***
Юкас, вернувшийся к медведям, примостился спиной к дереву и закемарил. С закрытыми глазами он прислушивался ко всем лесным звукам, не позволяя себе провалиться в сон. Ещё было немного времени до того крайнего момента, о котором они условились с Айной, и он не слишком волновался за неё. Гораздо больше его в данный момент беспокоили собственные руки, испачканные козьими испражнениями, он мечтал их помыть. Ручей здесь был, но довольно далеко - он преградит им путь, когда они с Айной пустятся в обратную дорогу. Нужно только её дождаться.
День уже подходил к концу, и девушке давно пора было появиться. Её медведь то и дело смотрел на Юкаса вопросительно, а затем вставал, нетерпеливо переступая с лапы на лапу, стремясь двинуться в ту сторону, куда ещё утром ушла хозяйка. Юкас пытался казаться спокойным, но таковым не являлся. Он очень хотел двинуться в обратный путь. Вообще-то, он никуда не торопился, но что-то подсказывало ему, что безвременная смерть прорицательницы и долгое отсутствие Айны связаны между собой. А ум упорно подсовывал ему мысли, от которых по спине пробегали неприятные мурашки.
Место их стоянки располагалось достаточно близко к городу, и возможно, кто-то из бравых воинов возымеет намерение до наступления темноты прогуляться со своим медведем или просто обследовать местность. Маловероятно, конечно, зачем им бродить по лесу, когда вокруг простираются прекрасные весенние луга, подходящие для прогулок даже в вечернее время. Они ещё никогда так надолго не задерживались здесь, придётся топать к своему городу всю ночь.
Юкас размышлял, что если Айна не пришла вовремя, значит, случилось то, что помешало ей это сделать. Городские ворота открыты круглосуточно, девушка легко могла бы выйти. Одинокая, возможно, привлекал бы к себе внимание охраны, но не настолько пристальное, чтобы оставаться в городе на ночь.
- Пошли домой! – приняв нелёгкое решение, отмахиваясь от собственных сомнений, скомандовал медведям, и взял сумку с одеждой Айны.
Её медведю это совсем не понравилось, он оскалил зубы, негромко рявкнув на Юкаса, и вцепился зубами в сумку хозяйки.
- Тихо, тихо! - притопнул ногой мужчина, но тут же понял, что этот медведь его никогда не послушается.
Тем не менее, он попытался ещё раз, убедительно сказав, глядя в глаза мишке:
- Она знала, до какого времени должна вернуться. Нам не стоит её ждать.
Медведь Айны категорически отказывался подчиняться. Старый медведь без возражений поднялся с земли и готов был опуститься на передние лапы, чтобы Юкас залез на его спину.
- Чёрт! – поморщился мужчина и сел на тонкое поваленное дерево, которое с треском сломалось под тяжестью его тела. Он так и остался сидеть на земле, размышляя, стоит ли оставаться здесь еще на одну ночь, чтобы утром, когда вновь загудят торговые ряды и выпивохи набьются в таверны, вернуться и постараться найти хоть какой-то её след.
***
Выбравшись на берег, Айна сумела отползти в заросли кустов, ветви которых цеплялись за её мокрую одежу. Почувствовав себя в относительной безопасности, она смогла немного оглядеть своё тело. Сумку она бросила недалеко того злосчастного дома, где судьба уготовила ей встречу со старухой, а вот момент, когда потеряла плащ, не отследила. Состыковывая события прошедшего дня, поняла, что произошло это тогда, когда она пыталась пролезть под решеткой сточной канавы. Шея нещадно болела и саднила, не столько от платка, который гадалка использовала в качестве удавки, сколько от пряжки плаща. Плащ зацепился за острые концы решётки и сковывал её движения, держа за шею, как поводок. А когда она настойчиво пробиралась наружу, всё же порвался, оставив красный порез на её коже. Пряжка вполне могла бы перерезать ей горло, если бы ткань была крепче. Плащ ей очень нравился, и она на секунду пожалела, что утратила его.
Это сущая ерунда, её пронесло! Она ничего ценного не выяснила, но она жива и она свободна! Сейчас чуть отдохнёт, встанет и побежит к Юкасу, он, наверняка, давно её дожидается. Девушка ощупала руками свой живот, почувствовав, что одежда на боку разорвана и ощутив при прикосновении острую боль, она, боясь посмотреть на свой бок, всё же опустила глаза. Увидев глубокую рваную рану, края которой топорщились, как лепестки отцветающей розы, Айна потеряла сознание.
Пришла в себя, вгляделась в вечернюю мглу, заставила себя не смотреть на рану, со стоном встала и, еле волоча ноги, пошла в сторону их с Юкасом стоянки, уже не уверенная в том, что он её дождался. Она бы, конечно, дождалась, и даже пошла бы его искать, опять нарушив все договоренности и негласные уставы. Но она бы точно его не бросила.
Представляя, как воспримут его возвращение в одиночестве, без Айны, Юкас в очередной раз принял решение. На этот раз он всё же надумал остаться до утра. А утром уже покумекает.
«Как же плохо, когда нет того, кто точно знает, что делать. При старике Юме подобного произойти бы не могло. Сижу тут, не выяснив ровным счётом ничего такого, что стоило бы мне подобных переживаний. Чужие монеты, конечно, добавляют приятную тяжесть моей сумке, но они не окупят четырёх дней пути и жизни девчонки, которая возомнила себя умнее всех! А она точно залезла в какую-то задницу. Не удивлюсь, если она ту бабку и грохнула! Была бы здесь Джута, мне было бы легче. Я ни разу не расставался с ней так надолго», - Юкас перебирал в голове мысли, не чувствуя усталости, голода и жажды. Он даже привык к мерзкому запаху своих ладоней. Впрочем, он их особо и не нюхал.
Мишка Айны своим видом выражал высшую степень уныния. Он смотрел по сторонам, нюхал воздух, и вдруг с коротким рыком рванул куда-то в сторону, совершенно не опасаясь быть обнаруженным, ломая своим телом ветки, наступая на поваленные трухлявые деревья, пугая птиц, которые уже устроились на ночлег и с криками вспархивали, встревоженные зверем.
- Стой! – тихо крикнул ему Юкас, и растеряно обратился к своему медведю:
- Что он творит?
Не зная, скрываться ли ему, уводя старого медведя, либо пытаться поймать молодого, он не успел опомниться, как его животное со спины беззвучно настигло медведя Айны и, вцепившись тому в холку, пыталось остановить, оттаскивая назад. Между животными завязалась драка, при этом старый двигался медленно и тихо, молодой же мишка вошел в раж. Зверь Юкаса был крупнее и опытнее, но Айнин был моложе. Опыт зачастую уступает молодости и силе, но, похоже, не в этот раз. Глядя, как старый повалил молодого на спину, на летящие клочки шерсти и на оскаленные зубы, мужчина вновь привалился спиной к дереву, даже не пытаясь их разнять. Ни тот, ни другой, его не послушаются.
- Юкас! – услышал он слабый голос.
Её медведь тут же потерял интерес к драке и, вывернувшись, с кровавыми пятнами на шерсти, побежал на голос. В несколько прыжков достигнув хозяйки, он обнюхал её и присел, чтобы она могла на него забраться. Юкас быстрым шагом подошел к девушке, радуясь, что ему не придётся её разыскивать. Увидев, в каком состоянии его напарница, радость тут же испарилась, мужчина застонал и замедлил шаг, как будто не желая к ней приближаться.
- Я всё же пролезла через сточную канаву, - прошептала она и ослабла, повиснув на шее медведя. - Но это была самая дурацкая идея, которую я когда-либо воплощала в жизнь!
Юкас покачал головой, помог Айне забраться на медведя, накинул на неё свой плащ.
- Сполоснёшься в ручье и переоденешься, - сказал он, стараясь не срываться на крик, хотя очень хотелось.
- Почему медведи в крови? - спросила она, ложась на шею мишке, стараясь не тревожить свой раненый бок.
- Потому что ты, малышка, очень глупая девочка, - со вздохом сказал Юкас. - Твоему зверю надоело тебя ждать, и он решил отправиться на поиски. Медведю старика это не понравилось.
- Что ты узнал, Юкас? - желая отвлечься, спросила Айна, они тут же пустились в обратный путь.
Он рассказал ей новости, которые узнал. Она восхитилась его умением заводить знакомства и снова позавидовала тому, что он так много всего выведал.
- Нам точно ничего не грозит. Ещё не все выплатили требуемое, но никому не было объявлено предупреждение.
- Они нападают без предупреждений, - тихо сказала Айна.
- Лишь на те жалкие сборища лачуг, жители которых считают, что организовали славное поселение. От них ничего никогда не получить. По большому счёту, Айна, малышка...
Юкас замолчал, увидев, что ей совсем плохо, и никакие разговоры её больше не увлекают.
- Потерпи, умоемся, переоденешься в сухое, и сразу станет легче.
Достигнув ручья, о котором грезил всё это время, Юкас с наслаждением помыл руки, снял маску, поплескал водой себе в лицо, темноте помог ей слезть с медведя, умыться.
- Отвернись! – требовательно сказала она, прежде, чем снять с себя одежду.
Он картинно вздохнул, мол, смотрите-ка, какая скромница, но отошёл и сел спиной к ручью. Снимая с себя грязные рваные тряпки, она застонала, он обернулся, но в темноте ничего не разглядел.
- Ты ранена? Что у тебя болит?
- Меня чуть не задушила эта старая стерва, а потом я чуть не утонула в медвежьем говне! – резко ответила она.
Мужчина с большим интересом обернулся к ней, она выпучила глаза, дав понять, что ему не стоит смотреть на неё, пока она нагая.
- Что тебе гадалка-то сделала? Зачем ты к ней полезла? – стараясь казаться спокойным, задал он вопрос, отвернув голову.
- Откуда ты знаешь, что она гадалка?
- Весь город гудел, что убили советницу предводителя.
- Чёрт! Чеёёёёрт! – простонала Айна и добавила резко:
- Ни о чём меня не спрашивай!
Когда её медведь наклонился к ручью попить, в свете луны было видно большое кровавое пятно на его спине. Списав это на драку, и учитывая тот факт, что животное не страдало от нанесённых ему увечий, Юкас не особо обратил внимания на это обстоятельство, решив, что они разберутся с этим утром, а еще лучше, тогда, когда вернутся домой.
В темноте не рассмотрел он и ран на теле девушки, но подозревал, что они там были. Может, боролась со старухой? В любом случае, в таких условиях он вряд ли смог бы оказать ей достойную помощь, тем более, она отказывалась даже разговаривать с ним, поэтому не стал её ни о чём расспрашивать.
Глава 8.
Медведи шли, не останавливаясь, стремясь скорее попасть домой и доставить туда людей, сидящих на их спинах. Остановились лишь раз, когда Юкас настоял на том, что им всё же следует перекусить. Айне становилось хуже, и она выпила лишь несколько глотков воды, отказавшись от пищи. Глядя на это, пропал аппетит и у Юкаса.
Айна была бледна и молчалива, её медведь так же был тих, не шалил и не требовал бежать вперёд, как тогда, когда они только пустились в путь. По бурому пятну на штанах девушки, которое она изо всех сил пыталась скрыть от Юкаса, он уже понял, что ребёнку, находившемуся у неё в животе, не суждено родиться. Он уже видел такое пятно. Правда та, у кого он имел несчастье наблюдать подобное, сама сделала всё для того, чтобы её дитя не появилось на свет
***
Ворота в их город были открыты, и приближающихся к ним Айну и Юкаса соглядатаи увидели издалека. Галвин вышел встречать жену, едва сдерживаясь, чтобы не рвануть ей навстречу, но, посчитав, что это будет по-ребячески, не солидно, остался стоять на месте. Не спеша покинула таверну Тея с намерением увидеть Юкаса, но остановилась чуть поодаль, не желая демонстрировать зевакам своей привязанности к нему. Глава города Занг вразвалку подошёл к сыну, который, хмуря брови, всматривался в устало бредущих по дороге животных и в их наездников. Не успел отец подойти к Галвину, тот взглянул на него с волнением, сорвался в места и всё же побежал.
***
Ванда хозяйничала в своей кухне, поливая соусом кусок манящего запеченного мяса. Тарелка с этим блюдом стояла перед старым вождём, который с аппетитом поедал угощение. Хозяйка не любила, когда в святая святых, месте, где готовят пищу, появлялся кто-то, кроме тех, кто ей обычно помогал. Тем более, помощи она просила достаточно редко, лишь тогда, когда намечалось большое скопление народа. Чаще всего она справлялась сама, совершенно справедливо полагая, что никто не приготовит лучше неё. Гость же её часто трапезничал здесь, вдали от посторонних глаз, наслаждаясь обществом Ванды, а она охотно его - своё общество, предоставляла.
Когда-то, когда они оба были моложе, он заглядывал и в её спальню. Сейчас это, конечно, случалось, немного реже. Последний раз он, замеченный Теей, таясь во мраке длинного коридора, направлялся в комнату Ванды пару недель назад.
Про тёплые отношения хозяйки таверны и старого вождя в своё время ходило немало слухов, которые женщина кокетливо отрицала, а мужчина, сохраняя достоинство, никак не комментировал. Наедине они могли позволить себе нежно прикасаться друг к другу, ласково улыбаясь, и мило беседовать. Идиллию нарушила Тея. Она заглянула в кухню и, привлекая внимание Ванды, позвала её, махнув рукой. Ванда нахмурилась.
- Что там, дорогая? – отвлекаясь от мяса, спросил старый вождь, поймав трактирщицу за руку, когда та проходила мимо.
- Что бы ни было, ты, судя по всему, остался без десерта, - женщина, скинув фартук, степенно вышла из кухни, а увидев лицо Теи, поняла, что случилось что-то ужасное, взмахнула руками и помчалась туда, куда он ей указывала.
Вытолкав мужчин из комнаты, в которой на постели лежала полуживая Айна, Ванда, не потерявшая самообладание (она никогда его не теряла), командовала оставшейся там Теей. Та без промедления выполняла указания, бегая по коридору с тазами и бренча медицинскими инструментами.
- Вскипяти воду, Галвин! Быстрее! - легонько пнула она парня, сидевшего на полу, чуть поодаль от двери, ведущей в помещение, где, как он был уверен, умирала его жена.
Голова его была уныло опущена, но, услышав голос Теи, он быстро вскочил на ноги и бросился в кухню. Девушку принесли в комнату над таверной, где когда-то оправлялся от своих травм Юкас, решив, что так Ванде будет сподручнее оказать ей помощь.
Отец и дед Галвина, сидя за своим привычным столом в зале для посетителей, выспрашивали у Юкаса, что произошло. Мужчина честно поведал им, что девчонка ещё по пути к пункту назначения выражала желание отступить от плана, что, судя по всему, и сделала.
- План был настолько прост, что любая кухарка справилась бы с такой "разведкой"! - отвернулся от Юкаса Занг. - Можно было бы послать первую попавшуюся глупую бабу по центральной дороге с повозкой, запряженной ослом! Она и то выведала бы больше!
- В следующий раз так и сделай! - беззлобно ответил Юкас. - Если у тебя есть лишняя неделька, а то и полторы, чтобы получить рецепт новой похлёбки и узнать цены на бабские тряпки, которыми там торгуют.
- Ты не уберёг её! Я доверял тебе! Она доверяла тебе! Мы все на тебя надеялись! - проходя мимо с ведром воды, на Юкаса налетел Галвин. - Вы должны были работать в команде!
- Ты меня сейчас не услышишь, но я не мог на это повлиять, - Юкас не оправдывался, ему не за что было оправдываться.
- Как ты мог допустить, чтобы с ней произошло подобное? И каким образом пострадал её медведь? - не успокаивался взбешенный супруг.
- Вопрос в другом: как я мог всего этого не допустить? Мы разделились. И пока она убивала старуху и изучала медвежье дерьмо, я действовал так, как обычно. А медведи подрались, потому что зверь Айны такой же безумный, как она сама!
