помощь всем вокруг. Народ рядом с ней за минуту успел офигеть несколько раз :) А про лечение сырой землёй я сама (!) реально слышала. Ничем хорошим её приложение к ране не закончилось, так что не рекомендую.
Камаль задумывался когда-то как перс, который должен был просто познакомить нашу парочку, но как-то так пошло, что он получил свою собственную историю. Я даже ему сочувствую.
Ну и Салахаддин строит свои чёрные глазки Анжелике. А она только за [1]
Эмблема на мече Салахаддина выглядит примерно так: https://commons.wikimedia.org/wiki/File:Bismillah.svg
Глава 14. Проблемы и решения
Сразу на входе в больницу Анжелика услышала какой-то тревожный шум и ускорила шаг. Распахнув дверь в палату, она обнаружила незнакомого мужчину с окровавленной ногой, стонавшего во весь голос, и суетящихся вокруг него служанок с тряпками, бутылками и какими-то ещё мелочами в руках. Далия склонилась над мужчиной и с хладнокровным лицом зашивала ему рану на ноге. Она бросила краткий взгляд на Анжелику и пояснила:
- Госпожа Анджелика, этот мужчина хотел увидеть тебя, но ему было так плохо, что мне показалось, что лучше мы не будем ждать.
- Спасибо, - искренне ответила Анжелика и с сочувствием спросила: - А что с ним?
- Топором поранился, когда колол дрова, - шёпотом пояснила Мадина, поскольку Далия снова склонилась над пострадавшим. Мадина, похоже, тоже была под таким же впечатлением от умений коллеги, как и Анжелика. Та вспомнила своё вчерашнее показательное выступление на улице и рассеянно подумала: "Оперативно тут новости разлетаются..."
- Спиртом протирали? - спросила она у Мадины.
- Да, госпожа, - зашептала та, - Далия и рану и руки себе промывала.
"Быстро учатся девчули", - одобрительно и с долей гордости подумала Анжелика. Далия закончила зашивать рану и отложила иглу в сторону. Лицо её показалось Анжелике сильно побледневшим.
- Теперь я забинтую, - сказала она, выдыхая. Анжелика вмешалась:
- Я сама.
Забинтовав раненому ногу, Анжелика вручила ему небольшую бутылочку со спиртом и велела обрабатывать рану дважды в день, меняя повязку обязательно на чистую, спирт не пить, а если будет нагноение - придти снова. Мужчина поблагодарил и ушёл, Анжелика отпустила Далию отдохнуть и провела осмотр в палате. Паре человек она предложила выписываться, если они хотят, и те горячо согласились. Анжелика подумала, что рада за Салахаддина, если народ так стремится вернуться в ряды его армии.
Покончив с делами, Анжелика отправилась искать Далию. Та сидела в садике возле больницы на лавочке и вид у неё был всё ещё взволнованный. Анжелика уселась рядом и начала:
