— Ну вот, а я уж было обрадовался. Так убедительно говорила, а на проверку демоническая часть все еще сильна и частично контролирует сознание. Однако, я придумаю что-нибудь со временем… — пробормотал он, — обязательно придумаю, как это обойти… Эх, рюмочку бы опрокинуть, ну или покурить хоть, — проблеял с тоской. — После пробуждения всегда так тяжко и холодно…
— Чертова пробка! И как назло — именно сегодня! — Катя ерзала на переднем сиденье и пыталась выискать просвет в бесконечном потоке машин. Но его не было — они вплелись наглухо. Через двадцать минут начиналось компьютерное тестирование, а тут — засада на дороге. И по обочине не объехать — ограничители стоят. Хоть выскакивай и беги по снегу. Она закусила нижнюю губу — так бы и поступила, но ведь не поможет, там по колено, да и до больницы, где у них кафедра хирургии, еще далеко. Холодными трясущимися руками она извлекла телефон и сверилась — осталось всего семнадцать минут. А транспорт впереди так и не шелохнулся.
Саша отпустила руль, слегка откинулась назад и сомкнула веки. Она что, не выспалась?
Катя отчетливо представила, как вбегает на кафедру, а одногруппники уже сдали тесты и вышли. Понятное дело, для нее одной компьютеры включать не будут, сразу пошлют на пересдачу. И прощай стипендия. От этой ожившей в голове картинки степень волнения моментально возросла в несколько раз, и девушка еще неистовей задергалась на сиденье.
— Прекрати это делать! — внезапно справа раздался Сашин сосредоточенный голос. Глаза при этом у нее так и оставались закрытыми.
— Что? Ты о чем?! — вопросы прозвучали особенно нервно.
— О твоем настрое на опоздание, — спокойно ответила подруга. — Я никак не могу перебороть его и разрулить пробку. Что такое случайная интенция, помнишь?
— Хочешь сказать, что авария впереди из-за меня произошла? — психанула опаздывающая пассажирка и, повысив голос, почти прокричала, — Но это же полная чушь!
— Конечно, не из-за тебя, — целительница никак не отреагировала на выпад. — Просто один водитель куда-то спешил, подрезал другого — в итоге три автомобиля поцеловались. Никто серьезно не пострадал, но образовалась воронка. Люди в машинах злятся, многие опаздывают на работу, и вихрь раскручивается все больше, притягивая и вовлекая в круговорот новые жертвы. После того, как она нажрется и распухнет донельзя, сразу схлопнется, и все разъедутся. Но лучше оставить энергию себе, чем прикармливать эту ненасытную структуру.
— Ты можешь видеть и такие вещи? — от удивления беспокойство ушло на второй план.
— Лишь иногда, — Саша открыла глаза и строго посмотрела в упор. — Просто нужно понять, что переживать и накручивать себя бессмысленно и даже вредно для энергетики. Не в твоих силах физически повлиять на ситуацию, зато можно разрулить ее по-другому: просто расслабься и представь, что сегодня удачно сдашь свои тесты, а потом и экзамен.
Катя хотела возмутиться, что, мол, как это оставаться спокойным, когда опаздываешь, но вдруг отчетливо осознала, что подруга абсолютно права. Да, зря она забросила практики, стоит вот так лишь чуть-чуть приотпустить себя, забыться, и сразу начинаешь вестись на подобные провокации. Девушка пару раз глубоко вздохнула и последовала совету, а потом, кажется, даже задремала: шутка ли — всю ночь к экзамену готовиться. Сквозь сон ей показалось, что машина плавно двинулась с места…
— Просыпайся! Приехали! — пришла в себя от того, что подруга тормошила ее за плечо. Выскочила из транспорта и рванула в здание больницы. Уже поднимаясь на лифте, с внутренним трепетом бросила взгляд на часы — 9.49, и ощутила острый укол разочарования. Глубоко внутри она надеялась волшебным образом успеть, но по факту — опоздала почти на час; а когда нырнула в коридор и увидела своих одногруппников у кабинета — видимо, уже сдававших тесты, ее накрыло холодной волной страха.
Вика помахала рукой:
— Ну ты и рискованная, так опаздывать. Но мы еще и не начинали, с техникой сбой какой-то.
Девушка облегченно выдохнула.
Когда через два часа, довольная и счастливая, она спускалась по лестнице в холл здания, то у входа с размаху налетела на какого-то больного. Сама виновата — вперед нужно смотреть, а не пялится с глупой улыбкой на разворот зачетки, любуясь еще одной пятеркой в коллекции. Покачнувшись при столкновении, парень все же с трудом удержался на костылях.
— Извините! — быстро спрятав зачетку, перевела взгляд на пациента перед собой, точнее, на его правую ногу в гипсе, потом на лицо… И в ту же секунду инстинктивно отпрыгнула назад, — Катя мгновенно его узнала. Анатолий тоже растерялся, а потом как-то весь сжался и виновато потупил глаза. Да, это был тот самый бандит из парка, который хотел их с Антоном раздеть и ограбить. И, пока ее мысли панически метались между желанием заорать, рвануть наверх и проскочить мимо, он заговорил сдавленным голосом:
— Извините за тот случай в парке, я вел себя как подонок…
Девушка ошарашено выпучилась на него. Она давно заметила — медицинский халат зачастую наделяет своего владельца способностями, сродни магическим. Люди вокруг быстро переходят на уважительное «Вы», в речи проскальзывают заискивающие нотки, а во взгляде чуть ли не поклонение читается. Но вот чтобы так сразу…
— И как это получилось? — ляпнула первое, что пришло в голову, кивнув на гипс.
Анатолий тяжело вздохнул, а следом счастливо улыбнулся:
— Это той ночью и произошло, я же при Вас упал… Пойдемте в холл, расскажу, — и он заковылял к диванам. Катя автоматически двинулась следом. У нее зародилось нездоровое подозрение, что он собирается обвинить ее в своей травме и отсудить что-нибудь. Как-то неестественно вот так широко улыбаться со сломанной ногой.
— Это Бог меня уберег, — выдал он на ходу.
— Что? — не поняла девушка.
Больной сел, положил рядом костыли и продолжил:
— Я ведь год как институт бросил, попал в плохую компанию — и понеслось: тусовки, клубы, легкие наркотики, проигрыши в казино. Сначала у родителей деньги тянул, потом на мелкие грабежи перешел…
Тем временем Катя стянула халат и начала переобуваться.
— Когда в больницу меня привезли, то сразу прооперировали. Сказали, что коленка сильно раздроблена, такое долго заживает, а потом все равно хромота остается, — он машинально погладил гипс на ноге. — Я сначала на весь мир зол был — ведь с детства спортом увлекался, даже турниры выигрывал, а тут… почти инвалид. Но недавно пересмотрел свою жизнь и понял: если бы не это — сидеть мне уже в тюрьме или в подворотне со шприцем валяться. В голове словно туман рассеялся.
— А как… как этот перелом получился? — медленно дозрела девушка. — Ты ведь поскользнулся и на спину упал.
— То-то и оно! — обрадовался вопросу собеседник. — Я не поскальзывался — что-то с силой врезалось мне в коленку. Да так, что раздробило кости.
— ?!
— Ага! — торжественно объявил Анатолий. — В том-то и дело! Врачи сказали, что у меня травма как от удара небольшим предметом. Но никто бы не смог с такой скоростью и точностью кинуть камушек. Да и кроме нас четверых там и не было никого. Явно Господь сжалился и остановил меня этим. Вот, я даже покрестился недавно. — И он продемонстрировал нательный крестик.
Катя была обескуражена. Идею Бога, она, понятное дело, проигнорировала. Скорее уж, метеорит с неба упал, да прямиком в ногу бандита угодил. А еще вероятней, кто-то в кустах прятался и помог им. Хотя… деревья уже без листьев были, где там прятаться?
Она запихнула сменку в пакет и сразу увидела Сашу — та бодро шагала к ним через вестибюль.
— Ну что, тебя можно поздравить с успешной сдачей? — спросила, приблизившись. Получив кивок, перевела взгляд на Толю. — А это кто?
Через двадцать минут девушки сели в машину.
— Пока ты в туалет бегала, я с твоим знакомым переговорила, — почему-то смеясь, выдала целительница. — Взялась его вылечить.
— Зачем это? — удивилась Катя.
— Да просто так, — Саша завела мотор.
— А чего тогда ржешь? — с подозрением уставилась на подругу.
— Поражаюсь, как, однако, проняло человека! Спросил даже, крещеная ли я. Боится, что моя сила не от Бога, — целительница ловко вырулила со стоянки. — Меня еще при рождении крестили, надеваю иногда крестик на сеансы — у верующих лечение быстрее идет. А прабабка моя и вовсе его не снимала, в церковь ходила, да весь дом иконами был заставлен. — Они выехали на трассу. Она болтала что-то еще, но Катя обдумывала загадку о Толиной коленке. Прям мистика какая-то…
— Ручка, — неожиданно бодро выдал В.Д, — которую ты подобрала на той полянке и себе прикарманила. Ну, когда с Сашей зажигалку ходили искать… Пусть ваша экстрасенс посмотрит, кто ее потерял.
Катя вздрогнула: она уже отвыкла от подобных диалогов, но, как обычно, идею тот подкинул отличную. Теперь оставалось только уговорить Милу…
Не прошло и недели…
Вот уже два часа девушка мерила шагами обезьянник. Раньше она казалась себе добропорядочной и, как полагается законопослушному гражданину, — в меру трусливой. А тут словно в голове перемкнуло. Ярость постепенно рассеивалась — руки по-прежнему подрагивали, но теперь уже от страха, накатывающего удушливыми волнами. И что теперь будет? Она только что избила двух школьниц: одну повалила на землю и от души отпинала ногами, а вторую схватила за волосы и пару раз приложила о лавку. Хотя даже не пару — раз восемь — десять точно было. Хорошо хоть, что их одноклассник избежал расправы — бросил подруг и рванул подальше. Когда оглянулась, чтобы ему вдарить, — подлеца уже и след простыл.
А ведь все так хорошо начиналось! Они заранее продумали план торжества: с утра украсили гостиную в Сашином доме, заказали большой торт, выяснили у Пашиной мамы, о чем тот мечтает и купили офигительный подарок. Хотели порадовать, устроив сюрприз, показать, что у него есть настоящие товарищи.
С утра Катя отстрелялась в институте, потом заскочила Саша и они поехали за Пашей. Накануне парня выписали из больницы, и сегодня он первый день вышел в школу. Его мама думала, что пойти туда в свой день рождения — хорошая идея, что поздравления и поддержка одноклассников будут способствовать выздоровлению… ну те и «не подкачали».
В первое мгновение Кате показалось, что стоящие рядом — Пашины друзья.
Во второе мгновение эти «друзья» вытряхнули на снег содержимое его рюкзака, и начали рвать тетради и топтать учебники. Их было трое — две школьные девахи и прыщавый подросток.
— Днюха у него седня, — ржала белобрысая курва, смачно сплевывая пожеванную резинку в уже опустевший рюкзак Павла. — Держи подарочек!
— Прикинь, — вторил ей малолетний урод, — это кривое чмо уже девятнадцать лет нашу землю топчет…
— Не понял в прошлый раз, да? — третья девка толкнула Пашу. Он, не удержавшись, упал на лед и закрыл руками лицо. — Мы все хотим лишь одного, — чтобы ты поскорее сдох!
Катя замерла, а потом сорвалась с места. Эти ухмылки, подначки… эта травля… все было так знакомо! Дальше она запомнила плохо. Вроде сначала толкнула ближайшую гадину, и, когда та упала, начала нещадно пинать ногами. Тварь была в шубке, это ее и спасло.
«Тук… тук… тук…» — стучал в голове пульс, пока Катя, схватив вторую сучку за волосы, снова и снова окунала ее головой в лавку, разбрызгивая на снег гроздья ярко-красной рябины. Внутри огненным вихрем бушевала Ярость, застилая глаза черными пятнами.
Кто и как оттаскивал в сторону, не сохранилось в сознании. Она не сопротивлялась — лишь отбросила выдранные черные лохмы и замерла в оцепенении. Подъехала скорая, милиция…
— Надо же! Так сорваться… — пожаловалась девушка решетке перед собой и снова заходила туда-сюда по камере, — не хочу даже думать, что теперь будет…
— Так вот и не думай, — ответил В.Д. — И, если честно, я однажды видел, как ты похуже пацана отдубасила, но, — он на секунду задумался, — тогда ты действовала осмотрительней: прикрывала лицо и сбежала до приезда милиции. Только потом кровь с пальто оттирать пришлось…
Дама не первой свежести, разодетая, как проститутка, зашевелилась в углу и пьяненько простонала:
— Ох… ой… не мельтешите так… моя голова… и тошнит… хватит уже болтать…
В.Д вздрогнул и исчез, а Катя остановилась и прислушалась — из коридора донеслись голоса. Потом лязгнула дверь, и сквозняк всколыхнул воздух, смешивая резкий запах хлорки с железом и вонючим телом.
— Екатерина… как тебя там? — мент вставил ключ в массивный железный замок. — На выход!
Ей сунули на подпись какую-то бумажку, и Нил, взяв под локоть, отвел к машине. На заднем сиденье ее уже ждала Мила. Выдохнула:
— Ты как?!
— Нормально… — жалобно проскулила девушка и обхватила себя руками.
— Ну, ты и учудила! — начал староста, когда они отъехали. — Не ожидал от тебя такого жесткача. — Катя еще больше скукожилась и потеряла глаза в спинке переднего кресла. — В общем, молодец!
Девушка растерялась и удивленно захлопала ресницами. Странно, но из его уст это выглядело, скорее, как похвала, чем ехидное замечание. Неужели… И Нил подтвердил догадку:
— Отлично начистила таблоид этой (тут он выдал нецензурное слово на «б» из семи букв) в короткой юбке, даже нос расквасила. Да и вторую ведьму тоже неплохо потрепала: итог — пара сломанных ребер и множественные ушибы. Раньше думал, что ты труслива. Да и я обычно дела по-другому решаю, но эти только так и понимают.
— Нил! — в голосе Милы зазвучал явный укор. — Нельзя же так! Они ведь еще дети, школьницы.
— Они-то?! — возмутился собеседник. — Они вообще не люди, просто представители быдло-молодежи. Их недалекие родители не объясняли им, что — хорошо, а что — плохо. Их не воспитывали, а тупо откупались вещами. Теперь понятно, откуда у Паши депрессия, и немудрено, с такими вот «товарищами».
— Я явно переборщила, — вымученно вступила в разговор Катя, — просто не смогла сдержаться. И теперь они, наверно…
— Об этом не волнуйся, — небрежно махнул рукой староста. — Они на тебя не заявят, я немного пообщался с их родителями, рассказал об издевательствах над Пашей и его коме — они не хотят огласки. Однако, если в следующий раз решишь разобраться с какой-нибудь мразью, не лишним будет сначала согласовать со мной.
От облегчения девушка буквально растеклась по сиденью.
Праздник, как ни странно, дальше покатился веселее. Саша зажигательно пела под караоке и даже затянула подпевать именинника. Ольга притащила «Монополию» в коробке и нежные пирожные собственного производства — их умяли под игру на раз-два. Затем танцевали и дурачились, «случайно» теряли кубики и просили Милу найти. Нил продемонстрировал пару приемов самообороны, — их сразу отработали друг на друге, и пообещал научить Пашу защищаться. Потом старосте подвезли какую-то папку с документами, и он уединился в свободной комнате.
— Срочная работа, — недовольно буркнул Нил, — подпишу и вернусь.
Катя коварно ухмыльнулась и достала из сумочки найденную в парке ручку. Сегодняшняя драка сильно выбила из колеи, но она и так почти неделю ждала подходящей возможности. Ведь девушка уже знала, кто сидел той ночью в кустах. После Толиного рассказа она отнесла ручку Миле и попросила посмотреть владельца. Особой надежды не питала, как вдруг…
— Шутишь? — почти сразу воскликнула экстрасенс. — Эта вещь — Нила.
Глава 14. А земля-то круглая
— Чертова пробка! И как назло — именно сегодня! — Катя ерзала на переднем сиденье и пыталась выискать просвет в бесконечном потоке машин. Но его не было — они вплелись наглухо. Через двадцать минут начиналось компьютерное тестирование, а тут — засада на дороге. И по обочине не объехать — ограничители стоят. Хоть выскакивай и беги по снегу. Она закусила нижнюю губу — так бы и поступила, но ведь не поможет, там по колено, да и до больницы, где у них кафедра хирургии, еще далеко. Холодными трясущимися руками она извлекла телефон и сверилась — осталось всего семнадцать минут. А транспорт впереди так и не шелохнулся.
Саша отпустила руль, слегка откинулась назад и сомкнула веки. Она что, не выспалась?
Катя отчетливо представила, как вбегает на кафедру, а одногруппники уже сдали тесты и вышли. Понятное дело, для нее одной компьютеры включать не будут, сразу пошлют на пересдачу. И прощай стипендия. От этой ожившей в голове картинки степень волнения моментально возросла в несколько раз, и девушка еще неистовей задергалась на сиденье.
— Прекрати это делать! — внезапно справа раздался Сашин сосредоточенный голос. Глаза при этом у нее так и оставались закрытыми.
— Что? Ты о чем?! — вопросы прозвучали особенно нервно.
— О твоем настрое на опоздание, — спокойно ответила подруга. — Я никак не могу перебороть его и разрулить пробку. Что такое случайная интенция, помнишь?
— Хочешь сказать, что авария впереди из-за меня произошла? — психанула опаздывающая пассажирка и, повысив голос, почти прокричала, — Но это же полная чушь!
— Конечно, не из-за тебя, — целительница никак не отреагировала на выпад. — Просто один водитель куда-то спешил, подрезал другого — в итоге три автомобиля поцеловались. Никто серьезно не пострадал, но образовалась воронка. Люди в машинах злятся, многие опаздывают на работу, и вихрь раскручивается все больше, притягивая и вовлекая в круговорот новые жертвы. После того, как она нажрется и распухнет донельзя, сразу схлопнется, и все разъедутся. Но лучше оставить энергию себе, чем прикармливать эту ненасытную структуру.
— Ты можешь видеть и такие вещи? — от удивления беспокойство ушло на второй план.
— Лишь иногда, — Саша открыла глаза и строго посмотрела в упор. — Просто нужно понять, что переживать и накручивать себя бессмысленно и даже вредно для энергетики. Не в твоих силах физически повлиять на ситуацию, зато можно разрулить ее по-другому: просто расслабься и представь, что сегодня удачно сдашь свои тесты, а потом и экзамен.
Катя хотела возмутиться, что, мол, как это оставаться спокойным, когда опаздываешь, но вдруг отчетливо осознала, что подруга абсолютно права. Да, зря она забросила практики, стоит вот так лишь чуть-чуть приотпустить себя, забыться, и сразу начинаешь вестись на подобные провокации. Девушка пару раз глубоко вздохнула и последовала совету, а потом, кажется, даже задремала: шутка ли — всю ночь к экзамену готовиться. Сквозь сон ей показалось, что машина плавно двинулась с места…
— Просыпайся! Приехали! — пришла в себя от того, что подруга тормошила ее за плечо. Выскочила из транспорта и рванула в здание больницы. Уже поднимаясь на лифте, с внутренним трепетом бросила взгляд на часы — 9.49, и ощутила острый укол разочарования. Глубоко внутри она надеялась волшебным образом успеть, но по факту — опоздала почти на час; а когда нырнула в коридор и увидела своих одногруппников у кабинета — видимо, уже сдававших тесты, ее накрыло холодной волной страха.
Вика помахала рукой:
— Ну ты и рискованная, так опаздывать. Но мы еще и не начинали, с техникой сбой какой-то.
Девушка облегченно выдохнула.
Когда через два часа, довольная и счастливая, она спускалась по лестнице в холл здания, то у входа с размаху налетела на какого-то больного. Сама виновата — вперед нужно смотреть, а не пялится с глупой улыбкой на разворот зачетки, любуясь еще одной пятеркой в коллекции. Покачнувшись при столкновении, парень все же с трудом удержался на костылях.
— Извините! — быстро спрятав зачетку, перевела взгляд на пациента перед собой, точнее, на его правую ногу в гипсе, потом на лицо… И в ту же секунду инстинктивно отпрыгнула назад, — Катя мгновенно его узнала. Анатолий тоже растерялся, а потом как-то весь сжался и виновато потупил глаза. Да, это был тот самый бандит из парка, который хотел их с Антоном раздеть и ограбить. И, пока ее мысли панически метались между желанием заорать, рвануть наверх и проскочить мимо, он заговорил сдавленным голосом:
— Извините за тот случай в парке, я вел себя как подонок…
Девушка ошарашено выпучилась на него. Она давно заметила — медицинский халат зачастую наделяет своего владельца способностями, сродни магическим. Люди вокруг быстро переходят на уважительное «Вы», в речи проскальзывают заискивающие нотки, а во взгляде чуть ли не поклонение читается. Но вот чтобы так сразу…
— И как это получилось? — ляпнула первое, что пришло в голову, кивнув на гипс.
Анатолий тяжело вздохнул, а следом счастливо улыбнулся:
— Это той ночью и произошло, я же при Вас упал… Пойдемте в холл, расскажу, — и он заковылял к диванам. Катя автоматически двинулась следом. У нее зародилось нездоровое подозрение, что он собирается обвинить ее в своей травме и отсудить что-нибудь. Как-то неестественно вот так широко улыбаться со сломанной ногой.
— Это Бог меня уберег, — выдал он на ходу.
— Что? — не поняла девушка.
Больной сел, положил рядом костыли и продолжил:
— Я ведь год как институт бросил, попал в плохую компанию — и понеслось: тусовки, клубы, легкие наркотики, проигрыши в казино. Сначала у родителей деньги тянул, потом на мелкие грабежи перешел…
Тем временем Катя стянула халат и начала переобуваться.
— Когда в больницу меня привезли, то сразу прооперировали. Сказали, что коленка сильно раздроблена, такое долго заживает, а потом все равно хромота остается, — он машинально погладил гипс на ноге. — Я сначала на весь мир зол был — ведь с детства спортом увлекался, даже турниры выигрывал, а тут… почти инвалид. Но недавно пересмотрел свою жизнь и понял: если бы не это — сидеть мне уже в тюрьме или в подворотне со шприцем валяться. В голове словно туман рассеялся.
— А как… как этот перелом получился? — медленно дозрела девушка. — Ты ведь поскользнулся и на спину упал.
— То-то и оно! — обрадовался вопросу собеседник. — Я не поскальзывался — что-то с силой врезалось мне в коленку. Да так, что раздробило кости.
— ?!
— Ага! — торжественно объявил Анатолий. — В том-то и дело! Врачи сказали, что у меня травма как от удара небольшим предметом. Но никто бы не смог с такой скоростью и точностью кинуть камушек. Да и кроме нас четверых там и не было никого. Явно Господь сжалился и остановил меня этим. Вот, я даже покрестился недавно. — И он продемонстрировал нательный крестик.
Катя была обескуражена. Идею Бога, она, понятное дело, проигнорировала. Скорее уж, метеорит с неба упал, да прямиком в ногу бандита угодил. А еще вероятней, кто-то в кустах прятался и помог им. Хотя… деревья уже без листьев были, где там прятаться?
Она запихнула сменку в пакет и сразу увидела Сашу — та бодро шагала к ним через вестибюль.
— Ну что, тебя можно поздравить с успешной сдачей? — спросила, приблизившись. Получив кивок, перевела взгляд на Толю. — А это кто?
Через двадцать минут девушки сели в машину.
— Пока ты в туалет бегала, я с твоим знакомым переговорила, — почему-то смеясь, выдала целительница. — Взялась его вылечить.
— Зачем это? — удивилась Катя.
— Да просто так, — Саша завела мотор.
— А чего тогда ржешь? — с подозрением уставилась на подругу.
— Поражаюсь, как, однако, проняло человека! Спросил даже, крещеная ли я. Боится, что моя сила не от Бога, — целительница ловко вырулила со стоянки. — Меня еще при рождении крестили, надеваю иногда крестик на сеансы — у верующих лечение быстрее идет. А прабабка моя и вовсе его не снимала, в церковь ходила, да весь дом иконами был заставлен. — Они выехали на трассу. Она болтала что-то еще, но Катя обдумывала загадку о Толиной коленке. Прям мистика какая-то…
— Ручка, — неожиданно бодро выдал В.Д, — которую ты подобрала на той полянке и себе прикарманила. Ну, когда с Сашей зажигалку ходили искать… Пусть ваша экстрасенс посмотрит, кто ее потерял.
Катя вздрогнула: она уже отвыкла от подобных диалогов, но, как обычно, идею тот подкинул отличную. Теперь оставалось только уговорить Милу…
Глава 15. Ярость должна охлаждаться Волей
Не прошло и недели…
Вот уже два часа девушка мерила шагами обезьянник. Раньше она казалась себе добропорядочной и, как полагается законопослушному гражданину, — в меру трусливой. А тут словно в голове перемкнуло. Ярость постепенно рассеивалась — руки по-прежнему подрагивали, но теперь уже от страха, накатывающего удушливыми волнами. И что теперь будет? Она только что избила двух школьниц: одну повалила на землю и от души отпинала ногами, а вторую схватила за волосы и пару раз приложила о лавку. Хотя даже не пару — раз восемь — десять точно было. Хорошо хоть, что их одноклассник избежал расправы — бросил подруг и рванул подальше. Когда оглянулась, чтобы ему вдарить, — подлеца уже и след простыл.
А ведь все так хорошо начиналось! Они заранее продумали план торжества: с утра украсили гостиную в Сашином доме, заказали большой торт, выяснили у Пашиной мамы, о чем тот мечтает и купили офигительный подарок. Хотели порадовать, устроив сюрприз, показать, что у него есть настоящие товарищи.
С утра Катя отстрелялась в институте, потом заскочила Саша и они поехали за Пашей. Накануне парня выписали из больницы, и сегодня он первый день вышел в школу. Его мама думала, что пойти туда в свой день рождения — хорошая идея, что поздравления и поддержка одноклассников будут способствовать выздоровлению… ну те и «не подкачали».
В первое мгновение Кате показалось, что стоящие рядом — Пашины друзья.
Во второе мгновение эти «друзья» вытряхнули на снег содержимое его рюкзака, и начали рвать тетради и топтать учебники. Их было трое — две школьные девахи и прыщавый подросток.
— Днюха у него седня, — ржала белобрысая курва, смачно сплевывая пожеванную резинку в уже опустевший рюкзак Павла. — Держи подарочек!
— Прикинь, — вторил ей малолетний урод, — это кривое чмо уже девятнадцать лет нашу землю топчет…
— Не понял в прошлый раз, да? — третья девка толкнула Пашу. Он, не удержавшись, упал на лед и закрыл руками лицо. — Мы все хотим лишь одного, — чтобы ты поскорее сдох!
Катя замерла, а потом сорвалась с места. Эти ухмылки, подначки… эта травля… все было так знакомо! Дальше она запомнила плохо. Вроде сначала толкнула ближайшую гадину, и, когда та упала, начала нещадно пинать ногами. Тварь была в шубке, это ее и спасло.
«Тук… тук… тук…» — стучал в голове пульс, пока Катя, схватив вторую сучку за волосы, снова и снова окунала ее головой в лавку, разбрызгивая на снег гроздья ярко-красной рябины. Внутри огненным вихрем бушевала Ярость, застилая глаза черными пятнами.
Кто и как оттаскивал в сторону, не сохранилось в сознании. Она не сопротивлялась — лишь отбросила выдранные черные лохмы и замерла в оцепенении. Подъехала скорая, милиция…
— Надо же! Так сорваться… — пожаловалась девушка решетке перед собой и снова заходила туда-сюда по камере, — не хочу даже думать, что теперь будет…
— Так вот и не думай, — ответил В.Д. — И, если честно, я однажды видел, как ты похуже пацана отдубасила, но, — он на секунду задумался, — тогда ты действовала осмотрительней: прикрывала лицо и сбежала до приезда милиции. Только потом кровь с пальто оттирать пришлось…
Дама не первой свежести, разодетая, как проститутка, зашевелилась в углу и пьяненько простонала:
— Ох… ой… не мельтешите так… моя голова… и тошнит… хватит уже болтать…
В.Д вздрогнул и исчез, а Катя остановилась и прислушалась — из коридора донеслись голоса. Потом лязгнула дверь, и сквозняк всколыхнул воздух, смешивая резкий запах хлорки с железом и вонючим телом.
— Екатерина… как тебя там? — мент вставил ключ в массивный железный замок. — На выход!
Ей сунули на подпись какую-то бумажку, и Нил, взяв под локоть, отвел к машине. На заднем сиденье ее уже ждала Мила. Выдохнула:
— Ты как?!
— Нормально… — жалобно проскулила девушка и обхватила себя руками.
— Ну, ты и учудила! — начал староста, когда они отъехали. — Не ожидал от тебя такого жесткача. — Катя еще больше скукожилась и потеряла глаза в спинке переднего кресла. — В общем, молодец!
Девушка растерялась и удивленно захлопала ресницами. Странно, но из его уст это выглядело, скорее, как похвала, чем ехидное замечание. Неужели… И Нил подтвердил догадку:
— Отлично начистила таблоид этой (тут он выдал нецензурное слово на «б» из семи букв) в короткой юбке, даже нос расквасила. Да и вторую ведьму тоже неплохо потрепала: итог — пара сломанных ребер и множественные ушибы. Раньше думал, что ты труслива. Да и я обычно дела по-другому решаю, но эти только так и понимают.
— Нил! — в голосе Милы зазвучал явный укор. — Нельзя же так! Они ведь еще дети, школьницы.
— Они-то?! — возмутился собеседник. — Они вообще не люди, просто представители быдло-молодежи. Их недалекие родители не объясняли им, что — хорошо, а что — плохо. Их не воспитывали, а тупо откупались вещами. Теперь понятно, откуда у Паши депрессия, и немудрено, с такими вот «товарищами».
— Я явно переборщила, — вымученно вступила в разговор Катя, — просто не смогла сдержаться. И теперь они, наверно…
— Об этом не волнуйся, — небрежно махнул рукой староста. — Они на тебя не заявят, я немного пообщался с их родителями, рассказал об издевательствах над Пашей и его коме — они не хотят огласки. Однако, если в следующий раз решишь разобраться с какой-нибудь мразью, не лишним будет сначала согласовать со мной.
От облегчения девушка буквально растеклась по сиденью.
Праздник, как ни странно, дальше покатился веселее. Саша зажигательно пела под караоке и даже затянула подпевать именинника. Ольга притащила «Монополию» в коробке и нежные пирожные собственного производства — их умяли под игру на раз-два. Затем танцевали и дурачились, «случайно» теряли кубики и просили Милу найти. Нил продемонстрировал пару приемов самообороны, — их сразу отработали друг на друге, и пообещал научить Пашу защищаться. Потом старосте подвезли какую-то папку с документами, и он уединился в свободной комнате.
— Срочная работа, — недовольно буркнул Нил, — подпишу и вернусь.
Катя коварно ухмыльнулась и достала из сумочки найденную в парке ручку. Сегодняшняя драка сильно выбила из колеи, но она и так почти неделю ждала подходящей возможности. Ведь девушка уже знала, кто сидел той ночью в кустах. После Толиного рассказа она отнесла ручку Миле и попросила посмотреть владельца. Особой надежды не питала, как вдруг…
— Шутишь? — почти сразу воскликнула экстрасенс. — Эта вещь — Нила.
