Глава 1
Досчитала до семи — так отыщись и обними.
Тысячи рек, сорок девять морей, слезы мне высуши скорей.
Звезды мне мешают спать, их считать — не сосчитать.
Сколько звезд должно упасть, чтоб нам встретиться опять?
А. Хитрик
С чего начать? Почему стоит остерегаться фей, какие виды казней предпочитают короли и кто такой лорд Соль — об этом вы можете узнать в прошлой части.
Вернемся к тому, как я чуть не умерла.
Раздался страшный рев. Очертания башни стали меняться, и из-за каменной кладки выползло нечто черное и длинное. Чешуя сверкала на солнце подобно обсидиану. У шпиля показалась огромная черная голова, повторно исторгшая из себя рев.
Дракон «обнимал» башню всем своим телом. Я побежала к ближайшему валуну. Дракон издал странный гулкий звук, слово готовился рычать, и выпустил столб огня. Я почувствовала, как жар коснулся спины. Сгореть не успела, укрывшись за камнем. Языки пламени лизнули его по бокам, прямо у меня на глазах.
— Что же ты за тварь такая? — выдохнула я.
В голове родился план.
Я выглянула из-за камня и крикнула «Эй!». Дракон дернул головой, усеянной острыми наростами, и впился в меня змеиными глазами.
Я побежала к следующему камню, который стоял ближе к башне. Вновь гулкий звук и жар огня. Пригнулась и начала считать, сколько по времени длится его пламя.
Как только огонь исчез, я проделала то же самое, несясь к следующему камню, одновременно считая секунды, за которые дракон копил новый огонь внутри.
Выходило, что каждый раз у меня есть девять секунд на то, чтобы передохнуть.
Как только прекратился очередной столб пламени, я ринулась к башне.
Девять, восемь, семь, шесть...
Дергаю каменную плиту, обросшую мхом и остатками терновника. Поддалась! Из открывшегося прохода к лестнице повеяло сыростью. Если не успею задвинуть за собой плиту, то огонь заполнит все, и я сгорю.
Пять, четыре…
Слышу громкое скольжение чешуи о камень у самого уха.
Забегаю внутрь башни.
Чудовище опустило огромную голову вниз, и она оказалась прямо напротив входа. Его вертикальный зрачок, обрамленный желтым светом, дрожал и вдруг застыл, впившись в меня.
Тащу плиту изо всех сил.
Два, один!
Жгучее пламя частично прорывается внутрь, но плита защищает.
Быстро взбираюсь по лестнице наверх, в ту самую комнату с маленьким окном.
Тишина пугает. Она обманчива.
В комнате я перевела дыхание и посмотрела в окно, на черную чешую: драконья шея изгибалась надо мной, обхватывая шпиль башни. Отсюда не достать.
Осторожно вылезла из окна, цепляясь за выемки частично разрушенной кладки с остатками терновника. Совсем как тогда, у спальни Бизелии.
Осталось три секунды.
Я вскарабкалась на шпиль, держа меч. Направила его к мягкой коже между шеей и нижней челюстью.
Дракон рывком повернул голову... Снова пламя! Я едва успела пригнуться за шпилем, закрыв руками голову.
Возник запах гари. Опустила взгляд — это горела я. В панике потушила свою рубаху, хлопнув по огню.
Новый отсчет — девять, восемь...
Я пыталась несколько раз ударить мечом ниже, но клинок попадал по прочной чешуе.
Был только один вариант достать до кожи, не защищенной чешуей — в прыжке.
Два, один...
Оттолкнулась от шпиля и подпрыгнула, занеся меч.
Главное, чтобы не дернулся.
Сталь вошла в мягкую плоть, как в масло.
Дракон взвыл столь оглушительно, что у меня заложило уши. Заскользила по его чешуе, как по трубе. Однако тело чудовища начало извиваться, и в самом конце я сорвалась вниз. Меня отбросило в сторону, от чего полетела ногами куда-то вперед, а после приложило о землю.
Дракон рухнул, вспыхнув фиолетовым пламенем, и содрогнулось все в округе.
Когда я вновь смогла ясно видеть, то чудовища на месте не оказалось. Вместо него на камнях лежал человек, пронзенный мечом. Черные волосы, знакомый профиль...
— Соль!
Я подбежала к нему. Как... Как это возможно?
На груди у колдуна расплылось кровавое пятно.
— В кармане, — прохрипел он, — огонь.
Вытащила у него из нагрудного кармана лучину со спичкой. Дрожащими руками пытаюсь зажечь. Не попадаю… Снова не попадаю. На третий раз получилось. Как только щепка загорелась, я вложила ее в руку Соль.
И стала молить небеса, чтобы на этот раз волшебство сработало.
***
Огонь на лучине вытянулся, разросся и вспышкой захватил все вокруг. Поднялась плотная, издающая треск стена из фиолетового пламени. Я испуганно стиснула руку колдуна.
В следующий миг огонь упал, расплескавшись по полу, и исчез, обнажив каменную плитку. Нас с Соль перенесло в пустой коридор, залитый солнечным светом из витражных окон. Мирную тишину нарушил один только щебет птиц с улицы... и чьи-то легкие шаги.
Колдун лежал хладным трупом, а по камню под ним расползалось кровавое пятно. Я в панике хотела взяться за рукоять меча, но тут же передумала — вытаскивание лезвия из тела может лишь все усугубить.
— Бьячче? Кажется, к нам в окно вновь залетела голубка.
Шаги приближались. Как только я собралась позвать на помощь, из-за поворота появилась женщина в платье, похожем на белый пион. Я узнала в ней гостью, которая приходила к модистке за шляпой в облике нищенки.
Светлые локоны нежно обрамляли ее лицо, черты которого напомнили рыбьи из-за таких же прозрачных глаз.
— Вы же фея? Вы можете спасти его?
— Бьячче, — повторила она, — здесь Луве. Дорогая, что с моим сыном?
Я в изумлении молчала.
Женщина опустилась рядом со мной на колени, глубоко вздохнув.
— Давай, — кивнула она. — Тяни.
— Он ведь умрет, если я вытащу меч.
— Он уже. Тяни.
Лужа крови быстро добралась до платья женщины и пропитала ткань, но она этого словно не замечала.
— А вы не можете как-то магией?..
— Тяни сейчас же! — рявкнула фея.
Я взялась за рукоять и с мерзким звуком выдернула клинок из тела.
Как только я это сделала, фея изо всех сил надавила обеими руками на его рану.
Большие серебристые крылья раскрылись у нее за спиной: мерцающие, будто из множества капелек росы, сквозь которые перебегала радуга. Я смогла увидеть их лишь на мгновенье. Потом глаза ослепило вспышкой света, исходящей от ее ладоней.
Фея долго держала их на лорде Соль, пока свет не погас. Тогда она поднялась и вытерла окровавленной рукой пот со лба. А я поняла, что на какое-то время разучилась дышать.
— Сколько раз я предупреждал его, что он доиграется, — прозвучал недовольный мужской голос.
***
Чета Соль жила в большом доме. Его хозяйка Вивьен была феей, а хозяин Бьячче — купцом, о чем я догадалась по его многослойным одеждам. Они пестрели орнаментом в стиле южных городов Триодиннадцатого.
— Лорд Соль, — непривычно было обращаться так к кому-то другому.
— Какой я тебе лорд? — он потребовал: — Называй по имени.
— Лорд Бьячче...
Он тут же недовольно наморщил лоб.
При взгляде на его темные, как смоль, волосы, с мелкой проседью, такие же темные глаза и чуть широкие скулы становилось понятно, что внешностью колдун пошел в отца. Хотя мимикой, кажется, Соль больше напоминал мать.
— Бьячче, — с трудом исправилась я, и лорд Соль-старший тут же подобрел. — А как... зовут вашего сына?
Супружеская пара обменялась друг с другом многозначительными взглядами.
— Думаю, теперь уже можно, — сказал лорд Бьячче.
Фея наклонила голову, мягко подперев щеку ладонью, и ответила мне:
— Его зовут Вирлуве.
Последний кусочек лег в мозаику, как влитой.
Вирлуве Соль. Оставалось лишь рукой себя по лбу хлопнуть. Вот что за фамилия красовалась в письме, которое я получила давным-давно, когда была в башне: «Соль».
Правда, теперь вопросов появилось еще больше.
— Вы знали, что на вашем сыне проклятье. Неужели такой фее, как вы, не под силу было его снять?
— Мы, феи, предпочитаем называть это «предсказанием». У предсказаний бывают свои условия, лишь они способны все изменить. У Луве условие тоже было, так ведь?
Я с трудом, но вспомнила строки проклятья, которое описывалось в письме старика:
— Что-то про имя, которое нельзя произносить вслух, и он превратится в дракона... «Пока меч не пронзит его».
Я не стала говорить леди Соль, что это я проткнула мечом ее сына. Как-то неловко сообщать об этом, сидя у нее в гостях.
— Старая кошелка, ничего лучше не придумала, — пропела леди Вивьен со злой ноткой в голосе. — У твоего предсказания также должно было быть условие.
Откуда она?..
Фея решила добить:
— Да, я была там, во дворце, на праздновании твоего рождения. Должно было быть условие. Я вовремя вмешалась.
— Вы что, внесли изменения в мое предсказание? — не знала, что так можно! — И какое у него было условие?
— Мм, то есть ты не в курсе. Не уверена, что могу посвящать тебя в детали. Спроси у своей мамы. — Легко сказать «спроси», я с ней пять лет не разговаривала. — В благодарность за помощь она сделала меня фрейлиной. Мне, конечно, очень приятно, но я совершенно не разбираюсь во всех этих должностях.
Фрейлиной?
— Вы случайно нигде меня не упоминали?
— Нет. Да, — она вдруг резко взмахнула рукой. — Я слушаю новости, гуляю... то там, то сям. Сама знаешь, как это бывает. Пару лет назад увидела, что ты стала наемницей. Почему бы и не помочь бедному дитя? Гостила в Тривосьмом — там я впервые тебя и порекомендовала. Забавный у них мальчишка-принц. Король, правда, самодур. К слову, они остались тобой довольны?
Я ушам своим не верила. Вот она, какая, оказывается, моя таинственная и благодетельная фрейлина.
— Вы мне очень помогли. Спасибо.
Нежная улыбка пропала с ее лица, которое на секунду показалось мне застывшей маской.
— Я не сделала ничего, дорогая. Дети не должны расплачиваться за ошибки родителей.
Непонятно, но очень интересно.
— А зачем на моей башне был терновник?
— Поговори с матерью, — ее настроение испортилось. — Я что-то притомилась все тебе разъяснять.
Время откровений закончилось. Ясно, от кого у Вирлуве любовь к скрытности.
Лорд Соль-старший вернулся в комнату с блюдами, расставив еду на столе. Леди Соль ласково взглянула на супруга.
— Спасибо, Бьячче.
— Нектар терновника? Сливовица? — предложил мне купец.
— Нет, благодарю, — я поежилась.
Фея начала трапезу первой, изящно управляясь с приборами. В какой-то момент она облизнула пальцы. Удивительно. Точно так же Соль... Вирлуве разделывался с ужином, когда я играла с ним в карты.
Как только Вивьен подняла взгляд, у меня вырвалось:
— Я бы ни за что не подумала, что вы мама лорда Соль.
Кажется, он однажды уже упоминал при мне, что его мать — фея.
Вивьен вздохнула.
— Никто не верит, но наш сын был славным ребенком, пускай со своими недостатками... Однажды я решила давать ему в день по лишней монетке с наказом, чтобы он тратил ее на милостыню для бедных. Он меня не послушался: «Мама, я научил бедных воровать незаметно! Это лучше, чем то, что хотела ты». Тогда я спросила: «Куда же ты потратил все те деньги»? Он сказал: «Я купил повозку, чтобы им было удобнее». Так у нас в окрестностях города появилась банда разбойников, разъезжающих в повозке. Они не трогали купцов и сборщиков подати, все время доставалось почему-то аристократам. Я сказала ему, что он поступил дурно. А он мне: «Те, кто делает бедняков бедняками, поступают дурно». У моего сына доброе сердце. — Вивьен смотрела в сторону и не заметила, как мои губы дрожали от сдерживаемого смеха. Ее мужа тоже перекосило. — Ах, а когда ему исполнилось пятнадцать, мы разошлись во мнениях, и он ушел из дома.
— Полез в ученики к Малефисенте, — сказал лорд Бьячче, подкладывая еды в тарелку супруге. — И она наложила на него проклятье.
— Не проклятье, а предсказание, — поправила леди Вивьен.
— Очевидно, он натворил дел, вот и отхватил. Я ему говорил, что связываться с феей — себе дороже.
— Дорогой.
— Ты исключение.
Леди Соль обратилась ко мне:
— Луве уже пришел в себя. Не хочешь его проведать?
Оказавшись под перекрестным огнем взглядов, я сглотнула.
***
Он спал на кровати с перебинтованной раной. Прямо не по себе было смотреть на колдуна, который впервые на моей памяти был столь неподвижен.
А он не умер, случайно?
Я наклонилась, прислушиваясь к его дыханию.
— Бу, — сказал Соль и ущипнул меня за нос.
Я вскрикнула от неожиданности. Лорд Соль засмеялся, но под конец смех перешел в кашель.
— Умрешь, но поиздеваешься, — прошипела я.
Опустилась на узорчатую зеленую софу подле кровати. В комнате лежало множество разноцветных подушек с кисточками. Некоторые из них украшала сложная цветочная вязь, на которую я невольно засмотрелась.
— Нравится? У меня в замке интерьер получше будет.
— Все черное? — предположила я.
— Без окон. И кровоподтеки на стенах, — подхватил колдун.
— Почему ты не сказал, что у тебя за проклятье? — он дернул головой — видимо, хотел развернуться ко мне, но физическое состояние не позволило. В итоге просто скосил взгляд в мою сторону. — Хм, ты не мог? Не мог рассказать детали проклятья, потому что находился под его действием, — пробормотала. Мне вспомнилась Гвен, превращенная в жабу, которая так же вынуждена была молчать. — Тогда дал бы мне знак!
— Я сидел на твоей башне.
— Я заметила. Это было неприятно.
— И я показывал тебе на балу витражи с драконом, — он поднял глаза к потолку. — Перед тем, как ты решила связать меня ремнем. Уже забыла?
— Припоминаю. Как раз после того, как ты выбрался из ловушки, а меня чуть не засыпало камнями!
Ранее я себя прямо виноватой перед леди Вивьен чувствовала: все-таки, я чуть не убила ее сына. Теперь, когда я вспомнила, кто ее сын, чувство вины как ветром сдуло.
Колдун спросил как бы невзначай:
— Вексель Раскина еще у тебя?
— Не волнуйся, скоро он мне пригодится.
— Нервничаешь? Дипломат до сих пор не написал тебе. Ага, нахмурилась, — он вновь читал меня, как открытую книгу.
— Ничего я тебе не скажу. И не надейся, что сможешь меня разжалобить или сыграть на чувстве вины.
Он вновь закашлял.
— Мне совершенно не нравится, что ты застала меня в таком виде.
— Да? А мне нравится, что ты наконец лежишь и никого не бесишь.
— Ладно, можешь остаться, — он прикрыл глаза. — Родители будут только рады.
— Что?
— Можешь остаться здесь, — повторил колдун в полудреме. Приоткрыл один глаз и резко добавил: — Потом поговорим.
***
«Потом поговорим», как же! Я быстренько сматывалась, неся в руке сумку с окровавленными перчатками. Еще неизвестно, как поступит колдун, когда вернет себе прежние силы. Я, можно сказать, «продала» его имя и чуть не убила. Хочется еще пожить под чистым небом и без асфиксии.
Проклятье, где я бросила меч?
— Ты кое-что забыла, — произнес лорд Бьячче, чей силуэт возник уже на выходе. Держа горящую лампу и мой абсолютно чистый меч.
— Благодарю, — ответила купцу, медленно взяв оружие.
От приятной тяжести в руке мне сразу стало спокойнее.
— Мы тебя чем-то обидели? — молчу, соображая, как лучше ответить. — Не нужно было предлагать нектар из терновника. Вивьен сказала, у тебя с ним связаны плохие воспоминания.
— Я... прошу прощения. Передайте леди Вивьен мои извинения за то, что я столь грубо и в спешке вас покидаю.
— Прямо как принцесса заговорила. Все-таки обидели.
— Я просто стараюсь держаться подальше от магии.
— Понимаю, — улыбнулся Бьячче и огорошил: — Я тоже не люблю магию.
— Что ж, всего д-доброго, — рукой уже нащупав позади тяжелое холодное кольцо двери, я с силой потянула его и проскользнула на выход.
