«Что ж, рад, что мы смогли с тобой все обсудить, как взрослые люди, и теперь, когда мы все выяснили, хочу признаться, что в тот момент, когда я напал на тебя, слушая твое теплое дыхание в темноте, я ужасно завелся и не смог контролировать себя, но когда ты стала всхлипывать, мне безумно стало тебя жаль, ведь я хотел всегда защищать тебя и беречь, а получилось все совсем наоборот. Прости меня, я действительно кретин. Ты, наверное, сильно испугалась? Как ты сейчас себя чувствуешь?»
Прочитав сообщение и прочувствовав ту заботу и искренность, с которым Сталкер писал его, Лизе невольно стало грустно. Девушка подумала о том, что может действительно, он единственный человек на Земле, которому не все равно, что она чувствует, и девушке как-то стало не по себе из-за своего поступка и даже, она почувствовала угрызения совести за то, что хотела посадить за решетку влюбленного в себя поклонника, который не жалеет ни средств, ни денег на нее.
«Все нормально, я не сержусь на тебя». - Написала она в ответ.
Они еще некоторое время переписывались, обсуждая минувшие дни, и Лиза за перепиской даже не заметила, что уже стукнуло двенадцать ночи и что ее охраница уже давно храпит перед телевизором. Девушка, сославшись на то, что в начало новой четверти она вступит не выспавшейся, попрощалась со Сталкером.
От общения с ним, не взирая на то, что совсем недавно она ненавидела своего преследователя и хотела избавиться, ей как-то стало тепло на душе, и она смогла спокойно уснуть этой ночью.
Утро новой учебной четверти в школе началось весьма грандиозным, где Лиза чувствовала себя не в своей тарелке- с одной стороны, и победительницей – с другой.
Увидев в руках своей одноклассницы Ермоловой новенький айфон, ученики не могли сдержать своего восторга и каждый считал своей обязанностью сказать, какая Лиза счастливица, раз ей удалось приобрести крутой смартфон.
Не подходили к ней в этот день только Жанна, Сережа, Света и Нелли, которые при виде своей бывшей подруги игнорировали ее и кидали пренебрежительные взгляды в ее сторону, словно вместо Лизы стояла огромная мерзкая змея.
Чувствуя себя на пике популярности, Лиза тешила себя иллюзорными надеждами, и думала, что увидев ее популярность, бывшие подруги снова помирятся с ней, желая урвать себе кусочек ее славы, но девочки только фыркали в ее сторону, шушукаясь между собой на переменах и посмеивались над ней, считая Ермолову жалкой хвастуньей.
На третьей перемене, когда Лиза вышла из женского туалета и направилась вверх по лестнице, она увидела в толпе школьников знакомое лицо участкового Усачева Дмитрия Алексеевича.
Сердце девушки ухнуло от неожиданности, так как она знала, что человек в форме пришел по ее душу и она, трясясь от волнения, побрела за высоким мужчиной в синей спецовке, идущим в кабинет школьного психолога. По пути Лизу разрывали противоречивые чувства, ведь она не знала правильно ли поступает по отношению к своему добродетелю. Стоит ли ей довести все до конца и усадить Сталкера за рещетку или же прекратить все и дать ему шанс?
У дверей кабинета, Лиза окликнула участкового по имени и отчеству. Мужчина обернулся и увидев девушку, удивленно поздоровался.
- Что ты здесь делаешь?
- Вы пришли, чтобы посадить Романа Викторовича? - Взволнованно пролепетала девушка в пол голоса, игнорируя вопрос полицейского.
- В обще-то, я пришел его сперва допросить. – Ответил участковый, но увидев лицо девушки, на котором застыл вопрос «почему?», поторопился с объяснениями. - Видишь ли, в твоем ноутбуке мы ничего не нашли кроме, хорошо скрытой установленной программы, которая позволяет пользоваться твоим компьютером удаленно. Пароль на нее закодирован, и наш программист не смог выяснить Ай-пи адрес, связанный с твоим компьютером через программу… Пока прямых улик, указывающих на то, что тебе угрожал школьный психолог – нет, поэтому я не могу взять и просто так посадить человека только по тому, что ты его подозреваешь…
- Можно, я хотя бы поприсутствую на допросе. – Молила девушка, своими большими оленьими глазами.
Участковый хотел сразу же отказать, но потом немного подумав, что очная ставка может оказаться не плохим вариантом в этом непонятном и запутанном деле и даже поможет расставить все по местам, согласился.
Мужчина в форме кивнул Лизе, потом он, постучавшись, вошел в кабинет, следом за ним, шмыгнула взволнованная Лиза и, поздоровавшись с удивленным психологом, который был не очень рад такой неожиданной встречей с Лизой, да еще в сопровождении сотрудника полиции. Девушка заняла место в свободном углу помещения и, стараясь не мешать процессу, прижухла словно мышка.
- Что это значит? Вы кто такой? - Отложив в сторону клавиатуру, поинтересовался Роман Викторович, чье раскрасневшееся лицо выдавало волнение.
- Да не волнуйтесь вы так! - Обратился к нему сотрудник правоохранительных органов, присаживаясь на стул напротив молодого мужчины.
Участковый спокойно закинул ногу на ногу и положив на колено папку с бумагами, перевернул лист и клацнул своей ручкой, готовясь писать.
- Могу я задать вам несколько вопросов?
Красивый модный мужчина глотнул слюну и заикаясь ответил «д-да».
- Какие отношения вас связывают с Ермоловой Елизаветой.
- Что? Что она вам наговорила? – Вскочил с места, явно вспотевший мужчина.
Лиза вздрогнула, так как не ожидала такой бурной реакции от профессионального психолога.
- Спокойно! Я вас ни в чем не обвиняю. – Попытался усмирить его участковый. – Я лишь пытаюсь выяснить некоторые детали недавних событий, произошедших с этой девушкой.
- Я не знаю, что вам наплела эта малолетка, но клянусь, что и пальцем не трогал ее. Она сама строила мне глазки. Я знаю, что секс с несовершеннолетней противозаконен и если эта девка, - Роман Викторович с неприязненным взглядом, что был ему несвойственен, указал пальцем на Лизу, - хочет повесить на меня изнасилование или свою беременность, то я готов сдать все необходимые анализы, так как знаю, что я ни в чем не виноват.
Ермолова потеряла дар речи от того, что ей пришлось только что услышать, она даже представить себе не могла, что этот добродушный с виду красивый мужчина, окажется настоящим мерзавцем и, после всего перевернет все так, что это она его кадрила, а не наоборот.
- Подождите, вас никто не обвиняет ни в чем таком. На эту девушку было совершено нападение, и я проверяю всех, с кем она общалась. Лиза сказала мне, что вы оказывали ей свои знаки внимания… это так?
- Нет, это вранье! С ней у нас чисто деловые отношения, она моя пациентка. – Заявил Роман Викторович. – У меня невеста есть из хорошей семьи, а эта малолетка мне не к чему. Я не собираюсь из-за этой девчонки потерять свою репутацию.
- Как вы так можете говорить? – Не выдержала Лиза и выкрикнула из угла кабинета. – Это же вы первый, кто клеился ко мне. Вы назначали мне встречи в отелях.
Ермолову затрясло от вранья, которое лилось в ее адрес и в этот самый момент, она поняла, почему она испытывала симпатию к этому мужчине. Все потому, что своей лестью и паучьими уловками напоминал ей собственного отца, который так же профессионально льстил и так же трусливо изворачивался, когда его хватали за яйца.
- Так я не пойму? Между вами все-таки что-то есть или нет? – Приподнял брови гладковыбритый Дмитрий Алексеевич и недовольно пошевелил губами. – Учтите, в ваших интересах рассказать мне правду, ведь за дачу ложных показаний вам может светить тюрьма. – Строго пригрозил он Беседину.
Видя то, как лицо сотрудника полиции омрачает хмурость и недовольство, молодой психолог раскололся, как грецкий орех и Лиза смогла увидеть все, что скрывалось под маской добропорядочного человека.
- Хм. Хны. – Вырвался писк изо рта Романа Викторовича, чьи глаза налились слезами, а губы задрожав, расплылись в кривую лепешку по лицу. - Это она… Она сама виновата. Глазки мне строила, улыбалась мило, лезла целоваться, вот я и подумал, что если она сама готова дать, то почему я должен отказываться, я ведь нормальный мужик с нормальными желаниями. Хнык. – Всхлипнул он. – Но как только она стала настойчивее, я стал динамить ее. Хы-ы. Но я клянусь, между нами ничего не было! Я бы никогда… Хны. - Мозгоправ рухнул на стул и уткнувшись лбом о стол, обвил руки вокруг головы.
От сотворенного психологом временного убежища послышалось приглушенное сопение и всхлипывание. Лиза и мужчина в форме переглянулись удивляясь только что происходящей на их глазах плохой актерской игре.
- Только не сажайте меня в тюрьму, я больше на километр к малолеткам не подойду… Не разрушайте мне жизнь, я и так жизнью обиженный… сирота… - Доносилось из укрытия.
- Ну а письма с угрозами, ты девчонке посылал? – Спросил полицейский, не желая тратить свое время на такого бездарного труса.
- Какие письма? – Встрепенулся психолог и поднял лицо, на котором и следа от слез не осталось, словно бы они смогли высохнуть по мановению ока, а может их и не было вовсе. – Я ничего такого… никогда не угрожал ей и писем не писал.
- А имя «Сталкер» тебе о чем-нибудь говорит? – Продолжал участковый.
- Впервые слышу. – Качал головой Роман Викторович, но потом, что-то вспомнил. – Хотя, игру знаю с таким названием. Играл в нее по молодости…
- А ну покажи свою электронную почту. – Попросил мужчина в спецовке и подошел к компьютеру так, чтобы ему было все хорошо видно.
В рамке поисковика английскими буквами был забит электронный адрес «РомаБес35». Прочитав его, участковый посмотрел на Лизу и отрицательно качнув головой, дал понять, что это не тот, кого они ищут.
- И последнее, где вы были в четверг вечером, примерно с восьми до десяти? – Поднял Усачев глаза на психолога.
Тот мгновение покопался в своей памяти и выдал:
- Так в четверг мы с моей невестой ездили к ее родителям на юбилей. Там человек пятнадцать было, так что каждый может подтвердить, что я весь вечер был на застолье. Только в двенадцать ночи оттуда на такси уехали.
Лиза с замиранием сердца, ожидающая не такого ответа, нахмурила свои темные брови, так как считала, что ее мучитель ближе, чем она думала, но получив подтверждение того, что этот трус не может быть Сталкером, огорчилась, так как потеряла последнюю ниточку к разгадки тайны, кто скрывается под именем этим никнеймом.
Выяснив все, что требуется, Ермолова в паре с сотрудником полиции покинула коморку психолога.
- Таких, как этот тип, я не мало допрашивал и могу с полной уверенностью сказать, что это не тот, кто напал на тебя. У такого труса не хватило бы смелости на такое, а вот мелкие пакости – это пожалуйста… Да и мозгом этот ваш психолог не блещет, не думаю, что он стал бы угрозами раскидываться, если только не блефует.
- Тогда кто же? – Вызверилась Лиза, гаркнув на участкового. – Если это не он, вы будете искать настоящего?
Девушка была на нервах и не ожидала, что ее эмоции выплеснутся наружу, поэтому немного замялась, чувствуя за собой вину за то, что не очень уважительно отнеслась к сотруднику органов и повысила на него тон.
- У меня не так уж много времени всякой ерундой заниматься, сударыня. – Ответил на ее грубость участковый.
- Но это ваша работа, разве нет? – Изумилась Лиза.
Дмитрий Алексеевич, как и все мужчины терпеть не мог, когда ему указывали, что и как делать, особенно, когда дело касалось работы, ведь по его личному мнению, он был самым лучшим и трудолюбивым сотрудником из всего отделения и работал на износ.
Мужчина в спецовке, оскорбленный тем, что какая-то малолетка указывает ему его место, прихватив девушку за руку, отвел в сторонку, а после сказал в пол голоса:
- Я тут успел пообщаться с твоими подругами и все в один голос заявили, что ты «за звездилась» и, никто из них не исключает, что твой преследователь – это плод твоих фантазий… А одна из них обвинила тебя в том, что ты причастна к несчастному случаю, произошедшем с ней… Школьный психолог утверждает, что ты сама соблазняла…
- Но это не правда! Зачем мне это? – Воскликнула Лиза, чувствуя боль в руке, в том месте, за которое держал ее участковый.
- А может ты влюбилась в психолога и придумала все это, чтобы отомстить за то, что он не поддался на твои уловки? – Предположил Усачев. – Понятное дело… молодой, красивый… девчата за ним строем, небось, ходят… вот ты и решила к себе внимание привлечь таким образом… Только у меня разбираться в подростковых амурных делах времени нет… своих по горло… так что прекращай свои глупости, а то саму тебя прикрою за ложные обвинения. Поняла?
Последняя фраза прозвучала как угроза, а учитывая тот факт, что вылетела она из уст участкового, произвело на девушку очень сильное, даже пугающее впечатление.
Дмитрий Алексеевич выпустил руку Лизы из своей мертвой хватки и, заметив, что девушка зависла в ступоре с бледным, как мел лицом, ухмыльнулся и бросил слова, вместо прощания. – Ну и детки сейчас пошли… ничего святого!
Мужчина в форме ушел прочь, а старшеклассница продолжала стоять в ступоре, чувствуя себя так, словно бы на нее вылили ведро помоев. Ей было невдомек то, что сейчас произошло, ведь она надеялась на то, что правда раскроется и ее защитят от преступника, но она никак не была готова к тому, что ее саму сделают преступницей.
Как только легкое оцепенение отпустило ее, девушка побежала в женский туалет, где, сидя на крышке унитаза, она проплакала урок английского языка, раздумывая над тем, что ее некому защитить от маньяка и что больше, кроме как на себя, ей полагаться не на кого.
Выплакавшись, Лиза смогла присоединиться к своим одноклассникам только на уроке истории, где, за одной партой с ней сидел самый странный мальчик из всего класса.
Стас Герайдичев, сквозь свою длинную челку заметил покрасневшие глаза Лизы. Какое-то время парень игнорировал ее, но, услышав, как девушка шмыгнула носом, спросил шепотом:
- Ты плачешь? Что-то случилось?
Лиза, не желая вновь вспоминать неприятный случай и тем более делиться подробностями с кем-то посторонним, поэтому отрицательно качнула головой, давая понять, что это обычный пустяк. Больше новенький не изъявлял желание поддержать свою одноклассницу, но перед тем, как отвернуться от нее окончательно, он положил одноразовый платок перед Лизой на парту. Девушка с благодарностью приняла платок и стала поспешно вытирать следы от потекшей туши вокруг глаз.
Амосова Жанна, наблюдающая взаимодействие своей бывшей подруги с новеньким, ткнула Сережу Баранова в плечо, который сидел за партой по соседству, чтобы он тоже обратил внимание на парочку, сидящую позади, и прошептала ему с ухмылкой:
- Быстро же она переключилась на другого. А Максу даже ни разу не позвонила за то время, пока он в больнице.
Баранов не мог пропустить мимо своего внимания замечательную возможность, чтобы не поиздеваться над новеньким. Он развернулся к парте Ермоловой и Герайдичева и шепотом усмехнулся.
- Герыч, а ты прямо ловелас. Думал ты гей, как и все в Питере, а ты у нас «би» получается? Шо определиться не можешь? Вы теперь сладкая парочка? А Лизка, шо молчишь? Кстати, тебе Игнатов привет передавал... Скоро выпишется.
Девушка не нашла ничего лучше, чем просто игнорировать задиру, но Баранов не собирался униматься, ведь ее холодное поведение, еще больше подначивало его к действиям.
Прочитав сообщение и прочувствовав ту заботу и искренность, с которым Сталкер писал его, Лизе невольно стало грустно. Девушка подумала о том, что может действительно, он единственный человек на Земле, которому не все равно, что она чувствует, и девушке как-то стало не по себе из-за своего поступка и даже, она почувствовала угрызения совести за то, что хотела посадить за решетку влюбленного в себя поклонника, который не жалеет ни средств, ни денег на нее.
«Все нормально, я не сержусь на тебя». - Написала она в ответ.
Они еще некоторое время переписывались, обсуждая минувшие дни, и Лиза за перепиской даже не заметила, что уже стукнуло двенадцать ночи и что ее охраница уже давно храпит перед телевизором. Девушка, сославшись на то, что в начало новой четверти она вступит не выспавшейся, попрощалась со Сталкером.
От общения с ним, не взирая на то, что совсем недавно она ненавидела своего преследователя и хотела избавиться, ей как-то стало тепло на душе, и она смогла спокойно уснуть этой ночью.
***
Утро новой учебной четверти в школе началось весьма грандиозным, где Лиза чувствовала себя не в своей тарелке- с одной стороны, и победительницей – с другой.
Увидев в руках своей одноклассницы Ермоловой новенький айфон, ученики не могли сдержать своего восторга и каждый считал своей обязанностью сказать, какая Лиза счастливица, раз ей удалось приобрести крутой смартфон.
Не подходили к ней в этот день только Жанна, Сережа, Света и Нелли, которые при виде своей бывшей подруги игнорировали ее и кидали пренебрежительные взгляды в ее сторону, словно вместо Лизы стояла огромная мерзкая змея.
Чувствуя себя на пике популярности, Лиза тешила себя иллюзорными надеждами, и думала, что увидев ее популярность, бывшие подруги снова помирятся с ней, желая урвать себе кусочек ее славы, но девочки только фыркали в ее сторону, шушукаясь между собой на переменах и посмеивались над ней, считая Ермолову жалкой хвастуньей.
На третьей перемене, когда Лиза вышла из женского туалета и направилась вверх по лестнице, она увидела в толпе школьников знакомое лицо участкового Усачева Дмитрия Алексеевича.
Сердце девушки ухнуло от неожиданности, так как она знала, что человек в форме пришел по ее душу и она, трясясь от волнения, побрела за высоким мужчиной в синей спецовке, идущим в кабинет школьного психолога. По пути Лизу разрывали противоречивые чувства, ведь она не знала правильно ли поступает по отношению к своему добродетелю. Стоит ли ей довести все до конца и усадить Сталкера за рещетку или же прекратить все и дать ему шанс?
У дверей кабинета, Лиза окликнула участкового по имени и отчеству. Мужчина обернулся и увидев девушку, удивленно поздоровался.
- Что ты здесь делаешь?
- Вы пришли, чтобы посадить Романа Викторовича? - Взволнованно пролепетала девушка в пол голоса, игнорируя вопрос полицейского.
- В обще-то, я пришел его сперва допросить. – Ответил участковый, но увидев лицо девушки, на котором застыл вопрос «почему?», поторопился с объяснениями. - Видишь ли, в твоем ноутбуке мы ничего не нашли кроме, хорошо скрытой установленной программы, которая позволяет пользоваться твоим компьютером удаленно. Пароль на нее закодирован, и наш программист не смог выяснить Ай-пи адрес, связанный с твоим компьютером через программу… Пока прямых улик, указывающих на то, что тебе угрожал школьный психолог – нет, поэтому я не могу взять и просто так посадить человека только по тому, что ты его подозреваешь…
- Можно, я хотя бы поприсутствую на допросе. – Молила девушка, своими большими оленьими глазами.
Участковый хотел сразу же отказать, но потом немного подумав, что очная ставка может оказаться не плохим вариантом в этом непонятном и запутанном деле и даже поможет расставить все по местам, согласился.
Мужчина в форме кивнул Лизе, потом он, постучавшись, вошел в кабинет, следом за ним, шмыгнула взволнованная Лиза и, поздоровавшись с удивленным психологом, который был не очень рад такой неожиданной встречей с Лизой, да еще в сопровождении сотрудника полиции. Девушка заняла место в свободном углу помещения и, стараясь не мешать процессу, прижухла словно мышка.
- Что это значит? Вы кто такой? - Отложив в сторону клавиатуру, поинтересовался Роман Викторович, чье раскрасневшееся лицо выдавало волнение.
- Да не волнуйтесь вы так! - Обратился к нему сотрудник правоохранительных органов, присаживаясь на стул напротив молодого мужчины.
Участковый спокойно закинул ногу на ногу и положив на колено папку с бумагами, перевернул лист и клацнул своей ручкой, готовясь писать.
- Могу я задать вам несколько вопросов?
Красивый модный мужчина глотнул слюну и заикаясь ответил «д-да».
- Какие отношения вас связывают с Ермоловой Елизаветой.
- Что? Что она вам наговорила? – Вскочил с места, явно вспотевший мужчина.
Лиза вздрогнула, так как не ожидала такой бурной реакции от профессионального психолога.
- Спокойно! Я вас ни в чем не обвиняю. – Попытался усмирить его участковый. – Я лишь пытаюсь выяснить некоторые детали недавних событий, произошедших с этой девушкой.
- Я не знаю, что вам наплела эта малолетка, но клянусь, что и пальцем не трогал ее. Она сама строила мне глазки. Я знаю, что секс с несовершеннолетней противозаконен и если эта девка, - Роман Викторович с неприязненным взглядом, что был ему несвойственен, указал пальцем на Лизу, - хочет повесить на меня изнасилование или свою беременность, то я готов сдать все необходимые анализы, так как знаю, что я ни в чем не виноват.
Ермолова потеряла дар речи от того, что ей пришлось только что услышать, она даже представить себе не могла, что этот добродушный с виду красивый мужчина, окажется настоящим мерзавцем и, после всего перевернет все так, что это она его кадрила, а не наоборот.
- Подождите, вас никто не обвиняет ни в чем таком. На эту девушку было совершено нападение, и я проверяю всех, с кем она общалась. Лиза сказала мне, что вы оказывали ей свои знаки внимания… это так?
- Нет, это вранье! С ней у нас чисто деловые отношения, она моя пациентка. – Заявил Роман Викторович. – У меня невеста есть из хорошей семьи, а эта малолетка мне не к чему. Я не собираюсь из-за этой девчонки потерять свою репутацию.
- Как вы так можете говорить? – Не выдержала Лиза и выкрикнула из угла кабинета. – Это же вы первый, кто клеился ко мне. Вы назначали мне встречи в отелях.
Ермолову затрясло от вранья, которое лилось в ее адрес и в этот самый момент, она поняла, почему она испытывала симпатию к этому мужчине. Все потому, что своей лестью и паучьими уловками напоминал ей собственного отца, который так же профессионально льстил и так же трусливо изворачивался, когда его хватали за яйца.
- Так я не пойму? Между вами все-таки что-то есть или нет? – Приподнял брови гладковыбритый Дмитрий Алексеевич и недовольно пошевелил губами. – Учтите, в ваших интересах рассказать мне правду, ведь за дачу ложных показаний вам может светить тюрьма. – Строго пригрозил он Беседину.
Видя то, как лицо сотрудника полиции омрачает хмурость и недовольство, молодой психолог раскололся, как грецкий орех и Лиза смогла увидеть все, что скрывалось под маской добропорядочного человека.
- Хм. Хны. – Вырвался писк изо рта Романа Викторовича, чьи глаза налились слезами, а губы задрожав, расплылись в кривую лепешку по лицу. - Это она… Она сама виновата. Глазки мне строила, улыбалась мило, лезла целоваться, вот я и подумал, что если она сама готова дать, то почему я должен отказываться, я ведь нормальный мужик с нормальными желаниями. Хнык. – Всхлипнул он. – Но как только она стала настойчивее, я стал динамить ее. Хы-ы. Но я клянусь, между нами ничего не было! Я бы никогда… Хны. - Мозгоправ рухнул на стул и уткнувшись лбом о стол, обвил руки вокруг головы.
От сотворенного психологом временного убежища послышалось приглушенное сопение и всхлипывание. Лиза и мужчина в форме переглянулись удивляясь только что происходящей на их глазах плохой актерской игре.
- Только не сажайте меня в тюрьму, я больше на километр к малолеткам не подойду… Не разрушайте мне жизнь, я и так жизнью обиженный… сирота… - Доносилось из укрытия.
- Ну а письма с угрозами, ты девчонке посылал? – Спросил полицейский, не желая тратить свое время на такого бездарного труса.
- Какие письма? – Встрепенулся психолог и поднял лицо, на котором и следа от слез не осталось, словно бы они смогли высохнуть по мановению ока, а может их и не было вовсе. – Я ничего такого… никогда не угрожал ей и писем не писал.
- А имя «Сталкер» тебе о чем-нибудь говорит? – Продолжал участковый.
- Впервые слышу. – Качал головой Роман Викторович, но потом, что-то вспомнил. – Хотя, игру знаю с таким названием. Играл в нее по молодости…
- А ну покажи свою электронную почту. – Попросил мужчина в спецовке и подошел к компьютеру так, чтобы ему было все хорошо видно.
В рамке поисковика английскими буквами был забит электронный адрес «РомаБес35». Прочитав его, участковый посмотрел на Лизу и отрицательно качнув головой, дал понять, что это не тот, кого они ищут.
- И последнее, где вы были в четверг вечером, примерно с восьми до десяти? – Поднял Усачев глаза на психолога.
Тот мгновение покопался в своей памяти и выдал:
- Так в четверг мы с моей невестой ездили к ее родителям на юбилей. Там человек пятнадцать было, так что каждый может подтвердить, что я весь вечер был на застолье. Только в двенадцать ночи оттуда на такси уехали.
Лиза с замиранием сердца, ожидающая не такого ответа, нахмурила свои темные брови, так как считала, что ее мучитель ближе, чем она думала, но получив подтверждение того, что этот трус не может быть Сталкером, огорчилась, так как потеряла последнюю ниточку к разгадки тайны, кто скрывается под именем этим никнеймом.
Выяснив все, что требуется, Ермолова в паре с сотрудником полиции покинула коморку психолога.
- Таких, как этот тип, я не мало допрашивал и могу с полной уверенностью сказать, что это не тот, кто напал на тебя. У такого труса не хватило бы смелости на такое, а вот мелкие пакости – это пожалуйста… Да и мозгом этот ваш психолог не блещет, не думаю, что он стал бы угрозами раскидываться, если только не блефует.
- Тогда кто же? – Вызверилась Лиза, гаркнув на участкового. – Если это не он, вы будете искать настоящего?
Девушка была на нервах и не ожидала, что ее эмоции выплеснутся наружу, поэтому немного замялась, чувствуя за собой вину за то, что не очень уважительно отнеслась к сотруднику органов и повысила на него тон.
- У меня не так уж много времени всякой ерундой заниматься, сударыня. – Ответил на ее грубость участковый.
- Но это ваша работа, разве нет? – Изумилась Лиза.
Дмитрий Алексеевич, как и все мужчины терпеть не мог, когда ему указывали, что и как делать, особенно, когда дело касалось работы, ведь по его личному мнению, он был самым лучшим и трудолюбивым сотрудником из всего отделения и работал на износ.
Мужчина в спецовке, оскорбленный тем, что какая-то малолетка указывает ему его место, прихватив девушку за руку, отвел в сторонку, а после сказал в пол голоса:
- Я тут успел пообщаться с твоими подругами и все в один голос заявили, что ты «за звездилась» и, никто из них не исключает, что твой преследователь – это плод твоих фантазий… А одна из них обвинила тебя в том, что ты причастна к несчастному случаю, произошедшем с ней… Школьный психолог утверждает, что ты сама соблазняла…
- Но это не правда! Зачем мне это? – Воскликнула Лиза, чувствуя боль в руке, в том месте, за которое держал ее участковый.
- А может ты влюбилась в психолога и придумала все это, чтобы отомстить за то, что он не поддался на твои уловки? – Предположил Усачев. – Понятное дело… молодой, красивый… девчата за ним строем, небось, ходят… вот ты и решила к себе внимание привлечь таким образом… Только у меня разбираться в подростковых амурных делах времени нет… своих по горло… так что прекращай свои глупости, а то саму тебя прикрою за ложные обвинения. Поняла?
Последняя фраза прозвучала как угроза, а учитывая тот факт, что вылетела она из уст участкового, произвело на девушку очень сильное, даже пугающее впечатление.
Дмитрий Алексеевич выпустил руку Лизы из своей мертвой хватки и, заметив, что девушка зависла в ступоре с бледным, как мел лицом, ухмыльнулся и бросил слова, вместо прощания. – Ну и детки сейчас пошли… ничего святого!
Мужчина в форме ушел прочь, а старшеклассница продолжала стоять в ступоре, чувствуя себя так, словно бы на нее вылили ведро помоев. Ей было невдомек то, что сейчас произошло, ведь она надеялась на то, что правда раскроется и ее защитят от преступника, но она никак не была готова к тому, что ее саму сделают преступницей.
Как только легкое оцепенение отпустило ее, девушка побежала в женский туалет, где, сидя на крышке унитаза, она проплакала урок английского языка, раздумывая над тем, что ее некому защитить от маньяка и что больше, кроме как на себя, ей полагаться не на кого.
Выплакавшись, Лиза смогла присоединиться к своим одноклассникам только на уроке истории, где, за одной партой с ней сидел самый странный мальчик из всего класса.
Стас Герайдичев, сквозь свою длинную челку заметил покрасневшие глаза Лизы. Какое-то время парень игнорировал ее, но, услышав, как девушка шмыгнула носом, спросил шепотом:
- Ты плачешь? Что-то случилось?
Лиза, не желая вновь вспоминать неприятный случай и тем более делиться подробностями с кем-то посторонним, поэтому отрицательно качнула головой, давая понять, что это обычный пустяк. Больше новенький не изъявлял желание поддержать свою одноклассницу, но перед тем, как отвернуться от нее окончательно, он положил одноразовый платок перед Лизой на парту. Девушка с благодарностью приняла платок и стала поспешно вытирать следы от потекшей туши вокруг глаз.
Амосова Жанна, наблюдающая взаимодействие своей бывшей подруги с новеньким, ткнула Сережу Баранова в плечо, который сидел за партой по соседству, чтобы он тоже обратил внимание на парочку, сидящую позади, и прошептала ему с ухмылкой:
- Быстро же она переключилась на другого. А Максу даже ни разу не позвонила за то время, пока он в больнице.
Баранов не мог пропустить мимо своего внимания замечательную возможность, чтобы не поиздеваться над новеньким. Он развернулся к парте Ермоловой и Герайдичева и шепотом усмехнулся.
- Герыч, а ты прямо ловелас. Думал ты гей, как и все в Питере, а ты у нас «би» получается? Шо определиться не можешь? Вы теперь сладкая парочка? А Лизка, шо молчишь? Кстати, тебе Игнатов привет передавал... Скоро выпишется.
Девушка не нашла ничего лучше, чем просто игнорировать задиру, но Баранов не собирался униматься, ведь ее холодное поведение, еще больше подначивало его к действиям.
