-Синее Пламя? – вдруг спросил он.
-Вроде того. – уже разминал кулаки Френтос.
Самум молчал, тем самым как раз дав нам время подготовиться к его следующей атаке, уже в ожидании которой мы продолжали злобно потрясываться, все кроме Кайлы, уже получившие от Самума "подачки", стоя на месте. Мы ждали ее, пусть атаки этой и не было.
-Kori ukin se? – опустил топор на пол, и уперся в его ручку руками, Самум, нарушив тем самым почти мертвую тишину, едва нарушаемую падениями кусочков стены позади него.
-Чего? - не поняли мы все сразу.
Самум покачал головой.
-Я спрашиваю, кто вы такие. - перевел он.
-Братья Кацеры. – однозначно ответил Таргот.
-А я Кайла. – оветила, конечно, Кайла.
-Я понял, что вы Кацеры, только заметив Таргота. Я спрашиваю – на чьей вы стороне. – продолжал уже с более или менее спокойным лицом, серьезно и медленно говоря, переводить взгляд между всеми нами, Самум.
-Погоди. Откуда ты нас знаешь? – вдруг удивился Френтос, огласив при этом и мои мысли.
-Что за вопрос? Я чую кровь Кацер в ваших жилах. Я протянул всю жизнь вблизи этой крови, и ни с чем ее не спутаю.
-А Таргот?
-Когда-то Таргот Кацера поднял войска Востока против предателей – своих брата и сестры. Мы бились бок о бок.
-Почему же я этого не помню? – почти безразлично бросил Таргот.
-Ты вел себя очень странно… Я слышал, люди уничтожили тебя, и не удивительно. Ты ослушался приказа своего отца, Верховного Властителя, и самого Лорда Винториса. Да еще и меня в это впутал.
-Звучит неплохо, но увы. Это был не я. Родители говорили, что дали мне имя в честь Кацеры, защищавшего однажды своих братьев и сестер, но павшего под тяжестью проклятья. – поведал даже нам неизвестную часть нашей же истории Таргот.
-Это проклятье Тарготу Кацере навязал Клинок Власти Россе. Неудивительно, что тебе дали его имя. В тебе точно есть что-то, что когда то принадлежало ему. Хотя бы самоуверенность.
-Эта черта мне не присуща.
-Таргот решил, что Россе от чистого сердца предложил ему свою силу, чтобы тот защищал свою семью. Но для Кацер не было никаких опасностей, кроме той, что создал им Россе.
-Ты точно разбираешься в истории нашего рода лучше, чем я. Так скажи. Почему наши прародители от вас бежали?
-Не думай поставить меня в тупик. Ширава была слишком слаба и телом и духом, и лишь от страха смерти сбежала от Совенрара. Бетоуэт был слишком влюблен, и не желал бросать семью. Я его понимаю. Именно поэтому я не убил Имперу, Лироя и Таргота сразу, как заподозрил неладное.
-Ты тоже это слышишь, Соккон? – с изумленным, даже напуганным лицом, спросил меня Френтос.
-Тем не менее, мы все пошли по тому же пути, что и они.
-Я вижу… - вздохнул Самум.
-Таргот? – посмотрел я в глаза брата, уже умоляя его хотя бы на этот раз рассказать нам все, как оно есть на самом деле.
-Я расскажу вам все, когда мы здесь закончим. – опустил он глаза, наверняка и сам понимая, что скрывать такие свои знания больше просто невозможно.
-Не расскажешь. – вдруг вскинул топор Самум.
Все мы сразу перевели взгляд на него. Что он собирался делать теперь? Что он решил?
-Ты делаешь ошибку, Самум. – чуть напрягся Таргот.
-Возможно. Но Совенрар приказал уничтожать любых предателей, которые…
-Встанут на пути его правления. – перебил его Таргот.
-Мне плевать, как это произошло. Я никогда не был против Ширавы. Но Совенрар поднял нас против людей, которые уже предприняли попытку нас уничтожить. Смотри.
Самум вдруг поднял почти все это время втянутую шею, чуть опустил край доспеха рукой, и открыл для нас весьма немалый разрыв на шее, страшно искореженный, окровавленный, будто чья-то чудовищная лапа оторвала от нее кусок.
-Вот, за чем стоят люди. Мне повезло, и Тайфун пришел мне на помощь. Это было здесь, для нас лишь десятки минут назад. Монстр, которого создал Нис, Вильфеоренама, был в шаге от того, чтобы уже во второй раз не забрать наши жизни.
-Он вышел изпод контроля, и Корть пожертвовал собой, чтобы остановить его!
Таргот, вдруг, даже сам как-то удивился, прикрыл рот рукой, и отступил. Будто он сказал что-то, чего говорить ему очень не стоило. Самум, ничуть не думая, снова втянул шею под доспех, и взял топор в обе руки.
-Людей уже ничто не оправдает. Как однажды они пытались избавиться от нас, так и мы теперь избавимся от них. Раз вы с ними…У меня нет выбора.
-С этого… - вдруг напрягся Френтос, все крепче сжимая кулак. - …и нужно было начинать!
Мы и моргнуть не успели, как он оказался перед Самумом, со всей силы рукой ударив Самума в грудь, будто с желанием отбросить его подальше. Самум успел вовремя блокировать удар рукоятью топора. Пусть удар и был чудовищно силен, благодаря окто Френтоса Самум остался на месте, и вся сила удара ушла в саму рукоять. Она мгновенно ударилась о доспехи Самума, но так и не сумела повредить их. Сложно сказать, из чего именно они были созданы, но даже подобной силище они были неподвластны. Лишь стена позади Самума, от чудовищной мощи удара и давления за Самумом, вдруг разлетелась вдребезги, и части ее, будто вытолкнутые вперед, мгновенно пропали в темноте позади него. Лишь три бревна в комнате еще продолжали ярко гореть, позволяя нам видеть противника.
Френтос ударил снова, но на этот раз, уже в голову. Мы знали, что от такой атаки Самуму не увернуться, и сила давления Френтоса уже наверняка притягивала к его кулаку голову чудовища. Кажется, уже этого могло хватить, и этот удар должен был быть последним, и доспехи здесь Самуму ничем бы не помогли. Я даже невольно улыбнулся. Это, ведь, и вправду могло закончиться так просто. Генерал имтердов, что ранее убивал сотни и тысячи таких, как мы, впервые не на тех нарвался, и был убит одним прямым ударом в голову, украсив ее содержимым все свое окружение.
Но Френтос промахнулся, хоть и не нарочно, будто Самума вовсе не было там, куда он ударил. Кажется, я даже видел, как рука Френтоса прошла через голову Самума, когда тот пытался от нее увернуться. Едва я понял, почему именно монстр в таком бою был так уверен в своих силах, как его топор уже со свистом вертикально прорубил тело Френтоса снизу, потоком крася окружающие его стены, пол и потолок блестящей от света огня алой кровью. Френтос тяжело выдохнул, отскочив назад, и снова бешено, оставляя на полу кровавую полосу, бросился на Самума. Он занес руку снизу, уже готовясь второй отражать возможный последующий удар Самума. И вправду, что-то здесь было не так. Не я один, кажется, здесь был могущественным иллюзионистом. Я сразу вспомнил ту боль, которую ощущал после удара Самума. «Неужели…» - подумал я. И вправду, ведь это не были простые иллюзии. Он обманул само наше зрение теперь и усилил мою боль. Когда Френтос отбросил Самума от меня, та самая загадочная боль почти сразу утихла. Выходит…
-Френтос! – крикнул Френтосу Таргот, уже как раз вновь распаляя свой меч Тоги, и увеличивая его. Теперь, он и сам бросился к Самуму. Френтос был уже тяжело ранен, и не стоило так просто продолжать атаку, пока тайна окто Самума была остальным неизвестна. Тарготу теперь было уже плевать, не завалит ли он нас всех разрушенным новым взрывом потолком. Он собирался бить в полную силу.
-Он контролирует чувства! – как можно громче крикнул я… Но увы, мне стоило заметить это раньше. Возможно, это бы мне и удалось…Если бы не тот гнев, что лишь сильнее с каждым мгновением застилал мне глаза…Возможно, все такой же необычный, но более чем реальный.
Свист - кажется, будто совершенно обычный, но такой внезапный, что бой даже на секунду остановился. Все мы вдруг будто оглохли. Дышать стало тяжелее, а Самум вдруг пропал, ровно в тот момент, когда Френтос уже едва не ударил его. Теперь даже я уже не понимал, какой должна быть реальность, ведь все это, наверняка, была иллюзия. Я чувствовал это своей внутренней аурой. Будто точечно, моего тела касалась внутренняя сила Самума. Обычное чувство в бою с октолимами, но даже оно стало тогда почти единственным, что я все еще мог чувствовать.
Пусть и в ужасе, оглушенные и едва способные двигаться, мы мгновенно бросились к Френтосу на помощь. Он уже едва не валился с ног, рукой крепко схватившись за грудь. Рана была страшная, и кровь из нее била фонтаном. Самум бил наотмашь, но очень точно. Он разрубил часть сердца. Даже я, наверное, не смог бы вылечить такую рану сразу. Не успел бы вылечить ее быстрее, чем тело Френтоса потеряло бы всю свою кровь, которую даже он едва удерживал теперь, ослабленный от кровопотери, своим окто. И теперь, своим уже обезумевшим от лицезримого мозгом, я как раз осознавал это. Осознавал, насколько я был тогда бессилен - не мог помочь умирающему на моих глазах брату. Я не мог в это поверить. Он не мог так просто умереть. Кто угодно, только не он или Таргот. Не так, как тогда...
Вдруг и нас силы совсем покинули, и все краски в моих глазах будто слились. Таргот упал на землю, а вслед за ним упала и Кайла. Что-то теперь едва видимое моим также ослабшим зрением вырывалось из их горла, пока они, медленно, будто совершенно не реально, бессильно опускались на землю. Терять сознание начал и я. Где-то впереди, будто делясь на две совершенно равные части, начал падать Френтос. Но я уже и не смотрел в его сторону. Я взялся за живот, приложив пальцы…Куда-то внутрь? Я убрал руку, и посмотрел на нее. «Как?..» - подумал я. И даже окровавленные очертания теперь совсем безжизненных пальцев будто расплывались в глазах. Я больше не мог дышать, не мог видеть и слышать. Тело, его части ниже пояса, стали холодными, как лед. Я больше ничего не понимал, и уже совсем не мог думать. Все тело будто парализовало, обессилело.
Весь мир вокруг мгновенно исчез. Неужели это оно? Забвение? Наверное, я никогда раньше не представлял себе этого так, и не мог подумать, что смерть приходит…так быстро. И что в ней будто нет ничего удивительного. Наверное, теперь кто-то мог бы услышать со стороны, как о пол ударилось безжизненное тело, лишь в стеклянных глазах которого на мгновение мелькнула жизнь, с простой горькой слезой, мыслью, насколько большую ошибку они совершили, окончательно их покинувшая. Наступила тишина, теперь совсем лишенная хоть какой-то жизни. Это был конец...
-Каждого, кто примет их сторону, ждет смерть. Мне жаль…что вы выбрали этот путь. - уже не слышимо им, проговорил где-то в пустоте вокруг него его убийца.
-Соккон?
Мгновенный, сильный свист, неприятный настолько, что от него и сами уши, кажется, были «не в восторге» - ощущение, будто слух снова возвращается. Я быстро встал на ноги и взялся за живот, осмотрел его, ощупал…Но он был в порядке. Удивительно. Глаза бегали в орбитах от еще неиссякшего страха, и рот все отказывался зачерпывать больше воздуха для дыхания. Конечно, больше вдохнуть я бы никогда и не смог, но тогда мне еще казалось, что и этого мне было мало, будто я уже час не дышал, и никак не мог надышаться. Руки дрожали, и их я приложил к груди, дабы сдержать уже будто готовое вырваться наружу сердце. Само тело, кажется, уже не помнило о тех страшных мгновениях, за которые я так просто расстался с жизнью. Но мозг об этом забывать напрочь отказывался.
Как ни странно, примерно через минуту постоянного и упорного глядения в землю, потихоньку приходя в себя, я наконец отдышался, и, за последним тяжелым выдохом, протер все еще горячее и мокрое лицо рукой в перчатке. Мысли в голову особо не шли, и о чем тогда думать я не знал. Не знал, на чем сосредоточиться, и какую именно тему для размышлений выбрать. Все недавно произошедшее скаталось в ком, который я никак не мог остановить. Перед глазами то и дело возникали образы то Таргота, то Френтоса, то чего-то пострашнее, очертания чего я все старался отогнать, крутя головой, как страшный сон.
-Должно быть, все прошло не так гладно… – снова проговорил кто-то, кто стоял как раз передо мной.
Я резко поднял голову, чуть распрямился, и, в изумлении, снова потер глаза. Это ведь…не могла быть еще одна иллюзия? Или галлюцинация.
Наверное, не было бы столь странно смотреться в зеркало, если бы твое отражение с тобой не разговаривало, ведь, по большей части, именно так это и могло выглядеть. Стоящий теперь передо мной человек внешне невероятно походил на меня, за исключением некоторой разницы в одежде и прическе, красных глаз, красных волос, и…трещин по всему телу.
-Ты удивлен? – спросил он.
Конечно, я был удивлен. Не знал даже, что и сказать. Я уже немного успокоился, расценив все произошедшее ранее, как страшный сон. Со мной довольно часто происходило подобное. Во снах иногда я видел вещи, которые и от реальности было отличить тяжело - сны длинною в жизнь. Предшествующие им, или последующие кошмары обычно мгновенно, по пробуждению, забывались, но простые сны, память о них, обычно навечно оставалась при мне. Из всего выше сказанного - обычный сон, пусть и сходный по содержанию с кошмаром, наконец закончился. Почти все кошмары, которые мне удавалось запоминать, и выглядели примерно так. Странное место, странные люди, и жуткая атмосфера. Обычно тогда я не говорю с этими людьми, а слышу, о чем они говорят между собой. Кажется, теперь у меня были все шансы самому стать персонажем своего кошмара. Причем, с обеих сторон.
-Ты…- хрипло и неуверенно, кое-как смог хоть что-то протянуть изо рта я.
-Архей Соккон. – с почти невозмутимым лицом сказал тот я.
Кажется, кто бы это ни был, он был не совсем в настроении долго на меня пялиться. Лишь по чувствам своего тела я мог уже совершенно точно тогда понять, что предшествующие моему появлению здесь события, и то, что происходило теперь, вовсе не было сном, как бы мне этого не хотелось. Я все еще очень многого не понимал в недавно произошедшем, но тот, кто стоял теперь передо мной, кажется, должен был бы понимать побольше. Не зря ведь он вообще, так похожий на меня, вдруг появился передо мной после всей этой истории с имтердами и Самумом. Конечно, на простое совпадение это никак не тянуло. Другой вопрос - что с нами потом вообще произошло.
-Архей Соккон? Ты… - решил не медлить, как можно скорее во всем убедившись, я.
-В прошлом – Соккон Кацера. – проговорил он.
Не меняя лица и позы, я вздохнул только тяжелее. "Ну вот, конечно." - думал я. "Началось..."
-Что это значит? – продолжил я, дабы не зацикливаться на одной фразе.
-Это значит, что я – это ты в прошлом. Причем, в прошлом даже не этого мира.
-Если так…Ты тоже сталкивался с имтердами?
-Как ты - нет. Я не знаю, как получилось так, что Самум вас убил.
-Что это значит?
-В одном из миров прежде я пережил примерно то же, что и ты сейчас. Разница лишь в том, что Самум меня не убил.
-Так…Это все было взаправду? – грустно опустил голову я.
Человек промолчал. Я лишь вздохнул носом, и покачал головой.
-Так…Что теперь? Что я должен делать?
-А что ты можешь? Ваши с братьями и Кайлой тела, порубленные на части, Самум вынес наружу...
-Что?! – мгновенно испуганно поднял голову я, уже крепко встав на ноги и глядя ему в глаза.
-То, что ты сейчас здесь - уже странно. Виной тому Душа Россе, и он вряд ли тебя так просто отпустит. Тем не менее, это лишь твоя душа. Твое тело…
-Я не хочу умирать! – еще более напуганно крикнул я. Пусть и не все слова Архея я точно понял, одно было ясно – там, на горе перед Храмом Актониса, я уже мертв.
-Вроде того. – уже разминал кулаки Френтос.
Самум молчал, тем самым как раз дав нам время подготовиться к его следующей атаке, уже в ожидании которой мы продолжали злобно потрясываться, все кроме Кайлы, уже получившие от Самума "подачки", стоя на месте. Мы ждали ее, пусть атаки этой и не было.
-Kori ukin se? – опустил топор на пол, и уперся в его ручку руками, Самум, нарушив тем самым почти мертвую тишину, едва нарушаемую падениями кусочков стены позади него.
-Чего? - не поняли мы все сразу.
Самум покачал головой.
-Я спрашиваю, кто вы такие. - перевел он.
-Братья Кацеры. – однозначно ответил Таргот.
-А я Кайла. – оветила, конечно, Кайла.
-Я понял, что вы Кацеры, только заметив Таргота. Я спрашиваю – на чьей вы стороне. – продолжал уже с более или менее спокойным лицом, серьезно и медленно говоря, переводить взгляд между всеми нами, Самум.
-Погоди. Откуда ты нас знаешь? – вдруг удивился Френтос, огласив при этом и мои мысли.
-Что за вопрос? Я чую кровь Кацер в ваших жилах. Я протянул всю жизнь вблизи этой крови, и ни с чем ее не спутаю.
-А Таргот?
-Когда-то Таргот Кацера поднял войска Востока против предателей – своих брата и сестры. Мы бились бок о бок.
-Почему же я этого не помню? – почти безразлично бросил Таргот.
-Ты вел себя очень странно… Я слышал, люди уничтожили тебя, и не удивительно. Ты ослушался приказа своего отца, Верховного Властителя, и самого Лорда Винториса. Да еще и меня в это впутал.
-Звучит неплохо, но увы. Это был не я. Родители говорили, что дали мне имя в честь Кацеры, защищавшего однажды своих братьев и сестер, но павшего под тяжестью проклятья. – поведал даже нам неизвестную часть нашей же истории Таргот.
-Это проклятье Тарготу Кацере навязал Клинок Власти Россе. Неудивительно, что тебе дали его имя. В тебе точно есть что-то, что когда то принадлежало ему. Хотя бы самоуверенность.
-Эта черта мне не присуща.
-Таргот решил, что Россе от чистого сердца предложил ему свою силу, чтобы тот защищал свою семью. Но для Кацер не было никаких опасностей, кроме той, что создал им Россе.
-Ты точно разбираешься в истории нашего рода лучше, чем я. Так скажи. Почему наши прародители от вас бежали?
-Не думай поставить меня в тупик. Ширава была слишком слаба и телом и духом, и лишь от страха смерти сбежала от Совенрара. Бетоуэт был слишком влюблен, и не желал бросать семью. Я его понимаю. Именно поэтому я не убил Имперу, Лироя и Таргота сразу, как заподозрил неладное.
-Ты тоже это слышишь, Соккон? – с изумленным, даже напуганным лицом, спросил меня Френтос.
-Тем не менее, мы все пошли по тому же пути, что и они.
-Я вижу… - вздохнул Самум.
-Таргот? – посмотрел я в глаза брата, уже умоляя его хотя бы на этот раз рассказать нам все, как оно есть на самом деле.
-Я расскажу вам все, когда мы здесь закончим. – опустил он глаза, наверняка и сам понимая, что скрывать такие свои знания больше просто невозможно.
-Не расскажешь. – вдруг вскинул топор Самум.
Все мы сразу перевели взгляд на него. Что он собирался делать теперь? Что он решил?
-Ты делаешь ошибку, Самум. – чуть напрягся Таргот.
-Возможно. Но Совенрар приказал уничтожать любых предателей, которые…
-Встанут на пути его правления. – перебил его Таргот.
-Мне плевать, как это произошло. Я никогда не был против Ширавы. Но Совенрар поднял нас против людей, которые уже предприняли попытку нас уничтожить. Смотри.
Самум вдруг поднял почти все это время втянутую шею, чуть опустил край доспеха рукой, и открыл для нас весьма немалый разрыв на шее, страшно искореженный, окровавленный, будто чья-то чудовищная лапа оторвала от нее кусок.
-Вот, за чем стоят люди. Мне повезло, и Тайфун пришел мне на помощь. Это было здесь, для нас лишь десятки минут назад. Монстр, которого создал Нис, Вильфеоренама, был в шаге от того, чтобы уже во второй раз не забрать наши жизни.
-Он вышел изпод контроля, и Корть пожертвовал собой, чтобы остановить его!
Таргот, вдруг, даже сам как-то удивился, прикрыл рот рукой, и отступил. Будто он сказал что-то, чего говорить ему очень не стоило. Самум, ничуть не думая, снова втянул шею под доспех, и взял топор в обе руки.
-Людей уже ничто не оправдает. Как однажды они пытались избавиться от нас, так и мы теперь избавимся от них. Раз вы с ними…У меня нет выбора.
-С этого… - вдруг напрягся Френтос, все крепче сжимая кулак. - …и нужно было начинать!
Мы и моргнуть не успели, как он оказался перед Самумом, со всей силы рукой ударив Самума в грудь, будто с желанием отбросить его подальше. Самум успел вовремя блокировать удар рукоятью топора. Пусть удар и был чудовищно силен, благодаря окто Френтоса Самум остался на месте, и вся сила удара ушла в саму рукоять. Она мгновенно ударилась о доспехи Самума, но так и не сумела повредить их. Сложно сказать, из чего именно они были созданы, но даже подобной силище они были неподвластны. Лишь стена позади Самума, от чудовищной мощи удара и давления за Самумом, вдруг разлетелась вдребезги, и части ее, будто вытолкнутые вперед, мгновенно пропали в темноте позади него. Лишь три бревна в комнате еще продолжали ярко гореть, позволяя нам видеть противника.
Френтос ударил снова, но на этот раз, уже в голову. Мы знали, что от такой атаки Самуму не увернуться, и сила давления Френтоса уже наверняка притягивала к его кулаку голову чудовища. Кажется, уже этого могло хватить, и этот удар должен был быть последним, и доспехи здесь Самуму ничем бы не помогли. Я даже невольно улыбнулся. Это, ведь, и вправду могло закончиться так просто. Генерал имтердов, что ранее убивал сотни и тысячи таких, как мы, впервые не на тех нарвался, и был убит одним прямым ударом в голову, украсив ее содержимым все свое окружение.
Но Френтос промахнулся, хоть и не нарочно, будто Самума вовсе не было там, куда он ударил. Кажется, я даже видел, как рука Френтоса прошла через голову Самума, когда тот пытался от нее увернуться. Едва я понял, почему именно монстр в таком бою был так уверен в своих силах, как его топор уже со свистом вертикально прорубил тело Френтоса снизу, потоком крася окружающие его стены, пол и потолок блестящей от света огня алой кровью. Френтос тяжело выдохнул, отскочив назад, и снова бешено, оставляя на полу кровавую полосу, бросился на Самума. Он занес руку снизу, уже готовясь второй отражать возможный последующий удар Самума. И вправду, что-то здесь было не так. Не я один, кажется, здесь был могущественным иллюзионистом. Я сразу вспомнил ту боль, которую ощущал после удара Самума. «Неужели…» - подумал я. И вправду, ведь это не были простые иллюзии. Он обманул само наше зрение теперь и усилил мою боль. Когда Френтос отбросил Самума от меня, та самая загадочная боль почти сразу утихла. Выходит…
-Френтос! – крикнул Френтосу Таргот, уже как раз вновь распаляя свой меч Тоги, и увеличивая его. Теперь, он и сам бросился к Самуму. Френтос был уже тяжело ранен, и не стоило так просто продолжать атаку, пока тайна окто Самума была остальным неизвестна. Тарготу теперь было уже плевать, не завалит ли он нас всех разрушенным новым взрывом потолком. Он собирался бить в полную силу.
-Он контролирует чувства! – как можно громче крикнул я… Но увы, мне стоило заметить это раньше. Возможно, это бы мне и удалось…Если бы не тот гнев, что лишь сильнее с каждым мгновением застилал мне глаза…Возможно, все такой же необычный, но более чем реальный.
Свист - кажется, будто совершенно обычный, но такой внезапный, что бой даже на секунду остановился. Все мы вдруг будто оглохли. Дышать стало тяжелее, а Самум вдруг пропал, ровно в тот момент, когда Френтос уже едва не ударил его. Теперь даже я уже не понимал, какой должна быть реальность, ведь все это, наверняка, была иллюзия. Я чувствовал это своей внутренней аурой. Будто точечно, моего тела касалась внутренняя сила Самума. Обычное чувство в бою с октолимами, но даже оно стало тогда почти единственным, что я все еще мог чувствовать.
Пусть и в ужасе, оглушенные и едва способные двигаться, мы мгновенно бросились к Френтосу на помощь. Он уже едва не валился с ног, рукой крепко схватившись за грудь. Рана была страшная, и кровь из нее била фонтаном. Самум бил наотмашь, но очень точно. Он разрубил часть сердца. Даже я, наверное, не смог бы вылечить такую рану сразу. Не успел бы вылечить ее быстрее, чем тело Френтоса потеряло бы всю свою кровь, которую даже он едва удерживал теперь, ослабленный от кровопотери, своим окто. И теперь, своим уже обезумевшим от лицезримого мозгом, я как раз осознавал это. Осознавал, насколько я был тогда бессилен - не мог помочь умирающему на моих глазах брату. Я не мог в это поверить. Он не мог так просто умереть. Кто угодно, только не он или Таргот. Не так, как тогда...
Вдруг и нас силы совсем покинули, и все краски в моих глазах будто слились. Таргот упал на землю, а вслед за ним упала и Кайла. Что-то теперь едва видимое моим также ослабшим зрением вырывалось из их горла, пока они, медленно, будто совершенно не реально, бессильно опускались на землю. Терять сознание начал и я. Где-то впереди, будто делясь на две совершенно равные части, начал падать Френтос. Но я уже и не смотрел в его сторону. Я взялся за живот, приложив пальцы…Куда-то внутрь? Я убрал руку, и посмотрел на нее. «Как?..» - подумал я. И даже окровавленные очертания теперь совсем безжизненных пальцев будто расплывались в глазах. Я больше не мог дышать, не мог видеть и слышать. Тело, его части ниже пояса, стали холодными, как лед. Я больше ничего не понимал, и уже совсем не мог думать. Все тело будто парализовало, обессилело.
Весь мир вокруг мгновенно исчез. Неужели это оно? Забвение? Наверное, я никогда раньше не представлял себе этого так, и не мог подумать, что смерть приходит…так быстро. И что в ней будто нет ничего удивительного. Наверное, теперь кто-то мог бы услышать со стороны, как о пол ударилось безжизненное тело, лишь в стеклянных глазах которого на мгновение мелькнула жизнь, с простой горькой слезой, мыслью, насколько большую ошибку они совершили, окончательно их покинувшая. Наступила тишина, теперь совсем лишенная хоть какой-то жизни. Это был конец...
-Каждого, кто примет их сторону, ждет смерть. Мне жаль…что вы выбрали этот путь. - уже не слышимо им, проговорил где-то в пустоте вокруг него его убийца.
Глава 3. Очередной кошмар
-Соккон?
Мгновенный, сильный свист, неприятный настолько, что от него и сами уши, кажется, были «не в восторге» - ощущение, будто слух снова возвращается. Я быстро встал на ноги и взялся за живот, осмотрел его, ощупал…Но он был в порядке. Удивительно. Глаза бегали в орбитах от еще неиссякшего страха, и рот все отказывался зачерпывать больше воздуха для дыхания. Конечно, больше вдохнуть я бы никогда и не смог, но тогда мне еще казалось, что и этого мне было мало, будто я уже час не дышал, и никак не мог надышаться. Руки дрожали, и их я приложил к груди, дабы сдержать уже будто готовое вырваться наружу сердце. Само тело, кажется, уже не помнило о тех страшных мгновениях, за которые я так просто расстался с жизнью. Но мозг об этом забывать напрочь отказывался.
Как ни странно, примерно через минуту постоянного и упорного глядения в землю, потихоньку приходя в себя, я наконец отдышался, и, за последним тяжелым выдохом, протер все еще горячее и мокрое лицо рукой в перчатке. Мысли в голову особо не шли, и о чем тогда думать я не знал. Не знал, на чем сосредоточиться, и какую именно тему для размышлений выбрать. Все недавно произошедшее скаталось в ком, который я никак не мог остановить. Перед глазами то и дело возникали образы то Таргота, то Френтоса, то чего-то пострашнее, очертания чего я все старался отогнать, крутя головой, как страшный сон.
-Должно быть, все прошло не так гладно… – снова проговорил кто-то, кто стоял как раз передо мной.
Я резко поднял голову, чуть распрямился, и, в изумлении, снова потер глаза. Это ведь…не могла быть еще одна иллюзия? Или галлюцинация.
Наверное, не было бы столь странно смотреться в зеркало, если бы твое отражение с тобой не разговаривало, ведь, по большей части, именно так это и могло выглядеть. Стоящий теперь передо мной человек внешне невероятно походил на меня, за исключением некоторой разницы в одежде и прическе, красных глаз, красных волос, и…трещин по всему телу.
-Ты удивлен? – спросил он.
Конечно, я был удивлен. Не знал даже, что и сказать. Я уже немного успокоился, расценив все произошедшее ранее, как страшный сон. Со мной довольно часто происходило подобное. Во снах иногда я видел вещи, которые и от реальности было отличить тяжело - сны длинною в жизнь. Предшествующие им, или последующие кошмары обычно мгновенно, по пробуждению, забывались, но простые сны, память о них, обычно навечно оставалась при мне. Из всего выше сказанного - обычный сон, пусть и сходный по содержанию с кошмаром, наконец закончился. Почти все кошмары, которые мне удавалось запоминать, и выглядели примерно так. Странное место, странные люди, и жуткая атмосфера. Обычно тогда я не говорю с этими людьми, а слышу, о чем они говорят между собой. Кажется, теперь у меня были все шансы самому стать персонажем своего кошмара. Причем, с обеих сторон.
-Ты…- хрипло и неуверенно, кое-как смог хоть что-то протянуть изо рта я.
-Архей Соккон. – с почти невозмутимым лицом сказал тот я.
Кажется, кто бы это ни был, он был не совсем в настроении долго на меня пялиться. Лишь по чувствам своего тела я мог уже совершенно точно тогда понять, что предшествующие моему появлению здесь события, и то, что происходило теперь, вовсе не было сном, как бы мне этого не хотелось. Я все еще очень многого не понимал в недавно произошедшем, но тот, кто стоял теперь передо мной, кажется, должен был бы понимать побольше. Не зря ведь он вообще, так похожий на меня, вдруг появился передо мной после всей этой истории с имтердами и Самумом. Конечно, на простое совпадение это никак не тянуло. Другой вопрос - что с нами потом вообще произошло.
-Архей Соккон? Ты… - решил не медлить, как можно скорее во всем убедившись, я.
-В прошлом – Соккон Кацера. – проговорил он.
Не меняя лица и позы, я вздохнул только тяжелее. "Ну вот, конечно." - думал я. "Началось..."
-Что это значит? – продолжил я, дабы не зацикливаться на одной фразе.
-Это значит, что я – это ты в прошлом. Причем, в прошлом даже не этого мира.
-Если так…Ты тоже сталкивался с имтердами?
-Как ты - нет. Я не знаю, как получилось так, что Самум вас убил.
-Что это значит?
-В одном из миров прежде я пережил примерно то же, что и ты сейчас. Разница лишь в том, что Самум меня не убил.
-Так…Это все было взаправду? – грустно опустил голову я.
Человек промолчал. Я лишь вздохнул носом, и покачал головой.
-Так…Что теперь? Что я должен делать?
-А что ты можешь? Ваши с братьями и Кайлой тела, порубленные на части, Самум вынес наружу...
-Что?! – мгновенно испуганно поднял голову я, уже крепко встав на ноги и глядя ему в глаза.
-То, что ты сейчас здесь - уже странно. Виной тому Душа Россе, и он вряд ли тебя так просто отпустит. Тем не менее, это лишь твоя душа. Твое тело…
-Я не хочу умирать! – еще более напуганно крикнул я. Пусть и не все слова Архея я точно понял, одно было ясно – там, на горе перед Храмом Актониса, я уже мертв.
