– Ладно. Спасибо. Хирурга ищут, но пока безрезультатно. У Нитты всё по-прежнему.
– Я уже в базе. Сужаю поиск, найду – сообщу.
– Лулу…
– От робота нужно что-то ещё?
– Нет. Я лишь хотела сказать спасибо. Большое… спасибо.
Фарли буквально кожей почувствовала его раздражение. Лулу отключил связь. Она не стала перезванивать, догадываясь о причине: напарник хоть и был роботом, но очень близко к сердцу воспринимал любое упоминание о своей сущности, а в отделе, где он сейчас находился, роботов за людей не считали. Да, их пятёрка ловцов воспринимала его по-другому, но ведь кроме них были ещё многочисленные другие. Случаи обид были не так уж редки, так что не исключено, что сегодня снова кто-то ляпнул что-то, не подумав.
Мария Викторовна, услышав название зелья, начала повторный обзвон знакомых. Она подбадривала Фарли тем, что сеть медиков так или иначе, но должна привести к кому-то нужному, даже если пока толка и нет.
Прода от 20 марта
Фарли очень хотела ей верить, но она и сама не бездействовала, и в ожидании информации от Лулу снова и снова набирала магов, с которыми когда-то сталкивалась и с кем сохранила сносные отношения несмотря на тот факт, что была инопланетянкой. Не только роботов, но и инопланетян не все любили, а чаще таких, как она, даже побаивались.
Без результата. Понемногу к Фарли стало подкрадываться отчаяние. А после услышанного от напарника, оно уже и не подкрадывалось – сидело в душе, чувствуя себя вполне комфортно. «Маг-агент» относился к категории редчайших зелий, и те маги, которых Фарли знала, не обладали квалификацией, необходимой для его использования.
Она уже готова была мчаться к заведующему – не было сил ждать возвращения хирурга – но тот наконец показался в коридоре.
– Это «маг-агент», действуйте! – Она бросилась к нему. – Теперь вы обязаны её спасти.
Фарли необходимо было, чтобы хоть кто-то её успокоил, она так надеялась на врача, но тот сказал:
– Поймите. Я желаю того же, что и вы, но пока не могу вас обнадёжить.
А затем… быстрые шаги, двери открылись, закрылись, и снова сердце Фарли застыло в муках ожидания.
Прода от 21 марта
***
Сетка данных пестрила перед глазами: Лулу просматривал карточки магов, отыскивая нужную. А на душе… Хотя разве у него могла быть душа? И всё же на душе – Лулу даже самому себе не мог объяснить, где именно – было холодно. Слова Люси кололись крохотными льдинками, и они грозили разрастись. Лулу не мог этого допустить. Он подумал о Нитте, Фарли, Диме и Дарке, вспомнил всё хорошее. Они никогда не бросали его в беде, а он не бросал их. Нет. Люся злилась и хотела разозлить его. Но больше он не станет злиться.
Не сразу, но тревожные мысли ему всё-таки удалось отбросить, и данные замелькали быстрее. Магов было так много, нужных среди них мало, а живых так вообще единицы. С каждой неудачей ненависть Лулу к Вельскому всё возрастала, и если до этого она была огромной, то теперь стала просто гигантской. Но эмоции не должны были становиться помехой для выполнения задания. Прежде провалов у Лулу не случалось и очень не хотелось, чтобы это произошло сейчас, поэтому он расширил поиск и от отчаяния зашёл в базу, где хранились досье медиков с неоднозначным прошлым.
Глава 34
Общество в целом, и люди в частности, до сих принимали ловцов с неохотой, поэтому Диме с командой приходилось сталкиваться чаще всего с эмоциями отрицательного характера. Одни открыто выказывали свою неприязнь, чаще всего её ничем не обоснуя, а при вопросе: «Почему» отвечали просто: «Вы – не мы». Другие плохо сдерживали ярость, и вот эти-то как раз всегда находили объяснение, по мнению Димы звучавшее нелепо и узколобо, но, к сожалению для ловцов, такое мнение тоже имело право на существование. Так, многие люди воспринимали магов, как чистое зло, потому что любое явление, не поддающееся логике и здравому смыслу, для них априори не могло быть хорошим.
«Заклинание, которое строит стену прямо в воздухе? Что в нём может быть полезного? Ах такая стена остановила грабителя, создав тупик? А вы знаете, сколько людей пострадали, напоровшись на эту же самую стену, когда шли с другой стороны?»
«Зелье изменило облик, и жена сумела сбежать от мужа-тирана? Да вы что! А потом у несчастной началось отравление, и её в срочном порядке госпитализировали. Магия здесь ни при чём и всё дело в индивидуальных особенностях организма? А если бы действовали по обычному закону и подключили полицию, ни о каких особенностях и говорить не пришлось бы, а так её едва спасли в больнице».
Прода от 22.03.2023, 19:35
ДОРОГИЕ ЧИТАТЕЛИ, ЗАБОЛЕЛА. ПОСТАРАЮСЬ ВЕРНУТЬ ПРОДЫ В ПОНЕДЕЛЬНИК.
Прода от 27 марта
«Созданный портал переместил бомбу подальше от торгового комплекса и выбросил на пустошь? Да. А на пустоши бомба убила компанию подростков. Они просто оказались не в том месте и не в то время? Да что вы! А вызвали бы сапёров, и вообще никто не пострадал бы».
«Магия вылечивает многие болезни? О да! А что насчёт запоздалых последствий? Доказательств, что организм изнашивается быстрее после магии нет? Нет. Но и обратных доказательств тоже не находится».
Конечно, были и те, кто видел больше добра от магов, но даже они, если им предоставлялся выбор, принимали охотнее помощь от людей.
Что касается ведьм, то их не любили ещё с давних времён. Вражда, основанная на предубеждениях, не иссякала и по сей день.
«Полуведьмы? А в чём различие? Люди не выявляют болезни, едва взглянув на вас. Ах, такая помощь помогает со смертельными болезнями? А кто сказал, что эти ведьмы не насылают порчу с этими самыми болезнями? Во все времена именно так и происходило. Где доказательства, что изменилось что-то сейчас? Доказательств нет, нужно просто верить? Как-то это напоминает сектантство…»
«Считав гены, ведьма нашла пропавшего ребёнка? Нашла. Но почему-то ребёнок умер через пару часов после спасения. Стечение обстоятельств, говорите? Как странно! Но когда детей находит полиция, такого не происходит. Единичный случай? Не поспоришь. Действительно, подобное случилось лишь однажды. Но ещё около десяти спасённых, если не больше, сошли с ума после чудесной встречи с ведьмой. Так чья же здесь вина: похитителей или той, что их так сильно напугала? Современные ведьмы не отличимы от людей? Да ладно… Вы как-то забыли про их глаза-чёрную бездну. Наверняка, они сводят с ума одним своим взглядом. Зачем тогда спасали? Чтобы интереснее было. Разве из покон веков ведьмы с людьми не забавлялись? То-то и оно. Ничего не изменилось».
«Ведьмы заговаривают травы, чтобы снимать боль, когда не помогают лекарства? Ведьмы заговаривают зубы, чтобы вы платили им, а не аптекам!»
Таким образом, чтобы не происходило, но предубеждение оказывалось намного сильнее любого довода рассудка, и если со злостью, вызванной непониманием, как в случае с магами, ещё как-то можно было справиться, то выбить закоренелые установки из головы становилось непосильной задачей.
Прода от 27 марта
Роботам тоже не доверяли, более того, их побаивались. Как бы не прогрессировали технологии, какие открытия не совершались, но роботов до сих пор воспринимали, как машины. Высокоразвитые, в чём-то полезные, но всё же машины.
«Почему я должна говорить с роботом? Он же робот, а я человек! Что значит он работает в полиции? Пылесос тоже работает. Он убирает пыль. Ему я тоже должна давать показания?»
«Робот записывает мои слова? А если он сломается и выдаст ошибку? Почему сломается? Так он же робот! Он – машина!»
«Я не хочу, чтобы робот сидел с моей семьёй, пока вы ищете того, кто нам угрожает. Ну и что, что это оборотень и он опасен! А оставаться в квартире с роботом, который думает, не опасно? А если он что-то не то надумает и нападёт? С чего вдруг? С того, что он не человек, а робот! Человека в случае опасности можно застрелить, ударом сбить с ног, лишить сознания. А с роботом? От него как отбиваться? Он же сильнее любого здоровяка и неубиваемый! Да лучше я пойду сражаться с оборотнем! Его хоть пуля берёт, не одна, но если выпустить всю обойму и целиться в голову или сердце, то даже он не выдержит. А у робота сердце где? Оно вообще есть, это сердце? Охранять семью должны люди, а не выходящие из строя машины! Я не хочу, чтобы все мы погибли из-за короткого замыкания! Что значит, роботы не выходят из строя без причины? Тогда объясните тот взрыв на заводе! Какие тому были причины?»
Пускай, роботы часто принимали участие в спасательных операциях, оказывали первую помощь, спасали жизни, но, несмотря на очевидную для малого количества людей пользу, большинство всё же видело в их человечности – программу, которая могла дать сбой в любой момент, а значит стать неуправляемой.
Отношение к роботам, как к угрозе всему человечеству активно пропагандировалось, и лозунги: «Они всего лишь железо!», «Кучка металлолома!», «Не дай железному мусору пачкать свою жизнь!» слышались едва ли не чаще, чем крики о том, что инопланетян нужно отослать обратно на руины их родной планеты.
Прода от 28 марта
Самих инопланетян не просто не любили, их люто ненавидели и, пожалуй, даже больше остальных. А причина была одна, банальная: инопланетяне – чужаки, а раз чужаки, то и цель у них очевидная – поработить человечество.
«Вот скажите, зачем они без спроса читают наши эмоции? Чтобы помогать? Хорошо. Чужаки помогают чужакам и не требуют благодарности. Вам не кажется это подозрительным?»
«А почему они предотвращают преступления? Из-за доброго сердца и чувства справедливости? Ну-ну. И рискуют собственной жизнью, спасая жителей приютившей их планеты исключительно из благодарности. Ага, как же».
«Выступают миротворцами, решая конфликты и помогают избежать драк? Ага. Потому что такие все белые и пушистые. Вы ведь в этом пытаетесь всех убедить?»
«Они – лучшие и самые эффективные психологи? Вы серьёзно? Почему же эти самые лучшие психологи не договорились на родной планете? И как чёрт возьми, такие прекрасные миротворцы допустили войну?»
«Инопланетяне привыкли решать всё человечным способом? Что вы говорите! А разве они не явились сюда с планеты Уле? И разве там они не держали людей рабами? Ах то было на той планете, а на Земле всё не так? А может, они промыли вам мозги, и вы пляшете под их дудку? О какой человечности вы тут поёте, если даже не пытаетесь отрицать: инопланетяне привыкли считать нас своими рабами!»
«Человек по своей сути всегда имеет сомнения? Ха-ха! И слава богу! А инопланетяне по своей сути – И-НОП-ЛА-НЕ-ТЯ-НЕ и это гораздо хуже! Именно наши сомнения позволяют видеть, что вся их помощь преследует одну единственную цель – втереться в доверие, вызвать сострадание, симпатию, а когда мы размякнем, нанести решающий удар! Они хотят нас уничтожить! И очень жаль, что это понимают не все! Мы оказались в смертельной опасности, когда пустили этих тварей на нашу планету! Они не твари и их ДНК схожи с человеческой? Пусть схожи, но различия и делает их ДРУГИМИ! Они читают эмоции, и в этом их сила? Вы все идиоты! Эта их сила не больше, чем тупое МА-НИ-ПУ-ЛЯ-ТОРС-ТВО!!!»
Как бы не старались инопланетяне, но лучше не становилось, отношение большинства оставалось неизменным. Даже, когда они не делали ничего, держали нейтральную позицию, вообще не высовывались, обязательно находились те, кто устраивал им подставы, выставлял в плохом свете и гнал прочь. Таким образом общество делилось на два лагеря: тех, кто ненавидел всех, кроме людей и малых – остальных.
Прода от 28 марта
Безусловно, у иных рас тоже возникали конфликты: убийства происходили между гномами и оборотнями, ведьмами и магами – кровь текла в семьях всех рас. Но глобальная ненависть существовала лишь у людей, и лишь потому, что все люди были чем-то да похожи, а иные – в чём-то да разные. Каждый делал выбор, что перед ним: белое или чёрное, а оттенки видели лишь единицы, к которым и относился Дима. Он не просто находил общий язык, он работал с иными в команде, а значит сам волей не волей становился одним из них. Именно так его воспринимали люди, будто напрочь забыв о том, кем он родился, и проводя допрос Маргариты, Главный ловец в этом лишь в очередной раз убедился.
Сергей Алексеевич Никитин ненавидел его. Ненавидел, потому что иначе не мог. Убеждения и сформировавшиеся за долгие годы взгляды не давали видеть больше, чем он привык. Но если бы сложность заключалась в одном лишь отношении Никитина – в заведомо негативном – Дима бы привычно высидел, вытерпел, в конце концов, абстрагировался. Однако на этот раз проблема была куда обширнее, ведь Никитина до глубины души оскорбили подозрения относительно его единственной и горячо любимой дочери. Ловец, «презренный тип», высказал недоверие, обвинил «Риточку», основываясь лишь на личных подозрениях. Мало того он позволил себе рыться в её личных вещах и даже – по убеждению Сергея Алексеевича – напал на неё! Напал, безусловно, было явным преувеличением, но Дима не мог не признать, что со стороны всё выглядело именно так. А для родителя, ненавидящего ловцов – именно так и никак иначе. Ложку дёгтя в бочку, где и без того не было мёда, добавлял и ещё один факт: Главный ошибся в своих подозрениях насчёт Маргариты. Ошибся глобально.
Прода от 28 марта
Выслушав её доводы и получив доказательства невиновности от неё и от Сергея Алексеевича, Дима чувствовал себя не просто человеком, попавшим впросак, а полным идиотом. Таким же, как те люди, что не способны увидеть хорошее в других расах. И это чувство ему не нравилось. А Маргарита ещё и смотрела на него так… В общем на него давно так никто не смотрел. В изумрудных глазах читалась печаль, боль и разочарование. Конечно, она была ему никто, и он мог бы выкинуть из головы свои терзания, но… не получалось. Он по-настоящему обидел Риту, обидел сильно. Незаслуженно. И оправдаться перед ней не мог. Не скажет же он, что во всём виновата прорва несчастий, свалившаяся ему на голову? Отец в больнице, Нитта в больнице, Лиза… Бедная Лиза. Ещё и Вельский раскусил операцию и явно что-то готовил. Оставалось надеяться лишь на то, что они с командой разберутся и не окажутся в гнусном положении – в положении, когда чёртов оборотень избежит тюрьмы. Но Рита-то здесь ни при чём! Нет. Не мог он свалить всё на других. Он Главный и он лажанулся: действовал и мыслил не профессионально и в итоге... В итоге получил то, что получил.
Дима проводил отца с дочерью взглядом, надеясь – лишь надеясь на то, что его извинения, прозвучавшие довольно жалко – помогут избежать разбирательства. Но если Никитин всё же потребует, и начнутся проверки, то обязательно всплывут неприятные факты биографии, о которых хотелось бы не вспоминать. Дима ведь не сразу научился держать лицо и делать вид, будто презрительно растянутые в ухмылке губы и прищуренные ненавистью глаза его совершенно не трогают.
Прода от 29 марта
В начале своей карьеры, ещё до того, как его назначили Главным, Дима был обычным ловцом и плохо сдерживал эмоции. Он не позволял себе агрессии Дарка, но и не молчал. А по опыту коллег хорошо знал, что при желании из таких вот прошлых «пустышек» можно раздуть скандал, ведущий прямой дорогой в суд. Это было ни к чему. Особенно сейчас, когда жизнь и так трещала, как советское пальто, о котором он помнил лишь по семейному фотоархиву.
