- Я думаю, что нам следует проверить цветок на одержимость, а после уже решить, бить тревогу или же нет.
Майкл шумно выдохнул, откинувшись на спинку своего стула. Я тоже выпрямила спину, и теперь мы смотрели друг на друга, играя в игру, кто быстрее прожжет в соседе дырку. Пока что выигрывал он.
- Признайся честно, Аншей, вчера ты солгала? На счет пелены тьмы?
Я чуть не поперхнулась.
- О, гоблин, нет! Как ты мог о таком подумать?
Бенхар придвинулся ко мне, поставив локти на стол, и прошептал:
- Тогда почему ты продолжаешь сомневаться? Духи появились здесь неспроста. И ты знаешь причину, по которой они внезапно решили поселиться в обители светлой магии… Так расскажи ее… - он ненадолго замолк, отведя взгляд в сторону, точно не хотел смотреть на меня, затем усмехнулся и добавил: - Я бы сделал это сам... Но боюсь, что тебе декан Атакор поверит охотнее.
- Что это значит? – недовольно прошипела я. – Не про духов, а про Атакора. Ты пытаешься меня в чем-то упрекнуть?
- Забей, - буркнул парень, тяжело вздохнув. – Я просто ревную, что мою… соседку, лапает какой-то там декан.
Я подавилась воздухом.
- Он меня не лапал.
- Да? А мне показалось наоборот, ты так к нему прижималась, плакалась в его жилетку. Рассказывала все в мельчайших деталях, о которых даже мне не рассказала… И Луи, между прочим, тоже, а он наш хранитель.
- Бенхар, ты случайно в лаборатории ничего не нанюхался? - прошептала я, пытаясь остудить его пыл. – Я плакалась в его жилетку, чтобы он мне поверил… Больно мне надо просто так унижаться перед светлыми.
Майкл недобро фыркнул. Он и сам прекрасно понимал это, по глазам вижу, но что-то внутри его беспокоило. Наверное, тоже переживал из-за пелены тьмы и скорого приезда верховной ведьмы.
- Скажи мне честно, Аншей, то, что ты рассказала декану – неправда? – пробурчал соседушка, напрягшись.
- Правда, - в который раз проговорила я. – Только к ней я добавила драматичного эффекта в виде слез…
Парень замолк, игнорируя меня несколько секунд, а затем тихо, еле слышно промолвил:
- Ты справилась со своей задачей… - Затем Майк мотнул головой, будто желая избавиться от ненужных мыслей, и сказал: - Тогда сомнений нет. Если не мы причастны к запрещенным ритуалам, которые способны вызвать пелену тьмы. Значит, виноват кто-то еще…
Я кивнула. Отрицать очевидное было бы глупостью. Закусив губу, я кинула взгляд на преподавательские столики, найдя глазами декана и Демиана, что усердно что-то обсуждали. Секретарь, словно прочувствовав мой взгляд, повернулся, посмотрев на меня в упор. Я сжала зубы так сильно, что казалось, они треснут от напряжения, но все же, я заставила себя ему улыбнуться.
- Знаешь, Бенхар, ты прав. И мы выведем этих лицемеров на чистую воду.
С этими словами я поднялась из-за стола и помчалась в общажный домик. До конца обеда было полчаса, но этого хватит, чтобы проверить глиновое на одержимость.
В блоке пахло чем-то непонятным. Я быстро распахнула дверь, обведя взглядом комнату. Луи и Авитус сидели на диване и варили какое-то зелье, засовывая туда труп крысопаука.
В гостиной была подозрительная чистота, даже старый стершийся пол, казалось, засверкал по-новому. Взглянув на идеальный порядок, нельзя было нас упрекнуть в том, что мы что-то замышляем. Да и зельями в воздухе не пахло, разве что, лимоном.
- Стоп-стоп-стоп, - замахала я руками, быстро закрыв за собой дверь. Светлые не должны знать, чем мы тут занимаемся. Хотя, даже я не понимаю, что тут задумали козел и хранитель.
- Ай, мышка моя летучая, уже вернулась, - улыбнулся Луи, выкинул в котел трупик и тщательно размешал. – Чего так рано? И где красавчика своего потеряла?
Я скинула с себя туфельки и на ходу ответила:
- Во-первых, он не мой красавчик. А свой собственный. Во-вторых, мало времени, я лишь на обеденный перерыв заскочила. У нас есть теория, что глиновое было одержимо духом, поэтому вело себя так странно. Нам нужно проверить его на одержимость, Луи, и побыстрее.
Я аккуратно вытащила глиновое из-под лампы, стараясь не навредить неженке. Цветочек недовольно зашевелил лепестками, потянувшись обратно к теплу и свету. Я держала его, как можно дальше от себя, боясь, что он может рвануть. А повторять печальный опыт студента Ивангоффа вовсе не хотелось. Переставив растение на обеденный стол, поближе к окну, я вновь обратилась к Луи. Наш хранитель одной рукой мешал непонятное зелье, а второй открывал один из запрещенных свитков Майкла, с явным восторгом в глазах. Авитус в это время перебирал другие, разыскивая нужное заклинание.
- Ребят, - обратилась я к козлику и духу-хранителю, что на полном серьезе решили изучить все свитки моего соседушки. – Вы живете с некромантами. Это базовое заклинание, которое учат на первом курсе. Я знаю его наизусть. Мне нужна капля крови, кость праведника и шалфей.
Луи посмотрел на Авитуса, перекидывая на бедного козлика все свои обязательства. Авитус уставился на хранителя непонимающим взглядом, затем злобно фыркнул, но пошел на поиски нужных ингредиентов. Тем временем я осторожно проткнула пальчик, выдавив немного крови на поднос. Луи поморщился, покачав головой, и передо мной возникла бутылочка с антисептиком и пластырь.
- Обработай рану. Мало ли какой заразы в этих светлых корпусах можно подхватить. Одержимость одержимостью, но о мерах предосторожности забывать не стоит, - проговорил дух, выразительно заглянув мне в глаза, давая понять, что возражения не принимаются.
Я сделала все как требовали меры безопасности. Тем временем Авитус уже принес веточку шалфея, положив ее на стол рядом с глиновым. Цветок безмятежно грел свои листочки на теплом солнышке, не подозревая, что его ждет.
Я вынула из уха правую серьгу, положив ее к необходимому инвентарю. В связи с тем, что магией до недавнего времени некроманты почти не пользовались, им приходилось использовать различный инвентарь для своих злодеяний. Вот так и у меня были разные сережки, выполненные из костей. Правая из крови праведника, а левая из кости грешника. Любила я, когда все было под рукой и искать никогда не приходилось.
Улыбнувшись, я растерла сухую веточку шалфея в порошок и смешала с капельками крови, читая строчки заклинания. Смесь задымилась подобно курильнице, благоухая ароматами шалфея и железа. Дым поднимался вверх, словно полупрозрачный столб, ожидая дальнейших указаний.
Я преподнесла к дыму кость праведника и зашептала заклинание:
- Он был призван самой тьмой.
Обрел в нем злобный дух покой.
Пусть скажет правду эта кость.
Кто здесь нежеланный гость.
Я положила сережку на серебряный поднос. Дым заклубился все сильнее, заполняя собой всю комнату, что даже бедняжка Луи закашлялся. А я лишь наблюдала за костью, что должна была указать на одержимого. Если это правда, то она зашевелиться, приблизившись к цветочку, а если нет, останется неподвижной. Дым струился из крохотной капли, занимая весь блок, что казалось, я вновь нахожусь в пелене тьмы. А где-то там стоят светлые, что жаждут забрать магию ведьмы. Внутри что-то сжалось жгутом, отчего мне захотелось втянуть голову в плечи. Но я продолжала следить за костью, не отрывая взгляда. Сердце заколотилось в груди, как безумное, я задержала дыхание, боясь нарушить ритуал. Луи затих, кажется, перестав мешать зелье, а Авитус, стоящий рядом сделал несколько шагов назад.
Сережка заметалась из стороны в сторону, задрожала на подносе, отчего по комнате пронесся металлический звук. Она тряслась на подносе, будто выбирая сторону, а затем встрепенулась, вырисовывая пятиконечную звезду.
- Она что-то чувствует, - прошептал Луи с восторженным трепетом в голосе, и вновь затих.
На несколько секунд кость остановилось рядом с глиновым, отчего цветочек вздрогнул, и рванула в мою сторону, замерев окончательно.
Дым перестал струиться из капли, и все вновь встало на свои места. Луи подошел ближе, морща красивый носик, и брезгливо отнес цветочек обратно под лампу. Тот недовольно вертелся, пытаясь быстрее прогнать дым.
- Похоже, не только глиновое одержимо, Лисси, но и ты… - промурлыкал хранитель. Авитус подлез под мою руку, успокаивая. Я почесала его каменную шерстку за ушком, и забрала проклятую сережку с подноса.
- Я не могу быть одержима, - промолвила я, не веря в происходящее. - Я бы заметила!
Луи фыркнул, шутливо закатив глаза, и перевел взгляд на Авитуса, который тоже был на редкость весел. Ну... для козла, я имею в виду. Эти двое как-то странно переглядывались, не произнося не слова, а затем и вовсе захихикали, плохо стараясь скрыть свое веселье.
- Что смешного? - спросила одна ведьма-некромантка, у которой терпение улетучивалось так же быстро, как и время до начала следующей пары. Я скрестила руки на груди, недовольно взирая на этих заговорщиков, пытаясь выглядеть, как можно суровее.
Луи склонил голову на бок, осмотрев меня скептическим взглядом. Его зеленые глаза сузились, и дух, вытянув губы уточкой, переводил взор то на меня, то на цветочек. Хранитель загадочно улыбнулся, вновь переглянувшись с козлом и, в последний раз хихикнув, произнес:
- Ничего, Лисси, ничего...
- Луи, - возмутилась я, выразительно глядя на духа. Но его это не проняло. Как говориться, не пугай магистра тьмы. Несмотря на всю распрекрасность темнейшего, он был... темнейшим сыном госпожи всего проклятого.
- Ну... - начал издалека хранитель. - Порой, ты не замечаешь очевидного. Так что... Не стоит делать поспешных выводов, дорогуша, - прощебетал Луи и, пытаясь подавить улыбку, добавил: - Ладно, видимо, шуток ты не понимаешь. Так вот говорю: ты не одержима, моя умненькая некроманточка. Это все последствия пелены тьмы. Ты контактировала с духами, вот на тебе и остались их следы. На третьем курсе универа надо бы это знать. – Он вновь посмотрел на козла.
- Я про такое не слышала, - возмутилась я.
- Мы все потеряли, Авитус. В наше время было не так, - театрально вздохнул хранитель. – И даже не боится признаться, что не знает об этом.
Козлик покачал головой, явно разочарованный моими познаниями, и мекнул поддерживая Луи. Так. Спелись, значит, пока нас тут не было. А теперь еще и козни строят. Зелья варят... Шутейки свои тут шутят, простым людям непонятные. Все с ними ясно.
- Тогда к чему все эти «порой не замечаешь очевидного»? Зачем? А?
Луи вздохнул. А Авитус и вовсе закатил глаза, развернулся, да поцокал копытцами в свое бумажное гнездо.
Да что они здесь устроили?
- Так ты присмотрись, Лисси, и увидишь.
Он стрельнул взглядом на часы, которые показывали непозволительно много времени, и одна ведьма некромантка, что потеряла счет времени, рванула на занятия.
Следующая пара была не такой скучной, как предыдущая. Вернее, она была совсем не скучной для нас двоих, ведь внезапно нас решил навестить Демиан. Он расположился в конце аудитории, присев на стульчик и внимательно рассматривал всех присутствующих. На его плече сидела та самая предательская полудохлая пташка, хлопая своими выпученными глазками, и будто бы помогала своему хозяину вести слежку за нами.
Поэтому двум бедовым некромантом пришлось сесть вперед, стараясь не привлекать внимания. Сразу за нами сидели Ао и Мариан с несчастным студентом Ивангоффом, что ждал скорого пополнения в семействе глиновых. И недалеко от меня расположился Натаниэль, внимательно конспектируя все, что говорил преподаватель. Признаться честно, он был не таким мерзким, каким бы я хотела представлять себе светлого мага. Нейт, на первый взгляд, казался слишком спокойным, даже отстраненным, его не волновало прибытие темных в их корпуса. Он просто продолжал учиться и не сопротивлялся, когда нас поставили в пару.
Тем временем преподаватель, милая низкорослая женщина пыталась нам поведать о том, что постепенно магию заменят машины. И что со временем чародеи забудут о своем происхождении, во всем полагаясь на бездушные механизмы. Нам тоже должны были читать этот курс. Но не сейчас, а в следующем семестре. Для некромантов этот предмет отчасти был бесполезен, а преподавался так, для общего развития, чтобы студенты магунивера были разносторонне развиты.
Я продолжала слушать лекцию о том, что магия и технология развивались параллельно друг другу, но теперь современные ученые отчаянно пытаются соединить одно с другим, но у них не получается.
Майкл сидел рядом со мной, тоже не отрывая взгляд от профессора, но я чувствовала его напряжение и вполне могла представить все то, о чем мой соседушка сейчас думал.
Демиан.
Даже не нужно было оборачиваться, чтобы знать, что декановская секретутка на нас пялится. Он не скрывал того, что явился сюда по наши души. А так как почти все светлые искренне веровали, что мы опасные темные чародеи, то его охотно здесь приняли. Я вздохнула, откинувшись назад.
Не сказать, чтобы мне было скучно на паре. Но мысли мои были в другом месте, а лекция никак не хотела запоминаться.
Я осторожно приподняла руку, затронув Майкла кончиками пальцев, и сглотнула, боясь, что кто-то увидит. Соседушка начал наклоняться ко мне ближе, не привлекая особого внимания, и прошептал:
- Этот светлый глаз с нас не сводит. Кажется, они решили превратить нас в зеков. Даже надзирателя поставили. И птицу вместо сторожевого дракона.
Я сглотнула вязкую слюну, ощущая, что в горле все пересохло.
- Гаваро не позволит им нас запереть здесь, - тихо проговорила я в ответ, не смотря на соседа. - К тому же, если они нас здесь закроют. Темные объявят войну. Я дочь верховной ведьмы. А ты сын одного из уважаемых магов Роверхана.
Майкл опустил голову, ничего не отвечая, и лишь затем сказал:
- Я не... - он вновь замолк, будто подавившись воздухом. – Я не дам им нас пасти, словно барашков. Мы некроманты, а не их подопытные.
- А разве кто-то здесь сомневается? – спросила я, подавляя улыбку. – Теперь, когда мы знаем, что глиновое было одержимо. Мы можем рассказать моей матери, что пелена тьмы возникла, чтобы предупредить об опасности. И светлые пожалеют, что решили пойти на такое.
- Студенты Мариан и Ао, что вы творите? - резко раздался голос профессора по всей аудитории. Эти на первый взгляд милая женщина вмиг стала серьезной, а ее взгляд наполнился злобой не меньше, чем у наших преподов.
Мы с Майклом тут же отпрянули, испугавшись, что она шмальнет в нас магией, и я увидела, что произошло. Ао и Мариан, сидящие позади, внимательно прислушивались, чуть ли не забравшись на нас сверху. Преподавательница это, разумеется, заметила, и двое неумелых шпионов оказались в неловкой ситуации.
Я взглянула на Ао с явной обидой и болью в глазах, пытаясь вызвать у него хоть немного стыда, за то, что он меня предал. А я же ведь так ему верила! За что, Ао, за что?!
Староста отвел глаза, не желая встречаться со мной взглядом, а его щеки вспыхнули краской, и бедный студент начал оправдываться перед преподавателем. Но не успел. Болтливый Мариан его опередил.
- Простите, профессор, - начал он, а на его рыжей мордашке засияла извиняющаяся улыбка, а глаза стали такими печальными-печальными, будто он делал все это без какого-либо злого намерения. - Мы просто невольно заслушались, вот и не заметили, как навалились вперед. Чуть не сшибли Лисси и...
Майкл одарил Мариана ледяным взглядом, отчего тот сразу затих, потеряв желание спорить с некромантом.
Майкл шумно выдохнул, откинувшись на спинку своего стула. Я тоже выпрямила спину, и теперь мы смотрели друг на друга, играя в игру, кто быстрее прожжет в соседе дырку. Пока что выигрывал он.
- Признайся честно, Аншей, вчера ты солгала? На счет пелены тьмы?
Я чуть не поперхнулась.
- О, гоблин, нет! Как ты мог о таком подумать?
Бенхар придвинулся ко мне, поставив локти на стол, и прошептал:
- Тогда почему ты продолжаешь сомневаться? Духи появились здесь неспроста. И ты знаешь причину, по которой они внезапно решили поселиться в обители светлой магии… Так расскажи ее… - он ненадолго замолк, отведя взгляд в сторону, точно не хотел смотреть на меня, затем усмехнулся и добавил: - Я бы сделал это сам... Но боюсь, что тебе декан Атакор поверит охотнее.
- Что это значит? – недовольно прошипела я. – Не про духов, а про Атакора. Ты пытаешься меня в чем-то упрекнуть?
- Забей, - буркнул парень, тяжело вздохнув. – Я просто ревную, что мою… соседку, лапает какой-то там декан.
Я подавилась воздухом.
- Он меня не лапал.
- Да? А мне показалось наоборот, ты так к нему прижималась, плакалась в его жилетку. Рассказывала все в мельчайших деталях, о которых даже мне не рассказала… И Луи, между прочим, тоже, а он наш хранитель.
- Бенхар, ты случайно в лаборатории ничего не нанюхался? - прошептала я, пытаясь остудить его пыл. – Я плакалась в его жилетку, чтобы он мне поверил… Больно мне надо просто так унижаться перед светлыми.
Майкл недобро фыркнул. Он и сам прекрасно понимал это, по глазам вижу, но что-то внутри его беспокоило. Наверное, тоже переживал из-за пелены тьмы и скорого приезда верховной ведьмы.
- Скажи мне честно, Аншей, то, что ты рассказала декану – неправда? – пробурчал соседушка, напрягшись.
- Правда, - в который раз проговорила я. – Только к ней я добавила драматичного эффекта в виде слез…
Парень замолк, игнорируя меня несколько секунд, а затем тихо, еле слышно промолвил:
- Ты справилась со своей задачей… - Затем Майк мотнул головой, будто желая избавиться от ненужных мыслей, и сказал: - Тогда сомнений нет. Если не мы причастны к запрещенным ритуалам, которые способны вызвать пелену тьмы. Значит, виноват кто-то еще…
Я кивнула. Отрицать очевидное было бы глупостью. Закусив губу, я кинула взгляд на преподавательские столики, найдя глазами декана и Демиана, что усердно что-то обсуждали. Секретарь, словно прочувствовав мой взгляд, повернулся, посмотрев на меня в упор. Я сжала зубы так сильно, что казалось, они треснут от напряжения, но все же, я заставила себя ему улыбнуться.
- Знаешь, Бенхар, ты прав. И мы выведем этих лицемеров на чистую воду.
С этими словами я поднялась из-за стола и помчалась в общажный домик. До конца обеда было полчаса, но этого хватит, чтобы проверить глиновое на одержимость.
***
В блоке пахло чем-то непонятным. Я быстро распахнула дверь, обведя взглядом комнату. Луи и Авитус сидели на диване и варили какое-то зелье, засовывая туда труп крысопаука.
В гостиной была подозрительная чистота, даже старый стершийся пол, казалось, засверкал по-новому. Взглянув на идеальный порядок, нельзя было нас упрекнуть в том, что мы что-то замышляем. Да и зельями в воздухе не пахло, разве что, лимоном.
- Стоп-стоп-стоп, - замахала я руками, быстро закрыв за собой дверь. Светлые не должны знать, чем мы тут занимаемся. Хотя, даже я не понимаю, что тут задумали козел и хранитель.
- Ай, мышка моя летучая, уже вернулась, - улыбнулся Луи, выкинул в котел трупик и тщательно размешал. – Чего так рано? И где красавчика своего потеряла?
Я скинула с себя туфельки и на ходу ответила:
- Во-первых, он не мой красавчик. А свой собственный. Во-вторых, мало времени, я лишь на обеденный перерыв заскочила. У нас есть теория, что глиновое было одержимо духом, поэтому вело себя так странно. Нам нужно проверить его на одержимость, Луи, и побыстрее.
Я аккуратно вытащила глиновое из-под лампы, стараясь не навредить неженке. Цветочек недовольно зашевелил лепестками, потянувшись обратно к теплу и свету. Я держала его, как можно дальше от себя, боясь, что он может рвануть. А повторять печальный опыт студента Ивангоффа вовсе не хотелось. Переставив растение на обеденный стол, поближе к окну, я вновь обратилась к Луи. Наш хранитель одной рукой мешал непонятное зелье, а второй открывал один из запрещенных свитков Майкла, с явным восторгом в глазах. Авитус в это время перебирал другие, разыскивая нужное заклинание.
- Ребят, - обратилась я к козлику и духу-хранителю, что на полном серьезе решили изучить все свитки моего соседушки. – Вы живете с некромантами. Это базовое заклинание, которое учат на первом курсе. Я знаю его наизусть. Мне нужна капля крови, кость праведника и шалфей.
Луи посмотрел на Авитуса, перекидывая на бедного козлика все свои обязательства. Авитус уставился на хранителя непонимающим взглядом, затем злобно фыркнул, но пошел на поиски нужных ингредиентов. Тем временем я осторожно проткнула пальчик, выдавив немного крови на поднос. Луи поморщился, покачав головой, и передо мной возникла бутылочка с антисептиком и пластырь.
- Обработай рану. Мало ли какой заразы в этих светлых корпусах можно подхватить. Одержимость одержимостью, но о мерах предосторожности забывать не стоит, - проговорил дух, выразительно заглянув мне в глаза, давая понять, что возражения не принимаются.
Я сделала все как требовали меры безопасности. Тем временем Авитус уже принес веточку шалфея, положив ее на стол рядом с глиновым. Цветок безмятежно грел свои листочки на теплом солнышке, не подозревая, что его ждет.
Я вынула из уха правую серьгу, положив ее к необходимому инвентарю. В связи с тем, что магией до недавнего времени некроманты почти не пользовались, им приходилось использовать различный инвентарь для своих злодеяний. Вот так и у меня были разные сережки, выполненные из костей. Правая из крови праведника, а левая из кости грешника. Любила я, когда все было под рукой и искать никогда не приходилось.
Улыбнувшись, я растерла сухую веточку шалфея в порошок и смешала с капельками крови, читая строчки заклинания. Смесь задымилась подобно курильнице, благоухая ароматами шалфея и железа. Дым поднимался вверх, словно полупрозрачный столб, ожидая дальнейших указаний.
Я преподнесла к дыму кость праведника и зашептала заклинание:
- Он был призван самой тьмой.
Обрел в нем злобный дух покой.
Пусть скажет правду эта кость.
Кто здесь нежеланный гость.
Я положила сережку на серебряный поднос. Дым заклубился все сильнее, заполняя собой всю комнату, что даже бедняжка Луи закашлялся. А я лишь наблюдала за костью, что должна была указать на одержимого. Если это правда, то она зашевелиться, приблизившись к цветочку, а если нет, останется неподвижной. Дым струился из крохотной капли, занимая весь блок, что казалось, я вновь нахожусь в пелене тьмы. А где-то там стоят светлые, что жаждут забрать магию ведьмы. Внутри что-то сжалось жгутом, отчего мне захотелось втянуть голову в плечи. Но я продолжала следить за костью, не отрывая взгляда. Сердце заколотилось в груди, как безумное, я задержала дыхание, боясь нарушить ритуал. Луи затих, кажется, перестав мешать зелье, а Авитус, стоящий рядом сделал несколько шагов назад.
Сережка заметалась из стороны в сторону, задрожала на подносе, отчего по комнате пронесся металлический звук. Она тряслась на подносе, будто выбирая сторону, а затем встрепенулась, вырисовывая пятиконечную звезду.
- Она что-то чувствует, - прошептал Луи с восторженным трепетом в голосе, и вновь затих.
На несколько секунд кость остановилось рядом с глиновым, отчего цветочек вздрогнул, и рванула в мою сторону, замерев окончательно.
Дым перестал струиться из капли, и все вновь встало на свои места. Луи подошел ближе, морща красивый носик, и брезгливо отнес цветочек обратно под лампу. Тот недовольно вертелся, пытаясь быстрее прогнать дым.
- Похоже, не только глиновое одержимо, Лисси, но и ты… - промурлыкал хранитель. Авитус подлез под мою руку, успокаивая. Я почесала его каменную шерстку за ушком, и забрала проклятую сережку с подноса.
- Я не могу быть одержима, - промолвила я, не веря в происходящее. - Я бы заметила!
Луи фыркнул, шутливо закатив глаза, и перевел взгляд на Авитуса, который тоже был на редкость весел. Ну... для козла, я имею в виду. Эти двое как-то странно переглядывались, не произнося не слова, а затем и вовсе захихикали, плохо стараясь скрыть свое веселье.
- Что смешного? - спросила одна ведьма-некромантка, у которой терпение улетучивалось так же быстро, как и время до начала следующей пары. Я скрестила руки на груди, недовольно взирая на этих заговорщиков, пытаясь выглядеть, как можно суровее.
Луи склонил голову на бок, осмотрев меня скептическим взглядом. Его зеленые глаза сузились, и дух, вытянув губы уточкой, переводил взор то на меня, то на цветочек. Хранитель загадочно улыбнулся, вновь переглянувшись с козлом и, в последний раз хихикнув, произнес:
- Ничего, Лисси, ничего...
- Луи, - возмутилась я, выразительно глядя на духа. Но его это не проняло. Как говориться, не пугай магистра тьмы. Несмотря на всю распрекрасность темнейшего, он был... темнейшим сыном госпожи всего проклятого.
- Ну... - начал издалека хранитель. - Порой, ты не замечаешь очевидного. Так что... Не стоит делать поспешных выводов, дорогуша, - прощебетал Луи и, пытаясь подавить улыбку, добавил: - Ладно, видимо, шуток ты не понимаешь. Так вот говорю: ты не одержима, моя умненькая некроманточка. Это все последствия пелены тьмы. Ты контактировала с духами, вот на тебе и остались их следы. На третьем курсе универа надо бы это знать. – Он вновь посмотрел на козла.
- Я про такое не слышала, - возмутилась я.
- Мы все потеряли, Авитус. В наше время было не так, - театрально вздохнул хранитель. – И даже не боится признаться, что не знает об этом.
Козлик покачал головой, явно разочарованный моими познаниями, и мекнул поддерживая Луи. Так. Спелись, значит, пока нас тут не было. А теперь еще и козни строят. Зелья варят... Шутейки свои тут шутят, простым людям непонятные. Все с ними ясно.
- Тогда к чему все эти «порой не замечаешь очевидного»? Зачем? А?
Луи вздохнул. А Авитус и вовсе закатил глаза, развернулся, да поцокал копытцами в свое бумажное гнездо.
Да что они здесь устроили?
- Так ты присмотрись, Лисси, и увидишь.
Он стрельнул взглядом на часы, которые показывали непозволительно много времени, и одна ведьма некромантка, что потеряла счет времени, рванула на занятия.
***
Следующая пара была не такой скучной, как предыдущая. Вернее, она была совсем не скучной для нас двоих, ведь внезапно нас решил навестить Демиан. Он расположился в конце аудитории, присев на стульчик и внимательно рассматривал всех присутствующих. На его плече сидела та самая предательская полудохлая пташка, хлопая своими выпученными глазками, и будто бы помогала своему хозяину вести слежку за нами.
Поэтому двум бедовым некромантом пришлось сесть вперед, стараясь не привлекать внимания. Сразу за нами сидели Ао и Мариан с несчастным студентом Ивангоффом, что ждал скорого пополнения в семействе глиновых. И недалеко от меня расположился Натаниэль, внимательно конспектируя все, что говорил преподаватель. Признаться честно, он был не таким мерзким, каким бы я хотела представлять себе светлого мага. Нейт, на первый взгляд, казался слишком спокойным, даже отстраненным, его не волновало прибытие темных в их корпуса. Он просто продолжал учиться и не сопротивлялся, когда нас поставили в пару.
Тем временем преподаватель, милая низкорослая женщина пыталась нам поведать о том, что постепенно магию заменят машины. И что со временем чародеи забудут о своем происхождении, во всем полагаясь на бездушные механизмы. Нам тоже должны были читать этот курс. Но не сейчас, а в следующем семестре. Для некромантов этот предмет отчасти был бесполезен, а преподавался так, для общего развития, чтобы студенты магунивера были разносторонне развиты.
Я продолжала слушать лекцию о том, что магия и технология развивались параллельно друг другу, но теперь современные ученые отчаянно пытаются соединить одно с другим, но у них не получается.
Майкл сидел рядом со мной, тоже не отрывая взгляд от профессора, но я чувствовала его напряжение и вполне могла представить все то, о чем мой соседушка сейчас думал.
Демиан.
Даже не нужно было оборачиваться, чтобы знать, что декановская секретутка на нас пялится. Он не скрывал того, что явился сюда по наши души. А так как почти все светлые искренне веровали, что мы опасные темные чародеи, то его охотно здесь приняли. Я вздохнула, откинувшись назад.
Не сказать, чтобы мне было скучно на паре. Но мысли мои были в другом месте, а лекция никак не хотела запоминаться.
Я осторожно приподняла руку, затронув Майкла кончиками пальцев, и сглотнула, боясь, что кто-то увидит. Соседушка начал наклоняться ко мне ближе, не привлекая особого внимания, и прошептал:
- Этот светлый глаз с нас не сводит. Кажется, они решили превратить нас в зеков. Даже надзирателя поставили. И птицу вместо сторожевого дракона.
Я сглотнула вязкую слюну, ощущая, что в горле все пересохло.
- Гаваро не позволит им нас запереть здесь, - тихо проговорила я в ответ, не смотря на соседа. - К тому же, если они нас здесь закроют. Темные объявят войну. Я дочь верховной ведьмы. А ты сын одного из уважаемых магов Роверхана.
Майкл опустил голову, ничего не отвечая, и лишь затем сказал:
- Я не... - он вновь замолк, будто подавившись воздухом. – Я не дам им нас пасти, словно барашков. Мы некроманты, а не их подопытные.
- А разве кто-то здесь сомневается? – спросила я, подавляя улыбку. – Теперь, когда мы знаем, что глиновое было одержимо. Мы можем рассказать моей матери, что пелена тьмы возникла, чтобы предупредить об опасности. И светлые пожалеют, что решили пойти на такое.
- Студенты Мариан и Ао, что вы творите? - резко раздался голос профессора по всей аудитории. Эти на первый взгляд милая женщина вмиг стала серьезной, а ее взгляд наполнился злобой не меньше, чем у наших преподов.
Мы с Майклом тут же отпрянули, испугавшись, что она шмальнет в нас магией, и я увидела, что произошло. Ао и Мариан, сидящие позади, внимательно прислушивались, чуть ли не забравшись на нас сверху. Преподавательница это, разумеется, заметила, и двое неумелых шпионов оказались в неловкой ситуации.
Я взглянула на Ао с явной обидой и болью в глазах, пытаясь вызвать у него хоть немного стыда, за то, что он меня предал. А я же ведь так ему верила! За что, Ао, за что?!
Староста отвел глаза, не желая встречаться со мной взглядом, а его щеки вспыхнули краской, и бедный студент начал оправдываться перед преподавателем. Но не успел. Болтливый Мариан его опередил.
- Простите, профессор, - начал он, а на его рыжей мордашке засияла извиняющаяся улыбка, а глаза стали такими печальными-печальными, будто он делал все это без какого-либо злого намерения. - Мы просто невольно заслушались, вот и не заметили, как навалились вперед. Чуть не сшибли Лисси и...
Майкл одарил Мариана ледяным взглядом, отчего тот сразу затих, потеряв желание спорить с некромантом.
