До пожара, что был в имении наших родителей - в бывшей Кацере. До того, как мы с братьями потеряли свою младшую сестру. Прелестную сестру, которую мы так любили. Я знал, что мы не могли ее так просто потерять. Я верил в это. И вот, она вновь стоит передо мной. Совсем другая внешне, даже с другим голосом. Но все такая же внутри. Все та же милая, любимая младшая сестра.
Уже наконец прийдя в себя, мы принялись долго беседовать, и ведать друг другу обо всем, что мы пропустили за время разлуки. Она улыбалась, часто смеясь над моими рассказами. О том, как однажды великий королевский шпион Кенн Гедыр лег у нас перед домом в грязь, и просил денег на выпивку. Над тем, как Френтос искуссно вытаскивал из рыболовной сети неумелого рыбака, и над тем, как мы с Тарготом вытаскивали оттуда их обоих. Переживала за нас, когда я рассказывал, как мы тяжело сражались с Самумом, как встречали рассвет в лесу Ренбира. Я ведал ей все. Даже то, что мы с Тарготом, Френтосом и Кайлой так старались скрывать до появления Серпиона. Но и она рассказывала мне обо всем - о том, чем она занималась все это время, как Филони подобрала ее в развалинах, и выходила бедняжку, став ее новой старшей сестрой. Рассказывала, как каждый день думала о нас троих. Как скучала.
Не заметили мы, как на улице сильно потемнело. У нас было еще много всего, что мы хотели бы друг другу поведать, но нам нужно было найти других. Мы слишком увлеклись. Хотя для такой встречи это явно и не было слишком.
-Как думаешь, зачем Френтос остался в Пирамиде? – спросила меня Лилика (настоящее имя Милоры. Лилика Кацера).
-Тут, должно быть, не зачем, а почему. И я тоже не представляю, почему. – честно признался, что совсем не понял действий Френтоса, я.
Не стоило даже говорить Лилике о том, что Френтос может в любой момент вернуться и присоединиться к нам. Конечно, я не имел ничего против этого, но знал, что Лилика боится его, и если он вдруг узнает, что это она, все может закончиться весьма дурно. Френтос и Лилика никогда не ладили, а вот я с Лиликой – уже совсем другое дело. Поэтому мы часто конфликтовали с Френтосом, и лишь после одного случая, когда в наш конфликт вмешался захвативший надо мной контроль Россе, Френтос наконец перестал доставать Лилику. Конечно, тогда все были в ужасе, и Френтос был серьезно ранен - нам еще повезло, что на помощь вовремя пришел Таргот.
В галерее уже никого не было. Тем не менее, Таргот раньше предлагал нам сходить в еще одно интересное место, и до него мы добрались когда уже было совсем темно, хотя солнце продолжало едва одаривать своим светом крыши наиболее высоких Ренбирских домов - особенно Пирамиду. На нужном месте тоже никого уже не оказалось. Решено было ночью по улочкам, среди уже немного угомонившихся гостей города, не блуждать. Но оказалось также, что Лилика очень боится темноты, поэтому мы, по ее просьбе, поспешили к ней домой. Освещал нам путь я своим окто. Раньше, на самом деле, у нее такой фобии не было. Скорее всего, сказалось проведенное в подвале имения во время пожара, время. На самом деле, ей невероятно повезло, ведь Красное Пламя не жалело ничего. Жгло все дотла.
Я попросил Лилику зайти домой, и приготовить чаю. Я не говорил, почему. Думаю, ей не стоило тогда этого знать. У дороги, в небольшом одноэтажном домике, она и жила, и это был уже почти центр города, недалеко от площади. Тем не менее, людей здесь было тогда совсем немного. Большинство наверняка уже успело разойтись по домам, а гости - по гостиницам.
Как только она прикрыла за собой дверь, я пошел в сторону ближайшей скамейки. Они стояли здесь вдоль множества почти одинаковых, приятных на вид и без украшений с праздника, одноэтажных домов. Также, рядом с ними росли между камнями брущадки большие, также красиво украшенные, лиственные деревья. Лишь метрах в двадцати от нас на такой обыкновенной деревянной скамейке сидел один едиственный на почти всю улицу человек. Остальные люди, некоторые еще тихо пошатывающиеся на ходу, проходили по дороге мимо.
-О нет. Меня заметили. – насмешливо проговорил Кози, когда я подошел к его скамейке.
-Сколько уже времени ты за нами следишь? – решил я сразу показать Кози, насколько я ему не доверяю.
-С того самого момента, как вы покинули Ренбирскую Галерею. – сразу слишком легко признался он.
-Зачем тебе это?
-Потому, что я не хочу, чтобы с Лиликой что-то случилось. – снова удивил меня он.
-Лиликой?..Ты знаешь, кто она?
-Конечно, Филони хорошо ее замаскировала. Но все мы, Герои Шеагральминни, знаем, кто она такая. Настоящая сестра Филони, Термисорра, была убита Графом Думой. И уже после бунта в Шеагральминни. Филони пыталась заполнить образовавшуюся у нее в сердце пустоту девочкой, которую она вытащила изпод обломков сгоревшего имения Кацер. Лилику Кацеру. Она сказала ей, что ее братья умерли, и забрала ее с собой в Ренбир, чтобы она начала здесь новую жизнь.
-Но мы выжили.
-Они обе узнали об этом лишь через год. Все то время она жила так, как хотела. Филони стала для нее уже даже не сестрой, а, скорее, заботливой матерью.
-И все это время ты за ней следил?
-Я вижу, ты не доверяешь мне. Не волнуйся, мне нельзя доверять. Однажды я пытался убить Таргота, решив, что он – это ты. – жутковато улыбнулся Кози.
Я чуть перепугался. Даже я не мог предположить, что этот Кози НАСТОЛЬКО опасен. Пусть сейчас он Тарготу и друг, попытка убить его наверняка должна была оставить на представлении Таргота о Кози некоторый след. Хотя эта попытка и не увенчалась успехом.
-Наверное, ты не поймешь моих мотивов, пока я не расскажу тебе все от начала и до конца. Не забывай, сегодня праздник. Это не время для пустых ссор. – вдруг попытался уже хоть как-то привести меня в чувства он.
-И…Долго ты будешь рассказывать? – снова попытался я выбросить из головы мысли о предыдущих словах Кози.
-Думаю, достаточно. Присядь. У Лилики всегда были некоторые проблемы с…возвращением домой. Она закончит приготовление чая не раньше, чем через пару десятков минут, когда переоденется, почистит зубки, и, скажем, уберется. – уже более дружелюбно смотрел на меня Кози.
Я спорить не стал. Она всегда терялась в своих действиях, по крайней мере, тогда. Я старался не поддаваться страху, и все равно сел рядом с Кози. Если Таргот и Витлаф и вправду считали его другом, вряд ли он мог бы попытаться убить меня теперь. Иначе, Таргот бы убил его сам, ведь он наверняка мог подозревать о таких его намерениях. Да и сомневаюсь я, что даже если я простой октолим, не член Совета Октолимов или Бог, этот Кози смог бы одолеть мое Белое Пламя. Пусть даже перстень на его руке, снова лишь теперь мной замеченный, указывал на немалый запас внутренней силы - ранг 7 из 10. Пусть для Совета Октолимов это был и весьма малый уровень.
-Как я и говорил, я начну с начала. Иначе ты, скорее всего, просто не поймешь меня. Я уже не помню, в какой семье я родился. И не помню, кем были мои родители. Мы жили бедно – это все, что я помню. Жили как раз рядом с границей Ирмии и Волшеквии. В наших землях шла почти, что гражданская война. Дезертиры и бандиты быстро захватили наши земли, и не щадили почти никого. Не пощадили они и нас. Мне было 14, когда те головорезы ворвались в мой дом. Ограбили, изнасиловали, и убили моих родителей. Тем не менее, им удалось немного задержать их, и я сбежал. Я знал, что не справлюсь сам. Тогда я поклялся, что однажды отомщу за родителей. Но я редко сохраняю свои клятвы… - явно погрустнел Кози.
Я, на всякий случай, огляделся. Мне не хотелось, чтобы историю Кози услышал кто-то лишний. Тем более, что я уже и вправду был ей заинтересован. Не думал, что кто-то вроде него вдруг начнет изливать мне душу. Я был уже спокоен, и не думал ни о какой опасности.
-Теперь я блуждал по своим землям как изгнанник. Годы нищеты научили меня выживать, и я с легкостью это делал. Вернее, это было все, что я делал. Я воровал у тех, кто оказался хоть чуть счастливее меня. Но я не убивал. И вот, однажды, я пытался забраться в наиболее тихо стоящий у опушки ближайшего леса домик, но слишком шумел, и меня поймали. Перепуганные мужчина и женщина средних лет, и без того едва сводившие концы с концами. Не знаю, что бы они сделали со мной, если бы я остался там еще хоть на секунды дольше, но их вдруг остановила девочка, явно нехотевшая, чтобы моя судьба вот так просто прервалась. Я был зажат в хате между ней и ее родителями. Но вдруг она бросилась на меня, обняла и заплакала. Да, тот день я помню, как сейчас…Она назвала меня братом. И вдруг даже ее родители к ней присоединились. Конечно, они подыгрывали дочере. Они знали, что она была слишком счастлива, чтобы поверить в то, что ее настоящий брат уже пару лет как мертв. Они приняли меня в семью, а отец и мать, в тайне от дочери, рассказали мне все, что я должен был знать о них и новой сестре. Как их сын, которого они потеряли в стычке с разбойниками из того же ближайшего леса, когда он пытался вернуть им «налоги» за их «защиту». Еще пару лет мы жили вместе. Я очень полюбил их. И родителей, и сестру. Ее звали Милорой. Она была маленькой, милой, синевласой и синеглазой девочкой. Думаю, ты уже можешь провести некоторую черту между моим прошлым и моей слежкой за Лиликой…
-Продолжай. – уже слишком заслушавшись, отказывался отвлекаться я.
-Я очень полюбил сестру, и не как сестру. Как девочку, которая стала для меня всем. Иногда отец носил домой различные книги, которые мы с Милорой и читали вместе. Это было для меня счастливым временем. Для нас обоих. И вот, однажды я возвращался домой из леса, где я как раз собирал ягоды. Милора выскочила из дверей, а затем упала. Я улыбнулся, уже хотел ласково назвать ее неуклюжей, но все равно любимой сестренкой. Но я не успел. Из дома что-то вышло, пригвоздило Милору к земле мечем, а затем выкинуло ее в сторону. Я успел выхватить данный мне отцом меч его сына, но уже не мог даже пошевелиться…
-Граф Дума… - понял я.
-Обычно я был спокоен. Ни с кем не конфликтовал, никогда ни на кого долго не злился. Даже тогда, когда уходил далеко в города. Но тогда я взбесился. Я бросился на Думу, размахивая мечом. Отец научил меня сражаться, и я уже был отличным фехтовальщиком. Но Граф Дума мне был не под силу. Я знал это. Наверняка, я бы не смог даже пробить его доспехи. Он парировал меня одной только рукой, толкнул, и с разворота рубанул меня мечом. Я успел защититься своим мечом, но он все равно задел меня. Мой меч треснул, а меч Думы покрыла моя кровь. В ужасе я уже подсознательно пытался отступить. Но мысли о смерти сестры, которую Дума так просто у меня отнял, меня уже никак не оставляли. Дума бросился на меня, занеся меч за собой. Я уже попрощался с жизнью, как прямо передо мной вдруг остановился некто другой. Тех же огромных размеров, что и Дума. Но в еще более жутких доспехах, и с еще большим мечом. Это был Ультра. Он приказал мне бежать в лес, и ни в коем случае не возвращаться. И я убежал, уже совсем позабыв и о сестре, и о родителях. Я вдруг понял, что я еще могу выжить. И также отомстить за них. Мы все знали о Графе Думе, но думали, что он ни за что не тронет нас. Но увы…Дума будто специально находил себе жертв, становившихся затем такими, как я. Я бежал так далеко, как только мог. Очень, очень далеко. В итоге, я добрался до Леса Ренбира. По пути, конечно, я еще несколько раз останавливался, чтобы добыть себе пищи. А вот уже в Лесу Ренбира на меня напали, как ни странно, волки. Их было не больше 5-6 самцов. Злых и голодных. Но я убил их всех, да треснувшим мечом. Теперь, как я думал, у меня снова появилась пища. Но я не мог так просто сразу ее приготовить. Я был обессилен, и уже также давно не ел. Я потерял сознание, упал, кажется, на одного из мертвых волков. Затем, я проснулся в хате старосты деревни Лукимм. Староста сказал, что хочет помочь мне. Я уже все равно не смог бы сопротивляться. Но он и вправду помог мне. Накормил и напоил, и помог прийти в себя. Еще какое-то время я жил в их деревне, будто жил там всегда. Но вдруг староста отправил меня к человеку по имени Чеистум, который совсем недавно объявился в их деревне, дабы помочь ей пережить нападения ардов.
-И им оказался Бог Смерти.
-Да, совсем забыл. Вы ведь уже встречали его. Витлаф говорил мне об этом. Так вот, жители деревни не знали, что Чеистум поднял их из могил. Они не помнили, как их деревню уничтожили арды, и как они все были убиты. Чеистум рассказал мне, кто он. Рассказал, что мне нет места в деревне Лукимм. Среди его слуг. Он отправил меня в Ренбир, в Академию Окто. Там меня подобрал друг Чеистума, Унзар. Верховный Советник. Я стал учиться у него в тайне, прикрываясь лишь статусом ученика Ренбирской Академии Окто. Туда меня устроил Унзар. Я быстро нашел себе друзей, и открыл для себя много, очень много нового. Я снова был счастлив, и совсем забыл о Графе Думе. Но время шло, а полученные мной от учителя знания все чаще давали о себе знать. То, каким показывали мир учителя Академии, и то, каким его показывал мой учитель Унзар, слишком отличалось. Учителя начали опасаться за свою карьеру в Академии, а непослушание учеников весьма дурно сказывалось на их репутации. И тогда учитель Унзар вдруг решил принять и меня в Совет Октолимов. Тогда мне было уже 20. Я проучился четыре года, закончив лишь 4 курса из 10 нужных, чтобы быть допущенным к тесту на получения титула Советника. Я уже однажды видел этот тест, и могу сказать наверняка, что с моим представлением мира я бы его не сдал. Учителя тоже знали это, но не могли перечить Верховному Советнику. Шли некоторые разбирательства касательно моего дела. В одном конфликте я не совладал с собой, и убил одного учителя, за что меня посадили под арест. Тогда Унзар вдруг заявил, что готов закрыть глаза на такое преступление, если я займу, затем, место того учителя в Совете Октолимов. Конечно, я не мог отказаться. Тогда вся Академия негодовала, увидев меня за одним столом с легендами, вроде Мицерна, Рэви, и прочими многим известными Советниками. За то убийство мне и дали в Совете прозвище Алый. Советники еще не знали, как ко мне относиться, но мы довольно быстро все поладили. Тем не менее, однажды негодование учителей из Академии переросло в ненависть, и одной ночью они уже были готовы тихо меня убрать. Но они так и не нашли меня. Учитель Унзар забрал меня из моей комнаты в ту ночь. Туда, где он продолжил мое обучение. В Поместье Бога Людей, скрытое от остального мира. Там я встретил их, Богов. Иногда они заходили туда. Они предложили отправить меня к неким Героям, также служащим Богам. Я был учеником Верховного Бога, и потому должен был стать командиром тех Героев. Ими и были нынешние Герои Шеагральминни. Нас собрал Мерсер, и предложил нам всем познакомиться. Тогда там были я, Лиисерким, Пофисс, Элиза, и Рыцарь Корим. Все мы получили благословение Богов, и стали бессмертными. Мы не старели, и могли теперь служить им вечно. Пусть даже наши чувства и старели, потому как старела душа.
-Мерсер…Вечный начальник Алых Песков?
-Да. К слову, как Советом Октолимов правит Бог, так и Орденом правят Боги Времени.
-Старший и Младший...Как Прошлое и Будущее?
-Верно.
-Верховный Бог, который обучал тебя - Унзар? Значит, Верховный Советник, которого мы встретили вчера, и есть Бог Людей?
Уже наконец прийдя в себя, мы принялись долго беседовать, и ведать друг другу обо всем, что мы пропустили за время разлуки. Она улыбалась, часто смеясь над моими рассказами. О том, как однажды великий королевский шпион Кенн Гедыр лег у нас перед домом в грязь, и просил денег на выпивку. Над тем, как Френтос искуссно вытаскивал из рыболовной сети неумелого рыбака, и над тем, как мы с Тарготом вытаскивали оттуда их обоих. Переживала за нас, когда я рассказывал, как мы тяжело сражались с Самумом, как встречали рассвет в лесу Ренбира. Я ведал ей все. Даже то, что мы с Тарготом, Френтосом и Кайлой так старались скрывать до появления Серпиона. Но и она рассказывала мне обо всем - о том, чем она занималась все это время, как Филони подобрала ее в развалинах, и выходила бедняжку, став ее новой старшей сестрой. Рассказывала, как каждый день думала о нас троих. Как скучала.
Не заметили мы, как на улице сильно потемнело. У нас было еще много всего, что мы хотели бы друг другу поведать, но нам нужно было найти других. Мы слишком увлеклись. Хотя для такой встречи это явно и не было слишком.
-Как думаешь, зачем Френтос остался в Пирамиде? – спросила меня Лилика (настоящее имя Милоры. Лилика Кацера).
-Тут, должно быть, не зачем, а почему. И я тоже не представляю, почему. – честно признался, что совсем не понял действий Френтоса, я.
Не стоило даже говорить Лилике о том, что Френтос может в любой момент вернуться и присоединиться к нам. Конечно, я не имел ничего против этого, но знал, что Лилика боится его, и если он вдруг узнает, что это она, все может закончиться весьма дурно. Френтос и Лилика никогда не ладили, а вот я с Лиликой – уже совсем другое дело. Поэтому мы часто конфликтовали с Френтосом, и лишь после одного случая, когда в наш конфликт вмешался захвативший надо мной контроль Россе, Френтос наконец перестал доставать Лилику. Конечно, тогда все были в ужасе, и Френтос был серьезно ранен - нам еще повезло, что на помощь вовремя пришел Таргот.
В галерее уже никого не было. Тем не менее, Таргот раньше предлагал нам сходить в еще одно интересное место, и до него мы добрались когда уже было совсем темно, хотя солнце продолжало едва одаривать своим светом крыши наиболее высоких Ренбирских домов - особенно Пирамиду. На нужном месте тоже никого уже не оказалось. Решено было ночью по улочкам, среди уже немного угомонившихся гостей города, не блуждать. Но оказалось также, что Лилика очень боится темноты, поэтому мы, по ее просьбе, поспешили к ней домой. Освещал нам путь я своим окто. Раньше, на самом деле, у нее такой фобии не было. Скорее всего, сказалось проведенное в подвале имения во время пожара, время. На самом деле, ей невероятно повезло, ведь Красное Пламя не жалело ничего. Жгло все дотла.
Я попросил Лилику зайти домой, и приготовить чаю. Я не говорил, почему. Думаю, ей не стоило тогда этого знать. У дороги, в небольшом одноэтажном домике, она и жила, и это был уже почти центр города, недалеко от площади. Тем не менее, людей здесь было тогда совсем немного. Большинство наверняка уже успело разойтись по домам, а гости - по гостиницам.
Как только она прикрыла за собой дверь, я пошел в сторону ближайшей скамейки. Они стояли здесь вдоль множества почти одинаковых, приятных на вид и без украшений с праздника, одноэтажных домов. Также, рядом с ними росли между камнями брущадки большие, также красиво украшенные, лиственные деревья. Лишь метрах в двадцати от нас на такой обыкновенной деревянной скамейке сидел один едиственный на почти всю улицу человек. Остальные люди, некоторые еще тихо пошатывающиеся на ходу, проходили по дороге мимо.
-О нет. Меня заметили. – насмешливо проговорил Кози, когда я подошел к его скамейке.
-Сколько уже времени ты за нами следишь? – решил я сразу показать Кози, насколько я ему не доверяю.
-С того самого момента, как вы покинули Ренбирскую Галерею. – сразу слишком легко признался он.
-Зачем тебе это?
-Потому, что я не хочу, чтобы с Лиликой что-то случилось. – снова удивил меня он.
-Лиликой?..Ты знаешь, кто она?
-Конечно, Филони хорошо ее замаскировала. Но все мы, Герои Шеагральминни, знаем, кто она такая. Настоящая сестра Филони, Термисорра, была убита Графом Думой. И уже после бунта в Шеагральминни. Филони пыталась заполнить образовавшуюся у нее в сердце пустоту девочкой, которую она вытащила изпод обломков сгоревшего имения Кацер. Лилику Кацеру. Она сказала ей, что ее братья умерли, и забрала ее с собой в Ренбир, чтобы она начала здесь новую жизнь.
-Но мы выжили.
-Они обе узнали об этом лишь через год. Все то время она жила так, как хотела. Филони стала для нее уже даже не сестрой, а, скорее, заботливой матерью.
-И все это время ты за ней следил?
-Я вижу, ты не доверяешь мне. Не волнуйся, мне нельзя доверять. Однажды я пытался убить Таргота, решив, что он – это ты. – жутковато улыбнулся Кози.
Я чуть перепугался. Даже я не мог предположить, что этот Кози НАСТОЛЬКО опасен. Пусть сейчас он Тарготу и друг, попытка убить его наверняка должна была оставить на представлении Таргота о Кози некоторый след. Хотя эта попытка и не увенчалась успехом.
-Наверное, ты не поймешь моих мотивов, пока я не расскажу тебе все от начала и до конца. Не забывай, сегодня праздник. Это не время для пустых ссор. – вдруг попытался уже хоть как-то привести меня в чувства он.
-И…Долго ты будешь рассказывать? – снова попытался я выбросить из головы мысли о предыдущих словах Кози.
-Думаю, достаточно. Присядь. У Лилики всегда были некоторые проблемы с…возвращением домой. Она закончит приготовление чая не раньше, чем через пару десятков минут, когда переоденется, почистит зубки, и, скажем, уберется. – уже более дружелюбно смотрел на меня Кози.
Я спорить не стал. Она всегда терялась в своих действиях, по крайней мере, тогда. Я старался не поддаваться страху, и все равно сел рядом с Кози. Если Таргот и Витлаф и вправду считали его другом, вряд ли он мог бы попытаться убить меня теперь. Иначе, Таргот бы убил его сам, ведь он наверняка мог подозревать о таких его намерениях. Да и сомневаюсь я, что даже если я простой октолим, не член Совета Октолимов или Бог, этот Кози смог бы одолеть мое Белое Пламя. Пусть даже перстень на его руке, снова лишь теперь мной замеченный, указывал на немалый запас внутренней силы - ранг 7 из 10. Пусть для Совета Октолимов это был и весьма малый уровень.
-Как я и говорил, я начну с начала. Иначе ты, скорее всего, просто не поймешь меня. Я уже не помню, в какой семье я родился. И не помню, кем были мои родители. Мы жили бедно – это все, что я помню. Жили как раз рядом с границей Ирмии и Волшеквии. В наших землях шла почти, что гражданская война. Дезертиры и бандиты быстро захватили наши земли, и не щадили почти никого. Не пощадили они и нас. Мне было 14, когда те головорезы ворвались в мой дом. Ограбили, изнасиловали, и убили моих родителей. Тем не менее, им удалось немного задержать их, и я сбежал. Я знал, что не справлюсь сам. Тогда я поклялся, что однажды отомщу за родителей. Но я редко сохраняю свои клятвы… - явно погрустнел Кози.
Я, на всякий случай, огляделся. Мне не хотелось, чтобы историю Кози услышал кто-то лишний. Тем более, что я уже и вправду был ей заинтересован. Не думал, что кто-то вроде него вдруг начнет изливать мне душу. Я был уже спокоен, и не думал ни о какой опасности.
-Теперь я блуждал по своим землям как изгнанник. Годы нищеты научили меня выживать, и я с легкостью это делал. Вернее, это было все, что я делал. Я воровал у тех, кто оказался хоть чуть счастливее меня. Но я не убивал. И вот, однажды, я пытался забраться в наиболее тихо стоящий у опушки ближайшего леса домик, но слишком шумел, и меня поймали. Перепуганные мужчина и женщина средних лет, и без того едва сводившие концы с концами. Не знаю, что бы они сделали со мной, если бы я остался там еще хоть на секунды дольше, но их вдруг остановила девочка, явно нехотевшая, чтобы моя судьба вот так просто прервалась. Я был зажат в хате между ней и ее родителями. Но вдруг она бросилась на меня, обняла и заплакала. Да, тот день я помню, как сейчас…Она назвала меня братом. И вдруг даже ее родители к ней присоединились. Конечно, они подыгрывали дочере. Они знали, что она была слишком счастлива, чтобы поверить в то, что ее настоящий брат уже пару лет как мертв. Они приняли меня в семью, а отец и мать, в тайне от дочери, рассказали мне все, что я должен был знать о них и новой сестре. Как их сын, которого они потеряли в стычке с разбойниками из того же ближайшего леса, когда он пытался вернуть им «налоги» за их «защиту». Еще пару лет мы жили вместе. Я очень полюбил их. И родителей, и сестру. Ее звали Милорой. Она была маленькой, милой, синевласой и синеглазой девочкой. Думаю, ты уже можешь провести некоторую черту между моим прошлым и моей слежкой за Лиликой…
-Продолжай. – уже слишком заслушавшись, отказывался отвлекаться я.
-Я очень полюбил сестру, и не как сестру. Как девочку, которая стала для меня всем. Иногда отец носил домой различные книги, которые мы с Милорой и читали вместе. Это было для меня счастливым временем. Для нас обоих. И вот, однажды я возвращался домой из леса, где я как раз собирал ягоды. Милора выскочила из дверей, а затем упала. Я улыбнулся, уже хотел ласково назвать ее неуклюжей, но все равно любимой сестренкой. Но я не успел. Из дома что-то вышло, пригвоздило Милору к земле мечем, а затем выкинуло ее в сторону. Я успел выхватить данный мне отцом меч его сына, но уже не мог даже пошевелиться…
-Граф Дума… - понял я.
-Обычно я был спокоен. Ни с кем не конфликтовал, никогда ни на кого долго не злился. Даже тогда, когда уходил далеко в города. Но тогда я взбесился. Я бросился на Думу, размахивая мечом. Отец научил меня сражаться, и я уже был отличным фехтовальщиком. Но Граф Дума мне был не под силу. Я знал это. Наверняка, я бы не смог даже пробить его доспехи. Он парировал меня одной только рукой, толкнул, и с разворота рубанул меня мечом. Я успел защититься своим мечом, но он все равно задел меня. Мой меч треснул, а меч Думы покрыла моя кровь. В ужасе я уже подсознательно пытался отступить. Но мысли о смерти сестры, которую Дума так просто у меня отнял, меня уже никак не оставляли. Дума бросился на меня, занеся меч за собой. Я уже попрощался с жизнью, как прямо передо мной вдруг остановился некто другой. Тех же огромных размеров, что и Дума. Но в еще более жутких доспехах, и с еще большим мечом. Это был Ультра. Он приказал мне бежать в лес, и ни в коем случае не возвращаться. И я убежал, уже совсем позабыв и о сестре, и о родителях. Я вдруг понял, что я еще могу выжить. И также отомстить за них. Мы все знали о Графе Думе, но думали, что он ни за что не тронет нас. Но увы…Дума будто специально находил себе жертв, становившихся затем такими, как я. Я бежал так далеко, как только мог. Очень, очень далеко. В итоге, я добрался до Леса Ренбира. По пути, конечно, я еще несколько раз останавливался, чтобы добыть себе пищи. А вот уже в Лесу Ренбира на меня напали, как ни странно, волки. Их было не больше 5-6 самцов. Злых и голодных. Но я убил их всех, да треснувшим мечом. Теперь, как я думал, у меня снова появилась пища. Но я не мог так просто сразу ее приготовить. Я был обессилен, и уже также давно не ел. Я потерял сознание, упал, кажется, на одного из мертвых волков. Затем, я проснулся в хате старосты деревни Лукимм. Староста сказал, что хочет помочь мне. Я уже все равно не смог бы сопротивляться. Но он и вправду помог мне. Накормил и напоил, и помог прийти в себя. Еще какое-то время я жил в их деревне, будто жил там всегда. Но вдруг староста отправил меня к человеку по имени Чеистум, который совсем недавно объявился в их деревне, дабы помочь ей пережить нападения ардов.
-И им оказался Бог Смерти.
-Да, совсем забыл. Вы ведь уже встречали его. Витлаф говорил мне об этом. Так вот, жители деревни не знали, что Чеистум поднял их из могил. Они не помнили, как их деревню уничтожили арды, и как они все были убиты. Чеистум рассказал мне, кто он. Рассказал, что мне нет места в деревне Лукимм. Среди его слуг. Он отправил меня в Ренбир, в Академию Окто. Там меня подобрал друг Чеистума, Унзар. Верховный Советник. Я стал учиться у него в тайне, прикрываясь лишь статусом ученика Ренбирской Академии Окто. Туда меня устроил Унзар. Я быстро нашел себе друзей, и открыл для себя много, очень много нового. Я снова был счастлив, и совсем забыл о Графе Думе. Но время шло, а полученные мной от учителя знания все чаще давали о себе знать. То, каким показывали мир учителя Академии, и то, каким его показывал мой учитель Унзар, слишком отличалось. Учителя начали опасаться за свою карьеру в Академии, а непослушание учеников весьма дурно сказывалось на их репутации. И тогда учитель Унзар вдруг решил принять и меня в Совет Октолимов. Тогда мне было уже 20. Я проучился четыре года, закончив лишь 4 курса из 10 нужных, чтобы быть допущенным к тесту на получения титула Советника. Я уже однажды видел этот тест, и могу сказать наверняка, что с моим представлением мира я бы его не сдал. Учителя тоже знали это, но не могли перечить Верховному Советнику. Шли некоторые разбирательства касательно моего дела. В одном конфликте я не совладал с собой, и убил одного учителя, за что меня посадили под арест. Тогда Унзар вдруг заявил, что готов закрыть глаза на такое преступление, если я займу, затем, место того учителя в Совете Октолимов. Конечно, я не мог отказаться. Тогда вся Академия негодовала, увидев меня за одним столом с легендами, вроде Мицерна, Рэви, и прочими многим известными Советниками. За то убийство мне и дали в Совете прозвище Алый. Советники еще не знали, как ко мне относиться, но мы довольно быстро все поладили. Тем не менее, однажды негодование учителей из Академии переросло в ненависть, и одной ночью они уже были готовы тихо меня убрать. Но они так и не нашли меня. Учитель Унзар забрал меня из моей комнаты в ту ночь. Туда, где он продолжил мое обучение. В Поместье Бога Людей, скрытое от остального мира. Там я встретил их, Богов. Иногда они заходили туда. Они предложили отправить меня к неким Героям, также служащим Богам. Я был учеником Верховного Бога, и потому должен был стать командиром тех Героев. Ими и были нынешние Герои Шеагральминни. Нас собрал Мерсер, и предложил нам всем познакомиться. Тогда там были я, Лиисерким, Пофисс, Элиза, и Рыцарь Корим. Все мы получили благословение Богов, и стали бессмертными. Мы не старели, и могли теперь служить им вечно. Пусть даже наши чувства и старели, потому как старела душа.
-Мерсер…Вечный начальник Алых Песков?
-Да. К слову, как Советом Октолимов правит Бог, так и Орденом правят Боги Времени.
-Старший и Младший...Как Прошлое и Будущее?
-Верно.
-Верховный Бог, который обучал тебя - Унзар? Значит, Верховный Советник, которого мы встретили вчера, и есть Бог Людей?
