«Сучка» – это можно было прочитать по лицу Лоусена даже из космоса.
- Поэтому, сказать честно, я не понимаю, почему вы не отступаетесь, если уже знаете, что я воздерживаюсь от отношений на работе, и вам все равно ничего не светит?
Она нарочно выбрала такие слова, желая ударить побольнее. И будто услышала, как в мужской голове прозвучало: «Низко дерешься». Снаружи, однако, Лекс не дрогнул. И Каро вдруг стало страшно: сколько ударов вынес этот человек прежде, чем стал непробиваемым?
- Я верю в чудеса, – непринужденно отозвался Лоусен. – И в то, что безысключительных ситуаций не бывает.
- Иными словами, вы себя считаете исключительным? – Каро не удержалась от насмешки: его блестяще глаза и самодовольный вид обезоруживали ее. В любой ситуации. Она просто не способна выдерживать собственную линию поведения рядом с ним. А отказаться от его общества, сейчас… Способна ли она еще?
- А вы разве нет? Послушайте, – миролюбиво позвал Лоусен, приближаясь, как к молодой норовистой кобыле. – Я напомню вам, Каро, что всего несколько дней назад вы сами позвали меня выпить. Разве уже одно это не говорит о моей исключительности среди прочих ваших коллег?
- Я позвала вас, потому что надеялась, что вы не дадите мне шататься по городу в хлам пьяной и проводите до дома.
Лекс сделал шаг на девушку, заставив Иви отступить. Он мог бы хмыкнуть и заявить, что сводить его участие к утилитарности – ну очень слабый ответ для хорошего собеседника. Она же не ждет, что он поведется? Поэтому, чтобы не разводить ненужного возмущения, Лоусен легко улыбнулся. Опять.
- Иными словами, вы позвали меня в тот день, потому что хотели сообщить свой адрес? Любопытно, для каких целей?
Это все-таки принимало невыгодный для Каро оборот. Она, точно неумелый фигурист, заходила в какой-то такой прыжок, из которого из ног вон плохо делала выход, и на приземлении имела все шансы сломать шею. А потому…
- Спасибо, что помогли с Уиллбером. Обед почти закончился, надо вернуться к работе, – как могла нейтрально констатировала Иви, разворачиваясь к выходу.
Лоусен сделал несколько стремительных шагов в обгон и загородил дверь.
Его облик переменился одномоментно.
- Если я отвечу на ваш вопрос, – со всей серьезностью спросил Лекс, глядя на Каро в упор, – вы перестанете сбегать всякий раз, когда я пытаюсь сократить дистанцию между нами хотя бы на четверть шага?
Этот его тон… его взгляд… Каро осознала, что не только не понимает, о чем он говорит, но, кажется, даже не дышит.
- Какой вопрос?
- Если я скажу, в чем причина моего интереса, вы перестанете убегать?
Каро постаралась собраться и вслушаться в его слова. Кажется, это что-то важное.
- Убег… Что вы имеете в виду под «перестать убегать»? – сообразила она наконец. – Вы просите меня взамен на один ответ впутаться с вами в связь, которая в итоге будет стоить мне стабильного дохода?!
У Лоусена бесконтрольно поползла вверх бровь. Конечно, она неоднократно упоминала об этом вскользь, но неужели Иви и в самом деле опасается подобного развития событий?
- Что, думаете, я преувеличиваю? Поверьте, если ты одна-единственная девчонка в коллективе, последнее, что стоит делать – это спать с кем-то из коллег! – вспылила Каро. – Потому что не важно, о каком мире идет речь – о виртуальном или реальном – это всегда заканчивается одинаково! – приколотила Иви и тут же зажмурилась.
Слишком поздно – Лоусен уже видел, что снова выбил ее из равновесия. С каждым разом это дается ему легче предыдущего, и с каждым разом ее шатает все сильнее.
- Просто дайте мне шанс, Каро, разыграть свою колоду до конца. Если в итоге вы по-прежнему будете настаивать, что не желаете иметь со мной ничего общего, я не стану вам надоедать.
- Вы сами себя слышите?! – Лицо Каро исказилось, когда смысл его слов дошел до нее. – Это что, по-вашему, какая-то пьеса, которую можно разучить и разыграть по нотам?! Или театральная роль?! Если так, я не желаю становиться частью этой монодрамы!
- Зато с каждым разом все больше становитесь частью моно-комедии. – Не то под дых, не то прямиком в пах. Жестко и со всей силы.
Каро, побелев, отшатнулась. Растерянно посмотрела по сторонам.
- Простите, моя голова забита другим. Мы тестим рейд, все остальное не важно. – Она сделала шаг навстречу и снова застыла, как бы намекая, чтобы он убрался с прохода.
- Важно, Каро. – Лекс не думал сдаваться. – В реальной жизни нет инвиза. Вы не спрячетесь.
- Раньше пряталась.
- Раньше вы не работали в «Грейси-Холл». Если вы действительно беспокоитесь о карьере, то знаете, что в компаниях вроде нашей не работают меньше года. Куда бы вы ни пошли потом, заметка в трудовом перечне, что вы сбежали отсюда, поджав хвост, будет для всех следующих работодателей сигналом к вашей психологической беспомощности и недостаточной стрессоустойчивости. А, может, и признаком профессиональной некомпетентности. И я, как вы понимаете, тоже не собираюсь увольняться. – Закончив, мужчина вышел с балкона первым, придержав дверь с обратной стороны в жесте, который равно выглядел как джентельменский и как хозяйский. Одним словом, как мужской.
Смысл слов, сказанных Лексом, прояснился на следующий день.
Все утро он не показывался, однако результативность работы Иви от этого не повысилась: перестав обивать пороги кабинета проектирования, Лекс по-прежнему занимал ее голову, тесня даже угнездовавшихся там тараканов. Любое слово от «ложки» до «лобби» рисковало быть произнесенным как «Лоусен». Да и попросту отсутствие Лекса не столько расслабляло, сколько настораживало. Где он? Что он? С кем? Что затеял?
Мысль, что у Лекса тоже может быть работа, просто не приходила на ум.
Невозможность сосредоточиться на деле усиливало мельтешение Уиллбера. Сегодня Каро отчаянно хотелось запулить в голову дизайнера перезревшей тыквой. Он без конца трындел, что Иви обещала ему поговорить «потом», а когда это «потом» – никто не знает. Поэтому Уилл настаивал, что «потом» уже наступило и превратилось в «сейчас».
Не зная, как спастись, Каро грешным делом едва не попросила военного убежища в кабинете Картера Уэйла, готовая даже до конца рабочего дня сидеть у него под столом, скрюченная, как креветка. Кроме Уэйла ее мог бы приютить разве что Уве, однако это означало менять шило на мыло: просто Уиллбер начнет трепать ей нервы не в кабинете проектирования, а в кабинете дизайна. Оставалась еще игровая, но работы было столько, что заметь ее там начальство, и перезревшей тыквой прилетело бы ей.
В этот раз Каро пообедала быстрее обычного, надеясь добраться до спасительного уединения кабинета, пока там никого нет. Однако, вернувшись к рабочему месту, поняла: все изменилось.
Поверх бумаг стоял стакан. Каро опасливо наклонилась, принюхиваясь. Фух, кофе, всезаботливый Уиллбер не причем. Рядом разбросана пригоршня конфет. Красивых, в фантиках, которые, судя по качеству материала и печати принта на них, стоили дороже самих сладостей. Только одна шоколадка в общей, неряшливо насыпанной горке, оказалась завернута в обычный листок – оторвыш офисной бумаги.
Поддаваясь экспериментальному поиску, прежде всего, Каро попробовала конфету в ярко красной обертке. На вкус – как пластилин. Тогда попробовала конфетку в голубой – пластилин с ликером. Маленькие пирамидки в желтых напоминали девушке соленую оберточную бумагу с кокосовой стружкой. Аккуратные полумесяцы, выдававшие во внутренности шоколадки мандариновую дольку, были до того приторными, что сахар скрежетал на зубах, как щебень. И даже миленькие узенькие батончики в белых свертках-трубочках больше всего по вкусу напоминали перебродивший виноград с молоком, а по текстуре – старую подсохшую редиску.
Где он только достал это убожество? – в сердцах думала Каро, обильно запивая сласти кофе. Смысл послания становился прозрачен, но Иви решила довести эксперимент до конца.
Она дотронулась до конфеты в чистом листке. Конечно, когда-то у нее была другая обертка. Лекс нарочно ее заменил.
Тяжелая.
Каро развернула «фантик», поднесла ко рту. В голове ужом стрельнула шальная мысль про афродизиак – не сладость ли это из секс-шопа? А ну как Лексу надоело играть в джентльмена?
Конфета пахла марципаном. Откуда узнал? Вроде, на стримах она не говорила о пристрастии к нему.
Уже зная, что ее ждет блаженство, Каро надкусила и от удовольствия закрыла глаза. Это действительно была замечательная конфета, и Иви с радостью слопала бы таких еще штук десять. Марципан – сладость, в которой она не могла себе отказать.
Только, когда угощение закончилось, Иви обратила внимание на бумагу. С внутренней стороны «обертки» рукой Лекса мелким почерком значилось:
«Каждый человек должен найти в жизни свою игру. Игру всерьез»
- Каждый человек должен найти в жизни свою игру. Игру всерьез, – шепотом повторила Каро.
Не думая более, она схватила сумку, стакан с кофе и бросилась на балкон. Он ведь наверняка там, правда?
Она влетела с криком: «Послушайте!», однако на нее тут же уставилось пять человек. И Лоусена среди них не оказалось. Каро, не зная куда себя деть, потопталась на месте несколько секунд. Если уйдет сейчас, будет выглядеть нелепо. Это все равно что открыто сознаться в том, что она пришла выяснять отношения с Лексом. Оставалось покурить. Каро извинилась и потянулась в сумку за вейпом. На деле ей не особо хотелось, но нужно было как-то оправдать свое присутствие здесь. И подумать, почему Лоусен не пришел.
Управляться с вейпом стоя выходило плохо. Посадочных мест на балконе никто не предусматривал. Оно и понятно: если оборудовать здесь комфорт, человека с перекура будет не выгнать. Не стоит культивировать вредные привычки. А так – покурил и на выход.
До кучи Каро обнаружила, что забыла заправить вейп заранее. Недолго думая, она вытащила из сумки телефон, бросила сумку на пол и уселась поверх, изрядно позабавив коллег. Ей предложили помощь, Каро с улыбкой отказалась. Пока она возилась с вейпом, выяснилось, что и заправлять уже почти нечем. Вот это уже плохо. Тем не менее, маневр можно было считать успешным: пока девушка воевала с электронной сигаретой, мужчины, переглянувшись, решили остаток перерыва провести в игровой.
Она возюкалась с флаконом, пока балкон не опустел, потом опустила голову, свесив руки.
- Боже, он меня с ума сведет! – вспылила Каро, в эмоции сталкивая футляр с вейпом и его причиндалами с колен. В дверях как раз появился виновник событий. Отследив траекторию полета коробки, Лекс лениво перевел взгляд на Каро и осведомился:
- Неужели механизм заправки вейпа настолько сложный, что девушка, рассказывавшая нам про Цепи Маркова, никак с ним не справится?
Каро растерянно посмотрела на брошенный футляр, а затем на Лекса, что, наклонившись, его подобрал.
Лоусен приблизился и опустился на корточки напротив Каро. Протянул коробочку. У Иви кончились слова. Лоусен не идиот, и к тому же – не глухой. Он прекрасно понял, кого она имела в виду, говоря о сумасшествии. Но нарочно интерпретировал все с участием вейпа – чтобы пощадить ее самоуважение. Как, пожалуй, и с собственным визитом. Будь Лоусен здесь, когда Каро влетела на балкон, она могла бы в эмоциях наговорить ему черт-те что. Такого, от чего потом краснела бы со стыда. А так из-за присутствия посторонних ей пришлось взять себя в руки перед встречей с ним. Он в который раз позволил ей выглядеть лучше, чем она чувствовала себя взаправду.
Господи… Каро с ужасом рассмотрела мужское лицо перед собой. Он давно победил. Все, что ей теперь остается – не держать оборону, а высиживать осаду. Осталось только убедить себя в том, что это и впрямь необходимо. Потому что стабильный заработок позволит ей закрывать финансовые дыры во время освоения рейда. Потому что нужно оплачивать счета за лечение тети Джудит. Потому что кто-то должен сдаться раньше – или голодный крокодил, или жаждущая антилопа. Потому что…
- Каро? – позвал Лоусен. Ему откровенно не нравилось, что собеседница смотрит на него, не видя.
- А? – бездумно отозвалась та.
- Возьмите футляр. – Подтолкнул Лоусен. Каро подчинилась, все еще раздумывая, что делать. – Полагаю, мы достигли соглашения? – Уточнил он. Иви нахмурилась: соглашение? О чем он говорит? – Я ответил на вопрос о моем интересе, – помог Лекс. Каро кивнула: точно!
- Да. – Она отвела взгляд в сторону. – Это было почти классическое послание: «Я ищу не красивую обертку, а вкусную начинку. И в том, чтобы, пробуя, искать такую, – моя игра». Откуда вы вообще узнали про марципан?
Лекс не стал увиливать.
- Барт.
- Предатель. – Каро сузила глаза. Лекс не сдержал насмешки:
- Ему просто надоело возиться с вами. Он любит вас, как друга, но хочет, чтобы часть заботы о вас легла на кого-то другого.
- Он хочет, чтобы я всыпала ему по первое число, – надулась Каро. Лекса это умилило. – Зачем вы вообще приплели ко всему этому и Барта, и Хёйзингу?
- Ну, насчет Барта я уже ответил. А насчет Хёйзинги… Скажем так, цитаты – оружие более совершенное, чем аргументы: с их помощью можно выиграть спор, даже если ты не прав. – Лекс головокружительно улыбнулся и, встав, подал Каро руку.
Иви вытянулась в лице, медленно изучая фигуру мужчины снизу-вверх. Сегодня Лоусен был на удивление хорош: ему подходил темно-синий цвет рубашки, светлые брюки делали его чуточку выше, а улыбка… Улыбка ему просто шла, и у Каро от нее начиналась аритмия.
Лекс все еще ждал с протянутой рукой. Каро смотрела на нее, испытывая мужское терпение.
- Мистер Лоусен. – Шепнула и увидела, как на мгновение дрогнуло его лицо. – У вас есть сигарета?
Лекс несколько секунд стоял недвижно, словно его приморозило миннесотскими заморозками. Затем сжал пальцы в кулак, распрямился и поглядел на Каро с лукавством. От него у Иви сам собой натянулся позвоночник – до хруста в шейном отделе. Не особо ловко, Каро поднялась на ноги одновременно с тем, как мужчина достал из кармана брюк тонкий портсигар. Он подернул металлическую крышку большим пальцем с характерным чистым щелчком и подсунул Иви под нос: выбирай любую.
- Лекс, – поправил он.
Мужчина стоял совсем рядом, и от волнения в глазах Каро слегка мутнело. Лицо Лоусена казалось размазанным, как в фильтре видео-редактора.
Едва она дрожащей рукой вставила скрутку между губ и потянулась за зажигалкой, как Лекс встал еще ближе. Тесно настолько, что его фигура загородила для Каро весь остальной мир.
Она попыталась вдохнуть и поняла, что не может. Не только от того, что его парфюм перебивал даже запах табака у нее прямо под носом. Не только от того, что его тепло вскруживало голову, в которой толстобокими рыбинами едва ворочались последние мысли. Но еще от того, что одной из этих мыслей было осознание собственной аддикции. Сейчас, глядя в упор на Лекса Лоусена, Каро поняла, что он стал привычкой. Она искала встречи с ним – не сегодня, а вообще. Она надеялась видеть его за обедом. Она приходила сюда покурить и убегала, застав его на балконе, однако все равно приходила – каждый день. Потому что очень любила вейп? Или потому, что хотела удостовериться, что Лекс все еще в игре?
Лекс мазнул пальцем по кремниевому колесику, поднося зажигалку к сигарете. Каро рефлекторно затянулась. Их разделяла жалкая дистанция на длину скрутки и еще примерно два дюйма. Выдыхать дым мужчине в лицо показалось Каро верхом невоспитанности, но выдыхать было нужно. Легкие уже царапало от застоя дыма внутри.
- Поэтому, сказать честно, я не понимаю, почему вы не отступаетесь, если уже знаете, что я воздерживаюсь от отношений на работе, и вам все равно ничего не светит?
Она нарочно выбрала такие слова, желая ударить побольнее. И будто услышала, как в мужской голове прозвучало: «Низко дерешься». Снаружи, однако, Лекс не дрогнул. И Каро вдруг стало страшно: сколько ударов вынес этот человек прежде, чем стал непробиваемым?
- Я верю в чудеса, – непринужденно отозвался Лоусен. – И в то, что безысключительных ситуаций не бывает.
- Иными словами, вы себя считаете исключительным? – Каро не удержалась от насмешки: его блестяще глаза и самодовольный вид обезоруживали ее. В любой ситуации. Она просто не способна выдерживать собственную линию поведения рядом с ним. А отказаться от его общества, сейчас… Способна ли она еще?
- А вы разве нет? Послушайте, – миролюбиво позвал Лоусен, приближаясь, как к молодой норовистой кобыле. – Я напомню вам, Каро, что всего несколько дней назад вы сами позвали меня выпить. Разве уже одно это не говорит о моей исключительности среди прочих ваших коллег?
- Я позвала вас, потому что надеялась, что вы не дадите мне шататься по городу в хлам пьяной и проводите до дома.
Лекс сделал шаг на девушку, заставив Иви отступить. Он мог бы хмыкнуть и заявить, что сводить его участие к утилитарности – ну очень слабый ответ для хорошего собеседника. Она же не ждет, что он поведется? Поэтому, чтобы не разводить ненужного возмущения, Лоусен легко улыбнулся. Опять.
- Иными словами, вы позвали меня в тот день, потому что хотели сообщить свой адрес? Любопытно, для каких целей?
Это все-таки принимало невыгодный для Каро оборот. Она, точно неумелый фигурист, заходила в какой-то такой прыжок, из которого из ног вон плохо делала выход, и на приземлении имела все шансы сломать шею. А потому…
- Спасибо, что помогли с Уиллбером. Обед почти закончился, надо вернуться к работе, – как могла нейтрально констатировала Иви, разворачиваясь к выходу.
Лоусен сделал несколько стремительных шагов в обгон и загородил дверь.
Его облик переменился одномоментно.
- Если я отвечу на ваш вопрос, – со всей серьезностью спросил Лекс, глядя на Каро в упор, – вы перестанете сбегать всякий раз, когда я пытаюсь сократить дистанцию между нами хотя бы на четверть шага?
Этот его тон… его взгляд… Каро осознала, что не только не понимает, о чем он говорит, но, кажется, даже не дышит.
- Какой вопрос?
- Если я скажу, в чем причина моего интереса, вы перестанете убегать?
Каро постаралась собраться и вслушаться в его слова. Кажется, это что-то важное.
- Убег… Что вы имеете в виду под «перестать убегать»? – сообразила она наконец. – Вы просите меня взамен на один ответ впутаться с вами в связь, которая в итоге будет стоить мне стабильного дохода?!
У Лоусена бесконтрольно поползла вверх бровь. Конечно, она неоднократно упоминала об этом вскользь, но неужели Иви и в самом деле опасается подобного развития событий?
- Что, думаете, я преувеличиваю? Поверьте, если ты одна-единственная девчонка в коллективе, последнее, что стоит делать – это спать с кем-то из коллег! – вспылила Каро. – Потому что не важно, о каком мире идет речь – о виртуальном или реальном – это всегда заканчивается одинаково! – приколотила Иви и тут же зажмурилась.
Слишком поздно – Лоусен уже видел, что снова выбил ее из равновесия. С каждым разом это дается ему легче предыдущего, и с каждым разом ее шатает все сильнее.
- Просто дайте мне шанс, Каро, разыграть свою колоду до конца. Если в итоге вы по-прежнему будете настаивать, что не желаете иметь со мной ничего общего, я не стану вам надоедать.
- Вы сами себя слышите?! – Лицо Каро исказилось, когда смысл его слов дошел до нее. – Это что, по-вашему, какая-то пьеса, которую можно разучить и разыграть по нотам?! Или театральная роль?! Если так, я не желаю становиться частью этой монодрамы!
- Зато с каждым разом все больше становитесь частью моно-комедии. – Не то под дых, не то прямиком в пах. Жестко и со всей силы.
Каро, побелев, отшатнулась. Растерянно посмотрела по сторонам.
- Простите, моя голова забита другим. Мы тестим рейд, все остальное не важно. – Она сделала шаг навстречу и снова застыла, как бы намекая, чтобы он убрался с прохода.
- Важно, Каро. – Лекс не думал сдаваться. – В реальной жизни нет инвиза. Вы не спрячетесь.
- Раньше пряталась.
- Раньше вы не работали в «Грейси-Холл». Если вы действительно беспокоитесь о карьере, то знаете, что в компаниях вроде нашей не работают меньше года. Куда бы вы ни пошли потом, заметка в трудовом перечне, что вы сбежали отсюда, поджав хвост, будет для всех следующих работодателей сигналом к вашей психологической беспомощности и недостаточной стрессоустойчивости. А, может, и признаком профессиональной некомпетентности. И я, как вы понимаете, тоже не собираюсь увольняться. – Закончив, мужчина вышел с балкона первым, придержав дверь с обратной стороны в жесте, который равно выглядел как джентельменский и как хозяйский. Одним словом, как мужской.
Смысл слов, сказанных Лексом, прояснился на следующий день.
Все утро он не показывался, однако результативность работы Иви от этого не повысилась: перестав обивать пороги кабинета проектирования, Лекс по-прежнему занимал ее голову, тесня даже угнездовавшихся там тараканов. Любое слово от «ложки» до «лобби» рисковало быть произнесенным как «Лоусен». Да и попросту отсутствие Лекса не столько расслабляло, сколько настораживало. Где он? Что он? С кем? Что затеял?
Мысль, что у Лекса тоже может быть работа, просто не приходила на ум.
Невозможность сосредоточиться на деле усиливало мельтешение Уиллбера. Сегодня Каро отчаянно хотелось запулить в голову дизайнера перезревшей тыквой. Он без конца трындел, что Иви обещала ему поговорить «потом», а когда это «потом» – никто не знает. Поэтому Уилл настаивал, что «потом» уже наступило и превратилось в «сейчас».
Не зная, как спастись, Каро грешным делом едва не попросила военного убежища в кабинете Картера Уэйла, готовая даже до конца рабочего дня сидеть у него под столом, скрюченная, как креветка. Кроме Уэйла ее мог бы приютить разве что Уве, однако это означало менять шило на мыло: просто Уиллбер начнет трепать ей нервы не в кабинете проектирования, а в кабинете дизайна. Оставалась еще игровая, но работы было столько, что заметь ее там начальство, и перезревшей тыквой прилетело бы ей.
В этот раз Каро пообедала быстрее обычного, надеясь добраться до спасительного уединения кабинета, пока там никого нет. Однако, вернувшись к рабочему месту, поняла: все изменилось.
Поверх бумаг стоял стакан. Каро опасливо наклонилась, принюхиваясь. Фух, кофе, всезаботливый Уиллбер не причем. Рядом разбросана пригоршня конфет. Красивых, в фантиках, которые, судя по качеству материала и печати принта на них, стоили дороже самих сладостей. Только одна шоколадка в общей, неряшливо насыпанной горке, оказалась завернута в обычный листок – оторвыш офисной бумаги.
Поддаваясь экспериментальному поиску, прежде всего, Каро попробовала конфету в ярко красной обертке. На вкус – как пластилин. Тогда попробовала конфетку в голубой – пластилин с ликером. Маленькие пирамидки в желтых напоминали девушке соленую оберточную бумагу с кокосовой стружкой. Аккуратные полумесяцы, выдававшие во внутренности шоколадки мандариновую дольку, были до того приторными, что сахар скрежетал на зубах, как щебень. И даже миленькие узенькие батончики в белых свертках-трубочках больше всего по вкусу напоминали перебродивший виноград с молоком, а по текстуре – старую подсохшую редиску.
Где он только достал это убожество? – в сердцах думала Каро, обильно запивая сласти кофе. Смысл послания становился прозрачен, но Иви решила довести эксперимент до конца.
Она дотронулась до конфеты в чистом листке. Конечно, когда-то у нее была другая обертка. Лекс нарочно ее заменил.
Тяжелая.
Каро развернула «фантик», поднесла ко рту. В голове ужом стрельнула шальная мысль про афродизиак – не сладость ли это из секс-шопа? А ну как Лексу надоело играть в джентльмена?
Конфета пахла марципаном. Откуда узнал? Вроде, на стримах она не говорила о пристрастии к нему.
Уже зная, что ее ждет блаженство, Каро надкусила и от удовольствия закрыла глаза. Это действительно была замечательная конфета, и Иви с радостью слопала бы таких еще штук десять. Марципан – сладость, в которой она не могла себе отказать.
Только, когда угощение закончилось, Иви обратила внимание на бумагу. С внутренней стороны «обертки» рукой Лекса мелким почерком значилось:
«Каждый человек должен найти в жизни свою игру. Игру всерьез»
- Каждый человек должен найти в жизни свою игру. Игру всерьез, – шепотом повторила Каро.
Не думая более, она схватила сумку, стакан с кофе и бросилась на балкон. Он ведь наверняка там, правда?
Она влетела с криком: «Послушайте!», однако на нее тут же уставилось пять человек. И Лоусена среди них не оказалось. Каро, не зная куда себя деть, потопталась на месте несколько секунд. Если уйдет сейчас, будет выглядеть нелепо. Это все равно что открыто сознаться в том, что она пришла выяснять отношения с Лексом. Оставалось покурить. Каро извинилась и потянулась в сумку за вейпом. На деле ей не особо хотелось, но нужно было как-то оправдать свое присутствие здесь. И подумать, почему Лоусен не пришел.
Управляться с вейпом стоя выходило плохо. Посадочных мест на балконе никто не предусматривал. Оно и понятно: если оборудовать здесь комфорт, человека с перекура будет не выгнать. Не стоит культивировать вредные привычки. А так – покурил и на выход.
До кучи Каро обнаружила, что забыла заправить вейп заранее. Недолго думая, она вытащила из сумки телефон, бросила сумку на пол и уселась поверх, изрядно позабавив коллег. Ей предложили помощь, Каро с улыбкой отказалась. Пока она возилась с вейпом, выяснилось, что и заправлять уже почти нечем. Вот это уже плохо. Тем не менее, маневр можно было считать успешным: пока девушка воевала с электронной сигаретой, мужчины, переглянувшись, решили остаток перерыва провести в игровой.
Она возюкалась с флаконом, пока балкон не опустел, потом опустила голову, свесив руки.
- Боже, он меня с ума сведет! – вспылила Каро, в эмоции сталкивая футляр с вейпом и его причиндалами с колен. В дверях как раз появился виновник событий. Отследив траекторию полета коробки, Лекс лениво перевел взгляд на Каро и осведомился:
- Неужели механизм заправки вейпа настолько сложный, что девушка, рассказывавшая нам про Цепи Маркова, никак с ним не справится?
Каро растерянно посмотрела на брошенный футляр, а затем на Лекса, что, наклонившись, его подобрал.
Лоусен приблизился и опустился на корточки напротив Каро. Протянул коробочку. У Иви кончились слова. Лоусен не идиот, и к тому же – не глухой. Он прекрасно понял, кого она имела в виду, говоря о сумасшествии. Но нарочно интерпретировал все с участием вейпа – чтобы пощадить ее самоуважение. Как, пожалуй, и с собственным визитом. Будь Лоусен здесь, когда Каро влетела на балкон, она могла бы в эмоциях наговорить ему черт-те что. Такого, от чего потом краснела бы со стыда. А так из-за присутствия посторонних ей пришлось взять себя в руки перед встречей с ним. Он в который раз позволил ей выглядеть лучше, чем она чувствовала себя взаправду.
Господи… Каро с ужасом рассмотрела мужское лицо перед собой. Он давно победил. Все, что ей теперь остается – не держать оборону, а высиживать осаду. Осталось только убедить себя в том, что это и впрямь необходимо. Потому что стабильный заработок позволит ей закрывать финансовые дыры во время освоения рейда. Потому что нужно оплачивать счета за лечение тети Джудит. Потому что кто-то должен сдаться раньше – или голодный крокодил, или жаждущая антилопа. Потому что…
- Каро? – позвал Лоусен. Ему откровенно не нравилось, что собеседница смотрит на него, не видя.
- А? – бездумно отозвалась та.
- Возьмите футляр. – Подтолкнул Лоусен. Каро подчинилась, все еще раздумывая, что делать. – Полагаю, мы достигли соглашения? – Уточнил он. Иви нахмурилась: соглашение? О чем он говорит? – Я ответил на вопрос о моем интересе, – помог Лекс. Каро кивнула: точно!
- Да. – Она отвела взгляд в сторону. – Это было почти классическое послание: «Я ищу не красивую обертку, а вкусную начинку. И в том, чтобы, пробуя, искать такую, – моя игра». Откуда вы вообще узнали про марципан?
Лекс не стал увиливать.
- Барт.
- Предатель. – Каро сузила глаза. Лекс не сдержал насмешки:
- Ему просто надоело возиться с вами. Он любит вас, как друга, но хочет, чтобы часть заботы о вас легла на кого-то другого.
- Он хочет, чтобы я всыпала ему по первое число, – надулась Каро. Лекса это умилило. – Зачем вы вообще приплели ко всему этому и Барта, и Хёйзингу?
- Ну, насчет Барта я уже ответил. А насчет Хёйзинги… Скажем так, цитаты – оружие более совершенное, чем аргументы: с их помощью можно выиграть спор, даже если ты не прав. – Лекс головокружительно улыбнулся и, встав, подал Каро руку.
Иви вытянулась в лице, медленно изучая фигуру мужчины снизу-вверх. Сегодня Лоусен был на удивление хорош: ему подходил темно-синий цвет рубашки, светлые брюки делали его чуточку выше, а улыбка… Улыбка ему просто шла, и у Каро от нее начиналась аритмия.
Лекс все еще ждал с протянутой рукой. Каро смотрела на нее, испытывая мужское терпение.
- Мистер Лоусен. – Шепнула и увидела, как на мгновение дрогнуло его лицо. – У вас есть сигарета?
Лекс несколько секунд стоял недвижно, словно его приморозило миннесотскими заморозками. Затем сжал пальцы в кулак, распрямился и поглядел на Каро с лукавством. От него у Иви сам собой натянулся позвоночник – до хруста в шейном отделе. Не особо ловко, Каро поднялась на ноги одновременно с тем, как мужчина достал из кармана брюк тонкий портсигар. Он подернул металлическую крышку большим пальцем с характерным чистым щелчком и подсунул Иви под нос: выбирай любую.
- Лекс, – поправил он.
Мужчина стоял совсем рядом, и от волнения в глазах Каро слегка мутнело. Лицо Лоусена казалось размазанным, как в фильтре видео-редактора.
Едва она дрожащей рукой вставила скрутку между губ и потянулась за зажигалкой, как Лекс встал еще ближе. Тесно настолько, что его фигура загородила для Каро весь остальной мир.
Она попыталась вдохнуть и поняла, что не может. Не только от того, что его парфюм перебивал даже запах табака у нее прямо под носом. Не только от того, что его тепло вскруживало голову, в которой толстобокими рыбинами едва ворочались последние мысли. Но еще от того, что одной из этих мыслей было осознание собственной аддикции. Сейчас, глядя в упор на Лекса Лоусена, Каро поняла, что он стал привычкой. Она искала встречи с ним – не сегодня, а вообще. Она надеялась видеть его за обедом. Она приходила сюда покурить и убегала, застав его на балконе, однако все равно приходила – каждый день. Потому что очень любила вейп? Или потому, что хотела удостовериться, что Лекс все еще в игре?
Лекс мазнул пальцем по кремниевому колесику, поднося зажигалку к сигарете. Каро рефлекторно затянулась. Их разделяла жалкая дистанция на длину скрутки и еще примерно два дюйма. Выдыхать дым мужчине в лицо показалось Каро верхом невоспитанности, но выдыхать было нужно. Легкие уже царапало от застоя дыма внутри.
