Он общался со всеми членами семьи Сантьяго, теми, кто жил в доме или приезжал навестить родных, некоторые вернулись с плантаций и сидели сейчас без работы, у них было много свободного времени поговорить. Они были очень недовольны, что из-за этих событий они потеряли пусть небольшой, но стабильный заработок. Сестра же Сантьяго, когда перевязки закончились, всегда улыбалась, когда они здоровались, и целовала его в щёчку, Артём, был ей благодарен, и потом она была очень приятной девушкой. Другая сестра работала в баре круглыми сутками и почти дома не бывала. С братьями Сантьяго он разговаривал на разные темы, как был в заключении на вилле у Мартинеса, про страны, где он бывал, что видел, а те слушали с неподдельным интересом, потому как дальше своего села и окрестностей, никогда не выезжали, иногда и сёстры Сантьяго присутствовали при этих рассказах. По причине отсутствия телевизора, рассказы Артёма для них были окном в мир. Ещё через неделю, к ним пришёл, тот же самый доктор Альварес, и снова его осмотрел, после чего сообщил:
- У вас все раны затянулись, состояние удовлетворительное, что же касается раны на руке, нужно делать прогревание, массаж, мазать мазью, носить эластичный бинт и разрабатывать сустав, связки долго могут заживать, это обычное явление. Рану на ноге, тоже мажьте мазью и не напрягайте ещё месяц, а потом тоже надо будет разрабатывать массажем.
- Спасибо вам доктор, – ответил Артём.
- Меня не нужно благодарить, скажите спасибо падре Гонсалесу.
- Уже говорил и не раз, – улыбнувшись, сказал Артём.
- Тогда всего доброго, можете жить нормальной жизнью, – сказал напоследок доктор и ушёл.
На следующий день, утром, Артём, зашёл в гараж, где работал Сантьяго. Парень в последние дни получил заказ на ремонт двигателя у старенького «Доджа» и всё время проводил там же в гараже, его отец лишь заходил и давал некоторые советы. Артём застал его в фартуке, заляпанным машинным маслом и с руками по локоть в грязи, несмотря на это парень был доволен, ведь появилась работа.
- Артим, как ты дружище?
- Доктор сказал, что я практически здоров, нужно только руку мазать мазью и носить повязку, то же и с ногой. И теперь я думаю, что смогу тебе помочь по работе, как когда-то помогал мне ты, – сказал Артём, с готовностью чем-то заняться и заодно помочь.
- Если хочешь, можешь помогать, делай, что считаешь нужным.
Артём сразу и деловито всё осмотрел, увидел, что Сантьяго только вытащил двигатель и начал его разбирать. Требовалось также снять коленчатый вал и много чего ещё. Артём надел на себя старую засаленную рубашку с пятнами масла, благо она оказалась его размера, и принялся ему помогать, вдвоём работа пошла веселее, они шутили, смеялись, вспоминали деньки в цеху у Мартинеса. Единственное, что Артём не мог пока делать, это сильно, что то сжимать, так как при этом начинал, болеть локоть.
Днём, когда Артём, работал вместе с Сантьяго, к ним зашёл человек от падре Гонсалеса, который передал, что падре хочет, чтобы Артём сегодня в пять вечера пришёл в церковь. Потом был семейный обед, после которого Артём, умылся, собрался и пошёл с одним из братьев Сантьяго, который его проводил и показал дорогу. Артём впервые прошёлся по селу, дома и домишки стояли кучно, дороги все грунтовые, в крайнем случае, посыпанные гравием, видно было, что люди живут крайне бедно. В центре села и при въезде в него, стояло пару армейских бронетранспортёров, с десятком солдат у каждого, а также что-то типа танка, только вместо орудия, мощный пулемёт. Артём даже перепугался, что сейчас документы проверят, но всё обошлось, солдаты были заняты какой-то игрой, и потом все проверки видимо уже завершились. Церковь куда они пришли, была небольшая, окрашенная в белый цвет, но её шпиль возвышался довольно высоко. Падре как выяснили они у церковного служки, ждал не в самой церкви, а в отдельном доме, находящимся тут же, на территории и видимо служившей церковной резиденцией, это был обычный дом, только больше размером, и в нём было много комнат. Они зашли внутрь, при входе сидела на стуле монашка в черно белой шапочке и таком же длинном до пола платье, она читала газету. Когда Артём и его сопровождающий, ей сообщили о своём прибытии, она ответила, что сейчас узнает и ушла. Через две минуты она вернулась и, улыбаясь, пригласила одного Артёма следовать за ней, а брат Сантьяго остался. Артём прошёл по узкому, длинному коридору, затем поднялся по лестнице со стёртыми ступеньками, на второй этаж и увидел открытую дверь в комнату.
- Вам сюда сеньор, падре ждёт вас, – вежливо сказала монашка и спустилась вниз по лестнице, цокая звонко каблуками, так как если бы они были из дерева, а может, они такие и были. Артём вошёл в просторную ярко освещённую комнату, куда свет проникал через два больших окна, готической формы, в которой находилось двое, человек. Падре Гонсалес, сидевший за большим письменным столом, покрытым зелёным сукном, и сбоку он него, на стуле сидел ещё один человек. На нём были одеты чёрные костюмные брюки и кожаная куртка, накинутая поверх жёлтой рубашки, на ногах блестели чёрные лакированные ботинки, на вид ему было, лет пятьдесят пять, шестьдесят, он внимательно и с интересом посмотрел на Артёма.
«Похож на чиновника, уж не собирается ли его сдать падре, может он всё же решил поступить таким образом», - промелькнула в первую секунду мысль у Артёма.
- Артем, проходи, присаживайся, я смотрю, ты уже совсем пришёл в норму, рад видеть тебя снова в добром здравии, – падре был очень любезен и указал, жестом, куда именно должен присесть Артём.
- Здравствуйте падре, – ответил вежливо, присаживаясь, с поклоном головы, Артём.
- Вот хочу тебя познакомить с Алехандро Доминго, это мой давний знакомый и он, как я полагаю, сможет помочь в твоей ситуации.
- Здравствуйте, очень приятно я Артём, – и поскольку они сидели друг против друга, то Артём протянул ему руку для знакомства.
- Алехандро, привет парень, – сказал просто незнакомец и пожал крепко руку, так что Артём невольно искривился от боли, так как не мог сам сильно сжимать ладонь, локоть пронзала острая боль.
- Ты что? – спросил Алехандро.
- Это последствия ранения, прошу меня извинить, – сказал Артём.
- Это ты меня извини, я не знал, – ответил Алехандро.
- А что по этому поводу сказал доктор? – спросил падре.
- Сказал, что сухожилие долго может заживать, до нескольких месяцев, нужно мазать кремом специальным, разрабатывать, и носить повязку из эластичного бинта, его должна принести из аптеки сестра Сантьяго.
- Понятно, значит, заживёт, теперь Артем послушай меня, что я скажу. То, что я согласился тебе помочь, это должно остаться между нами, хорошо? – спросил падре Гонсалес
- Конечно Падре, именно так и будет и никак по-другому.
- Это хорошо, правильно, я тебе верю. И ещё добавлю, что я тебе помогаю в настоящий момент не как служитель церкви, а как обычный человек, надеюсь, ты понимаешь разницу?
- Да падре.
- Тогда оставляю вас наедине и да поможет вам господь, – сказал падре, и вышел из комнаты, шелестя церковным одеянием.
- Я вкратце знаю твою историю и в курсе, чего ты хочешь, но хотел бы ещё раз услышать это от тебя, – сказал Алехандро.
Артём очень коротко, за пару минут, ему всё изложил, а Доминго лишь понимающе кивал головой, после чего встал и сказал:
- Вставай, парень, поехали со мной, прокатимся, у меня здесь авто.
- А вы уверены, что это можно и нужно, – Артём уже боялся, куда-то с кем-то ехать, он вспомнил начальника полиции Уго Моралеса и содрогнулся при этом.
- Да ты не бойся, со мной можно, и главное безопасно, пойдём, – Алехандро похлопал его по плечу и сам пошёл к двери.
На улице стоял огромный Додж РАМ, тёмно синего цвета, далеко не новый, но в отличном состоянии, в него они и сели. При выезде из Села, их остановил патруль, Артём перепугался не на шутку, но всё обошлось, так как, Доминго, показал им свои документы, отпустил пару шуток, они все вместе посмеялись и их сразу же пропустили.
- Ребята на службе, их тоже понять можно. Ты чего напрягся то, я же тебе сказал, что со мной безопасно, – сказал Доминго.
- Вы меня извините, в последнее время я многое пережил, поэтому с нервами не всё в порядке, – ответил Артём.
Минут через сорок они уже въезжали в Картахену, Артём опять вспомнил отъезд отсюда, когда он ехал вместе с Уго Моралесом, в тот злополучный день и ему стало немного не по себе. Ведь этот Моралес так и сидит на своём месте сейчас, и находится наверняка в Картахене, вдруг он с ним встретится. Но в этот раз, волею судьбы, всё было по другому. Они поехали по широкой авениде до центра, затем пару раз повернули, и наконец, подъехали к какой-то конторе, похожей на фотосалон.
- Приехали, пошли со мной, – сказал, как скомандовал Доминго.
Артём послушно засеменил за ним и оказался действительно в студии фотографии. Это было небольшое помещение, на первом этаже двухэтажного дома, состоящее из нескольких комнат, первая это холл, вторая это съемочная комната, и третья это кабинет. К ним на встречу вышел мужчина, лет сорока пяти, в очках, больше похожий на европейца, чем на латиноамериканца, он вежливо и расслабленно поздоровался и парой слов перемолвился с Доминго, о чём Артём не слышал, так как говорили они негромко. После чего Артём был приглашён в комнату, где его усадили на стул, сфотографировали и попросили подождать в холле, благо там, никого кроме него, больше не было. Прошло, наверное, минут десять, и появился Доминго, который попросил его зайти, Артём прошёл в кабинет, малюсенький всего пару квадратных метров, со столом и компьютером, что было редкостью в то время.
- Садись, бери шариковую ручку, – сказал Доминго и взял пустой бумажный лист и продолжил:
- Распишись, как ты расписываешься обычно
Артём сел за стол, расписался, Доминго посмотрел и удивлённо сказал:
- Ну надо же как похоже, у тебя первые буквы А и Р. Так, так, так, а ну ка вместо Р напиши С, что у тебя получится?
Артём расписался снова, только вместо Р, поставил С, как и просил Доминго
- Отлично, ну ка потренируйся несколько раз, вот так, молодец, а теперь распишись вот здесь, - Доминго положил перед ним небольшую зелёную книжицу, размером чуть меньше, чем было его аргентинское ДНИ и произнёс:
- Подпиши вот здесь, поставь свою новую подпись.
Артём без колебания подписал и посмотрел на Доминго, а фотограф тем временем вышел из кабинета.
- Не хочешь посмотреть, как тебя теперь зовут, – загадочно улыбнулся Доминго, переворачивая книжицу и открывая первую страничку.
- Алексис Санчес, – прочитал медленно Артём, то, что было написано в книжице.
- Поздравляю, ты теперь Алексис Санчес, родом из Боготы из семьи иммигрантов, которые переехали из Европы, поэтому говоришь с небольшим акцентом. Но не стоит этим злоупотреблять, этот документ показывай только в исключительных случаях, когда нет вероятности скрупулёзной проверки, так как ты засыплешься на ней, понятно?- объяснил Доминго
- Не совсем.
- Если у тебя полицейские в городе или в дороге проверят документы, показывай смело, а вот на границе не стоит. Документ настоящий, но ты можешь не ответить на простые вопросы, и это тебя раскроет.
- Теперь ясно, спасибо вам огромное.
- Пока рано благодарить, бери свой документ, суй в карман, и поехали обратно, – сказал Доминго.
Когда через час, счастливого Артёма, Алехандро высадил возле дома семьи Сантьяго, он сказал:
- Я кое-что улажу, подготовлю к твоему отъезду и переходу в Эквадор, после тебе сообщу, это будет очень скоро, будь готов, – сказал Доминго на прощанье, после чего сразу же уехал, было уже очень темно, как ночью.
Артём прошёл в калитку, ориентируясь на слабый свет керосиновой лампы, исходивший из открытого окна, и вошёл в дом, где его встретил Сантьяго.
- Арти, ты вернулся, как здорово, ну что, как дела?
- По моему очень хорошо, всё, что говорит падре, сбывается, – ответил уклончиво Артём.
- Вот видишь, я тебе говорил.
- Я, наверное, скоро уже уеду, по крайней мере, я на это надеюсь, – сказал Артём.
- Что сейчас делать будешь?
- Я, пожалуй, пойду спать, что то устал сегодня от эмоций, переживаний и разговоров.
- Что такое эмоции? – не понял Сантьяго.
- Это значит, что тебе намного легче жить, чем мне, ты счастливчик, – ответил Артём и рассмеялся.
- Я не совсем понял, но ладно, спокойной ночи Арти.
- Спокойной ночи Сантьяго.
Придя в свою комнату, он ещё раз достал документ и просмотрел его. Действительно он Алексис Санчес, все остальные данные его, фотография, дата рождения, подпись, которая по странному стечению обстоятельств была похожа на его новую фамилию. После чего Артём разделся и пошёл в душ, где освежающая вода его взбодрила и сняла напряжение, которое у него присутствовало весь вечер. Придя в комнату, забрался в кровать и лёг спать, мыслями он был уже в пути, как он вернётся в Аргентину, в родную Мар-дель-Плату, увидит Рикардо и свою почоклеру, Роберто, свою квартирку, семью Хосе и так далее. Вдруг в комнату кто-то тихо на цыпочках вошёл, направляясь в сторону его постели, было темно, но свет от луны всё же проникал через окно, и поэтому можно было различать в комнате крупные предметы.
- Кто здесь? – тихо спросил Артём, при этом весь насторожился и напрягся, он мог ожидать, всё что угодно, но всё равно был удивлён.
- Это я Сальма, не волнуйся, пустишь к себе, – она проворно с ловкостью кошки проскользнула к нему под одеяло.
Артём этому совсем не воспротивился, однако был очень озадачен, даже обеспокоен и сказал:
- Сальма, я должен тебе кое-что сказать, понимаешь, что я не общался с девушками уже больше пяти месяцев и мне тяжело себя контролировать при такой близости и при таких обстоятельствах…
Она тихонько рассмеялась, обняла его и поцеловала в губы:
- Это же очень хорошо, дурачок, тебе не нужно себя сдерживать, так как я хочу от тебя ребёнка и хочу это прямо сейчас.
- Подожди Сальма, ты понимаешь, что я должен уехать и скоро уеду, мы уже наверняка никогда не увидимся? К тому же я очень уважаю твоего отца и тебя и не хочу проблем в вашей семье из-за меня, – Артём даже приподнялся в постели, настолько был крайне удивлён, таким поворотом событий. Нет не то, что бы, он не хотел, но это его просто обескуражило и взволновало.
- Я всё это понимаю, поэтому, я и хочу. Это целиком моё решение и моя ответственность.
- Я, кажется, догадался, ты во мне видишь хорошего биологического отца своему ребёнку, так что ли?
- Пускай будет так, умник тоже мне, хватит уже разговоров. Ты меня хочешь, я тебе нравлюсь и я тебя хочу, – она скинула с себя ночную рубашку, в которой была и прильнула к нему.
«Эх, а может быть это хорошая идея, ведь у меня до сих пор нет ни семьи ни детей, Сальма сама того не желая, задела очень тонкую струну в моей душе, я ведь так мечтаю о ребёнке», - подумалось ему в тот миг. После чего он отдался воле чувств и страсти, которая в нём накопилась, тем более, что Сальма ему действительно нравилась. Эту ночь Артём запомнил навсегда, так как это была не только любовь, чувства и эмоции, не только взаимная симпатия и влечение, а это делалось во имя его будущих поколений, вопроса, так крайне важного ему. Они провели вместе часа два, уже за полночь Сальма также тихонько, как и пришла, убежала, напоследок наградив его долгим поцелуем.
- У вас все раны затянулись, состояние удовлетворительное, что же касается раны на руке, нужно делать прогревание, массаж, мазать мазью, носить эластичный бинт и разрабатывать сустав, связки долго могут заживать, это обычное явление. Рану на ноге, тоже мажьте мазью и не напрягайте ещё месяц, а потом тоже надо будет разрабатывать массажем.
- Спасибо вам доктор, – ответил Артём.
- Меня не нужно благодарить, скажите спасибо падре Гонсалесу.
- Уже говорил и не раз, – улыбнувшись, сказал Артём.
- Тогда всего доброго, можете жить нормальной жизнью, – сказал напоследок доктор и ушёл.
На следующий день, утром, Артём, зашёл в гараж, где работал Сантьяго. Парень в последние дни получил заказ на ремонт двигателя у старенького «Доджа» и всё время проводил там же в гараже, его отец лишь заходил и давал некоторые советы. Артём застал его в фартуке, заляпанным машинным маслом и с руками по локоть в грязи, несмотря на это парень был доволен, ведь появилась работа.
- Артим, как ты дружище?
- Доктор сказал, что я практически здоров, нужно только руку мазать мазью и носить повязку, то же и с ногой. И теперь я думаю, что смогу тебе помочь по работе, как когда-то помогал мне ты, – сказал Артём, с готовностью чем-то заняться и заодно помочь.
- Если хочешь, можешь помогать, делай, что считаешь нужным.
Артём сразу и деловито всё осмотрел, увидел, что Сантьяго только вытащил двигатель и начал его разбирать. Требовалось также снять коленчатый вал и много чего ещё. Артём надел на себя старую засаленную рубашку с пятнами масла, благо она оказалась его размера, и принялся ему помогать, вдвоём работа пошла веселее, они шутили, смеялись, вспоминали деньки в цеху у Мартинеса. Единственное, что Артём не мог пока делать, это сильно, что то сжимать, так как при этом начинал, болеть локоть.
Днём, когда Артём, работал вместе с Сантьяго, к ним зашёл человек от падре Гонсалеса, который передал, что падре хочет, чтобы Артём сегодня в пять вечера пришёл в церковь. Потом был семейный обед, после которого Артём, умылся, собрался и пошёл с одним из братьев Сантьяго, который его проводил и показал дорогу. Артём впервые прошёлся по селу, дома и домишки стояли кучно, дороги все грунтовые, в крайнем случае, посыпанные гравием, видно было, что люди живут крайне бедно. В центре села и при въезде в него, стояло пару армейских бронетранспортёров, с десятком солдат у каждого, а также что-то типа танка, только вместо орудия, мощный пулемёт. Артём даже перепугался, что сейчас документы проверят, но всё обошлось, солдаты были заняты какой-то игрой, и потом все проверки видимо уже завершились. Церковь куда они пришли, была небольшая, окрашенная в белый цвет, но её шпиль возвышался довольно высоко. Падре как выяснили они у церковного служки, ждал не в самой церкви, а в отдельном доме, находящимся тут же, на территории и видимо служившей церковной резиденцией, это был обычный дом, только больше размером, и в нём было много комнат. Они зашли внутрь, при входе сидела на стуле монашка в черно белой шапочке и таком же длинном до пола платье, она читала газету. Когда Артём и его сопровождающий, ей сообщили о своём прибытии, она ответила, что сейчас узнает и ушла. Через две минуты она вернулась и, улыбаясь, пригласила одного Артёма следовать за ней, а брат Сантьяго остался. Артём прошёл по узкому, длинному коридору, затем поднялся по лестнице со стёртыми ступеньками, на второй этаж и увидел открытую дверь в комнату.
- Вам сюда сеньор, падре ждёт вас, – вежливо сказала монашка и спустилась вниз по лестнице, цокая звонко каблуками, так как если бы они были из дерева, а может, они такие и были. Артём вошёл в просторную ярко освещённую комнату, куда свет проникал через два больших окна, готической формы, в которой находилось двое, человек. Падре Гонсалес, сидевший за большим письменным столом, покрытым зелёным сукном, и сбоку он него, на стуле сидел ещё один человек. На нём были одеты чёрные костюмные брюки и кожаная куртка, накинутая поверх жёлтой рубашки, на ногах блестели чёрные лакированные ботинки, на вид ему было, лет пятьдесят пять, шестьдесят, он внимательно и с интересом посмотрел на Артёма.
«Похож на чиновника, уж не собирается ли его сдать падре, может он всё же решил поступить таким образом», - промелькнула в первую секунду мысль у Артёма.
- Артем, проходи, присаживайся, я смотрю, ты уже совсем пришёл в норму, рад видеть тебя снова в добром здравии, – падре был очень любезен и указал, жестом, куда именно должен присесть Артём.
- Здравствуйте падре, – ответил вежливо, присаживаясь, с поклоном головы, Артём.
- Вот хочу тебя познакомить с Алехандро Доминго, это мой давний знакомый и он, как я полагаю, сможет помочь в твоей ситуации.
- Здравствуйте, очень приятно я Артём, – и поскольку они сидели друг против друга, то Артём протянул ему руку для знакомства.
- Алехандро, привет парень, – сказал просто незнакомец и пожал крепко руку, так что Артём невольно искривился от боли, так как не мог сам сильно сжимать ладонь, локоть пронзала острая боль.
- Ты что? – спросил Алехандро.
- Это последствия ранения, прошу меня извинить, – сказал Артём.
- Это ты меня извини, я не знал, – ответил Алехандро.
- А что по этому поводу сказал доктор? – спросил падре.
- Сказал, что сухожилие долго может заживать, до нескольких месяцев, нужно мазать кремом специальным, разрабатывать, и носить повязку из эластичного бинта, его должна принести из аптеки сестра Сантьяго.
- Понятно, значит, заживёт, теперь Артем послушай меня, что я скажу. То, что я согласился тебе помочь, это должно остаться между нами, хорошо? – спросил падре Гонсалес
- Конечно Падре, именно так и будет и никак по-другому.
- Это хорошо, правильно, я тебе верю. И ещё добавлю, что я тебе помогаю в настоящий момент не как служитель церкви, а как обычный человек, надеюсь, ты понимаешь разницу?
- Да падре.
- Тогда оставляю вас наедине и да поможет вам господь, – сказал падре, и вышел из комнаты, шелестя церковным одеянием.
- Я вкратце знаю твою историю и в курсе, чего ты хочешь, но хотел бы ещё раз услышать это от тебя, – сказал Алехандро.
Артём очень коротко, за пару минут, ему всё изложил, а Доминго лишь понимающе кивал головой, после чего встал и сказал:
- Вставай, парень, поехали со мной, прокатимся, у меня здесь авто.
- А вы уверены, что это можно и нужно, – Артём уже боялся, куда-то с кем-то ехать, он вспомнил начальника полиции Уго Моралеса и содрогнулся при этом.
- Да ты не бойся, со мной можно, и главное безопасно, пойдём, – Алехандро похлопал его по плечу и сам пошёл к двери.
На улице стоял огромный Додж РАМ, тёмно синего цвета, далеко не новый, но в отличном состоянии, в него они и сели. При выезде из Села, их остановил патруль, Артём перепугался не на шутку, но всё обошлось, так как, Доминго, показал им свои документы, отпустил пару шуток, они все вместе посмеялись и их сразу же пропустили.
- Ребята на службе, их тоже понять можно. Ты чего напрягся то, я же тебе сказал, что со мной безопасно, – сказал Доминго.
- Вы меня извините, в последнее время я многое пережил, поэтому с нервами не всё в порядке, – ответил Артём.
Минут через сорок они уже въезжали в Картахену, Артём опять вспомнил отъезд отсюда, когда он ехал вместе с Уго Моралесом, в тот злополучный день и ему стало немного не по себе. Ведь этот Моралес так и сидит на своём месте сейчас, и находится наверняка в Картахене, вдруг он с ним встретится. Но в этот раз, волею судьбы, всё было по другому. Они поехали по широкой авениде до центра, затем пару раз повернули, и наконец, подъехали к какой-то конторе, похожей на фотосалон.
- Приехали, пошли со мной, – сказал, как скомандовал Доминго.
Артём послушно засеменил за ним и оказался действительно в студии фотографии. Это было небольшое помещение, на первом этаже двухэтажного дома, состоящее из нескольких комнат, первая это холл, вторая это съемочная комната, и третья это кабинет. К ним на встречу вышел мужчина, лет сорока пяти, в очках, больше похожий на европейца, чем на латиноамериканца, он вежливо и расслабленно поздоровался и парой слов перемолвился с Доминго, о чём Артём не слышал, так как говорили они негромко. После чего Артём был приглашён в комнату, где его усадили на стул, сфотографировали и попросили подождать в холле, благо там, никого кроме него, больше не было. Прошло, наверное, минут десять, и появился Доминго, который попросил его зайти, Артём прошёл в кабинет, малюсенький всего пару квадратных метров, со столом и компьютером, что было редкостью в то время.
- Садись, бери шариковую ручку, – сказал Доминго и взял пустой бумажный лист и продолжил:
- Распишись, как ты расписываешься обычно
Артём сел за стол, расписался, Доминго посмотрел и удивлённо сказал:
- Ну надо же как похоже, у тебя первые буквы А и Р. Так, так, так, а ну ка вместо Р напиши С, что у тебя получится?
Артём расписался снова, только вместо Р, поставил С, как и просил Доминго
- Отлично, ну ка потренируйся несколько раз, вот так, молодец, а теперь распишись вот здесь, - Доминго положил перед ним небольшую зелёную книжицу, размером чуть меньше, чем было его аргентинское ДНИ и произнёс:
- Подпиши вот здесь, поставь свою новую подпись.
Артём без колебания подписал и посмотрел на Доминго, а фотограф тем временем вышел из кабинета.
- Не хочешь посмотреть, как тебя теперь зовут, – загадочно улыбнулся Доминго, переворачивая книжицу и открывая первую страничку.
- Алексис Санчес, – прочитал медленно Артём, то, что было написано в книжице.
- Поздравляю, ты теперь Алексис Санчес, родом из Боготы из семьи иммигрантов, которые переехали из Европы, поэтому говоришь с небольшим акцентом. Но не стоит этим злоупотреблять, этот документ показывай только в исключительных случаях, когда нет вероятности скрупулёзной проверки, так как ты засыплешься на ней, понятно?- объяснил Доминго
- Не совсем.
- Если у тебя полицейские в городе или в дороге проверят документы, показывай смело, а вот на границе не стоит. Документ настоящий, но ты можешь не ответить на простые вопросы, и это тебя раскроет.
- Теперь ясно, спасибо вам огромное.
- Пока рано благодарить, бери свой документ, суй в карман, и поехали обратно, – сказал Доминго.
Когда через час, счастливого Артёма, Алехандро высадил возле дома семьи Сантьяго, он сказал:
- Я кое-что улажу, подготовлю к твоему отъезду и переходу в Эквадор, после тебе сообщу, это будет очень скоро, будь готов, – сказал Доминго на прощанье, после чего сразу же уехал, было уже очень темно, как ночью.
Артём прошёл в калитку, ориентируясь на слабый свет керосиновой лампы, исходивший из открытого окна, и вошёл в дом, где его встретил Сантьяго.
- Арти, ты вернулся, как здорово, ну что, как дела?
- По моему очень хорошо, всё, что говорит падре, сбывается, – ответил уклончиво Артём.
- Вот видишь, я тебе говорил.
- Я, наверное, скоро уже уеду, по крайней мере, я на это надеюсь, – сказал Артём.
- Что сейчас делать будешь?
- Я, пожалуй, пойду спать, что то устал сегодня от эмоций, переживаний и разговоров.
- Что такое эмоции? – не понял Сантьяго.
- Это значит, что тебе намного легче жить, чем мне, ты счастливчик, – ответил Артём и рассмеялся.
- Я не совсем понял, но ладно, спокойной ночи Арти.
- Спокойной ночи Сантьяго.
Придя в свою комнату, он ещё раз достал документ и просмотрел его. Действительно он Алексис Санчес, все остальные данные его, фотография, дата рождения, подпись, которая по странному стечению обстоятельств была похожа на его новую фамилию. После чего Артём разделся и пошёл в душ, где освежающая вода его взбодрила и сняла напряжение, которое у него присутствовало весь вечер. Придя в комнату, забрался в кровать и лёг спать, мыслями он был уже в пути, как он вернётся в Аргентину, в родную Мар-дель-Плату, увидит Рикардо и свою почоклеру, Роберто, свою квартирку, семью Хосе и так далее. Вдруг в комнату кто-то тихо на цыпочках вошёл, направляясь в сторону его постели, было темно, но свет от луны всё же проникал через окно, и поэтому можно было различать в комнате крупные предметы.
- Кто здесь? – тихо спросил Артём, при этом весь насторожился и напрягся, он мог ожидать, всё что угодно, но всё равно был удивлён.
- Это я Сальма, не волнуйся, пустишь к себе, – она проворно с ловкостью кошки проскользнула к нему под одеяло.
Артём этому совсем не воспротивился, однако был очень озадачен, даже обеспокоен и сказал:
- Сальма, я должен тебе кое-что сказать, понимаешь, что я не общался с девушками уже больше пяти месяцев и мне тяжело себя контролировать при такой близости и при таких обстоятельствах…
Она тихонько рассмеялась, обняла его и поцеловала в губы:
- Это же очень хорошо, дурачок, тебе не нужно себя сдерживать, так как я хочу от тебя ребёнка и хочу это прямо сейчас.
- Подожди Сальма, ты понимаешь, что я должен уехать и скоро уеду, мы уже наверняка никогда не увидимся? К тому же я очень уважаю твоего отца и тебя и не хочу проблем в вашей семье из-за меня, – Артём даже приподнялся в постели, настолько был крайне удивлён, таким поворотом событий. Нет не то, что бы, он не хотел, но это его просто обескуражило и взволновало.
- Я всё это понимаю, поэтому, я и хочу. Это целиком моё решение и моя ответственность.
- Я, кажется, догадался, ты во мне видишь хорошего биологического отца своему ребёнку, так что ли?
- Пускай будет так, умник тоже мне, хватит уже разговоров. Ты меня хочешь, я тебе нравлюсь и я тебя хочу, – она скинула с себя ночную рубашку, в которой была и прильнула к нему.
«Эх, а может быть это хорошая идея, ведь у меня до сих пор нет ни семьи ни детей, Сальма сама того не желая, задела очень тонкую струну в моей душе, я ведь так мечтаю о ребёнке», - подумалось ему в тот миг. После чего он отдался воле чувств и страсти, которая в нём накопилась, тем более, что Сальма ему действительно нравилась. Эту ночь Артём запомнил навсегда, так как это была не только любовь, чувства и эмоции, не только взаимная симпатия и влечение, а это делалось во имя его будущих поколений, вопроса, так крайне важного ему. Они провели вместе часа два, уже за полночь Сальма также тихонько, как и пришла, убежала, напоследок наградив его долгим поцелуем.
