Но даже зная, что ни один незнакомец не сможет проникнуть внутрь, Амадео не мог расслабиться. Он с трудом подавлял желание проверить, как там Тео, он знал, что мальчик спокойно спит в собственной постели, но любой шорох, доносившийся со стороны его комнаты, заставлял беспокойно вскидывать голову.
– Томас едва не умер. Бэйн бы этому даже порадовался. – Амадео вздохнул. – Чертовски повезло, что Генри решил в очередной раз меня попугать и подбросил его к моим воротам.
– Только ты не выглядишь испуганным. – Ксавьер потянулся за леденцом. – Скорее, наоборот. Хендриксон знает тебя очень плохо, иначе не стал бы устраивать показательные выступления.
– Не знаю, что тебе там кажется, но я в ужасе. – Амадео методично накручивал волосы на палец. – До сих пор думаю, что он вот-вот повторит свою попытку похитить Тео. Но ты прав – с рук ему это не сойдет. Я обещал, что рассчитаюсь с ним за все, и я это сделаю.
– Судя по тому, что твой врач бегает, как в зад ужаленный, твое состояние оставляет желать лучшего, – заметил Ксавьер. – Поэтому отложи свои планы на потом, когда будешь уверен, что в порыве ярости не натворишь дел.
– Бу-бу-бу, – передразнил Амадео и мрачно уставился в окно.
Он понимал, что Ксавьер прав. Его самого ужасала перспектива снова перевоплотиться в то чудовище, которое в мясо запытало Флавио. Но он не мог оставить Генри безнаказанным. Разумеется, существовали и другие способы, но Амадео всерьез опасался, что в последний момент выпустит монстра наружу и позволит наслаждаться кровавым пиром.
В оконном отражении он видел портрет, нарисованный Диего Торресом. Размытое изображение выглядело иначе, легкая полуулыбка казалась зловещей. Амадео поежился, представив, каким было бы его лицо, меняйся портрет так же, как в любимой книге, и отвернулся от окна.
– Так что ты думаешь? – спросил он, меняя тему. – Я о Томасе.
– Думаю, что крайне нерационально оставлять его здесь, – ответил Ксавьер, хрустя леденцом. – Твое доброе сердце однажды тебя подведет, принц.
– Нерационально – в смысле, никакой выгоды? – Амадео фыркнул. – О выгоде я думал в последнюю очередь. Томас помог мне – я помог ему. Услуга за услугу, так всегда поступал мой отец.
– Принцип хорош, не спорю, но не считаешь, что наживешь этим лишние неприятности?
– Одной больше, одной меньше. – Амадео пожал плечами. – Их и так больше, чем золотых монет у Скруджа.
– В последнее время твои шутки совсем не смешные, принц. С Мигелем общаюсь я, а дурачеством заражаешься ты. – Ксавьер сунул ему листок. – Это информация, которую предоставил Арройо. Роберт Кент, если ты еще помнишь.
– Разумеется, помню. – Амадео взял лист и пробежал текст глазами. – Подожди-ка…
– Вот именно. – Ксавьер щелкнул пальцами перед носом Амадео и принялся прохаживаться по кабинету. – Роберт Кент раньше принадлежал банде братьев Хендриксонов. После ее развала – точнее, после того, как я их отсюда выгнал – подал резюме в агентство Арройо. И если ты сейчас скажешь, что Томас Хендриксон тут ни при чем, я снова начну курить.
– Послушай. – Амадео отдал ему распечатку. – Какой резон Томасу разваливать твою компанию? Сам знаешь – до прошлого года о них не было слышно, братья вели дела в Мексике и Америке и ни шагу не сделали через нашу границу.
– Может, усыпляли бдительность, откуда мне знать? Кент так и не раскололся, я понятия не имею, кому он сливал информацию.
– Вот и не руби сплеча. Может быть, Томас не имеет к этой ситуации ни малейшего отношения.
– Ты слишком легковерен.
– Ты тоже. Откуда тебе знать, что Арройо не намеревается нарочно вас стравить?
– Зачем ему это?
– Не знаю. – Амадео скрестил руки на груди и оперся бедром о стол. – Но я ему не доверяю. Слишком уж удобно все выходит.
– Удобно и вполне логично. Не вижу, к чему тут подкопаться, картинка складывается вполне четкая.
– Вот только деталь, на первый взгляд подходящая по всем параметрам, может оказаться не на своем месте из-за маленькой нестыковки. И тогда вся картина выстроится по другой схеме.
– Я не собирал в детстве пазлы. Для меня изображение кристально ясное, принц. – Ксавьер буравил его взглядом. – Дай мне поговорить с Хендриксоном.
– Он недавно принял лекарство, не проснется до утра. – Амадео смотрел на друга исподлобья. Ксавьер хорошо знал этот взгляд – принц принял решение о невиновности Томаса, и теперь только прямое признание последнего сможет его поколебать. – И говорить будете при мне.
– Боишься, что сломаю ему уцелевшие ребра? С каких пор ты мне настолько не доверяешь?
– Доверяю. Но знаю твои методы допроса. Повторяю – говорить только в моем присутствии.
Друзья в упор смотрели друг на друга, ни один не хотел уступать. Ксавьер прищурил левый глаз, Амадео стиснул зубы и нахмурил брови. Воздух между ними едва не искрил, ладони обоих сжались в кулаки.
Наконец Ксавьер устало выдохнул.
– Ты меня бесишь, принц.
Губы Амадео тронула улыбка, взгляд потеплел.
– Знаю. Как насчет кофе на ночь глядя?
– Бесишь вдвойне, зная, что не смогу отказаться. – Ксавьер уселся за хозяйский стол и раскрыл ноутбук. – А если предложишь изумительное сырное печенье, что печет твоя домоправительница, то и втройне.
Амадео состроил ехидную улыбку и скрылся в коридоре.
Через несколько дней Амадео вернулся на работу. Тео он перевел на домашнее обучение. Мальчик огорчился, но страх перевесил, и он безропотно согласился. Паоло каждый день после школы приходил в гости, и это скрашивало сидение в четырех стенах, но все же Тео надеялся, что Генри скоро поймают, и он сможет вернуться в класс.
Оставив Томаса умирать у дверей особняка, громила испарился без следа. Томас горько усмехался, но уже смирился с тем, что брата больше не увидит. Но взял с Амадео обещание не трогать Генри, если тот вдруг объявится.
– Если тот сгинет в подвале какого-нибудь траффикера, так тому и быть, – сказал он. – Если попадется легавым – тем более. Не марай руки о Генри.
– Ты так говоришь, потому что он твой брат, – возразил Амадео. – Я понимаю, тебе его жаль. Но он не слишком-то жалел тебя, когда ломал твои кости.
– Да знаю я, – раздраженно отмахнулся Томас и ойкнул – ключица еще не зажила. – Но я как-никак прожил с ним всю жизнь. Если его грохнет кто другой – пожалуйста, по крайней мере, я смогу его ненавидеть. Но тебя я ненавидеть не хочу.
Амадео тронула такая откровенность, и он дал обещание, что передаст Генри властям, если тот попадется на пути, благо на то были все основания. И Амадео обладал достаточной властью, чтобы запереть похитителя в тюрьме до конца его дней.
И своим требованием Томас избавил его от необходимости снова становиться монстром.
А вот Ксавьеру не так повезло. Томас с возмущением отрицал причастность к шпионажу, с Кентом они разошлись сразу после краха банды и больше не виделись. Один из бывших дружбанов устроился работать к достопамятному Луану Скендеру, который едва не взорвал «Азарино», а Кент вообще пропал из поля зрения. Ксавьера горячность Томаса не убедила, но из-за принца пришлось на время оставить избитого гангстера в покое.
Себастьян Арройо регулярно звонил. Он так и не уехал из города, преисполненный решимости поймать бывшего подчиненного, и Амадео не понимал, ради чего он так старается. Чувствовал ли вину, стремился ли восстановить репутацию? Или у него был другой мотив? Амадео тайно запросил у Ребекки информацию на Арройо, но ничего нового не узнал. Директор кадрового агентства был чист настолько, насколько возможно быть чистым в профессии эйчара для подпольного мира.
Амадео закончил видеоконференцию и, выключив камеру, с наслаждением потянулся. Совещание длилось больше двух часов, все тело затекло. Только сейчас он посмотрел на часы – десять минут двенадцатого.
– Киан, принеси мне, пожалуйста, заявки, которые Крамер просил согласовать, – попросил он, нажав кнопку коммутатора. – Я совсем про них забыл.
– Одну минуту, – раздался в ответ тихий голос.
В ожидании Амадео поднялся и прошелся вдоль панорамного окна, любуясь ночными огнями. В здании уже давно никого нет, только несколько охранников, которые скоро отправятся на ночной обход. Себе Амадео дал установку покинуть «Азар» до полуночи, но просмотреть парочку бумаг он успеет.
Дверь открылась, но вместо Киана появилась Чилли. В руках она держала папку и сердито дула губы.
– Вам нужно прицепить на ногу электронный браслет, который противно пищит после окончания рабочего дня, – заявила она, кладя документы на стол. – Вы совершенно себя не бережете. Забыли, чем это чревато? Обмороки викторианской девицы еще не самое страшное!
– Со мной все в порядке. – Амадео улыбнулся. – Спасибо за заботу. А ты почему еще здесь? – Он бросил красноречивый взгляд на наручные часы. – Девушкам не пристало в такое время гулять по улицам.
Чилли рассмеялась и щелкнула замком сумки.
– Вы слишком обо мне беспокоитесь. Я уже большая девочка и могу за себя постоять.
Амадео окинул ее хрупкую фигурку скептическим взглядом.
– Сильная, но легкая? – Он потянулся к телефону. – Я отправлю с тобой охранника. На всякий случай.
Девушка скривилась. Амадео не раз советовал ей нанять личного телохранителя, но та категорически отказывалась.
– Не начинайте снова! Как представлю, что за мной по пятам ходит громила, так дурно становится. Моя машина на подземной стоянке, в доме охраняемая парковка, ничего со мной не случится! – Она закинула ремень сумочки на плечо. – Вам, между прочим, тоже пора домой. Или мне позвонить Санторо и нажаловаться?
– Знаешь, чем меня пронять, – проворчал Амадео. – Дай мне десять минут, закончу с этими заявками…
– Так и быть. Но знайте, – Чилли погрозила ему пальцем, – завтра обязательно проверю пропускную систему, чтобы узнать, во сколько вы ушли. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи. – Амадео с улыбкой махнул на прощание и склонился над бумагами.
Чилли попрощалась с Кианом, зевающим за компьютером в приемной, и спустилась на первый этаж. В затихнувшем на ночь здании, в котором в другое время кипела жизнь, эхом раздавался стук ее каблуков. Главный офис по вечерам вымирал, заставляя чувствовать себя неуютно. Чилли не выносила тишины и радовалась, что большую часть времени проводит в «Азарино», где всегда многолюдно и шумно, независимо от времени суток.
Два охранника у запертых на ночь дверей главного входа попрощались с ней, Чилли ответила улыбкой и спустилась на служебном лифте на парковку. Здесь тоже было пусто, только джип Амадео да ее собственная серебристая «тойота» стояли в дальнем конце стоянки.
Она поцокала к машине, на ходу доставая из сумочки ключи. И вдруг услышала позади топот и тяжелое дыхание.
Шею обожгло огнем. Развернувшись, она наугад ударила зажатым между пальцами ключом, добавила коленом, целясь неизвестному в пах, и услышала приглушенный вскрик – удар достиг цели. Чилли рванула обратно к лифту, но через пару шагов ноги заплелись, и она, цепляясь за стенки, вползла внутрь, успев мазнуть слабеющими пальцами по кнопке первого этажа.
Сознание стремительно уплывало, она изо всех сил старалась держать глаза открытыми. Сквозь туман разглядела человека, бьющегося в стеклянные дверцы, и успела порадоваться, что смогла улизнуть. Цепляясь за поручень, Чилли кое-как держалась на ногах, шея сзади пульсировала болью, в глазах двоилось. Дверцы распахнулись, она шагнула вперед и упала прямиком на Амадео, который едва успел подставить руки.
– Чилли! – воскликнул он. – Что…
Киан уже метнулся внутрь.
– Вызовите «скорую» для мисс Райо. – Он нажал кнопку спуска. – И не выходите никуда, пока я не вернусь.
Охранник уже набирал номер. Амадео осторожно перенес Чилли на диван в вестибюле. Устроив ее голову поудобней на подлокотнике, он вытащил руку из-под затылка и увидел на ладони размазавшуюся каплю крови. Отыскать след от укола у основания шеи не составило труда.
– Вот же черт, – пробормотал он. – Что тебе вкололи? Где «скорая», черт возьми?! – рявкнул он на охранника.
– Уже едут, – отозвался тот. – Хотите, чтобы мы проверили стоянку?
– Нет смысла. Нападавший уже сбежал.
Если, конечно, его не успел поймать Киан. Амадео напряженно всматривался в электронное табло, но лифт не трогался с места, застряв на отметке В1.
На улице раздался вой сирен, и второй охранник побежал отпирать двери.
Киан нашел Амадео в больнице. Чилли лежала на кровати, от локтя шла трубка капельницы. Амадео сидел на стуле с неудобной спинкой и, закинув ногу на ногу, мрачно накручивал волосы на палец.
– Я никого не нашел, – тихо сказал Киан, подходя. – Простите. На камерах лица нападавшего не видно, он был в кепке и черной маске.
– Ничего удивительного, он наверняка знал о видеонаблюдении, – бесцветным голосом произнес Амадео, не прерывая своего занятия. – И знал, что Чилли еще не ушла, поджидал ее. Был в курсе, что она ходит без охраны. Но откуда?
Киан не стал выдвигать предположений.
– Как мисс Райо?
– В порядке, ей вкололи обычное снотворное. Скоро придет в себя. – Амадео сжал прядь волос в кулак. – Но это была попытка похищения, черт побери. Попытка похищения!
Раньше такого не случалось. Все шишки обычно доставались Амадео. Поэтому Чилли легкомысленно относилась к вопросам собственной безопасности, отшучиваясь на требование начальника быть осторожней.
– Вы неоднократно говорили ей нанять телохранителя…
– Разве она послушает, – фыркнул Амадео. – Девчонка самоуверенная… И я хорош – надо было настаивать на своем, а не соглашаться с ее смешными доводами…
– Вот не надо… – раздался еле слышный голос. – Вы ни в чем не виноваты… Это я девчонка… самоуверенная…
Амадео вскочил и склонился над Чилли. Та не открывала глаз, но уголки губ едва заметно приподнялись в улыбке.
– Не смогла спать, пока… Пока вы тут на себя наговариваете, – прошептала она, приоткрыв один глаз. – Ваши волосы щекочут мне нос, я сейчас чихну.
Амадео отбросил волосы за спину и тихо рассмеялся.
– Ну и напугала ты меня. Как себя чувствуешь? Что-нибудь болит?
Чилли помотала головой и поморщилась.
– Нет. Подташнивает только немного… Помогите сесть, я жутко хочу пить.
Амадео приподнял ее, а Киан, налив воды из кувшина, подал стакан. Чилли благодарно кивнула и залпом выпила.
– Ох… Теперь можно жить дальше. Расскажете, что случилось? Ничего не помню после того, как спустилась на стоянку…
– Кто-то вколол тебе снотворное. Не знаю, каким чудом ты сумела добраться до лифта, но благодаря этому ты сейчас тут, а не… неизвестно где. Помнишь нападавшего?
Чилли на мгновение задумалась, потом покачала головой.
– Нет. Я услышала, как за мной кто-то идет, затем вроде бы его ключами ударила… – Она снова поморщилась и потерла лоб. – Не помню.
– Побочное действие препарата, – тихо объяснил Киан. – Все равно его лица вы бы не разглядели – на видеозаписи он в маске.
Чилли виновато потупилась.
– Я последую вашему совету, господин Амадео, и найму телохранителя. Простите, что не послушала сразу.
– Главное, что ты в порядке, – улыбнулся Амадео. – А охранника я подберу тебе сам. У двери дежурит полиция, ты останешься тут на ночь. И без возражений.
Чилли открыла рот, но, поймав строгий взгляд начальника, покорно кивнула.
– Пап, я дома у дяди Амадео, не волнуйся! – тараторил Паоло в трубку. – Мы с Тео сделаем уроки, а потом поиграем, а потом…
– Томас едва не умер. Бэйн бы этому даже порадовался. – Амадео вздохнул. – Чертовски повезло, что Генри решил в очередной раз меня попугать и подбросил его к моим воротам.
– Только ты не выглядишь испуганным. – Ксавьер потянулся за леденцом. – Скорее, наоборот. Хендриксон знает тебя очень плохо, иначе не стал бы устраивать показательные выступления.
– Не знаю, что тебе там кажется, но я в ужасе. – Амадео методично накручивал волосы на палец. – До сих пор думаю, что он вот-вот повторит свою попытку похитить Тео. Но ты прав – с рук ему это не сойдет. Я обещал, что рассчитаюсь с ним за все, и я это сделаю.
– Судя по тому, что твой врач бегает, как в зад ужаленный, твое состояние оставляет желать лучшего, – заметил Ксавьер. – Поэтому отложи свои планы на потом, когда будешь уверен, что в порыве ярости не натворишь дел.
– Бу-бу-бу, – передразнил Амадео и мрачно уставился в окно.
Он понимал, что Ксавьер прав. Его самого ужасала перспектива снова перевоплотиться в то чудовище, которое в мясо запытало Флавио. Но он не мог оставить Генри безнаказанным. Разумеется, существовали и другие способы, но Амадео всерьез опасался, что в последний момент выпустит монстра наружу и позволит наслаждаться кровавым пиром.
В оконном отражении он видел портрет, нарисованный Диего Торресом. Размытое изображение выглядело иначе, легкая полуулыбка казалась зловещей. Амадео поежился, представив, каким было бы его лицо, меняйся портрет так же, как в любимой книге, и отвернулся от окна.
– Так что ты думаешь? – спросил он, меняя тему. – Я о Томасе.
– Думаю, что крайне нерационально оставлять его здесь, – ответил Ксавьер, хрустя леденцом. – Твое доброе сердце однажды тебя подведет, принц.
– Нерационально – в смысле, никакой выгоды? – Амадео фыркнул. – О выгоде я думал в последнюю очередь. Томас помог мне – я помог ему. Услуга за услугу, так всегда поступал мой отец.
– Принцип хорош, не спорю, но не считаешь, что наживешь этим лишние неприятности?
– Одной больше, одной меньше. – Амадео пожал плечами. – Их и так больше, чем золотых монет у Скруджа.
– В последнее время твои шутки совсем не смешные, принц. С Мигелем общаюсь я, а дурачеством заражаешься ты. – Ксавьер сунул ему листок. – Это информация, которую предоставил Арройо. Роберт Кент, если ты еще помнишь.
– Разумеется, помню. – Амадео взял лист и пробежал текст глазами. – Подожди-ка…
– Вот именно. – Ксавьер щелкнул пальцами перед носом Амадео и принялся прохаживаться по кабинету. – Роберт Кент раньше принадлежал банде братьев Хендриксонов. После ее развала – точнее, после того, как я их отсюда выгнал – подал резюме в агентство Арройо. И если ты сейчас скажешь, что Томас Хендриксон тут ни при чем, я снова начну курить.
– Послушай. – Амадео отдал ему распечатку. – Какой резон Томасу разваливать твою компанию? Сам знаешь – до прошлого года о них не было слышно, братья вели дела в Мексике и Америке и ни шагу не сделали через нашу границу.
– Может, усыпляли бдительность, откуда мне знать? Кент так и не раскололся, я понятия не имею, кому он сливал информацию.
– Вот и не руби сплеча. Может быть, Томас не имеет к этой ситуации ни малейшего отношения.
– Ты слишком легковерен.
– Ты тоже. Откуда тебе знать, что Арройо не намеревается нарочно вас стравить?
– Зачем ему это?
– Не знаю. – Амадео скрестил руки на груди и оперся бедром о стол. – Но я ему не доверяю. Слишком уж удобно все выходит.
– Удобно и вполне логично. Не вижу, к чему тут подкопаться, картинка складывается вполне четкая.
– Вот только деталь, на первый взгляд подходящая по всем параметрам, может оказаться не на своем месте из-за маленькой нестыковки. И тогда вся картина выстроится по другой схеме.
– Я не собирал в детстве пазлы. Для меня изображение кристально ясное, принц. – Ксавьер буравил его взглядом. – Дай мне поговорить с Хендриксоном.
– Он недавно принял лекарство, не проснется до утра. – Амадео смотрел на друга исподлобья. Ксавьер хорошо знал этот взгляд – принц принял решение о невиновности Томаса, и теперь только прямое признание последнего сможет его поколебать. – И говорить будете при мне.
– Боишься, что сломаю ему уцелевшие ребра? С каких пор ты мне настолько не доверяешь?
– Доверяю. Но знаю твои методы допроса. Повторяю – говорить только в моем присутствии.
Друзья в упор смотрели друг на друга, ни один не хотел уступать. Ксавьер прищурил левый глаз, Амадео стиснул зубы и нахмурил брови. Воздух между ними едва не искрил, ладони обоих сжались в кулаки.
Наконец Ксавьер устало выдохнул.
– Ты меня бесишь, принц.
Губы Амадео тронула улыбка, взгляд потеплел.
– Знаю. Как насчет кофе на ночь глядя?
– Бесишь вдвойне, зная, что не смогу отказаться. – Ксавьер уселся за хозяйский стол и раскрыл ноутбук. – А если предложишь изумительное сырное печенье, что печет твоя домоправительница, то и втройне.
Амадео состроил ехидную улыбку и скрылся в коридоре.
Через несколько дней Амадео вернулся на работу. Тео он перевел на домашнее обучение. Мальчик огорчился, но страх перевесил, и он безропотно согласился. Паоло каждый день после школы приходил в гости, и это скрашивало сидение в четырех стенах, но все же Тео надеялся, что Генри скоро поймают, и он сможет вернуться в класс.
Оставив Томаса умирать у дверей особняка, громила испарился без следа. Томас горько усмехался, но уже смирился с тем, что брата больше не увидит. Но взял с Амадео обещание не трогать Генри, если тот вдруг объявится.
– Если тот сгинет в подвале какого-нибудь траффикера, так тому и быть, – сказал он. – Если попадется легавым – тем более. Не марай руки о Генри.
– Ты так говоришь, потому что он твой брат, – возразил Амадео. – Я понимаю, тебе его жаль. Но он не слишком-то жалел тебя, когда ломал твои кости.
– Да знаю я, – раздраженно отмахнулся Томас и ойкнул – ключица еще не зажила. – Но я как-никак прожил с ним всю жизнь. Если его грохнет кто другой – пожалуйста, по крайней мере, я смогу его ненавидеть. Но тебя я ненавидеть не хочу.
Амадео тронула такая откровенность, и он дал обещание, что передаст Генри властям, если тот попадется на пути, благо на то были все основания. И Амадео обладал достаточной властью, чтобы запереть похитителя в тюрьме до конца его дней.
И своим требованием Томас избавил его от необходимости снова становиться монстром.
А вот Ксавьеру не так повезло. Томас с возмущением отрицал причастность к шпионажу, с Кентом они разошлись сразу после краха банды и больше не виделись. Один из бывших дружбанов устроился работать к достопамятному Луану Скендеру, который едва не взорвал «Азарино», а Кент вообще пропал из поля зрения. Ксавьера горячность Томаса не убедила, но из-за принца пришлось на время оставить избитого гангстера в покое.
Себастьян Арройо регулярно звонил. Он так и не уехал из города, преисполненный решимости поймать бывшего подчиненного, и Амадео не понимал, ради чего он так старается. Чувствовал ли вину, стремился ли восстановить репутацию? Или у него был другой мотив? Амадео тайно запросил у Ребекки информацию на Арройо, но ничего нового не узнал. Директор кадрового агентства был чист настолько, насколько возможно быть чистым в профессии эйчара для подпольного мира.
Амадео закончил видеоконференцию и, выключив камеру, с наслаждением потянулся. Совещание длилось больше двух часов, все тело затекло. Только сейчас он посмотрел на часы – десять минут двенадцатого.
– Киан, принеси мне, пожалуйста, заявки, которые Крамер просил согласовать, – попросил он, нажав кнопку коммутатора. – Я совсем про них забыл.
– Одну минуту, – раздался в ответ тихий голос.
В ожидании Амадео поднялся и прошелся вдоль панорамного окна, любуясь ночными огнями. В здании уже давно никого нет, только несколько охранников, которые скоро отправятся на ночной обход. Себе Амадео дал установку покинуть «Азар» до полуночи, но просмотреть парочку бумаг он успеет.
Дверь открылась, но вместо Киана появилась Чилли. В руках она держала папку и сердито дула губы.
– Вам нужно прицепить на ногу электронный браслет, который противно пищит после окончания рабочего дня, – заявила она, кладя документы на стол. – Вы совершенно себя не бережете. Забыли, чем это чревато? Обмороки викторианской девицы еще не самое страшное!
– Со мной все в порядке. – Амадео улыбнулся. – Спасибо за заботу. А ты почему еще здесь? – Он бросил красноречивый взгляд на наручные часы. – Девушкам не пристало в такое время гулять по улицам.
Чилли рассмеялась и щелкнула замком сумки.
– Вы слишком обо мне беспокоитесь. Я уже большая девочка и могу за себя постоять.
Амадео окинул ее хрупкую фигурку скептическим взглядом.
– Сильная, но легкая? – Он потянулся к телефону. – Я отправлю с тобой охранника. На всякий случай.
Девушка скривилась. Амадео не раз советовал ей нанять личного телохранителя, но та категорически отказывалась.
– Не начинайте снова! Как представлю, что за мной по пятам ходит громила, так дурно становится. Моя машина на подземной стоянке, в доме охраняемая парковка, ничего со мной не случится! – Она закинула ремень сумочки на плечо. – Вам, между прочим, тоже пора домой. Или мне позвонить Санторо и нажаловаться?
– Знаешь, чем меня пронять, – проворчал Амадео. – Дай мне десять минут, закончу с этими заявками…
– Так и быть. Но знайте, – Чилли погрозила ему пальцем, – завтра обязательно проверю пропускную систему, чтобы узнать, во сколько вы ушли. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи. – Амадео с улыбкой махнул на прощание и склонился над бумагами.
Чилли попрощалась с Кианом, зевающим за компьютером в приемной, и спустилась на первый этаж. В затихнувшем на ночь здании, в котором в другое время кипела жизнь, эхом раздавался стук ее каблуков. Главный офис по вечерам вымирал, заставляя чувствовать себя неуютно. Чилли не выносила тишины и радовалась, что большую часть времени проводит в «Азарино», где всегда многолюдно и шумно, независимо от времени суток.
Два охранника у запертых на ночь дверей главного входа попрощались с ней, Чилли ответила улыбкой и спустилась на служебном лифте на парковку. Здесь тоже было пусто, только джип Амадео да ее собственная серебристая «тойота» стояли в дальнем конце стоянки.
Она поцокала к машине, на ходу доставая из сумочки ключи. И вдруг услышала позади топот и тяжелое дыхание.
Шею обожгло огнем. Развернувшись, она наугад ударила зажатым между пальцами ключом, добавила коленом, целясь неизвестному в пах, и услышала приглушенный вскрик – удар достиг цели. Чилли рванула обратно к лифту, но через пару шагов ноги заплелись, и она, цепляясь за стенки, вползла внутрь, успев мазнуть слабеющими пальцами по кнопке первого этажа.
Сознание стремительно уплывало, она изо всех сил старалась держать глаза открытыми. Сквозь туман разглядела человека, бьющегося в стеклянные дверцы, и успела порадоваться, что смогла улизнуть. Цепляясь за поручень, Чилли кое-как держалась на ногах, шея сзади пульсировала болью, в глазах двоилось. Дверцы распахнулись, она шагнула вперед и упала прямиком на Амадео, который едва успел подставить руки.
– Чилли! – воскликнул он. – Что…
Киан уже метнулся внутрь.
– Вызовите «скорую» для мисс Райо. – Он нажал кнопку спуска. – И не выходите никуда, пока я не вернусь.
Охранник уже набирал номер. Амадео осторожно перенес Чилли на диван в вестибюле. Устроив ее голову поудобней на подлокотнике, он вытащил руку из-под затылка и увидел на ладони размазавшуюся каплю крови. Отыскать след от укола у основания шеи не составило труда.
– Вот же черт, – пробормотал он. – Что тебе вкололи? Где «скорая», черт возьми?! – рявкнул он на охранника.
– Уже едут, – отозвался тот. – Хотите, чтобы мы проверили стоянку?
– Нет смысла. Нападавший уже сбежал.
Если, конечно, его не успел поймать Киан. Амадео напряженно всматривался в электронное табло, но лифт не трогался с места, застряв на отметке В1.
На улице раздался вой сирен, и второй охранник побежал отпирать двери.
Киан нашел Амадео в больнице. Чилли лежала на кровати, от локтя шла трубка капельницы. Амадео сидел на стуле с неудобной спинкой и, закинув ногу на ногу, мрачно накручивал волосы на палец.
– Я никого не нашел, – тихо сказал Киан, подходя. – Простите. На камерах лица нападавшего не видно, он был в кепке и черной маске.
– Ничего удивительного, он наверняка знал о видеонаблюдении, – бесцветным голосом произнес Амадео, не прерывая своего занятия. – И знал, что Чилли еще не ушла, поджидал ее. Был в курсе, что она ходит без охраны. Но откуда?
Киан не стал выдвигать предположений.
– Как мисс Райо?
– В порядке, ей вкололи обычное снотворное. Скоро придет в себя. – Амадео сжал прядь волос в кулак. – Но это была попытка похищения, черт побери. Попытка похищения!
Раньше такого не случалось. Все шишки обычно доставались Амадео. Поэтому Чилли легкомысленно относилась к вопросам собственной безопасности, отшучиваясь на требование начальника быть осторожней.
– Вы неоднократно говорили ей нанять телохранителя…
– Разве она послушает, – фыркнул Амадео. – Девчонка самоуверенная… И я хорош – надо было настаивать на своем, а не соглашаться с ее смешными доводами…
– Вот не надо… – раздался еле слышный голос. – Вы ни в чем не виноваты… Это я девчонка… самоуверенная…
Амадео вскочил и склонился над Чилли. Та не открывала глаз, но уголки губ едва заметно приподнялись в улыбке.
– Не смогла спать, пока… Пока вы тут на себя наговариваете, – прошептала она, приоткрыв один глаз. – Ваши волосы щекочут мне нос, я сейчас чихну.
Амадео отбросил волосы за спину и тихо рассмеялся.
– Ну и напугала ты меня. Как себя чувствуешь? Что-нибудь болит?
Чилли помотала головой и поморщилась.
– Нет. Подташнивает только немного… Помогите сесть, я жутко хочу пить.
Амадео приподнял ее, а Киан, налив воды из кувшина, подал стакан. Чилли благодарно кивнула и залпом выпила.
– Ох… Теперь можно жить дальше. Расскажете, что случилось? Ничего не помню после того, как спустилась на стоянку…
– Кто-то вколол тебе снотворное. Не знаю, каким чудом ты сумела добраться до лифта, но благодаря этому ты сейчас тут, а не… неизвестно где. Помнишь нападавшего?
Чилли на мгновение задумалась, потом покачала головой.
– Нет. Я услышала, как за мной кто-то идет, затем вроде бы его ключами ударила… – Она снова поморщилась и потерла лоб. – Не помню.
– Побочное действие препарата, – тихо объяснил Киан. – Все равно его лица вы бы не разглядели – на видеозаписи он в маске.
Чилли виновато потупилась.
– Я последую вашему совету, господин Амадео, и найму телохранителя. Простите, что не послушала сразу.
– Главное, что ты в порядке, – улыбнулся Амадео. – А охранника я подберу тебе сам. У двери дежурит полиция, ты останешься тут на ночь. И без возражений.
Чилли открыла рот, но, поймав строгий взгляд начальника, покорно кивнула.
– Пап, я дома у дяди Амадео, не волнуйся! – тараторил Паоло в трубку. – Мы с Тео сделаем уроки, а потом поиграем, а потом…
