Это натолкнуло графа на мысль, что он был с ними тесно знаком и если именно ему поручили передать завещание, значит я также могу доверять Арнольду.
— Кхм, Кхм, я продолжу - прокашлявшись сказал Элфорд - спустя время прибыл лекарь. После осмотра, врач посчитал причиной такого состояния короля с королевой апоплексию, при которой пациент может впасть в кому. Позже, Христофор пригляделся к Елизавете и обнаружил каплю крови на её корсете. Он хотел проверить свою догадку и поэтому первым делом пустил кровь на обеих руках её величества. Из королевы вытекло 50 мл, это говорит о том, что душегуб обескровил свою жертву после убийства. Немедленно оголив верхнюю часть тела мы обнаружили в середине грудной клетки швы, после их снятия, среди органов отсутствовало сердце с отоованными кровеноснами сосудами, а дальше уж извините без подробностей. Обои были убиты одним и тем же способом. - Рафаэль уже не смотрел в пол, его глаза, полные боли, пытались найти утешение, но кроме хмурых лиц и противной погоды, больше ничего не окружало его. Понятие жестокости не было знакомо графу, даже взбучки тётушки Луизы показались ему ребячечтвом. Все произведения, рассказы, которые писал Рафаэль были наполнены чем-то окрылённым и романтичным, как и сама натура молодого писателя.
В это же мгновенье расторопными движениями, Рафаэль пытался достать из дорожного несессера записную книжку, в которой умещались и мысли, и проза, и чувства молодого писателя. У него появилось не вдохновение, это лишь шоковое состояние вогнало юношу в бесконечный поток мыслей, которые требовали запечатления на строчках записной книжки. Но на листе бумаги вместо чернил одна за другой струились слёзы парнишки, чьи родители так жестоко были убиты.
— Почему? - проговорил граф чуть слышным шёпотом. - Кому понадобилась ваша смерть? - Просидев с понуреной головой ещё какое-то время, Рафаэль не нашёл слов для своей записной книги и вместо злобы, на душе графа наступило принятие. Позже, он уснул, под звуки проливного дождя, стука колёс и молчания спутников.
Долго просиживать в дилижансе не пришлось, под утро следующего дня их компания прибыла в поместье Спрингфилд. Первым делом видишь двустворчатые ворота, который едва можно разглядеть из-за надоедливого плюща. По словам Арнольда, жители ближайшей деревни прозвали поместье Ivy House, ведь не только забор, но и само поместье было окутано этим растением. Преодолев ворота, спутников встретила тень деревьев, их было немалое количество. Рядом с особняком расположено несколько клумб, устланых разноцветным ковром из роз, ночной фиалки, пионов и белых люпинов. „Кажется я нашёл источник вдохновения” - подумал молодой поэт направляясь дальше, к главному входу в здание. Вход находился в самом центре фасада, между двумя античными колоннами, разместившимися на устойчивых пьедесталах.
Подойдя к двери, Арнольд Элфорд достал увесистую связку ключей и пока он искал нужный ключ, Рафаэль успел заметить, что дверная ручка была оформлена в виде головы скелета с шляпой-цилиндром, украшенной перьями, костями и черепами. Парень не знал чтобы это могло значить, однако в их поместье входные двери украшала львиная голова, по словам тётушки Луизы это сиивол власти и влияния семейства. Она была весьма суеверной и в нашем доме многие вещи имели определённый смысл, кроме слезницы конечно. Луиза не вдова, у неё не было мужчины по которому можно было горевать в его отсутствие и эта вещь была единственной, по мнению Рафаэля бессмысленной.
— Господин вы собираетесь входить? - с улыбкой на лице произнёс Арнольд. Выйдя из раздумий, молодой граф переступил порог дома. Элфорд продолжил. - Располагайтесь, чувствуйте себя как дома. Скоро подойдёт дворецкий Джеймс и проведёт вас в свои покои. Молча. - после этого последовал надменный смешок и удаляющиеся шаги. Пока Арнольд не ушёл, Рафаэль произнёс:
— Арнольд, вы после смерти моих родителей вы один управляли поместьем?
— Нет, не один, у него были помощницы. - произнёс женский голос, отдаваясь чуть слышным эхом в холле дворца. Обернувшись, граф увидел молодую девушку, её лицо тронула лёгкая улыбка. Внешний вид выдавал в ней застенчивую леди: пальцы то и дело перебирали тесьму на платье, плечи слегка опущены, взгляд устремлён не на путникав, а как-будто сквозь них.
— Меня зовут Аврора Кэррол, а это моя сестра Агата Кэррол. - договорила она и вот мой взгляд остановился на другой девушке. Она была похожа на Аврору, но выглядела старше и если первая была застенчивой, то эта всем своим видом показывала свою напыщенность и почему-то недовольство.
— Мда... Рады вас видеть - произнесла Агата, каким-то усталым голосом - особо не обосновывайтесь, уверена вам здесь наскучит.
— Агата! - прикрикнула Аврора, недовольно покосившись на неё. Вернув свой взгляд на мужчин на ней снова обосновалась милая улыбка. - извините её, она наверное не в духе.
— Кэррол, хм, знакомая фамилия. Кажется, устраивая приёмы, к нам жаловал и не раз господин Джордж Кэррол. Случайно не ваш родственник? - сказал Рафаэль.
— Да, это наш отец.
— Тогда почему я не мог застать вас не на одном приёме? - произнёс Рафаэль, не переставая смотреть на Аврору. Она ему приглянулась, но он этого не осознавал. Графу приходилось испытывать чувство восхищения, когда Рафаэль смотрел на цветущий сад, но ему впервые довелось испытать те же чувства при виде девушки. Те же эмоции, те же мысли, но перед ним были не фиалки с розами, а распустившаяся леди, успевшая корнями уцепиться в мысли молодого человека.
— На самом деле мы редко видимся с отцом. Я и Агата вот уже три года обосновалась в этом поместье после смерти нашей матери. - под конец фразы она чуть затихла, потупив взгляд в пол. Но вот она выпрямилась и продолжила, голос её был уже не надломленный. - когда его величества устраивали приёмы, отец редко, но всё таки навещал меня и сестру. Мы не особо были с ним близки и поэтому он редко куда нас брал. - договорив, Аврора взглянула на сестру, а та в свою очередь закатила глаза и, развернувшись, точёной походкой направилась вглубь помещения.
На пороге их уже ждал дворецкий Джеймс. Ступив на винтовую лестницу, Рафаэль вновь обернулся на Аврору и подумал „кажется я нашёл источник вдохновения”. Улыбнулся своим же мыслям и подарив доброжелательным взглядом юную особу произнёс:
— Встретимся чуть позже Аврора Кэррол. - произнёс граф с фальшивым преувеличением.
— Обязательно Рафаэль Фон Гельц. - произнесла она повторяя ту же манеру речи.
Рафаэль направляется дальше, его напарник Роджер поспевает за ним, а вот мысли молодого графа давно остались позади.
— Кхм, Кхм, я продолжу - прокашлявшись сказал Элфорд - спустя время прибыл лекарь. После осмотра, врач посчитал причиной такого состояния короля с королевой апоплексию, при которой пациент может впасть в кому. Позже, Христофор пригляделся к Елизавете и обнаружил каплю крови на её корсете. Он хотел проверить свою догадку и поэтому первым делом пустил кровь на обеих руках её величества. Из королевы вытекло 50 мл, это говорит о том, что душегуб обескровил свою жертву после убийства. Немедленно оголив верхнюю часть тела мы обнаружили в середине грудной клетки швы, после их снятия, среди органов отсутствовало сердце с отоованными кровеноснами сосудами, а дальше уж извините без подробностей. Обои были убиты одним и тем же способом. - Рафаэль уже не смотрел в пол, его глаза, полные боли, пытались найти утешение, но кроме хмурых лиц и противной погоды, больше ничего не окружало его. Понятие жестокости не было знакомо графу, даже взбучки тётушки Луизы показались ему ребячечтвом. Все произведения, рассказы, которые писал Рафаэль были наполнены чем-то окрылённым и романтичным, как и сама натура молодого писателя.
В это же мгновенье расторопными движениями, Рафаэль пытался достать из дорожного несессера записную книжку, в которой умещались и мысли, и проза, и чувства молодого писателя. У него появилось не вдохновение, это лишь шоковое состояние вогнало юношу в бесконечный поток мыслей, которые требовали запечатления на строчках записной книжки. Но на листе бумаги вместо чернил одна за другой струились слёзы парнишки, чьи родители так жестоко были убиты.
— Почему? - проговорил граф чуть слышным шёпотом. - Кому понадобилась ваша смерть? - Просидев с понуреной головой ещё какое-то время, Рафаэль не нашёл слов для своей записной книги и вместо злобы, на душе графа наступило принятие. Позже, он уснул, под звуки проливного дождя, стука колёс и молчания спутников.
Долго просиживать в дилижансе не пришлось, под утро следующего дня их компания прибыла в поместье Спрингфилд. Первым делом видишь двустворчатые ворота, который едва можно разглядеть из-за надоедливого плюща. По словам Арнольда, жители ближайшей деревни прозвали поместье Ivy House, ведь не только забор, но и само поместье было окутано этим растением. Преодолев ворота, спутников встретила тень деревьев, их было немалое количество. Рядом с особняком расположено несколько клумб, устланых разноцветным ковром из роз, ночной фиалки, пионов и белых люпинов. „Кажется я нашёл источник вдохновения” - подумал молодой поэт направляясь дальше, к главному входу в здание. Вход находился в самом центре фасада, между двумя античными колоннами, разместившимися на устойчивых пьедесталах.
Подойдя к двери, Арнольд Элфорд достал увесистую связку ключей и пока он искал нужный ключ, Рафаэль успел заметить, что дверная ручка была оформлена в виде головы скелета с шляпой-цилиндром, украшенной перьями, костями и черепами. Парень не знал чтобы это могло значить, однако в их поместье входные двери украшала львиная голова, по словам тётушки Луизы это сиивол власти и влияния семейства. Она была весьма суеверной и в нашем доме многие вещи имели определённый смысл, кроме слезницы конечно. Луиза не вдова, у неё не было мужчины по которому можно было горевать в его отсутствие и эта вещь была единственной, по мнению Рафаэля бессмысленной.
— Господин вы собираетесь входить? - с улыбкой на лице произнёс Арнольд. Выйдя из раздумий, молодой граф переступил порог дома. Элфорд продолжил. - Располагайтесь, чувствуйте себя как дома. Скоро подойдёт дворецкий Джеймс и проведёт вас в свои покои. Молча. - после этого последовал надменный смешок и удаляющиеся шаги. Пока Арнольд не ушёл, Рафаэль произнёс:
— Арнольд, вы после смерти моих родителей вы один управляли поместьем?
— Нет, не один, у него были помощницы. - произнёс женский голос, отдаваясь чуть слышным эхом в холле дворца. Обернувшись, граф увидел молодую девушку, её лицо тронула лёгкая улыбка. Внешний вид выдавал в ней застенчивую леди: пальцы то и дело перебирали тесьму на платье, плечи слегка опущены, взгляд устремлён не на путникав, а как-будто сквозь них.
— Меня зовут Аврора Кэррол, а это моя сестра Агата Кэррол. - договорила она и вот мой взгляд остановился на другой девушке. Она была похожа на Аврору, но выглядела старше и если первая была застенчивой, то эта всем своим видом показывала свою напыщенность и почему-то недовольство.
— Мда... Рады вас видеть - произнесла Агата, каким-то усталым голосом - особо не обосновывайтесь, уверена вам здесь наскучит.
— Агата! - прикрикнула Аврора, недовольно покосившись на неё. Вернув свой взгляд на мужчин на ней снова обосновалась милая улыбка. - извините её, она наверное не в духе.
— Кэррол, хм, знакомая фамилия. Кажется, устраивая приёмы, к нам жаловал и не раз господин Джордж Кэррол. Случайно не ваш родственник? - сказал Рафаэль.
— Да, это наш отец.
— Тогда почему я не мог застать вас не на одном приёме? - произнёс Рафаэль, не переставая смотреть на Аврору. Она ему приглянулась, но он этого не осознавал. Графу приходилось испытывать чувство восхищения, когда Рафаэль смотрел на цветущий сад, но ему впервые довелось испытать те же чувства при виде девушки. Те же эмоции, те же мысли, но перед ним были не фиалки с розами, а распустившаяся леди, успевшая корнями уцепиться в мысли молодого человека.
— На самом деле мы редко видимся с отцом. Я и Агата вот уже три года обосновалась в этом поместье после смерти нашей матери. - под конец фразы она чуть затихла, потупив взгляд в пол. Но вот она выпрямилась и продолжила, голос её был уже не надломленный. - когда его величества устраивали приёмы, отец редко, но всё таки навещал меня и сестру. Мы не особо были с ним близки и поэтому он редко куда нас брал. - договорив, Аврора взглянула на сестру, а та в свою очередь закатила глаза и, развернувшись, точёной походкой направилась вглубь помещения.
На пороге их уже ждал дворецкий Джеймс. Ступив на винтовую лестницу, Рафаэль вновь обернулся на Аврору и подумал „кажется я нашёл источник вдохновения”. Улыбнулся своим же мыслям и подарив доброжелательным взглядом юную особу произнёс:
— Встретимся чуть позже Аврора Кэррол. - произнёс граф с фальшивым преувеличением.
— Обязательно Рафаэль Фон Гельц. - произнесла она повторяя ту же манеру речи.
Рафаэль направляется дальше, его напарник Роджер поспевает за ним, а вот мысли молодого графа давно остались позади.
