— Первая групповушка у меня случилась, когда мне было двадцать. Так и пошло-поехало. Нет-нет, да случается. Время от времени. Ничего не могу с этим поделать. Иной раз корю себя за это, ругаю, но вновь смакую этот грех.
Франческа сидела, потягивая свой виски и слушала, слушала, слушала. Алкоголь расслабил её и, вспоминая некоторые фрагменты вчерашней ночи, она поймала себя на том, что начинает возбуждаться.
— Я вас сама вчера, по сути дела, развратила, — продолжала Мануэла, — Вы просто подвернулись мне под руку. Случайно. Хотя, нельзя не заметить, что я спасла вас. Как ни крути.
— Да, это так. Спасибо вам, сеньора. Мы действительно ваши должники.
— Я рада, что ты понимаешь это, девочка. Но, к сожалению, этого сейчас недостаточно.
Франческа взглянула на неё, чуть наклонив голову вбок. В её взгляде висел вопрос.
— Есть один нюанс, Чесс. Я сейчас скажу тебе одну вещь. Только прошу тебя, пойми меня правильно. Я хочу, чтобы ты оценила это максимально адекватно. Потому что от этого может зависеть ваша с Лео дальнейшая судьба.
— Ну хорошо. Я постараюсь. Говорите, сеньора.
— Дело в том, что этот коп, Джеймс, он написал на вас заявление за причинение телесных повреждений. Чтобы забрать его обратно он хочет денег. Чтобы ты понимала, я скажу, что внесла за вас очень немалый залог. Полагаю, ты и сама это уже поняла. Можешь считать это жестом моей доброй воли. Вы мне просто понравились. Это вышло совершенно случайно. Если хочешь знать, такое провернуть практически невозможно. Но я смогла. Не спрашивай как. Просто смогла и всё. Ты меня понимаешь?
Франческа кивнула.
— Так вот. Твой Лео вернёт мне этот долг. В этом нет никаких сомнений. Но есть одно «но».
Мануэла затянулась сигаретой, — Давай ещё выпьем, — предложила она.
Франческа согласилась, но на этот раз они глотнули не чокаясь.
— В общем, Чесс, я провернула ваше освобождение под залог с боссом Джеймса, но сам Джеймс, похоже, раскусил это и теперь хочет свою долю. Он просто шантажирует меня. Если я не заплачу ему, он даст ходу своему заявлению. Тогда пиши пропало. Вас будет не отмазать. Да и мы с его боссом пойдём вместе с вами, что называется, паровозом. Пока ты отсутствовала, я имела с Джеймсом разговор. Он просил слишком много, но мне удалось сбить цену. Короче, часть из того долга, что вернёт мне твой Лео, придётся заплатить Джеймсу. Если я сделаю это, он заберёт своё заявление, и вы оба останетесь на свободе. Впрочем, как и мы с боссом. Так что, придётся ему заплатить.
— А в чём, собственно, проблема то с этим Джеймсом, сеньора? Лео заплатит вам, вы заплатите копу.
— Как бы тебе объяснить, чтобы ты не оскорбилась от того, что он затребовал.
Несмотря на действие спиртного и сигарет, внутреннее напряжение Франчески возрастало, а сердце набирало обороты, — Говорите, как есть, сеньора. Напрямую. Я уже взрослая. Что он ещё хочет?
— Он хочет тебя, — отвернувшись в сторону произнесла Мануэла.
К горлу Франчески подкатил ком. Она была ошарашена тем, что только что услышала. Закрыв глаза, она глубоко вздохнула.
— Так я и думала, — процедила она. Пульс в её висках отбивал молоточками, а в ушах зашумело, словно рядом разорвалась петарда.
Повисла пауза.
— И что? Других вариантов нет? — с нотками злобы бросила Франческа полминуты спустя.
— А если я заплачу ему столько, сколько он запросил, он согласится не совать в меня свой чёрный член?
— У тебя не хватит денег, девочка, — ответила Мануэла.
— Хм-м…и сколько же? Сколько он хочет за то, чтобы забрать своё сраное заявление?
— Миллион евро.
— Сколько?! — вскрикнула Франческа, услышав цифру.
— Ты слышала, — сухо отрезала Мануэла.
— Так, мне нужно выпить, — резко выдала Франческа, смяв свой пустой стаканчик и бросила его на песок, — И курить. Я хочу курить.
— Держи, — Мануэла протянула ей пачку с зажигалкой.
Франческа нервничала. Трясущимися пальцами она приняла пачку и, вынув сигарету, закурила.
— Успокойся, Чесс, — Мануэла изобразила на лице что-то наподобие улыбки.
Лицо Франчески было каменным, — Принесите мне виски, сеньора. Поскорее, прошу вас.
Не сказав ни слова Мануэла поднялась и удалилась в Аролу.
— Блять, да где же Лео? — подумала она, глядя ей вслед.
Она снова набрала его. И снова результат оказался тем же, что и до этого. Лео не отвечал…
5
Она взглянула на берег. Джеймс сидел на том же самом месте. Теперь же он освежал себя водой из своих ладоней. От головы до пят по её телу вдруг пробежали мурашки. Дыхание снова участилось. Несмотря на то, что теперь она снова была в замешательстве, чувства отвращения почему-то не было. Почему? Это сейчас было ей неизвестно. Несколько раз глубоко затянувшись, она прилегла на свой шезлонг, закрыла глаза и снова подумала о Лео.
— Ку-ку, — раздался вдруг сверху голос Мануэлы.
Франческа открыла глаза.
Та стояла, протягивая Франческе стаканчик, — Твой Джек Дениелс, Чесс, — произнесла она, — Как обычно, со льдом, но не в чистом виде, а с колой.
Поднявшись, Франческа приняла стаканчик и сходу осушила его.
Мануэла взглянула не неё без особого удивления, словно уже знала ответ.
— Я согласна, — бросила Франческа.
— Хороший выбор, милая. Знаешь, как только я увидела тебя, я ни на секунду не сомневалась в твоей разумности. А теперь давай-ка, сходи и отожми свой купальник в одну из тех переодевалок. Во-о-н там. Видишь? Они как раз пустуют. А я схожу окунусь в море, пока ты отжимаешься, — рукой она указала Франческе на небольшое, разделённое перегородкой двухсекционное помещение из сухого бамбука, метрах в пятнадцати от них.
Взглянув туда, куда было указано, Франческа тотчас поняла, о чём идёт речь.
— У меня есть одна единственная просьба, сеньора Мануэла, — задумавшись на мгновение произнесла она.
— Да, конечно, я слушаю тебя, девочка моя, — ласково ответила та.
— Вы должны пообещать мне кое-что.
— Да, дорогая? — Мануэла ожидала, широко раскрыв глаза.
— Лео не должен узнать.
— О чём, дорогая?
— О том, что я сделала это.
— Прости, а что ты сделала?
Они помолчали, секунд десять глядя друг другу в глаза.
— Надеюсь, такое обещание тебя устроит? — спросила Мануэла Франческу, вновь запустив той ладонь в волосы.
— Вполне, — тихо ответила Франческа, — Благодарю вас, сеньора.
Поднявшись с шезлонга, она медленно поплелась в сторону переодевалок.
— Да смотри, хорошенечко отожмись. А то сейчас мы в ресторан пойдём. Там мокреньких не пускают, — весело проголосила Мануэла ей в след. Потягивая свой коктейль, она погрузилась в свой мягкий шезлонг и, закурив, взглянула на море. Коп стоял по пояс в воде, глядя на неё издалека. Мануэла подняла руку. Покивав кистью, она указательным пальцем указала ему на те самые переодевалки. Джеймс понял, что пришло время прогуляться…
6
Франческа вошла в переодевалку и закрыла за собой дверь. Сердце бешено колотилось. Сквозь щели меж бамбуковых стен внутрь пробивались тонкие лучи солнца. Было довольно душно. Алкоголь в крови усиливал чувство духоты. Ей было тяжело дышать. Она взглянула вверх, затем вниз. Пирамидальная крыша полностью закрывала помещение сверху. От поверхности песка до нижнего края стены было не менее одного фута пустого пространства, так, что если положить внутри, скажем, баскетбольный мяч, то наблюдатель, находящийся снаружи, спокойно мог бы целиком видеть этот мяч с расстояния пяти метров от переодевалки, а уж с шезлонга, на котором сейчас в положении полулёжа находилась Мануэла — тем паче.
— О, боже! Что же делать? Как быть? — метались мысли в её голове.
На несколько секунд ей в голову закралась мысль о том, чтобы бежать отсюда. Но здравый смысл в итоге подсказал, что это во истину дурная идея.
— А вдруг кто-нибудь увидит? Лео… что, если Лео всё же узнает? Нет, не должен. Она обещала… обещала не выдавать меня. Почему-то я ей верю… да… я верю ей. Если я не сделаю, нас ждёт… нас ждёт тюрьма… тюрьма и ещё бог знает что. Боже, ну почему всё это случилось именно с нами? — словно взывала она о помощи, прижавшись спиной к стенке. Из её глаз выступили слёзы. Пытаясь успокоиться, Франческа вытерла их ладонями и сделала пару глубоких вдохов-выдохов. Выхода не было. Она уже дала своё согласие. Назад пути нет. Надо исполнять. Теперь ей оставалось только ждать. Ждать, когда к ней войдёт Джеймс, чернокожий коп убойного отдела барселонской криминальной полиции…
7
Медленно приближаясь к переодевалке, он видел нижнюю часть её ног, чувствовал, как она нервничает. Его член уже стоял колом. Несмотря на полуденный зной всё его тело охватил прохладный мандраж. Предвкушая секс в столь экзотическом месте, он то и дело выхватывал мурашки в области темечка. Его коленки и пальцы рук тряслись. Подобных приключений у него не было у него уже порядком давно. До двери оставалось десять шагов. Джеймс расправил плечи и размял шею, думая о том, с чего начать. Когда оставалось пять шагов, он представил, как она опускается на колени и, медленно стянув с него плавки, нежно проводит языком вдоль его возбуждённого ствола. Он чувствует жар её дыхания. Его достоинство в плавках достигло таких размеров, что те начали трещать по швам, а со стороны всё это теперь выглядело уже не совсем прилично. Три шага. Джеймс представил, как коснётся языком её соска, упругого и шоколадного, как падают на песок её ярко-оранжевые трусики, как он сжимает её молодые упругие ягодицы. В одном шаге от желанной двери он так возбудился, что едва не кончил. Он остановился, развернулся в обратном направлении и взглянул на море. В этот миг он понял, что ему нужно охладить свой зашкаливающий пыл. Напрочь позабыв о лангете на своём носу, он, разбежавшись что есть сил, нырнул в море и скрылся под водой.
Не прошло и двух минут, как прогнав все мысли прочь, Джеймс, вновь подойдя к переодевалке, открыл дверь и вошёл внутрь. Франческа вздрогнула и опустила глаза. Он задвинул засов, нежно приподнял своими крупными и мягкими пальцами её подбородок и заглянул в её глаза…
8
Разомлевшая от Маргариты, Мануэла пребывала в лёгком сне.
— Ну неужели! Сеньора! Я нашёл-таки вас! — разбудил её чей-то громкий, бодрый голос.
Встрепенувшись, она открыла глаза. Сверху на неё смотрело улыбающееся лицо Лео в чёрных солнцезащитных очках.
— О бог ты мой! Лео! — недовольно проговорила она, соскочив и усевшись на шезлонге, — Уф-ф, как же ты меня напугал! Разве так можно?
— Простите, простите, сеньора Мануэла. Не хотел, не хотел. Так уж вышло, — проголосил он, присев на корточки прямо около неё, — Просто я так обрадовался. Знаете, я битый час ищу вас и вот, наконец, нашёл. Как же я рад. Вы представить не можете. Я захлопнул дверь вашей квартиры, а потом понял, что забыл свой телефон, бумажник. Короче, я ходил вокруг да около, разыскивая тот ресторанчик, о котором вы написали мне в записке. Пока ходил, я напрочь забыл его название. Я было подумал позвонить Франческе, но, как назло, не помню наизусть её цифры. Она меняет их два раза в месяц. Поди запомни! Вот же чёрт! Прошёл километра два вдоль пляжа, разыскивая вас. Ушёл так далеко, что отсюда не видать. А потом думаю, вы же написали, что я должен обойти дом, пройти по мосту и сразу будет этот ресторанчик. Как его там?
— Арола, — зевнув, бросила Мануэла.
— Точно. Арола. Вот же память. Совсем не стало. Кстати, спасибо за то, что постирали мои вещи. Я нашёл в гардеробе кое-что. Вот, смотрите. Как вам? — крутанувшись вокруг собственной оси, он снял очки и улыбнулся ей. Увидев вновь его белоснежную улыбку на фоне всё ещё опухшего от побоев лица, Мануэла невольно рассмеялась.
— Чего? — не переставая улыбаться спросил Лео.
— Да так. Забавный ты — вот чего, — весело бросила она, хлопнув его по плечу, — Британский миллионер без телефона, без бумажника. Кому расскажи — не поверят. Первый раз в жизни вижу такого миллионера.
— Ну дак смотрите, сеньора. Пока снова не пропал, — задорно бросил он.
— Сигарету будешь? — спросила она.
— Не откажусь, — сказал он, продолжая озираться.
Она дала прикурить ему, затем прикурила сама.
Лео взглянул на море, — А где? — спросил он, глубоко затянувшись дымом.
— Что? — ответила вопросом на вопрос Мануэла.
— Да не что, а кто, — усмехнувшись её шутке бросил Лео.
— А-а, ты о не-е-й, о Франческе.
— Ну да. О ком же мне ещё спрашивать то?
Глядя по сторонам, он хотел поскорее поймать её образ в своём фокусе. Но всё никак не мог. Он суетился.
— Ты сок нашёл в холодильнике? Попил?
— Да, спасибо, — кивнул он.
— Да здесь она, здесь, — сказала она, неожиданно взяв его за запястье руки, — И она мне всё о тебе рассказала.
— Хм-м, — и что же, позвольте узнать?
— А всё. В общих чертах, по крайней мере.
— В каких это общих?
— Знаю о том, что ты толком не работаешь. О твоих пристрастиях.
Лео резко одёрнул руку и снял очки, глядя ей прямо в глаза.
— Ты что творишь, извращенец? Таскаешь девку за собой. Мучаешь. Шлюху из неё сделал. Не стыдно? Лучше бы в жёны взял.
— Вам-то что до этого? — сказал он, нахмурив лоб, — Вы то, чем лучше? Или вы думаете, что если помогли нам, то теперь можете совать свой нос в наши дела? Судить и учить жизни? Так что ли? В общем так, сеньора, я попросил бы вас не читать мне больше морали. Вам ясно?
В один вмиг её лицо словно окаменело, но она не снизошла до крика. Нагнувшись к нему, сидящему на корточках подле неё, она прошептала ему на ухо:
— А ну-ка ты, миллионер паршивый. Извращенец хренов. Ротик свой прикрыл быстренько. Ты забыл на каких ты здесь правах сейчас находишься? А? Тебе напомнить? Или может сразу вернуть тебя и твою девочку туда, откуда я на днях освободила вас под залог? Хочешь этого? А? Один мой звонок и ты за решёткой, ковбой, блять, недоделанный! Тебе напомнить сколько денег ты мне должен?
От такого напора Лео в прямом и переносном смысле сел на жопу, испуганно глядя на неё. Сказать в ответ было нечего.
— Съел?! — бросила она вдогонку, испепеляя его своим взглядом.
Он опустил голову.
— А теперь сядь рядом. Вот сюда, — она похлопала ладонью по шезлонгу Франчески.
Поднявшись с песка, Лео присел.
— Слушай меня и не задавай вопросов, — начала она, — Как ты уже знаешь, я откупила вас в полиции. Тот коп, которому ты на вокзале сломал нос, находится сейчас здесь, на пляже, вместе с нами. Вот его шезлонг. Перелом носа у него очень серьёзный. Он написал на вас заявление в полицию, но пока ещё не подал его официально. Коп этот — крепкий орешек. И очень упёртый. За то, что он не заявит на вас он требует кругленькую сумму.
— Сколько? — спросил Лео.
— Я сказала не задавать вопросов! Ты не понял?!
— Ну хорошо, хорошо, — виновато произнёс Лео.
— Он просит миллион, — ответила она.
— Ско-о-олько?! — глаза Лео, несмотря всё ещё не сошедшую отёчность, в тот же миг сделались круглыми.
— Ты слышал, — бросила Мануэла, — Миллион евро.
Лео ошарашенно глядел на неё. Внутри него всё кипело. Но ему оставалось лишь молчать. Слушать и молчать.
— Теперь смотри дальше. Я пыталась сбить цену и, в конечном счёте, мне это удалось. Сбила до ста штук. Но есть нюанс. Он к своим ста косым потребовал бонус. Если он получит этот бонус, то клянётся не давать ходу своему заявлению. В общем, от него сейчас зависит ваша свобода.
— Что за бонус, позвольте спросить? — с осторожностью спросил Лео.
Франческа сидела, потягивая свой виски и слушала, слушала, слушала. Алкоголь расслабил её и, вспоминая некоторые фрагменты вчерашней ночи, она поймала себя на том, что начинает возбуждаться.
— Я вас сама вчера, по сути дела, развратила, — продолжала Мануэла, — Вы просто подвернулись мне под руку. Случайно. Хотя, нельзя не заметить, что я спасла вас. Как ни крути.
— Да, это так. Спасибо вам, сеньора. Мы действительно ваши должники.
— Я рада, что ты понимаешь это, девочка. Но, к сожалению, этого сейчас недостаточно.
Франческа взглянула на неё, чуть наклонив голову вбок. В её взгляде висел вопрос.
— Есть один нюанс, Чесс. Я сейчас скажу тебе одну вещь. Только прошу тебя, пойми меня правильно. Я хочу, чтобы ты оценила это максимально адекватно. Потому что от этого может зависеть ваша с Лео дальнейшая судьба.
— Ну хорошо. Я постараюсь. Говорите, сеньора.
— Дело в том, что этот коп, Джеймс, он написал на вас заявление за причинение телесных повреждений. Чтобы забрать его обратно он хочет денег. Чтобы ты понимала, я скажу, что внесла за вас очень немалый залог. Полагаю, ты и сама это уже поняла. Можешь считать это жестом моей доброй воли. Вы мне просто понравились. Это вышло совершенно случайно. Если хочешь знать, такое провернуть практически невозможно. Но я смогла. Не спрашивай как. Просто смогла и всё. Ты меня понимаешь?
Франческа кивнула.
— Так вот. Твой Лео вернёт мне этот долг. В этом нет никаких сомнений. Но есть одно «но».
Мануэла затянулась сигаретой, — Давай ещё выпьем, — предложила она.
Франческа согласилась, но на этот раз они глотнули не чокаясь.
— В общем, Чесс, я провернула ваше освобождение под залог с боссом Джеймса, но сам Джеймс, похоже, раскусил это и теперь хочет свою долю. Он просто шантажирует меня. Если я не заплачу ему, он даст ходу своему заявлению. Тогда пиши пропало. Вас будет не отмазать. Да и мы с его боссом пойдём вместе с вами, что называется, паровозом. Пока ты отсутствовала, я имела с Джеймсом разговор. Он просил слишком много, но мне удалось сбить цену. Короче, часть из того долга, что вернёт мне твой Лео, придётся заплатить Джеймсу. Если я сделаю это, он заберёт своё заявление, и вы оба останетесь на свободе. Впрочем, как и мы с боссом. Так что, придётся ему заплатить.
— А в чём, собственно, проблема то с этим Джеймсом, сеньора? Лео заплатит вам, вы заплатите копу.
— Как бы тебе объяснить, чтобы ты не оскорбилась от того, что он затребовал.
Несмотря на действие спиртного и сигарет, внутреннее напряжение Франчески возрастало, а сердце набирало обороты, — Говорите, как есть, сеньора. Напрямую. Я уже взрослая. Что он ещё хочет?
— Он хочет тебя, — отвернувшись в сторону произнесла Мануэла.
К горлу Франчески подкатил ком. Она была ошарашена тем, что только что услышала. Закрыв глаза, она глубоко вздохнула.
— Так я и думала, — процедила она. Пульс в её висках отбивал молоточками, а в ушах зашумело, словно рядом разорвалась петарда.
Повисла пауза.
— И что? Других вариантов нет? — с нотками злобы бросила Франческа полминуты спустя.
— А если я заплачу ему столько, сколько он запросил, он согласится не совать в меня свой чёрный член?
— У тебя не хватит денег, девочка, — ответила Мануэла.
— Хм-м…и сколько же? Сколько он хочет за то, чтобы забрать своё сраное заявление?
— Миллион евро.
— Сколько?! — вскрикнула Франческа, услышав цифру.
— Ты слышала, — сухо отрезала Мануэла.
— Так, мне нужно выпить, — резко выдала Франческа, смяв свой пустой стаканчик и бросила его на песок, — И курить. Я хочу курить.
— Держи, — Мануэла протянула ей пачку с зажигалкой.
Франческа нервничала. Трясущимися пальцами она приняла пачку и, вынув сигарету, закурила.
— Успокойся, Чесс, — Мануэла изобразила на лице что-то наподобие улыбки.
Лицо Франчески было каменным, — Принесите мне виски, сеньора. Поскорее, прошу вас.
Не сказав ни слова Мануэла поднялась и удалилась в Аролу.
— Блять, да где же Лео? — подумала она, глядя ей вслед.
Она снова набрала его. И снова результат оказался тем же, что и до этого. Лео не отвечал…
5
Она взглянула на берег. Джеймс сидел на том же самом месте. Теперь же он освежал себя водой из своих ладоней. От головы до пят по её телу вдруг пробежали мурашки. Дыхание снова участилось. Несмотря на то, что теперь она снова была в замешательстве, чувства отвращения почему-то не было. Почему? Это сейчас было ей неизвестно. Несколько раз глубоко затянувшись, она прилегла на свой шезлонг, закрыла глаза и снова подумала о Лео.
— Ку-ку, — раздался вдруг сверху голос Мануэлы.
Франческа открыла глаза.
Та стояла, протягивая Франческе стаканчик, — Твой Джек Дениелс, Чесс, — произнесла она, — Как обычно, со льдом, но не в чистом виде, а с колой.
Поднявшись, Франческа приняла стаканчик и сходу осушила его.
Мануэла взглянула не неё без особого удивления, словно уже знала ответ.
— Я согласна, — бросила Франческа.
— Хороший выбор, милая. Знаешь, как только я увидела тебя, я ни на секунду не сомневалась в твоей разумности. А теперь давай-ка, сходи и отожми свой купальник в одну из тех переодевалок. Во-о-н там. Видишь? Они как раз пустуют. А я схожу окунусь в море, пока ты отжимаешься, — рукой она указала Франческе на небольшое, разделённое перегородкой двухсекционное помещение из сухого бамбука, метрах в пятнадцати от них.
Взглянув туда, куда было указано, Франческа тотчас поняла, о чём идёт речь.
— У меня есть одна единственная просьба, сеньора Мануэла, — задумавшись на мгновение произнесла она.
— Да, конечно, я слушаю тебя, девочка моя, — ласково ответила та.
— Вы должны пообещать мне кое-что.
— Да, дорогая? — Мануэла ожидала, широко раскрыв глаза.
— Лео не должен узнать.
— О чём, дорогая?
— О том, что я сделала это.
— Прости, а что ты сделала?
Они помолчали, секунд десять глядя друг другу в глаза.
— Надеюсь, такое обещание тебя устроит? — спросила Мануэла Франческу, вновь запустив той ладонь в волосы.
— Вполне, — тихо ответила Франческа, — Благодарю вас, сеньора.
Поднявшись с шезлонга, она медленно поплелась в сторону переодевалок.
— Да смотри, хорошенечко отожмись. А то сейчас мы в ресторан пойдём. Там мокреньких не пускают, — весело проголосила Мануэла ей в след. Потягивая свой коктейль, она погрузилась в свой мягкий шезлонг и, закурив, взглянула на море. Коп стоял по пояс в воде, глядя на неё издалека. Мануэла подняла руку. Покивав кистью, она указательным пальцем указала ему на те самые переодевалки. Джеймс понял, что пришло время прогуляться…
6
Франческа вошла в переодевалку и закрыла за собой дверь. Сердце бешено колотилось. Сквозь щели меж бамбуковых стен внутрь пробивались тонкие лучи солнца. Было довольно душно. Алкоголь в крови усиливал чувство духоты. Ей было тяжело дышать. Она взглянула вверх, затем вниз. Пирамидальная крыша полностью закрывала помещение сверху. От поверхности песка до нижнего края стены было не менее одного фута пустого пространства, так, что если положить внутри, скажем, баскетбольный мяч, то наблюдатель, находящийся снаружи, спокойно мог бы целиком видеть этот мяч с расстояния пяти метров от переодевалки, а уж с шезлонга, на котором сейчас в положении полулёжа находилась Мануэла — тем паче.
— О, боже! Что же делать? Как быть? — метались мысли в её голове.
На несколько секунд ей в голову закралась мысль о том, чтобы бежать отсюда. Но здравый смысл в итоге подсказал, что это во истину дурная идея.
— А вдруг кто-нибудь увидит? Лео… что, если Лео всё же узнает? Нет, не должен. Она обещала… обещала не выдавать меня. Почему-то я ей верю… да… я верю ей. Если я не сделаю, нас ждёт… нас ждёт тюрьма… тюрьма и ещё бог знает что. Боже, ну почему всё это случилось именно с нами? — словно взывала она о помощи, прижавшись спиной к стенке. Из её глаз выступили слёзы. Пытаясь успокоиться, Франческа вытерла их ладонями и сделала пару глубоких вдохов-выдохов. Выхода не было. Она уже дала своё согласие. Назад пути нет. Надо исполнять. Теперь ей оставалось только ждать. Ждать, когда к ней войдёт Джеймс, чернокожий коп убойного отдела барселонской криминальной полиции…
7
Медленно приближаясь к переодевалке, он видел нижнюю часть её ног, чувствовал, как она нервничает. Его член уже стоял колом. Несмотря на полуденный зной всё его тело охватил прохладный мандраж. Предвкушая секс в столь экзотическом месте, он то и дело выхватывал мурашки в области темечка. Его коленки и пальцы рук тряслись. Подобных приключений у него не было у него уже порядком давно. До двери оставалось десять шагов. Джеймс расправил плечи и размял шею, думая о том, с чего начать. Когда оставалось пять шагов, он представил, как она опускается на колени и, медленно стянув с него плавки, нежно проводит языком вдоль его возбуждённого ствола. Он чувствует жар её дыхания. Его достоинство в плавках достигло таких размеров, что те начали трещать по швам, а со стороны всё это теперь выглядело уже не совсем прилично. Три шага. Джеймс представил, как коснётся языком её соска, упругого и шоколадного, как падают на песок её ярко-оранжевые трусики, как он сжимает её молодые упругие ягодицы. В одном шаге от желанной двери он так возбудился, что едва не кончил. Он остановился, развернулся в обратном направлении и взглянул на море. В этот миг он понял, что ему нужно охладить свой зашкаливающий пыл. Напрочь позабыв о лангете на своём носу, он, разбежавшись что есть сил, нырнул в море и скрылся под водой.
Не прошло и двух минут, как прогнав все мысли прочь, Джеймс, вновь подойдя к переодевалке, открыл дверь и вошёл внутрь. Франческа вздрогнула и опустила глаза. Он задвинул засов, нежно приподнял своими крупными и мягкими пальцами её подбородок и заглянул в её глаза…
8
Разомлевшая от Маргариты, Мануэла пребывала в лёгком сне.
— Ну неужели! Сеньора! Я нашёл-таки вас! — разбудил её чей-то громкий, бодрый голос.
Встрепенувшись, она открыла глаза. Сверху на неё смотрело улыбающееся лицо Лео в чёрных солнцезащитных очках.
— О бог ты мой! Лео! — недовольно проговорила она, соскочив и усевшись на шезлонге, — Уф-ф, как же ты меня напугал! Разве так можно?
— Простите, простите, сеньора Мануэла. Не хотел, не хотел. Так уж вышло, — проголосил он, присев на корточки прямо около неё, — Просто я так обрадовался. Знаете, я битый час ищу вас и вот, наконец, нашёл. Как же я рад. Вы представить не можете. Я захлопнул дверь вашей квартиры, а потом понял, что забыл свой телефон, бумажник. Короче, я ходил вокруг да около, разыскивая тот ресторанчик, о котором вы написали мне в записке. Пока ходил, я напрочь забыл его название. Я было подумал позвонить Франческе, но, как назло, не помню наизусть её цифры. Она меняет их два раза в месяц. Поди запомни! Вот же чёрт! Прошёл километра два вдоль пляжа, разыскивая вас. Ушёл так далеко, что отсюда не видать. А потом думаю, вы же написали, что я должен обойти дом, пройти по мосту и сразу будет этот ресторанчик. Как его там?
— Арола, — зевнув, бросила Мануэла.
— Точно. Арола. Вот же память. Совсем не стало. Кстати, спасибо за то, что постирали мои вещи. Я нашёл в гардеробе кое-что. Вот, смотрите. Как вам? — крутанувшись вокруг собственной оси, он снял очки и улыбнулся ей. Увидев вновь его белоснежную улыбку на фоне всё ещё опухшего от побоев лица, Мануэла невольно рассмеялась.
— Чего? — не переставая улыбаться спросил Лео.
— Да так. Забавный ты — вот чего, — весело бросила она, хлопнув его по плечу, — Британский миллионер без телефона, без бумажника. Кому расскажи — не поверят. Первый раз в жизни вижу такого миллионера.
— Ну дак смотрите, сеньора. Пока снова не пропал, — задорно бросил он.
— Сигарету будешь? — спросила она.
— Не откажусь, — сказал он, продолжая озираться.
Она дала прикурить ему, затем прикурила сама.
Лео взглянул на море, — А где? — спросил он, глубоко затянувшись дымом.
— Что? — ответила вопросом на вопрос Мануэла.
— Да не что, а кто, — усмехнувшись её шутке бросил Лео.
— А-а, ты о не-е-й, о Франческе.
— Ну да. О ком же мне ещё спрашивать то?
Глядя по сторонам, он хотел поскорее поймать её образ в своём фокусе. Но всё никак не мог. Он суетился.
— Ты сок нашёл в холодильнике? Попил?
— Да, спасибо, — кивнул он.
— Да здесь она, здесь, — сказала она, неожиданно взяв его за запястье руки, — И она мне всё о тебе рассказала.
— Хм-м, — и что же, позвольте узнать?
— А всё. В общих чертах, по крайней мере.
— В каких это общих?
— Знаю о том, что ты толком не работаешь. О твоих пристрастиях.
Лео резко одёрнул руку и снял очки, глядя ей прямо в глаза.
— Ты что творишь, извращенец? Таскаешь девку за собой. Мучаешь. Шлюху из неё сделал. Не стыдно? Лучше бы в жёны взял.
— Вам-то что до этого? — сказал он, нахмурив лоб, — Вы то, чем лучше? Или вы думаете, что если помогли нам, то теперь можете совать свой нос в наши дела? Судить и учить жизни? Так что ли? В общем так, сеньора, я попросил бы вас не читать мне больше морали. Вам ясно?
В один вмиг её лицо словно окаменело, но она не снизошла до крика. Нагнувшись к нему, сидящему на корточках подле неё, она прошептала ему на ухо:
— А ну-ка ты, миллионер паршивый. Извращенец хренов. Ротик свой прикрыл быстренько. Ты забыл на каких ты здесь правах сейчас находишься? А? Тебе напомнить? Или может сразу вернуть тебя и твою девочку туда, откуда я на днях освободила вас под залог? Хочешь этого? А? Один мой звонок и ты за решёткой, ковбой, блять, недоделанный! Тебе напомнить сколько денег ты мне должен?
От такого напора Лео в прямом и переносном смысле сел на жопу, испуганно глядя на неё. Сказать в ответ было нечего.
— Съел?! — бросила она вдогонку, испепеляя его своим взглядом.
Он опустил голову.
— А теперь сядь рядом. Вот сюда, — она похлопала ладонью по шезлонгу Франчески.
Поднявшись с песка, Лео присел.
— Слушай меня и не задавай вопросов, — начала она, — Как ты уже знаешь, я откупила вас в полиции. Тот коп, которому ты на вокзале сломал нос, находится сейчас здесь, на пляже, вместе с нами. Вот его шезлонг. Перелом носа у него очень серьёзный. Он написал на вас заявление в полицию, но пока ещё не подал его официально. Коп этот — крепкий орешек. И очень упёртый. За то, что он не заявит на вас он требует кругленькую сумму.
— Сколько? — спросил Лео.
— Я сказала не задавать вопросов! Ты не понял?!
— Ну хорошо, хорошо, — виновато произнёс Лео.
— Он просит миллион, — ответила она.
— Ско-о-олько?! — глаза Лео, несмотря всё ещё не сошедшую отёчность, в тот же миг сделались круглыми.
— Ты слышал, — бросила Мануэла, — Миллион евро.
Лео ошарашенно глядел на неё. Внутри него всё кипело. Но ему оставалось лишь молчать. Слушать и молчать.
— Теперь смотри дальше. Я пыталась сбить цену и, в конечном счёте, мне это удалось. Сбила до ста штук. Но есть нюанс. Он к своим ста косым потребовал бонус. Если он получит этот бонус, то клянётся не давать ходу своему заявлению. В общем, от него сейчас зависит ваша свобода.
— Что за бонус, позвольте спросить? — с осторожностью спросил Лео.
