Я чувствовала себя настолько живой, насколько могла. Ни намека на болезнь. Метель отступила, ветер утих. Реликта радовала нас погодой. И я даже не удивилась, встретив рохса за домиком.
— Ночевал здесь?
— Не льсти себе, пророчица, — пробурчал он. — Возле домика меньше дует, да и огневка согревает.
— С каких пор свет стал привлекать тварь ночи?
— А ты все же решила снизойти и поговорить со мной, а, пророчица? — хитро оскалился он.
— Мне стало любопытно. Никогда не встречала тварей тьмы, которых тянет на свет.
Но мало ли, мир меняется, меняетесь вы.
— Я не тварь тьмы, пророчица, — почти прорычал рохс. — Я существо, предпочитающее ночь, но я никогда не служил тьмы. Не оскорбляй меня, если не хочешь стать моим завтраком.
— А превратив меня в завтрак, ты тем самым точно не приблизишься к свету, ммм?
— Играясь со словами, ты думаешь, что сможешь отвлечься от душевной пустоты? Уже ощутила на собственной шкуре, каково это быть без дара?
И Лок, и Соленгоексинголс - оба ждали ответа. От большого количества глаз я почувствовала себя еще более удручающе, чем могла бы.
— Злюсь на себя, но не жалею о поступке.
— С кем ты говоришь? — спросили позади меня. Я резко обернулась. Кристофер стоял, опираясь на дверь и рассматривал нас с Локом. Я обернулась. Рохса и след простыл. Я выругалась про себя и двинулась в его сторону.
— Потеря дара дурно на мне сказалась, — пробурчала, я двинула его по плечу, входя. — Но меня это мало беспокоит.
Кристофер тихонько рассмеялся. Так, что стало вдруг понятно, рассвет в Реликту пришел окончательно.
— Как ты себя чувствуешь?
— Сносно. А ты?
Все в моих движениях, фразах было излишним. Я пыталась скрыть за этим свое состояние.
— Выспался. Впервые за долгие лиры. Редко удается поспать в нормальных условиях. И я почти от них отвык, — он пожал плечами. — Как-то так сложилось, что с детства убегал с друзьями в леса, где собирали ягоды. Засыпали прямо в полях. Хорошее было время.
Вчерашние споры ушли вместе с метелью. Сегодня наступила ясная погода, и никаких разногласий не предполагала. Я ставила воду на огонь, но последние слова заинтересовали меня насколько только могли.
Когда-то, в далеком прошлом, до Школы Пророчиц, я ходила с бабушкой в горы и в леса. Мы тоже ночевали под открытым небом. Тогда я жутко обижалась на бабулю за то, что она тащила меня с собой. А теперь думаю, что это была моя настоящая жизнь. Простая, но такая своя. Я часто вспоминаю о тех временах. Особенно сейчас живя в Реликте.
Солнце проникало сквозь грязное стекло домика, лучи скакали по стенам и сползали на пол, прыгая по нам, по домику. Эти лучи напоминали мне мой дом, в котором так спокойно, так хорошо. Словно мы на мгновение перенеслись в Лолейхол, а не находились в холодной Реликте, на краю мира, в домике монаха. Значит, иногда дело совсем не в том месте, где ты находишься, а в тех, кто с тобой рядом. Кристофер вышел. А за ним Лок. Когда за ними захлопнулась дверь, я принялась рассматривать щербатый потолок и мечтать о том, как доберусь до домика несси. Искупаюсь, буду пить ее целебные отвары и есть душистые пироги. Никто не умел готовить такие пироги, как несси Кансия. Душистые — от слова с душой, она готовила все именно так.
Когда Кристофер и Лок вернулись посвежевшие, я успела приготовить остатки каши. Правда без ягодного отвара, а с водой.
— Я нашел проводников, нас довезут до поселения, — сразу обрадовал Кристофер.
— Зачем ты отправляешься со мной?
— Затем, — отрезал лучник и принялся за еду.
Лок долго нюхал свою порцию и с брезгливостью пытался лизать, но воротил нос и в итоге решил голодать. Я с укором пожурила его, но он ушел на лавку и улегся спать.
Скудный завтрак не позволил долго затягивать сборы. Когда вышли из домика монаха, я увидела некских стрижалей. Перед нами стояли два больших неуклюжих существ, которые умели растворяться в воздухе. Ближе всего они походили на оленей, но большие мохнатые лапы и длинные хвосты все же отличали их.
— Чем ты их приманил? — шепотом спросила я.
— Они охотно помогают людям с даром.
Я посмотрела на следы некского стрижаля. Должно быть именно это существо помогло мне в тот день, когда я искала Лоуренс.
Мы двинулись в сторону поселения, Лок благодушно решил указывать дорогу, поэтому пошел вперед. Мы находились посреди путей, когда пошел снег. Он сыпал щедро крупными хлопьями. Откуда-то появился ветер, который стал задувать в капюшон. Пришлось искать шапку, связанную несси. В ней я выглядела, как мальчишка. Она надвигалась на глаза, постоянно слезала. Но выхода не было. Раньше, будучи с даром, я могла ходить чуть ли не в платье в самом холодном королевстве. Дар сохранял здоровье, я ни разу не чувствовала себя приболевшей в Реликте. Теперь же мороз изрядно щипал за щеки и ветер пробирал до костей.
Ко мне подошел стрижаль Кристофера, когда мы были на развилке путей. По правую сторону - горы с пещерой, по левую - путь к озеру, позади - домик монаха, Врата, горы, впереди - поселение.
Лучник жестом попросил снять капюшон, и тогда он прокричал:
— Ты слышишь?
Теперь слышала. Впереди кто-то выл протяжно и тоскливо. Существо перед нами не появилось, но, кажется, я догадывалась, кто бы это мог быть.
— Так воют существа ночи, — сипло ответила я. Лучник свистнул пса и немного поменял направление. Теперь мы стали держаться ближе к горам. Но чем дальше мы продвигались, тем отчетливее стали слышны визги. В какой-то момент на пригорок вышла первая тень. Мы привлекли внимание шернии. С одной мы могли бы справиться. Однако, эти твари никогда не ходили в одиночку. Они посылали своего соплеменника на разведку, а потом присоединялись к охоте.
Прямо сейчас полугриф щелкал хвостом из стороны в стороны. Страшный клюв издавал протяжное завывание. Я подняла глаза на лучника. Тяжелый взгляд был мне ответом. Серебристые глаза скрывали многое, в глубине их появились едва-видимые золотистые всполохи. Существо ночи постояло вдалеке и скрылось из нашего видения.
— Мы не доедем до поселения, и если повернем назад — нас все равно догонят, — спокойно, почти отстраненно проговорил Кристофер. — Здесь есть место, где мы можем спрятаться?
— Можем попробовать укрыться в пещере.
— И оказаться лицом к лицу с существом, которое притянуло ниори? Хорошая перспектива. Давай попробуем.
Я была уверена, что мы успеем. До пещеры каких-то 500 нордов, но мы не успели.
Из снега неожиданно вынырнуло мохнатое щупальце и схватило моего стрижаля за ногу, отчего тот оглушительно заорал и с хлопком исчез. Я упала в снег, погрузившись почти до шеи. Возле меня тут же оказался Лок, я не успела даже испугаться, просто ухватилась за шею своего пса, пытаясь поправить шапку. Кристофер натянул тетиву, но неизвестное существо исчезло под снегом.
— Лок, хватит прыгать на месте, — прошипела я. И в этот момент рядом со мной вынырнуло черное щупальце и схватило за плечо. От неожиданности я даже не закричала, меня протянуло несколько нордов по снегу, когда Кристофер выстрелил. Золотой блеск сверкнул, стрела попала в одну из конечностей. Хватка на плече ослабла, я снова оказалась в снегу. Отплевываясь, я попыталась двинуться. Передо мной вынырнула тварь. Наконец, я поняла, что это было за существо. Цекнои — существо с щупальцами, как у осьминога проживало под снегом, не досаждало, пока не заходили на его территорию. Если это существо тронуть, он тут же принимал созывать всех тварей этой местности на подмогу. Затем с ним вероятно делились добычей или таким способом он заслуживал признание.
Лок оказался поблизости, закрывая меня собой. Я потянула его за красный платок, чтобы он ушел из дороги. В тот момент, когда одно из щупальцев ринулось в мою сторону, золотистая стрела пронзила его.
Цекнои начал созывать всех существ на подмогу громким гулом, отчего я закрыла уши. Вторая стрела была пущена куда-то в районе туловища. Тварь с шипением нырнула под снег и стала удаляться от нас. Возле меня оказался Кристофер.
— Поторопимся, — безэмоционально сказал лучник и потянул меня. Я оказалась на его стрижале. Лок рванул вперед, но был остановлен свистом Кристофера. К нам уже неслись парочку шерний, больше всего любивших устраивать охоту. Одно из отвратительных тварей ринулось в сторону Лока. Пес угрожающе зарычал. Лучник выстрелил раньше, чем тварь добралась до моего пса. Попал в жуткую морду твари, и она упала на месте, другая шерния отправилась вслед за ней.
— Давай вперед!
Мой пес прыгнул вперед, стал пробираться сквозь снег к пещере, которая была всего в десятках нардах. Сбоку мелькнула тень, я дернула лучника, привлекая его внимание. Мы проследили еще одну тварь, которая летела теперь рядом с нами. Я даже не знала, что такое существует в Реликте.
Черный клюв устремился ко мне, я закрылась рукой от темной сущности. Кристофер выстрелил, но птица увернулась. Тварь жутко засмеялась и стала кружить вокруг Лока. Мой пес внимательно следил за тварью, не понимая, как защитить себя.
Я принялась искать огневку в надежде защитить своего пса, но мимо меня просвистела золотая стрела, и в этот раз настигла птицу.
Теперь мы неслись к пещере что есть мочи. Сзади раздался характерный вой, нас догоняла стая шерний. Если стрижаль лучника не бросит нас посреди снега и не сбежит, как его собрат, то у нас есть шанс на спасение.
Руки от холода не слушались, я вцепилась одной рукой в шерсть стрижаля, второй пыталась найти огневку. Их осталось не так много, и они могли спасти жизнь. Всем нам.
От быстрой езды щеки жгло от мороза, капюшон слетел, стало еще холоднее. Но было слишком мало времени, чтобы заострять внимание на эти мелочи.
Твари приближались, явно собираясь отрезать путь от пещеры. Я все-таки нащупала огневку, крепко сжимая в руках. Лок вбежал в пещеру первый, мы вслед за ним. Я наконец нашла коробок с золотой солью, рассыпала ее, закрывая вход и кинула огневку, прочитав заговор на ходу. Пламя взметнулось, ограждая нас от существ.
Шерния напротив меня от бессилия провела лапой по стене и скрылась в ночи. Предупреждая сородичей, что дичь ушла из под носа.
Я спрыгнула со стрижаля и приблизилась к своему псу, упав на колени, крепко обняла его за шею. Я думала, мое сердце готово вырваться из груди. Но его билось сильнее.
Тяжелая усталость навалилась как-то сразу, полностью забирая остатки сил. Когда я подняла глаза, стрижаля уже не было. Кристофер стоял рядом, пил из фляги воду. Предложил мне, я взяла. Вода была ледяной, в горле сразу же запершило, я чихнула.
— Кажется, предыдущему Хранителю плевать на то, что творится в его владениях.
Лок задумчиво почесал задней лапой за ухом, Кристофер пожал плечами:
— Круху нет никакого дела до людей.
Лучник был прав. Для представителя упрямого народа сплошная выгода. Чем быстрее люди уберутся с этих земель, тем скорее он станет полноправным правителем.
Вчера я допустила ошибку, когда призналась о видении, в котором увидела правительницей его жену. Все должно идти в свое время, нельзя ускорять ход событий. А Крух именно этим и занялся, полностью дал свободу всем существам Реликты. От собственной глупости я схватилась за голову.
Одно хорошо — жители Реликты будут в безопасности, пока находятся на защищенной территории.
Я придвинулась к пламени, которое сотворила огневка, стараясь согреться. Я отряхнула свой плащ, который остался абсолютно целым. Переодев носки на сухие и надев еще один свитер, я пыталась согреться возле Лока. Как искры от огня, так и мои воспоминания пытались выбраться. Все больше это было связано с Лоуренс.
Как-то я решила присоединиться к группе людей, которые отправлялись в пещеру. Хранительница Врат пошла со мной. Уже находясь в пещере, я прислушивалась к голосам. Люди бродили по лабиринту в поисках розаида. Пещера их путала, заводила все дальше, отводя от всего лишь осколка, который изменил бы их жизни.
Будучи одаренными мы совсем не реагировали на блеск розаидов - иллюзий. Я исследовала пещеру просто из любопытства. Хранительница с отвращением рассматривала иллюзии розаидов и глубоко презирала всех временных жителей Реликты. А люди были обычные люди. В них не было ничего такого, что искала бы в них Лоуренс.
Ей хотелось, чтобы они бросили провальное дело - перестали искать сокровища. А лучше стали следовать тем же принципам, что и ученики Школы Нои.
Раньше, она пыталась переубедить людей в тщетности их попыток, старалась победить в них интерес к сокровищам и призвать к благоразумию.
Она без устали рассказывала, что лишь нескольким повезло найти розаиды. Все остальные возвращались домой ни с чем.
Вскоре бывшая ученица Нои поняла, что все это бесполезно. Иллюзии камней побеждали каждый раз. Жители выслушивали ее и с утра с упорством горных козлов, шли к пещере. На целый год люди становились рабами этих розаидов, теряли свой человеческий вид и сходили с ума изо дня в день в пещере.
Хранительница Врат никак не могла принять выбор людей, который и предполагал: проживание на краю мира, сосуществование возле ночных тварей, ежедневное хождение к пещере и бессмысленные поиски сокровищ.
В этом и состояла вся Лоуренс, она всегда пыталась вытащить всех к свету. Что-то случилось, если теперь она превратилась из спасительницы душ в предателя сих места…
До моего плеча дотронулся лучник. Я устало потерла детским жестом глаза, прогоняя сонливость.
— Где-то там внутри должен быть выход, — едва слышно проговорил лучник, протягивая ладонь. Я покачала головой. — Нужно идти, Энита. Понимаю, что ты устала.
— Откуда ты знаешь, что там есть выход?
— Я здесь бывал с Хранителем Упрямого Моря.
Лучник снова присел на корточки напротив меня. Кончики его ушей были такими же красными, как мои щеки после мороза. В глазах исчезли всполохи, остался лишь успокаивающий серебристый цвет.
— Все-таки цекнои воздействовало на тебя, — заметил лучник.
Эти существа никак не воздействуют на одаренных учеников. У обычных же людей гул существа отбирает достаточно много сил.
Кристофер потянулся к моим глазам, чтобы посмотреть, насколько сильно было влияние существа. Я дернулась, от чего моя шапка съехала мне на глаза. Сейчас, когда я устала, по моим глазам можно было с легкостью понять, откуда я родом. Пусть он видел огневки, это ничего не доказывает. По сравнению с настоящим признанием. Некоторым людям, даже ученикам Школы Нои, такое знание ни к чему.
— Незачем, — хмуро заметила я. — Это знание ничего тебе не даст.
Лучник усмехнулся краешком губы, и все равно потянулся ко мне и поправил мою шапку. После чего протянул руку.
Я поправила свою шапку, как считала нужным и поднялась сама. Стоило отойти от огневки, как все возвращалось на круги свои.
Пещера была слишком темной. Она вытягивала последние силы, сворачивая в узел все положительные эмоции. Возможно, ее влияние было чересчур сильным на людей без Дара. Безысходность царила здесь повсюду. Зря Лоуренс презирала жителей Реликты. Нужно обладать изрядным мужеством, чтобы выдерживать влияние этого места.
День за днем приходить и отыскивать почти мифические сокровища, превозмогая все чувства и мысли.
— Я не просто так предложил свою руку. Мой Дар может защитить нас обоих, — произнес лучник за моей спиной. Я крепче ухватилась за шерсть Лока, держась за него. Не поворачиваясь к лучнику, спросила:
— Ночевал здесь?
— Не льсти себе, пророчица, — пробурчал он. — Возле домика меньше дует, да и огневка согревает.
— С каких пор свет стал привлекать тварь ночи?
— А ты все же решила снизойти и поговорить со мной, а, пророчица? — хитро оскалился он.
— Мне стало любопытно. Никогда не встречала тварей тьмы, которых тянет на свет.
Но мало ли, мир меняется, меняетесь вы.
— Я не тварь тьмы, пророчица, — почти прорычал рохс. — Я существо, предпочитающее ночь, но я никогда не служил тьмы. Не оскорбляй меня, если не хочешь стать моим завтраком.
— А превратив меня в завтрак, ты тем самым точно не приблизишься к свету, ммм?
— Играясь со словами, ты думаешь, что сможешь отвлечься от душевной пустоты? Уже ощутила на собственной шкуре, каково это быть без дара?
И Лок, и Соленгоексинголс - оба ждали ответа. От большого количества глаз я почувствовала себя еще более удручающе, чем могла бы.
— Злюсь на себя, но не жалею о поступке.
— С кем ты говоришь? — спросили позади меня. Я резко обернулась. Кристофер стоял, опираясь на дверь и рассматривал нас с Локом. Я обернулась. Рохса и след простыл. Я выругалась про себя и двинулась в его сторону.
— Потеря дара дурно на мне сказалась, — пробурчала, я двинула его по плечу, входя. — Но меня это мало беспокоит.
Кристофер тихонько рассмеялся. Так, что стало вдруг понятно, рассвет в Реликту пришел окончательно.
— Как ты себя чувствуешь?
— Сносно. А ты?
Все в моих движениях, фразах было излишним. Я пыталась скрыть за этим свое состояние.
— Выспался. Впервые за долгие лиры. Редко удается поспать в нормальных условиях. И я почти от них отвык, — он пожал плечами. — Как-то так сложилось, что с детства убегал с друзьями в леса, где собирали ягоды. Засыпали прямо в полях. Хорошее было время.
Вчерашние споры ушли вместе с метелью. Сегодня наступила ясная погода, и никаких разногласий не предполагала. Я ставила воду на огонь, но последние слова заинтересовали меня насколько только могли.
Когда-то, в далеком прошлом, до Школы Пророчиц, я ходила с бабушкой в горы и в леса. Мы тоже ночевали под открытым небом. Тогда я жутко обижалась на бабулю за то, что она тащила меня с собой. А теперь думаю, что это была моя настоящая жизнь. Простая, но такая своя. Я часто вспоминаю о тех временах. Особенно сейчас живя в Реликте.
Солнце проникало сквозь грязное стекло домика, лучи скакали по стенам и сползали на пол, прыгая по нам, по домику. Эти лучи напоминали мне мой дом, в котором так спокойно, так хорошо. Словно мы на мгновение перенеслись в Лолейхол, а не находились в холодной Реликте, на краю мира, в домике монаха. Значит, иногда дело совсем не в том месте, где ты находишься, а в тех, кто с тобой рядом. Кристофер вышел. А за ним Лок. Когда за ними захлопнулась дверь, я принялась рассматривать щербатый потолок и мечтать о том, как доберусь до домика несси. Искупаюсь, буду пить ее целебные отвары и есть душистые пироги. Никто не умел готовить такие пироги, как несси Кансия. Душистые — от слова с душой, она готовила все именно так.
Когда Кристофер и Лок вернулись посвежевшие, я успела приготовить остатки каши. Правда без ягодного отвара, а с водой.
— Я нашел проводников, нас довезут до поселения, — сразу обрадовал Кристофер.
— Зачем ты отправляешься со мной?
— Затем, — отрезал лучник и принялся за еду.
Лок долго нюхал свою порцию и с брезгливостью пытался лизать, но воротил нос и в итоге решил голодать. Я с укором пожурила его, но он ушел на лавку и улегся спать.
Скудный завтрак не позволил долго затягивать сборы. Когда вышли из домика монаха, я увидела некских стрижалей. Перед нами стояли два больших неуклюжих существ, которые умели растворяться в воздухе. Ближе всего они походили на оленей, но большие мохнатые лапы и длинные хвосты все же отличали их.
— Чем ты их приманил? — шепотом спросила я.
— Они охотно помогают людям с даром.
Я посмотрела на следы некского стрижаля. Должно быть именно это существо помогло мне в тот день, когда я искала Лоуренс.
Мы двинулись в сторону поселения, Лок благодушно решил указывать дорогу, поэтому пошел вперед. Мы находились посреди путей, когда пошел снег. Он сыпал щедро крупными хлопьями. Откуда-то появился ветер, который стал задувать в капюшон. Пришлось искать шапку, связанную несси. В ней я выглядела, как мальчишка. Она надвигалась на глаза, постоянно слезала. Но выхода не было. Раньше, будучи с даром, я могла ходить чуть ли не в платье в самом холодном королевстве. Дар сохранял здоровье, я ни разу не чувствовала себя приболевшей в Реликте. Теперь же мороз изрядно щипал за щеки и ветер пробирал до костей.
Ко мне подошел стрижаль Кристофера, когда мы были на развилке путей. По правую сторону - горы с пещерой, по левую - путь к озеру, позади - домик монаха, Врата, горы, впереди - поселение.
Лучник жестом попросил снять капюшон, и тогда он прокричал:
— Ты слышишь?
Теперь слышала. Впереди кто-то выл протяжно и тоскливо. Существо перед нами не появилось, но, кажется, я догадывалась, кто бы это мог быть.
— Так воют существа ночи, — сипло ответила я. Лучник свистнул пса и немного поменял направление. Теперь мы стали держаться ближе к горам. Но чем дальше мы продвигались, тем отчетливее стали слышны визги. В какой-то момент на пригорок вышла первая тень. Мы привлекли внимание шернии. С одной мы могли бы справиться. Однако, эти твари никогда не ходили в одиночку. Они посылали своего соплеменника на разведку, а потом присоединялись к охоте.
Прямо сейчас полугриф щелкал хвостом из стороны в стороны. Страшный клюв издавал протяжное завывание. Я подняла глаза на лучника. Тяжелый взгляд был мне ответом. Серебристые глаза скрывали многое, в глубине их появились едва-видимые золотистые всполохи. Существо ночи постояло вдалеке и скрылось из нашего видения.
— Мы не доедем до поселения, и если повернем назад — нас все равно догонят, — спокойно, почти отстраненно проговорил Кристофер. — Здесь есть место, где мы можем спрятаться?
— Можем попробовать укрыться в пещере.
— И оказаться лицом к лицу с существом, которое притянуло ниори? Хорошая перспектива. Давай попробуем.
Я была уверена, что мы успеем. До пещеры каких-то 500 нордов, но мы не успели.
Из снега неожиданно вынырнуло мохнатое щупальце и схватило моего стрижаля за ногу, отчего тот оглушительно заорал и с хлопком исчез. Я упала в снег, погрузившись почти до шеи. Возле меня тут же оказался Лок, я не успела даже испугаться, просто ухватилась за шею своего пса, пытаясь поправить шапку. Кристофер натянул тетиву, но неизвестное существо исчезло под снегом.
— Лок, хватит прыгать на месте, — прошипела я. И в этот момент рядом со мной вынырнуло черное щупальце и схватило за плечо. От неожиданности я даже не закричала, меня протянуло несколько нордов по снегу, когда Кристофер выстрелил. Золотой блеск сверкнул, стрела попала в одну из конечностей. Хватка на плече ослабла, я снова оказалась в снегу. Отплевываясь, я попыталась двинуться. Передо мной вынырнула тварь. Наконец, я поняла, что это было за существо. Цекнои — существо с щупальцами, как у осьминога проживало под снегом, не досаждало, пока не заходили на его территорию. Если это существо тронуть, он тут же принимал созывать всех тварей этой местности на подмогу. Затем с ним вероятно делились добычей или таким способом он заслуживал признание.
Лок оказался поблизости, закрывая меня собой. Я потянула его за красный платок, чтобы он ушел из дороги. В тот момент, когда одно из щупальцев ринулось в мою сторону, золотистая стрела пронзила его.
Цекнои начал созывать всех существ на подмогу громким гулом, отчего я закрыла уши. Вторая стрела была пущена куда-то в районе туловища. Тварь с шипением нырнула под снег и стала удаляться от нас. Возле меня оказался Кристофер.
— Поторопимся, — безэмоционально сказал лучник и потянул меня. Я оказалась на его стрижале. Лок рванул вперед, но был остановлен свистом Кристофера. К нам уже неслись парочку шерний, больше всего любивших устраивать охоту. Одно из отвратительных тварей ринулось в сторону Лока. Пес угрожающе зарычал. Лучник выстрелил раньше, чем тварь добралась до моего пса. Попал в жуткую морду твари, и она упала на месте, другая шерния отправилась вслед за ней.
— Давай вперед!
Мой пес прыгнул вперед, стал пробираться сквозь снег к пещере, которая была всего в десятках нардах. Сбоку мелькнула тень, я дернула лучника, привлекая его внимание. Мы проследили еще одну тварь, которая летела теперь рядом с нами. Я даже не знала, что такое существует в Реликте.
Черный клюв устремился ко мне, я закрылась рукой от темной сущности. Кристофер выстрелил, но птица увернулась. Тварь жутко засмеялась и стала кружить вокруг Лока. Мой пес внимательно следил за тварью, не понимая, как защитить себя.
Я принялась искать огневку в надежде защитить своего пса, но мимо меня просвистела золотая стрела, и в этот раз настигла птицу.
Теперь мы неслись к пещере что есть мочи. Сзади раздался характерный вой, нас догоняла стая шерний. Если стрижаль лучника не бросит нас посреди снега и не сбежит, как его собрат, то у нас есть шанс на спасение.
Руки от холода не слушались, я вцепилась одной рукой в шерсть стрижаля, второй пыталась найти огневку. Их осталось не так много, и они могли спасти жизнь. Всем нам.
От быстрой езды щеки жгло от мороза, капюшон слетел, стало еще холоднее. Но было слишком мало времени, чтобы заострять внимание на эти мелочи.
Твари приближались, явно собираясь отрезать путь от пещеры. Я все-таки нащупала огневку, крепко сжимая в руках. Лок вбежал в пещеру первый, мы вслед за ним. Я наконец нашла коробок с золотой солью, рассыпала ее, закрывая вход и кинула огневку, прочитав заговор на ходу. Пламя взметнулось, ограждая нас от существ.
Шерния напротив меня от бессилия провела лапой по стене и скрылась в ночи. Предупреждая сородичей, что дичь ушла из под носа.
Я спрыгнула со стрижаля и приблизилась к своему псу, упав на колени, крепко обняла его за шею. Я думала, мое сердце готово вырваться из груди. Но его билось сильнее.
Тяжелая усталость навалилась как-то сразу, полностью забирая остатки сил. Когда я подняла глаза, стрижаля уже не было. Кристофер стоял рядом, пил из фляги воду. Предложил мне, я взяла. Вода была ледяной, в горле сразу же запершило, я чихнула.
— Кажется, предыдущему Хранителю плевать на то, что творится в его владениях.
Лок задумчиво почесал задней лапой за ухом, Кристофер пожал плечами:
— Круху нет никакого дела до людей.
Лучник был прав. Для представителя упрямого народа сплошная выгода. Чем быстрее люди уберутся с этих земель, тем скорее он станет полноправным правителем.
Вчера я допустила ошибку, когда призналась о видении, в котором увидела правительницей его жену. Все должно идти в свое время, нельзя ускорять ход событий. А Крух именно этим и занялся, полностью дал свободу всем существам Реликты. От собственной глупости я схватилась за голову.
Одно хорошо — жители Реликты будут в безопасности, пока находятся на защищенной территории.
Я придвинулась к пламени, которое сотворила огневка, стараясь согреться. Я отряхнула свой плащ, который остался абсолютно целым. Переодев носки на сухие и надев еще один свитер, я пыталась согреться возле Лока. Как искры от огня, так и мои воспоминания пытались выбраться. Все больше это было связано с Лоуренс.
Как-то я решила присоединиться к группе людей, которые отправлялись в пещеру. Хранительница Врат пошла со мной. Уже находясь в пещере, я прислушивалась к голосам. Люди бродили по лабиринту в поисках розаида. Пещера их путала, заводила все дальше, отводя от всего лишь осколка, который изменил бы их жизни.
Будучи одаренными мы совсем не реагировали на блеск розаидов - иллюзий. Я исследовала пещеру просто из любопытства. Хранительница с отвращением рассматривала иллюзии розаидов и глубоко презирала всех временных жителей Реликты. А люди были обычные люди. В них не было ничего такого, что искала бы в них Лоуренс.
Ей хотелось, чтобы они бросили провальное дело - перестали искать сокровища. А лучше стали следовать тем же принципам, что и ученики Школы Нои.
Раньше, она пыталась переубедить людей в тщетности их попыток, старалась победить в них интерес к сокровищам и призвать к благоразумию.
Она без устали рассказывала, что лишь нескольким повезло найти розаиды. Все остальные возвращались домой ни с чем.
Вскоре бывшая ученица Нои поняла, что все это бесполезно. Иллюзии камней побеждали каждый раз. Жители выслушивали ее и с утра с упорством горных козлов, шли к пещере. На целый год люди становились рабами этих розаидов, теряли свой человеческий вид и сходили с ума изо дня в день в пещере.
Хранительница Врат никак не могла принять выбор людей, который и предполагал: проживание на краю мира, сосуществование возле ночных тварей, ежедневное хождение к пещере и бессмысленные поиски сокровищ.
В этом и состояла вся Лоуренс, она всегда пыталась вытащить всех к свету. Что-то случилось, если теперь она превратилась из спасительницы душ в предателя сих места…
До моего плеча дотронулся лучник. Я устало потерла детским жестом глаза, прогоняя сонливость.
— Где-то там внутри должен быть выход, — едва слышно проговорил лучник, протягивая ладонь. Я покачала головой. — Нужно идти, Энита. Понимаю, что ты устала.
— Откуда ты знаешь, что там есть выход?
— Я здесь бывал с Хранителем Упрямого Моря.
Лучник снова присел на корточки напротив меня. Кончики его ушей были такими же красными, как мои щеки после мороза. В глазах исчезли всполохи, остался лишь успокаивающий серебристый цвет.
— Все-таки цекнои воздействовало на тебя, — заметил лучник.
Эти существа никак не воздействуют на одаренных учеников. У обычных же людей гул существа отбирает достаточно много сил.
Кристофер потянулся к моим глазам, чтобы посмотреть, насколько сильно было влияние существа. Я дернулась, от чего моя шапка съехала мне на глаза. Сейчас, когда я устала, по моим глазам можно было с легкостью понять, откуда я родом. Пусть он видел огневки, это ничего не доказывает. По сравнению с настоящим признанием. Некоторым людям, даже ученикам Школы Нои, такое знание ни к чему.
— Незачем, — хмуро заметила я. — Это знание ничего тебе не даст.
Лучник усмехнулся краешком губы, и все равно потянулся ко мне и поправил мою шапку. После чего протянул руку.
Я поправила свою шапку, как считала нужным и поднялась сама. Стоило отойти от огневки, как все возвращалось на круги свои.
Пещера была слишком темной. Она вытягивала последние силы, сворачивая в узел все положительные эмоции. Возможно, ее влияние было чересчур сильным на людей без Дара. Безысходность царила здесь повсюду. Зря Лоуренс презирала жителей Реликты. Нужно обладать изрядным мужеством, чтобы выдерживать влияние этого места.
День за днем приходить и отыскивать почти мифические сокровища, превозмогая все чувства и мысли.
— Я не просто так предложил свою руку. Мой Дар может защитить нас обоих, — произнес лучник за моей спиной. Я крепче ухватилась за шерсть Лока, держась за него. Не поворачиваясь к лучнику, спросила:
