Юноша видел её в окно, но не торопился выходить навстречу. Она постучала в дверь, открыла жена брата. Увидев незнакомку и выслушав сбивчивый её рассказ, она крикнула Юкаса, а затем и мужа, и мужчины, взяв с собой Джуту, отправились на помощь.
Юкас ехал на медведице, перед ним сидела женщина, которую он бережно обнимал, не давая упасть, говорил с ней ласково, шутил и закутывал в свой плащ - к ночи на улице стало свежо. Старушке внимание юного красавчика было приятно. Девушке, которая шла рядом и вела под уздцы ослика, такое отношение к её бабуле было приятно вдвойне. Больше всех не повезло брату Юкаса, который пытался тянуть за собой повозку, перемещая всю её тяжесть на единственное оставшееся колесо.
Почти весь следующий день они провели вместе в доме Юкаса. Домашние с вниманием отнеслись к скромным гостьям и ненавязчиво расспрашивали их об их жизни. Девушка оказалась сиротой, вырастила её прабабушка.
Старушка не знала о существовании правнучки до того самого момента, пока не увидела её воочию. Сын женщины давно покинул родной дом, завёл семью, женившись на чужеземке, и очень редко навещал мать. А потом и его сын, которого женщина никогда не видела, вырос. У него родилась девочка, и именно её старушке вручил проезжающий мимо торговец. Торговец рассказал женщине, что в том месте, где он закупал свой товар, случилось страшное землетрясение. Много местных жителей погибло. Постралал и он сам, в связи с чем оказался в лагере для раненых. Там он познакомился с человеком, дом которого обрушился, похоронив под собой всю его семью. Он же сам это время был на улице, укачивал маленькую внучку. Мужчина успел прикрыть собой ребёнка, но самому крепко досталось - на него упала тяжёлая балка. Человек этот оказался земляком торговца, тот заметил это сразу - новый друг отличался от местных внешностью, и акцент у него был очень знакомый. Почти сразу они заговорили на одном языке и быстро подружились. Казалось, оба идут на поправку, но вскоре тот мужчина стал чувствовать себя хуже, и состояние его усугублялось с каждым часом, он начинал бредить, но в перерывах между забытьём попросил торговца отвезти его внучку своей матери.
- Он сказал мне, как найти тебя, дорогая, - ласково сказал заявившийся гость, - просил поклониться тебе и попросить у тебя прощения за то, что он, твой единственный ребёнок, покинул тебя и жил в отдаленнии. Он сказал, что всегда помнил о тебе и передал тебе твою правнучку. У неё больше никого не осталось. Ты именно такая, какой твой сын описывал тебя, но я отдам тебе девочку, когда ты произнесёшь его имя.
Заплаканная одинокая женщина вытерла слёзы, встала со скамьи и назвала имя своего ребёнка. Торговец кивнул и протянул ей свёрток с малышкой.
- Как зовут её? - спросила она.
- О, этого он мне не сказал! Сама дай ей имя.
Человек, передавший ей это маленькое сокровище, быстро попрощался и уехал, сказав, что землетрясение и поручение умершего нарушило все его планы, и он близок к разорению, если немедленно не отправится налаживать свои дела.
Тогда женщина была не так стара и немощна, как сейчас, но она не сразу сообразила, что с ней произошло. Она смотрела на темноглазого ребёнка, ища в девочке хоть что-то от своего сына, но не видела ничего, что могло бы убедить её в том, что это существо имеет к нему, давно покинувшему материнский кров, хоть какое-то отношение. Она занесла малышку в дом, распутала пелёнки, девочка заболтала ножками и потянулась руками к лицу женщины. Вдруг о пол что-то звякнуло. Женщина наклонилась и подняла большой мужской перстень. Перстень этот некогда принадлежал рано погибшему её мужу, потом она отдала украшение сыну, в тот день, когда тот уезжал.
- Он стоит больших денег, продашь его, и не будешь ни в чём нуждаться. Только смотри, чтобы тебя не провели, сынок! - напутствовала она его, провожая.
Он сохранил его, не продав и не потеряв, а теперь вернул обратно матери. Женщина прижала перстень к носу, желая ощутить запах своего ребёнка, но ничего не почувствовала. Тогда она взяла на руки девочку, неумело, несмело, прижала к себе, понюхала голову, покрытую на удивление густыми волосами. Она пахла им. Прошло много лет с тех пор, как она видела сына в последний раз, прошло много дней, прежде чем девочка из его рук попала в её, но женщина не могла перепутать этот запах. Подойдя к зеркалу вместе с голозадой малышкой, она увидела в отражении родимое пятно на ягодице девочки. Быстро подойдя, к окну, она осмотрела ребёнка, убедившись, что небольшое тёмное пятно в виде полумесяца полностью повторяет то, какое было и у её мальчика. На том же самом месте.
- Какие тебе ещё нужны доказательства, старая идиотка? - спросила она саму себя. - Или ты ищешь повода избавиться от неё? Ты столько времени жила одна, что научилась разговаривать сама с собой. Да, конечно, ты отличный собеседник! Но ты мне надоела! Замолчи уже! И иди доить козу, малышка скоро проголодается. Надо бы придумать ей имя. Пусть будет Уной. Вообще-то, я хотела назвать так приблудившуюся кошку, но что-то она давно не появлялась. Ну, что же, сама виновата! Имечко достанется девчушке.
Так, рассуждая сама с собой, женщина нашла подходящую корзину, застрелила дно сложенным в несколько раз тонким одеялом, положила тула малышку, и они вместе отправились доить козу.
Девочка росла внимательной и заботливой, а её бабушка не переставала благодарить Всевышнего за такой чудесный подарок. И, несмотря на то, что временами их охватывала дикая нужда, старушка сохранила ценный перстень.
Брат Юкаса починил телегу, на скорую руку заменив всё, что было возможно заменить за такой короткий срок. Отдохнувший и сытый ослик не стал сопротивляться и покорно отправился в обратный путь. Юкас вызвался быть сопровождающим, и большую часть времени, которую путники провели в пути, развлекал старушку, пока та не уснула. Тогда он поравнялся с девушкой, которая шла рядом с ослом.
- Теперь колесо не отвалится, ты можешь смело залезть в телегу и отдохнуть, - сказал он.
- Мне в радость прогуляться, я не устала, - ответила Уна. - Мы так редко куда-то выбираемся.
- Хочешь прокатиться на Джуте? - предложил юноша, выискивая глазами медведицу, она была где-то рядом, но шла по лесу.
- Может, позже, - улыбнулась ему девушка.
Они поговорили о погоде, обсудили ослика, которого, оказывается, для поездки одолжил им сосед, перебросились парой слов о красивом платье жены брата Юкаса, видимо, оно очень понравилось Уне, раз она о нём упомянула, но парень не видел в одежде невестки ничего особенного - обычное домашнее платье.
Ведя неторопливую беседу, они добрались до деревушки, где жили бабушка с внучкой. Деревня эта не отличалась богатством. Домики стояли сплошь покосившиеся, такие же, как и большинство жителей - кругом были одни старики.
- Коза, наверное, сошла с ума! Её никто не доил, - вспомнила вдруг девушка и помчалась в сарай.
- Уна! - крикнула ей пожилая женщина, высунувшаяся из окна соседней лачуги. - Ваша коза так орала, что я не выдержала и облегчила вымя несчастного животного! Несмотря на то, что руки ломит нещадно.
Она выставила в окно узловатые артритные конечности, продемонстрировав девушке свои страдания.
- Боже, Вы просто мой ангел! - поблагодарила девушка соседку. - Я принесу Вам свежий творог и головку сыра.
- Много не неси, девочка! - сказала подобревшая соседка. - Ем я последнее время совсем мало.
Юкас помогал бабушке спуститься с телеги, когда подошла ещё одна соседка и, протянув несколько мелких монет, и чистую крынку, произнесла:
- Как обычно, дорогая.
Уна кивнула, убежала в дом, вернулась с завернутым в чистую тряпицу сыром и крынкой со сметаной. Передала это женщине, пригласила Юкаса войти в дом.
- Ты продаёшь слишком дёшево, - уверенно сказал юноша, заходя в более чем скромное, жилище.
- Я назначаю такую цену, чтобы мы с бабушкой могли прожить, и чтобы могли прожить наши соседи, - ответила Уна и затопила печь, чтобы вскипятить воду и угостить парня чаем, вкуснейшим сыром собственного производства и лепешками.
В следующий свой визит он привёз ей платье. До этого пристал к жене брата, выпрашивая, чтобы та помогла ему выбрать его и подобрать нужный размер. Платье они купили быстро. Нежного мятного цвета с расклешенной длинной юбкой, расшитой мелким бисером горловиной и таким же поясом. Прижимистому Юкасу, пожалуй, первый раз в жизни совсем не было жаль потраченных денег, а сумма, затребованная продавцом, была не маленькая.
- Талия у неё узкая, нужно ушивать, - расправляя покупку на столе, заключила невестка, которая отлично шила. - Убавить не сложно, но надо бы примерить!
- Неизвестно, когда сюда вновь решат явиться бродячие артисты, - вздохнул Юкас.
- Тогда сделаю на глаз, если ты мне доверяешь, - решилась женщина.
Уна долго отказывалась принимать подарок и примерять платье. Она надела его только тогда, когда Юкас сказал, что раз ей не нужно, он его выбросит, небрежно схватил одежду и направился к выходу. Она остановила его и согласилась на примерку. Когда она вышла в нём, Юкас понял, что с выбором он и родственница не прогадали. Сидело платье, как влитое, а цвет одежды и украшения на ней подчёркивали яркую и выразительную внешность девушки.
С тех пор он стал часто их навещать. Уна была с ним доброжелательна, но не кокетничала и делала вид, что совсем не ждёт его визитов. Но спустя какое-то время начала признаваться самой себе и ему тоже, что скучала и считала дни до его возвращения из похода. Бывало, он даже не заезжал домой после отлучки, а сразу ехал к Уне и её бабушке, обязательно вёз какие-то подарки, пусть небольшие, но очень приятные. В первую очередь он всегда уделял внимание старушке, шутил с ней, пел песни, слушал её рассказы о молодости и о своём сыне, дедушке Уны. Потом она, спохватившись, что слишком много болтает, спроваживала молодёжь гулять. Сама смотрела в окно, как они убегают, держась за руки, за ними чуть отставая, следует прекрасная Джута. И сам Юкас, и его медведица старушке очень нравились.
Свадьба была назначена на начало осени. За неделю до торжества, которое, по настоянию бабушки, решили проводить в их деревне, Юкас приехал к невесте со свёртком, который вручила ему активная и деятельная жена брата. Она строго настрого запретила в него заглядывать, предназначалась посылка Уне.
Прежде, чем войти в дом, юноша заглянул в окно, желая посмотреть, дома ли любимая или возится со своей обожаемой козой. Она стояла перед старым зеркалом, в котором когда-то бабушка разглядела пятно на её ягодице. Одета девушка была в белое льняное платье. Платье было очень простое, но в то же время элегантное и женственное. Юкас не имел бы ничего против этого наряда, если бы он не был Уне катастрофически мал.
- Денёчек-то потерпишь, деточка моя! - старушка, еле переставляя ноги, ходила вокруг внучки, расправляя складки на подоле. - Я сама в этом платье выходила замуж.
- Бабуль! Судя по его размеру, ты была очень хрупкой маленькой невестой, а я - дылда! Пойду под венец в зелёном платье, которое привёз мне Юкас, я его берегу.
- Невесты должны быть в белом одеянии, - вздохнула бабушка.
Юкас постучал в дверь, Уна скрылась в малюсенькой комнате, где обычно спала.
- Я дам тебе оду вещь сынок, продай и купи ей белое платье, - зашептала старушка, наклонив к себе голову Юкаса.
- Бабушка! Жених не должен видеть платье невесты до свадьбы! И не навязывай ему наши заботы! - крикнула Уна. - Наряд новобрачной - забота её семьи!
Она появилась из комнаты одетая в свою обычную одежду, немного грустно улыбнулась ему.
- Я не знаю, что там, - Юкас протянул ей свёрток, - но что-то подсказывает мне, что вопрос с твоим облачением решила жена моего брата.
Уна поморщилась, ей очень неудобно было быть обузой, которая не может прилично одеться на собственную свадьбу, но и отказываться она не стала. Заглянув внутрь и увидев нежную белую ткань, девушка расплакалась от радости и благодарности, наказав Юкасу расцеловать будущую родственницу.
Для молодых уже был выбран небольшой дом по соседству с тем, где жили родители, брат с женой и сестра жениха. Для того чтобы жить всем рядышком, пришлось уговорить соседей, немолодую бездетную пару, переехать на другую улицу, в свободные апартаменты. Впрочем, долго уговаривать их и не пришлось, люди они были сговорчивые и понимающие.
Всё складывалось наилучшим образом, даже то обстоятельство, что свадьбу предполагалось играть подальше от знакомых, не создавая лишнего шума, узким кругом родственников, без больших затрат на гостей и без дурного глаза покинутых Юкасом поклонниц.
Ранним утром в назначенный день наряженные члены семьи собрались в путь, прихватив с собой местного священника. В деревне служитель Господа был слишком стар и путался в словах, когда проводил таинства.
Жена старшего брата уже несколько дней чувствовала недомогание, а этим утром у неё закружилась голова, её несколько раз вырвало. Она ложилась в постель, вставала, намереваясь ехать вместе со всеми, но приступы тошноты снова укладывали девушку в постель. Решили послать за лекарем. Он пришёл, попросил оставить их вдвоём с пациенткой, осмотрел её, задал несколько вопросов, и вынес вердикт:
- Вы беременны, дорогая моя, только и всего! В остальном Вы сильная и здоровая молодая женщина. Недомогание Ваше временное, я дам несколько рекомендаций, как облегчить это состояние.
Доктор вышел из комнаты, кивнув ожидающим вестей о здоровье невестки и жены домашним:
- Мои поздравления!
Все подумали, что поздравление доктора связано с предстоящей свадьбой, но, проводив его и увидев счастливое лицо "больной" женщины, поняли, что вскоре всех их ожидает ещё одно радостное событие.
Как ни бодрилась будущая мать, ехать на свадьбу с родными она не решилась. Головокружение, тошнота и слабость одолели её с новой силой, когда она до конца осознала, что носит в себе малыша. Она осталась дома, а остальные отправились в путь.
Невеста была прекрасна, как, наверное, все счастливые женщины, собирающиеся навсегда связать себя с любимым мужчиной. Супруга брата, подготавливая для Уны наряд, постаралась на славу. Платье было нежное, со струящейся длинной юбкой, открытыми, впрочем, вполне целомудренно, плечами и расклешенными длинными рукавами. Небольшая площадь в центре деревни, где предполагалось провести церемонию, была скромно украшена, и священник начал обряд соединения двух красивых молодых людей. Торжество было трогательным и милым, многие пустили слезу, но больше всех плакала младшая сестрёнка жениха. А вот бабушка невесты не проронила ни слезинки, она выглядела довольной, и душу её, наконец, наполнило спокойствие за внучку.
Когда застолье было в разгаре, отец Юкаса потребовал минуту внимания и сказал, что подготовил небольшой сюрприз. В роли неожиданности выступили те самые бродячие артисты, благодаря которым познакомились новоиспеченные супруги. Бабушка так обрадовалась, увидев их, что, забыла о своих больных ногах и прочей своей немощности и пустилась в пляс, а брат Юкаса с удовольствием составил ей компанию. Танцевали они одинаково ужасно. Старушка - из-за возраста, мужчина - в силу своих природных особенностей.
Юкас ехал на медведице, перед ним сидела женщина, которую он бережно обнимал, не давая упасть, говорил с ней ласково, шутил и закутывал в свой плащ - к ночи на улице стало свежо. Старушке внимание юного красавчика было приятно. Девушке, которая шла рядом и вела под уздцы ослика, такое отношение к её бабуле было приятно вдвойне. Больше всех не повезло брату Юкаса, который пытался тянуть за собой повозку, перемещая всю её тяжесть на единственное оставшееся колесо.
Почти весь следующий день они провели вместе в доме Юкаса. Домашние с вниманием отнеслись к скромным гостьям и ненавязчиво расспрашивали их об их жизни. Девушка оказалась сиротой, вырастила её прабабушка.
Старушка не знала о существовании правнучки до того самого момента, пока не увидела её воочию. Сын женщины давно покинул родной дом, завёл семью, женившись на чужеземке, и очень редко навещал мать. А потом и его сын, которого женщина никогда не видела, вырос. У него родилась девочка, и именно её старушке вручил проезжающий мимо торговец. Торговец рассказал женщине, что в том месте, где он закупал свой товар, случилось страшное землетрясение. Много местных жителей погибло. Постралал и он сам, в связи с чем оказался в лагере для раненых. Там он познакомился с человеком, дом которого обрушился, похоронив под собой всю его семью. Он же сам это время был на улице, укачивал маленькую внучку. Мужчина успел прикрыть собой ребёнка, но самому крепко досталось - на него упала тяжёлая балка. Человек этот оказался земляком торговца, тот заметил это сразу - новый друг отличался от местных внешностью, и акцент у него был очень знакомый. Почти сразу они заговорили на одном языке и быстро подружились. Казалось, оба идут на поправку, но вскоре тот мужчина стал чувствовать себя хуже, и состояние его усугублялось с каждым часом, он начинал бредить, но в перерывах между забытьём попросил торговца отвезти его внучку своей матери.
- Он сказал мне, как найти тебя, дорогая, - ласково сказал заявившийся гость, - просил поклониться тебе и попросить у тебя прощения за то, что он, твой единственный ребёнок, покинул тебя и жил в отдаленнии. Он сказал, что всегда помнил о тебе и передал тебе твою правнучку. У неё больше никого не осталось. Ты именно такая, какой твой сын описывал тебя, но я отдам тебе девочку, когда ты произнесёшь его имя.
Заплаканная одинокая женщина вытерла слёзы, встала со скамьи и назвала имя своего ребёнка. Торговец кивнул и протянул ей свёрток с малышкой.
- Как зовут её? - спросила она.
- О, этого он мне не сказал! Сама дай ей имя.
Человек, передавший ей это маленькое сокровище, быстро попрощался и уехал, сказав, что землетрясение и поручение умершего нарушило все его планы, и он близок к разорению, если немедленно не отправится налаживать свои дела.
Тогда женщина была не так стара и немощна, как сейчас, но она не сразу сообразила, что с ней произошло. Она смотрела на темноглазого ребёнка, ища в девочке хоть что-то от своего сына, но не видела ничего, что могло бы убедить её в том, что это существо имеет к нему, давно покинувшему материнский кров, хоть какое-то отношение. Она занесла малышку в дом, распутала пелёнки, девочка заболтала ножками и потянулась руками к лицу женщины. Вдруг о пол что-то звякнуло. Женщина наклонилась и подняла большой мужской перстень. Перстень этот некогда принадлежал рано погибшему её мужу, потом она отдала украшение сыну, в тот день, когда тот уезжал.
- Он стоит больших денег, продашь его, и не будешь ни в чём нуждаться. Только смотри, чтобы тебя не провели, сынок! - напутствовала она его, провожая.
Он сохранил его, не продав и не потеряв, а теперь вернул обратно матери. Женщина прижала перстень к носу, желая ощутить запах своего ребёнка, но ничего не почувствовала. Тогда она взяла на руки девочку, неумело, несмело, прижала к себе, понюхала голову, покрытую на удивление густыми волосами. Она пахла им. Прошло много лет с тех пор, как она видела сына в последний раз, прошло много дней, прежде чем девочка из его рук попала в её, но женщина не могла перепутать этот запах. Подойдя к зеркалу вместе с голозадой малышкой, она увидела в отражении родимое пятно на ягодице девочки. Быстро подойдя, к окну, она осмотрела ребёнка, убедившись, что небольшое тёмное пятно в виде полумесяца полностью повторяет то, какое было и у её мальчика. На том же самом месте.
- Какие тебе ещё нужны доказательства, старая идиотка? - спросила она саму себя. - Или ты ищешь повода избавиться от неё? Ты столько времени жила одна, что научилась разговаривать сама с собой. Да, конечно, ты отличный собеседник! Но ты мне надоела! Замолчи уже! И иди доить козу, малышка скоро проголодается. Надо бы придумать ей имя. Пусть будет Уной. Вообще-то, я хотела назвать так приблудившуюся кошку, но что-то она давно не появлялась. Ну, что же, сама виновата! Имечко достанется девчушке.
Так, рассуждая сама с собой, женщина нашла подходящую корзину, застрелила дно сложенным в несколько раз тонким одеялом, положила тула малышку, и они вместе отправились доить козу.
Девочка росла внимательной и заботливой, а её бабушка не переставала благодарить Всевышнего за такой чудесный подарок. И, несмотря на то, что временами их охватывала дикая нужда, старушка сохранила ценный перстень.
Глава 17.
Брат Юкаса починил телегу, на скорую руку заменив всё, что было возможно заменить за такой короткий срок. Отдохнувший и сытый ослик не стал сопротивляться и покорно отправился в обратный путь. Юкас вызвался быть сопровождающим, и большую часть времени, которую путники провели в пути, развлекал старушку, пока та не уснула. Тогда он поравнялся с девушкой, которая шла рядом с ослом.
- Теперь колесо не отвалится, ты можешь смело залезть в телегу и отдохнуть, - сказал он.
- Мне в радость прогуляться, я не устала, - ответила Уна. - Мы так редко куда-то выбираемся.
- Хочешь прокатиться на Джуте? - предложил юноша, выискивая глазами медведицу, она была где-то рядом, но шла по лесу.
- Может, позже, - улыбнулась ему девушка.
Они поговорили о погоде, обсудили ослика, которого, оказывается, для поездки одолжил им сосед, перебросились парой слов о красивом платье жены брата Юкаса, видимо, оно очень понравилось Уне, раз она о нём упомянула, но парень не видел в одежде невестки ничего особенного - обычное домашнее платье.
Ведя неторопливую беседу, они добрались до деревушки, где жили бабушка с внучкой. Деревня эта не отличалась богатством. Домики стояли сплошь покосившиеся, такие же, как и большинство жителей - кругом были одни старики.
- Коза, наверное, сошла с ума! Её никто не доил, - вспомнила вдруг девушка и помчалась в сарай.
- Уна! - крикнула ей пожилая женщина, высунувшаяся из окна соседней лачуги. - Ваша коза так орала, что я не выдержала и облегчила вымя несчастного животного! Несмотря на то, что руки ломит нещадно.
Она выставила в окно узловатые артритные конечности, продемонстрировав девушке свои страдания.
- Боже, Вы просто мой ангел! - поблагодарила девушка соседку. - Я принесу Вам свежий творог и головку сыра.
- Много не неси, девочка! - сказала подобревшая соседка. - Ем я последнее время совсем мало.
Юкас помогал бабушке спуститься с телеги, когда подошла ещё одна соседка и, протянув несколько мелких монет, и чистую крынку, произнесла:
- Как обычно, дорогая.
Уна кивнула, убежала в дом, вернулась с завернутым в чистую тряпицу сыром и крынкой со сметаной. Передала это женщине, пригласила Юкаса войти в дом.
- Ты продаёшь слишком дёшево, - уверенно сказал юноша, заходя в более чем скромное, жилище.
- Я назначаю такую цену, чтобы мы с бабушкой могли прожить, и чтобы могли прожить наши соседи, - ответила Уна и затопила печь, чтобы вскипятить воду и угостить парня чаем, вкуснейшим сыром собственного производства и лепешками.
***
В следующий свой визит он привёз ей платье. До этого пристал к жене брата, выпрашивая, чтобы та помогла ему выбрать его и подобрать нужный размер. Платье они купили быстро. Нежного мятного цвета с расклешенной длинной юбкой, расшитой мелким бисером горловиной и таким же поясом. Прижимистому Юкасу, пожалуй, первый раз в жизни совсем не было жаль потраченных денег, а сумма, затребованная продавцом, была не маленькая.
- Талия у неё узкая, нужно ушивать, - расправляя покупку на столе, заключила невестка, которая отлично шила. - Убавить не сложно, но надо бы примерить!
- Неизвестно, когда сюда вновь решат явиться бродячие артисты, - вздохнул Юкас.
- Тогда сделаю на глаз, если ты мне доверяешь, - решилась женщина.
Уна долго отказывалась принимать подарок и примерять платье. Она надела его только тогда, когда Юкас сказал, что раз ей не нужно, он его выбросит, небрежно схватил одежду и направился к выходу. Она остановила его и согласилась на примерку. Когда она вышла в нём, Юкас понял, что с выбором он и родственница не прогадали. Сидело платье, как влитое, а цвет одежды и украшения на ней подчёркивали яркую и выразительную внешность девушки.
***
С тех пор он стал часто их навещать. Уна была с ним доброжелательна, но не кокетничала и делала вид, что совсем не ждёт его визитов. Но спустя какое-то время начала признаваться самой себе и ему тоже, что скучала и считала дни до его возвращения из похода. Бывало, он даже не заезжал домой после отлучки, а сразу ехал к Уне и её бабушке, обязательно вёз какие-то подарки, пусть небольшие, но очень приятные. В первую очередь он всегда уделял внимание старушке, шутил с ней, пел песни, слушал её рассказы о молодости и о своём сыне, дедушке Уны. Потом она, спохватившись, что слишком много болтает, спроваживала молодёжь гулять. Сама смотрела в окно, как они убегают, держась за руки, за ними чуть отставая, следует прекрасная Джута. И сам Юкас, и его медведица старушке очень нравились.
***
Свадьба была назначена на начало осени. За неделю до торжества, которое, по настоянию бабушки, решили проводить в их деревне, Юкас приехал к невесте со свёртком, который вручила ему активная и деятельная жена брата. Она строго настрого запретила в него заглядывать, предназначалась посылка Уне.
Прежде, чем войти в дом, юноша заглянул в окно, желая посмотреть, дома ли любимая или возится со своей обожаемой козой. Она стояла перед старым зеркалом, в котором когда-то бабушка разглядела пятно на её ягодице. Одета девушка была в белое льняное платье. Платье было очень простое, но в то же время элегантное и женственное. Юкас не имел бы ничего против этого наряда, если бы он не был Уне катастрофически мал.
- Денёчек-то потерпишь, деточка моя! - старушка, еле переставляя ноги, ходила вокруг внучки, расправляя складки на подоле. - Я сама в этом платье выходила замуж.
- Бабуль! Судя по его размеру, ты была очень хрупкой маленькой невестой, а я - дылда! Пойду под венец в зелёном платье, которое привёз мне Юкас, я его берегу.
- Невесты должны быть в белом одеянии, - вздохнула бабушка.
Юкас постучал в дверь, Уна скрылась в малюсенькой комнате, где обычно спала.
- Я дам тебе оду вещь сынок, продай и купи ей белое платье, - зашептала старушка, наклонив к себе голову Юкаса.
- Бабушка! Жених не должен видеть платье невесты до свадьбы! И не навязывай ему наши заботы! - крикнула Уна. - Наряд новобрачной - забота её семьи!
Она появилась из комнаты одетая в свою обычную одежду, немного грустно улыбнулась ему.
- Я не знаю, что там, - Юкас протянул ей свёрток, - но что-то подсказывает мне, что вопрос с твоим облачением решила жена моего брата.
Уна поморщилась, ей очень неудобно было быть обузой, которая не может прилично одеться на собственную свадьбу, но и отказываться она не стала. Заглянув внутрь и увидев нежную белую ткань, девушка расплакалась от радости и благодарности, наказав Юкасу расцеловать будущую родственницу.
Для молодых уже был выбран небольшой дом по соседству с тем, где жили родители, брат с женой и сестра жениха. Для того чтобы жить всем рядышком, пришлось уговорить соседей, немолодую бездетную пару, переехать на другую улицу, в свободные апартаменты. Впрочем, долго уговаривать их и не пришлось, люди они были сговорчивые и понимающие.
Всё складывалось наилучшим образом, даже то обстоятельство, что свадьбу предполагалось играть подальше от знакомых, не создавая лишнего шума, узким кругом родственников, без больших затрат на гостей и без дурного глаза покинутых Юкасом поклонниц.
Ранним утром в назначенный день наряженные члены семьи собрались в путь, прихватив с собой местного священника. В деревне служитель Господа был слишком стар и путался в словах, когда проводил таинства.
Жена старшего брата уже несколько дней чувствовала недомогание, а этим утром у неё закружилась голова, её несколько раз вырвало. Она ложилась в постель, вставала, намереваясь ехать вместе со всеми, но приступы тошноты снова укладывали девушку в постель. Решили послать за лекарем. Он пришёл, попросил оставить их вдвоём с пациенткой, осмотрел её, задал несколько вопросов, и вынес вердикт:
- Вы беременны, дорогая моя, только и всего! В остальном Вы сильная и здоровая молодая женщина. Недомогание Ваше временное, я дам несколько рекомендаций, как облегчить это состояние.
Доктор вышел из комнаты, кивнув ожидающим вестей о здоровье невестки и жены домашним:
- Мои поздравления!
Все подумали, что поздравление доктора связано с предстоящей свадьбой, но, проводив его и увидев счастливое лицо "больной" женщины, поняли, что вскоре всех их ожидает ещё одно радостное событие.
Как ни бодрилась будущая мать, ехать на свадьбу с родными она не решилась. Головокружение, тошнота и слабость одолели её с новой силой, когда она до конца осознала, что носит в себе малыша. Она осталась дома, а остальные отправились в путь.
***
Невеста была прекрасна, как, наверное, все счастливые женщины, собирающиеся навсегда связать себя с любимым мужчиной. Супруга брата, подготавливая для Уны наряд, постаралась на славу. Платье было нежное, со струящейся длинной юбкой, открытыми, впрочем, вполне целомудренно, плечами и расклешенными длинными рукавами. Небольшая площадь в центре деревни, где предполагалось провести церемонию, была скромно украшена, и священник начал обряд соединения двух красивых молодых людей. Торжество было трогательным и милым, многие пустили слезу, но больше всех плакала младшая сестрёнка жениха. А вот бабушка невесты не проронила ни слезинки, она выглядела довольной, и душу её, наконец, наполнило спокойствие за внучку.
Когда застолье было в разгаре, отец Юкаса потребовал минуту внимания и сказал, что подготовил небольшой сюрприз. В роли неожиданности выступили те самые бродячие артисты, благодаря которым познакомились новоиспеченные супруги. Бабушка так обрадовалась, увидев их, что, забыла о своих больных ногах и прочей своей немощности и пустилась в пляс, а брат Юкаса с удовольствием составил ей компанию. Танцевали они одинаково ужасно. Старушка - из-за возраста, мужчина - в силу своих природных особенностей.
