Нокс принял аргументацию к сведению и приступил к выполнению программы: ел размеренно, без спешки, но без пауз.
Мрак подошёл к печке, проверил регулировку клапана. На время его отсутствия печь должна была работать в минимальном, но стабильном режиме. Дома всё должно быть как обычно.
Потом сел на кровать и достал жетон. Холодный металл лёг в ладонь знакомым, почти родным ощущением.
ОБЪЕКТ: Полицейский жетон (УСТАР.)
ДОСТУП К БАЗЕ ДАННЫХ: Ограничен / Запрос заблокирован
Он поморщился. Не изза жетона — изза того, что Система контролировала все мелочи.
Если протоколы когданибудь изменятся, кругляш, возможно, снова чтото подскажет. Если нет — останется просто привычным грузом во внутреннем кармане.
ОКНО ПЕРЕХОДА: 05:15:02
Вспышка памяти пришла коротко: та же комната, пустая миска, он сам — на койке, наполовину в бинтах, с потухшим интерфейсом. Тогда он вернулся через сорок шесть часов. Система долго латала интерфейс и тело, проверяла, не проскочило ли внутрь ничего лишнего.
Ноксу тогда не отходил от него. Лежал всё время рядом, мурчал. Для него «46 часов» значили не только задержку кормления.
Система записала это как «расширенное время операции в пределах допустимого». Кот записал как «опоздал на один цикл, но живой».
Мрак поднялся.
— Ладно, Черныш, — сказал он. — Дальше сам. Не пускай никого, кто приходит без еды.
Кот дёрнул ухом и сделал вид, что команды не касаются его должностных обязанностей.
Мрак щёлкнул замком, вышел в коридор и осторожно прикрыл дверь. Замок пикнул тихо, как будто тоже понимал, что отработал свою часть сценария.
Лестничная площадка встретила его тем же запахом: влажный бетон, чужая еда, нагревшиеся до предела провода. Гдето сверху капало — то ли с крыши, то ли из трещины в трубе. В Абаддоне источник влаги редко имел значение.
Он на секунду задержался у косяка.
Математика с миской и водой была хороша до тех пор, пока всё шло по плану. Нокс не умел вскрывать консервы и подключать канистры к поилке. Для Системы он числился «животным психоподдержки». Для Мрака — тем, кто не должен умереть изза чужой невнимательности.
Можно было сдать кота в Цитадель на время операции. Но у него был более простой и надёжный вариант.
Через пару дверей жила Мария. Интерфейс обозначал её сухо:
ОБСЛУЖИВАЮЩИЙ ПЕРСОНАЛ, НИЖНИЙ УРОВЕНЬ ДОПУСКА
Для него она была просто соседкой, которая иногда задерживалась в коридоре на лишние пару фраз.
Както раз она сама предложила: если его гдето задержат, может заглядывать и кормить кота. Он не стал спорить. Запасной ключ перекочевал к ней. И схема стала частью быта.
Он достал из внутреннего кармана небольшой бумажный блокнот — почти анахронизм в мире ТИметок — и вырвал узкую полоску. Прикрылся корпусом от камеры в углу — скорее по инерции, чем всерьёз. Система и так знала, что он делает.
Пару секунд подбирал слова.
Написал:
«Мария, уйду в командировку примерно на 36 часов. Покормишь Черныша? Корм и вода — на кухне, поилка уже подключена.
Спасибо. Марк.»
Свернул записку пополам, вытащил из кармана узкую полоску клейкой ленты и приклеил бумагу под дверным глазком Марии — так, чтобы та не пропустила её, выходя на смену.
Интерфейс честно зафиксировал его бытовую импровизацию:
ЛИЧНАЯ ЗАПИСЬ: Дополнительное обеспечение ресурса
— КОНТАКТ: Мария (Соседка, обслуживающий персонал)
— ЗАДАЧА: Кормление животного психоподдержки (Нокс), 1 раз в сутки
Он бросил короткий взгляд на свою дверь. Готов. Потом развернулся и пошёл вниз, обратно в цитадель, к станции Rкласса.
3
Станция Р/Скласса была не столько местом, сколько фильтром. Снаружи — такой же бетонный мешок с путём и платформой, как десятки других. Внутри — другие правила.
Над входом висела табличка с эмблемой рифтеров. Под ней — сухая надпись:
ТРАНЗИТНЫЙ УЗЕЛ Р/С
Никаких ярких вывесок, никакой торговли. Только арки сканеров и серые бронированные фигуры по бокам. Для обычных жителей эта станция была чемто вроде городского слуха: все знали, что она гдето есть, но мало кто видел её изнутри.
Интерфейс подсветил справку:
УЗЕЛ Р/СКЛАССА
— НАЗНАЧЕНИЕ: Вспомогательный транзитный узел
— ПРИВЯЗКА: Региональный узел «СЕКТОР ВЮ4»
— ДОСТУП: Только Р, и Склассы, сервисные юниты
ВЮ4. ВостокЮг4. В отчётах это будет одной строкой, рядом — графа потерь. Системе этого достаточно, чтобы понять, где именно она стирает людей с карты.
Мрак пересёк площадку перед входом, ощутил под ногами знакомое шершавое покрытие против скольжения и шагнул под первую арку. Внутри тонко щёлкнул магнитный замок, по коже пробежал лёгкий холодок.
Тактический интерфейс синхронизировался с узлом:
МАРК
— ТЕГ: 7A4K2019
— КЛАСС: Р7 / Рифтер
— ДОСТУП: Разрешён
Один из бойцов у входа — тот, что выглядел чуть старше и носил под шлемом мешки под глазами — кивнул ему коротко. Не как человеку, а как узлу штатного процесса.
— Подтвердите свою личность, — спросил он скорее для протокола, специалистов его класса на всю цитадель были единицы.
— Марк. ТЕГ: 7A4K2019, класс Р7, — подтвердил Мрак.
— Подтверждаю. — Сказал боец. — Удачи.
Его «удачи» звучало как обязательная строка в конце инструкции. Для него это был обычный рабочий день.
ОКНО ПЕРЕХОДА: 04:58:03
Вагон, ожидавший на станции, отличался от обычных городских составов так же, как хирургический инструмент отличается от столового ножа. Низкий, плотный, с усиленной обшивкой. Узкие вертикальные щели вместо окон — больше для приличия, чем для обзора. Внутри — два ряда крепких кресел по бортам и металлический решётчатый пол.
Вагон уже был наполовину занят. Несколько рифтеров — широкие плечи, экономные движения, одинаковый прищур людей, которые слишком часто видят, как мир заканчивается. Между ними — техперсонал в серых комбинезонах, с маркированными ящиками:
«УСИЛИТЕЛЬ РАЗРЫВА / УР3»
«СТАБИЛИЗИРУЮЩИЙ КОНТУР / МОДУЛЬ 2B»
Мрак сел ближе к выходу, спиной к стене. Ремень захлестнул грудь, защёлкнулся с тихим, лишённым эмоций щелчком.
Двери сомкнулись. Металл под ногами тяжело вздохнул, вагон тронулся.
МАРШРУТ: «ЦИТАДЕЛЬ. Узел Ркласса» > «ЩИТ. ВЮ»
— ПРИБЛИЗИТЕЛЬНОЕ ВРЕМЯ В ПУТИ: 00:06:52
— ОКНО ПЕРЕХОДА: 04:51:14
— Говорят, транзиты теперь держат на отдельных линиях питания, — негромко заметил ктото слева. — Пока вся остальная Цитадель мигает, они должны быть идеальными, как сводка у аналитиков. На бумаге — идеальная линия, внизу — разрывы и потери.
— Где ты у них совесть видел? — Устало отозвался другой, не поднимая глаз. — Одни допуски по статистике.
— Тоже верно.
Разговоры в вагоне больше напоминали обмен примечаниями к протоколу, чем диалоги. Никто не спрашивал: «Куда ты?» — всем и так были видны строки чужих профилей на своих интерфейсах: класс, статус, активные операции. Прозрачность здесь была не опцией, а частью страховки.
Мрак смотрел в узкую щельокно. За ней темнели стены тоннеля, время от времени пересечённые квадратами световых ниш. Ни города, ни людей. Только бетон и металл — два материала, из которых Система собирала себе органы.
СПРАВКА: Хаб «Щит ВЮ»
— ФУНКЦИЯ: Обслуживание операций в разрывах
— СОСТАВ: Переходные рампы, медблоки, хранилища, сервисные модули
— ДОСТУП: ОГРАНИЧЕН (Ркласс, С класс, сервисные юниты)
Когда вагон остановился, двери открылись в пространство, где воздух пах не людьми, а пустотой. Хаб был вылизан до стерильности — чтобы ничто не мешало главной функции: запускать людей в разрывы и вытаскивать тех, кого ещё можно собрать обратно.
Коридор к зоне хранения был прямым и слишком светлым. Стены — гладкий композит, пол — с разметкой: стрелки к разным секторам — «МЕДБЛОК», «ХРАНИЛИЩЕ», «РАМПЫ», «СЕРВИС».
СЕКТОР: Хранилище личного имущества Ркласса
Ряды металлических ячеек тянулись вдоль стен, как аккуратные соты. У каждой — маленький экран с меткой и замками.
Он нашёл свой блок и провёл ладонью по сканеру.
ЯЧЕЙКА 27B
СТАТУС: Свободна
НАЗНАЧЕНИЕ: Марк. ТЕГ: 7A4K2019 / Р7
Металлическая дверца щёлкнула и ушла в сторону. Внутри — пустой объем и холодный воздух, пахнущий тем же «ничем», чем весь Хаб.
Он сложил внутрь:
— серую куртку;
— карточку жителя — его город, его счёт, его лицо;
— жетон — круглый, формально бесполезный, но упрямо существующий;
— рюкзак с мелочами, нужными в городе и абсолютно лишними там, где нет улиц.
Через разрыв всё это всё равно не пронести. Система пропускала только профиль и встроенные модули. Остальное здесь аккуратно укладывали в металлические ульи до тех пор, пока владельца не зачеркнут в статистике.
ЯЧЕЙКА 27B
— СОДЕРЖИМОЕ: Зафиксировано
— ДОСТУП: Только для профиля класса Р7 / Марк. ТЕГ: 7A4K2019
— СРОК ХРАНЕНИЯ: До завершения операции
Следующая остановка — медблок.
В коридоре к медблоку было непривычно тихо. Слишком много гладких стен и слишком мало людей. В таких местах звук собственных шагов начинал казаться громче, чем хотелось бы.
Возле поворота, у автоматического кулера с водой, стоял ещё один рифтер. Высокий, жилистый, с седыми прядями в коротких волосах и лицом человека, который слишком давно не удивлялся ничему. Куртка того же серого образца, что и у Мрака, только потерта сильнее. На груди — нашивка «Р-9».
Старший.
СУБЪЕКТ: Рифтер Р-9
— СТАЖ ОПЕРАЦИЙ: > 120
— СТЕПЕНЬ ЭФФЕКТИВНОСТИ: Высокая
Он подбросил в ладони пластиковый стаканчик, поймал, не глядя, и скользнул взглядом по тегу Мрака.
— Р-7, Нулевая, — прочитал он. — Думал, после прошлой чистки туда ещё долго никого не пошлют.
— Очевидно, передумали, — ответил Мрак. — Или просто решили, что статистику надо выровнять.
Тот фыркнул.
— Статистика… — он сделал глоток воды. — Помнишь, как раньше называли такие сектора?
Мрак покачал головой. «Раньше» у него было отрезано, как кусок записи.
— «Свалки патчей», — подсказал старший. — То, что осталось после нескольких неудачных обновлений. Код не до конца стёрли, новый не до конца встал, люди посередине. Вот и получались такие симпатичные места.
Он говорил спокойно, без особого драматизма. Как о погоде.
— Ты давно? — спросил Мрак. — В Системе.
— Достаточно, чтобы забыть, откуда меня сюда перетащили, — пожал плечами тот. — Мелкие изолированные, краевые сектора, пара старых полигонов. Нулевых у меня было три. Твоя будет четвёртой. Если вернёшься — расскажешь, что изменилось.
— В отчёте написано: «разрыв класса БЗ7, нестабильность, подозрение на Искру», — сказал Мрак. — Ничего нового.
— В отчётах всегда написано «ничего нового», — усмехнулся Р9. — Пока туда не приходишь.
Он помолчал, потом добавил, уже тише:
— Бывают тихие Нулевые. Пустые. Как старые склады: стены есть, людей нет, физика цепляется за остатки правил. Бывают — как твоя: живые, с культом ядра и всякой дрянью. А бывают… — он повёл плечом, будто стряхивая воспоминание, — …такие, где ты не уверен, был ли ты когда-то человеком вообще.
— Весело, — констатировал Мрак.
— Весело — это когда тебя выкатывают в чистый ИЗ3, да ещё с группой, — отмахнулся тот. — А тут… Тут мы, по сути, ходячие отладчики. С теми же правами, что у мусорной сборки.
Он посмотрел на Мрака пристальнее, чем того хотелось.
— Скажи, Р-7, — спросил он. — Ты когданибудь задавался вопросом, сколько в тебе настоящего, а сколько — от патчей?
— В смысле? — Мрак вскинул бровь.
— В прямом. Мы все тут после чегото. Ктото после ранения, ктото после «цифровой адаптации», ктото вообще родился, уже находясь в симуляции. Система патчит нас так же, как эти сектора. Чтото отрезает, чтото дописывает. В какой момент «ты» заканчиваешься, и начинается чистый служебный код?
Мрак пожал плечами.
— Пока я сам нажимаю на спуск, а не она за меня — меня это устраивает, — сказал он.
— Хороший ответ, — кивнул Р-9. — Рабочий.
Он допил воду, смял стакан и аккуратно попал им в приёмный отсек кулера.
— Ладно, Р-7. Не задерживаю. У тебя Нулевая, у меня — старый изолированный кластер. Будем делать вид, что понимаем, зачем.
— А ты не понимаешь? — спросил Мрак.
Старший усмехнулся уголком рта.
— Я понимаю, что, пока мы работаем, у города есть свет, еда и дождь по расписанию, — ответил он. — А вот зачем всё это комуто ещё, кроме Системы… — он развёл руками. — Это уже не в моём классе допуска.
Он кивнул Мраку коротко — как равному по ремеслу, хоть и младшему по цифре, — и ушёл по коридору к другому сектору.
Медблок был теснее и функциональнее. Пара креселкапсул, два открытых стола с инструментами, несколько прозрачных экранов, где бежали графики: давление, пульс, активность имплантов.
Медтехник был один — человек среднего возраста с лицом того, кто ночует больше в Хабе, чем в квартире. Он поднял глаза, когда дверь зашипела.
— Р7, Нулевая, — прочитал он инфостроку на ТИ. — Без доп.психо?
— Без, — подтвердил Мрак.
— Упрямые вы, Рсемь, — вздохнул медик. — Садись.
Он опустился в креслокапсулу. Металлическая дуга сомкнулась вокруг головы и груди. Внутри тихо загудело.
СКАНИРОВАНИЕ ОРГАНИКИ: В ПРОЦЕССЕ...
По телу прошёл лёгкий зуд, как от мелкой пилы по кости. Интерфейс заполнился полосами и цифрами.
СОСТОЯНИЕ СУБЪЕКТА
— СЕРДЕЧНОСОСУДИСТАЯ СИСТЕМА: В норме
— ДЫХАТЕЛЬНАЯ СИСТЕМА: В норме
— СОСТОЯНИЕ МЫШЕЧНЫХ ТКАНЕЙ: Лёгкие хронические перегрузки (ДОПУСТИМО)
— ИНТЕРФЕЙС НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ: Стабилен
— СОВМЕСТИМОСТЬ С МОДУЛЯМИ: Подтверждена
— Если хочешь, — сказал медик, не отрывая взгляда от панели, — могу добавить лёгкий модуль стабилизации сна. После Нулевой голова не всегда сразу соглашается, что ты уже вернулся.
— Для этого у меня есть Нокс, — ответил Мрак. — Личный якорь. Работает лучше модулей.
Медик усмехнулся.
— Коты эффективнее любых наших протоколов, — согласился он.
— Подушки мешают вставать, — добавил Мрак. — Вставать нужно быстро.
— Как скажешь, — пожал плечами медтехник. — Пишем: «отказ от доп.психо по желанию субъекта». Твоя крыша — тебе и чинить, если поедет.
Капсула щёлкнула и отъехала. Интерфейс подвёл итог:
МЕДОСМОТР: Пройден
— ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ПСИХОСТАБИЛИЗАЦИЯ: Отклонена (По заявке оператора)
ПРОТОКОЛ ПЕРЕХОДА В РАЗРЫВ
— ЭТАП 1: Фиксация личного имущества — ВЫПОЛНЕНА
— ЭТАП 2: Медосмотр — ВЫПОЛНЕН
— ЭТАП 3: Подтверждение готовности оператора — ОЖИДАНИЕ
— Физически — годен, — заключил медик. — Психически — как и весь Ркласс — словно годен. Удачи.
Мрак ничего не сказал, просто кивнул в ответ и вышел.
ОКНО ПЕРЕХОДА: 04:31:40
До внешнего поезда вёл ещё один короткий коридор. Без людей, без лишних дверей — только стрелка и надпись: ПЕРЕХОД НА ПОВЕРХНОСТЬ.
Второй состав выглядел проще и грубее. Один длинный вагон, широкие окна. Внутри — жёсткие сиденья, крепления для ящиков, несколько пустых кронштейнов для мобильных стабилизаторов климата.
МАРШРУТ: «Хаб "ЩИТ ВЮ"» > Региональный узел «СЕКТОР ВЮ4»
ПРИБЛИЗИТЕЛЬНОЕ ВРЕМЯ В ПУТИ: 03:02:17
ОКНО ПЕРЕХОДА: 04:29:12
Почти три часа. Достаточно, чтобы город за спиной остыл, а мысли успели сделать пару кругов по старым шрамам.
Вагон был полупустым. Пара техников ближе к середине, один Р5 с забинтованной рукой, дремлющий, уронив голову. Остальное пространство занимали воздух и равномерный гул.
Поезд дёрнулся и пополз вперёд. Сначала — привычный подземный тоннель: бетон, ниши, лампы ровным белым светом. Потом угол наклона чуть изменился, в ушах щёлкнуло давление.
Мрак подошёл к печке, проверил регулировку клапана. На время его отсутствия печь должна была работать в минимальном, но стабильном режиме. Дома всё должно быть как обычно.
Потом сел на кровать и достал жетон. Холодный металл лёг в ладонь знакомым, почти родным ощущением.
ОБЪЕКТ: Полицейский жетон (УСТАР.)
ДОСТУП К БАЗЕ ДАННЫХ: Ограничен / Запрос заблокирован
Он поморщился. Не изза жетона — изза того, что Система контролировала все мелочи.
Если протоколы когданибудь изменятся, кругляш, возможно, снова чтото подскажет. Если нет — останется просто привычным грузом во внутреннем кармане.
ОКНО ПЕРЕХОДА: 05:15:02
Вспышка памяти пришла коротко: та же комната, пустая миска, он сам — на койке, наполовину в бинтах, с потухшим интерфейсом. Тогда он вернулся через сорок шесть часов. Система долго латала интерфейс и тело, проверяла, не проскочило ли внутрь ничего лишнего.
Ноксу тогда не отходил от него. Лежал всё время рядом, мурчал. Для него «46 часов» значили не только задержку кормления.
Система записала это как «расширенное время операции в пределах допустимого». Кот записал как «опоздал на один цикл, но живой».
Мрак поднялся.
— Ладно, Черныш, — сказал он. — Дальше сам. Не пускай никого, кто приходит без еды.
Кот дёрнул ухом и сделал вид, что команды не касаются его должностных обязанностей.
Мрак щёлкнул замком, вышел в коридор и осторожно прикрыл дверь. Замок пикнул тихо, как будто тоже понимал, что отработал свою часть сценария.
Лестничная площадка встретила его тем же запахом: влажный бетон, чужая еда, нагревшиеся до предела провода. Гдето сверху капало — то ли с крыши, то ли из трещины в трубе. В Абаддоне источник влаги редко имел значение.
Он на секунду задержался у косяка.
Математика с миской и водой была хороша до тех пор, пока всё шло по плану. Нокс не умел вскрывать консервы и подключать канистры к поилке. Для Системы он числился «животным психоподдержки». Для Мрака — тем, кто не должен умереть изза чужой невнимательности.
Можно было сдать кота в Цитадель на время операции. Но у него был более простой и надёжный вариант.
Через пару дверей жила Мария. Интерфейс обозначал её сухо:
ОБСЛУЖИВАЮЩИЙ ПЕРСОНАЛ, НИЖНИЙ УРОВЕНЬ ДОПУСКА
Для него она была просто соседкой, которая иногда задерживалась в коридоре на лишние пару фраз.
Както раз она сама предложила: если его гдето задержат, может заглядывать и кормить кота. Он не стал спорить. Запасной ключ перекочевал к ней. И схема стала частью быта.
Он достал из внутреннего кармана небольшой бумажный блокнот — почти анахронизм в мире ТИметок — и вырвал узкую полоску. Прикрылся корпусом от камеры в углу — скорее по инерции, чем всерьёз. Система и так знала, что он делает.
Пару секунд подбирал слова.
Написал:
«Мария, уйду в командировку примерно на 36 часов. Покормишь Черныша? Корм и вода — на кухне, поилка уже подключена.
Спасибо. Марк.»
Свернул записку пополам, вытащил из кармана узкую полоску клейкой ленты и приклеил бумагу под дверным глазком Марии — так, чтобы та не пропустила её, выходя на смену.
Интерфейс честно зафиксировал его бытовую импровизацию:
ЛИЧНАЯ ЗАПИСЬ: Дополнительное обеспечение ресурса
— КОНТАКТ: Мария (Соседка, обслуживающий персонал)
— ЗАДАЧА: Кормление животного психоподдержки (Нокс), 1 раз в сутки
Он бросил короткий взгляд на свою дверь. Готов. Потом развернулся и пошёл вниз, обратно в цитадель, к станции Rкласса.
3
Станция Р/Скласса была не столько местом, сколько фильтром. Снаружи — такой же бетонный мешок с путём и платформой, как десятки других. Внутри — другие правила.
Над входом висела табличка с эмблемой рифтеров. Под ней — сухая надпись:
ТРАНЗИТНЫЙ УЗЕЛ Р/С
Никаких ярких вывесок, никакой торговли. Только арки сканеров и серые бронированные фигуры по бокам. Для обычных жителей эта станция была чемто вроде городского слуха: все знали, что она гдето есть, но мало кто видел её изнутри.
Интерфейс подсветил справку:
УЗЕЛ Р/СКЛАССА
— НАЗНАЧЕНИЕ: Вспомогательный транзитный узел
— ПРИВЯЗКА: Региональный узел «СЕКТОР ВЮ4»
— ДОСТУП: Только Р, и Склассы, сервисные юниты
ВЮ4. ВостокЮг4. В отчётах это будет одной строкой, рядом — графа потерь. Системе этого достаточно, чтобы понять, где именно она стирает людей с карты.
Мрак пересёк площадку перед входом, ощутил под ногами знакомое шершавое покрытие против скольжения и шагнул под первую арку. Внутри тонко щёлкнул магнитный замок, по коже пробежал лёгкий холодок.
Тактический интерфейс синхронизировался с узлом:
МАРК
— ТЕГ: 7A4K2019
— КЛАСС: Р7 / Рифтер
— ДОСТУП: Разрешён
Один из бойцов у входа — тот, что выглядел чуть старше и носил под шлемом мешки под глазами — кивнул ему коротко. Не как человеку, а как узлу штатного процесса.
— Подтвердите свою личность, — спросил он скорее для протокола, специалистов его класса на всю цитадель были единицы.
— Марк. ТЕГ: 7A4K2019, класс Р7, — подтвердил Мрак.
— Подтверждаю. — Сказал боец. — Удачи.
Его «удачи» звучало как обязательная строка в конце инструкции. Для него это был обычный рабочий день.
ОКНО ПЕРЕХОДА: 04:58:03
***
Вагон, ожидавший на станции, отличался от обычных городских составов так же, как хирургический инструмент отличается от столового ножа. Низкий, плотный, с усиленной обшивкой. Узкие вертикальные щели вместо окон — больше для приличия, чем для обзора. Внутри — два ряда крепких кресел по бортам и металлический решётчатый пол.
Вагон уже был наполовину занят. Несколько рифтеров — широкие плечи, экономные движения, одинаковый прищур людей, которые слишком часто видят, как мир заканчивается. Между ними — техперсонал в серых комбинезонах, с маркированными ящиками:
«УСИЛИТЕЛЬ РАЗРЫВА / УР3»
«СТАБИЛИЗИРУЮЩИЙ КОНТУР / МОДУЛЬ 2B»
Мрак сел ближе к выходу, спиной к стене. Ремень захлестнул грудь, защёлкнулся с тихим, лишённым эмоций щелчком.
Двери сомкнулись. Металл под ногами тяжело вздохнул, вагон тронулся.
МАРШРУТ: «ЦИТАДЕЛЬ. Узел Ркласса» > «ЩИТ. ВЮ»
— ПРИБЛИЗИТЕЛЬНОЕ ВРЕМЯ В ПУТИ: 00:06:52
— ОКНО ПЕРЕХОДА: 04:51:14
— Говорят, транзиты теперь держат на отдельных линиях питания, — негромко заметил ктото слева. — Пока вся остальная Цитадель мигает, они должны быть идеальными, как сводка у аналитиков. На бумаге — идеальная линия, внизу — разрывы и потери.
— Где ты у них совесть видел? — Устало отозвался другой, не поднимая глаз. — Одни допуски по статистике.
— Тоже верно.
Разговоры в вагоне больше напоминали обмен примечаниями к протоколу, чем диалоги. Никто не спрашивал: «Куда ты?» — всем и так были видны строки чужих профилей на своих интерфейсах: класс, статус, активные операции. Прозрачность здесь была не опцией, а частью страховки.
Мрак смотрел в узкую щельокно. За ней темнели стены тоннеля, время от времени пересечённые квадратами световых ниш. Ни города, ни людей. Только бетон и металл — два материала, из которых Система собирала себе органы.
СПРАВКА: Хаб «Щит ВЮ»
— ФУНКЦИЯ: Обслуживание операций в разрывах
— СОСТАВ: Переходные рампы, медблоки, хранилища, сервисные модули
— ДОСТУП: ОГРАНИЧЕН (Ркласс, С класс, сервисные юниты)
Когда вагон остановился, двери открылись в пространство, где воздух пах не людьми, а пустотой. Хаб был вылизан до стерильности — чтобы ничто не мешало главной функции: запускать людей в разрывы и вытаскивать тех, кого ещё можно собрать обратно.
***
Коридор к зоне хранения был прямым и слишком светлым. Стены — гладкий композит, пол — с разметкой: стрелки к разным секторам — «МЕДБЛОК», «ХРАНИЛИЩЕ», «РАМПЫ», «СЕРВИС».
СЕКТОР: Хранилище личного имущества Ркласса
Ряды металлических ячеек тянулись вдоль стен, как аккуратные соты. У каждой — маленький экран с меткой и замками.
Он нашёл свой блок и провёл ладонью по сканеру.
ЯЧЕЙКА 27B
СТАТУС: Свободна
НАЗНАЧЕНИЕ: Марк. ТЕГ: 7A4K2019 / Р7
Металлическая дверца щёлкнула и ушла в сторону. Внутри — пустой объем и холодный воздух, пахнущий тем же «ничем», чем весь Хаб.
Он сложил внутрь:
— серую куртку;
— карточку жителя — его город, его счёт, его лицо;
— жетон — круглый, формально бесполезный, но упрямо существующий;
— рюкзак с мелочами, нужными в городе и абсолютно лишними там, где нет улиц.
Через разрыв всё это всё равно не пронести. Система пропускала только профиль и встроенные модули. Остальное здесь аккуратно укладывали в металлические ульи до тех пор, пока владельца не зачеркнут в статистике.
ЯЧЕЙКА 27B
— СОДЕРЖИМОЕ: Зафиксировано
— ДОСТУП: Только для профиля класса Р7 / Марк. ТЕГ: 7A4K2019
— СРОК ХРАНЕНИЯ: До завершения операции
Следующая остановка — медблок.
***
В коридоре к медблоку было непривычно тихо. Слишком много гладких стен и слишком мало людей. В таких местах звук собственных шагов начинал казаться громче, чем хотелось бы.
Возле поворота, у автоматического кулера с водой, стоял ещё один рифтер. Высокий, жилистый, с седыми прядями в коротких волосах и лицом человека, который слишком давно не удивлялся ничему. Куртка того же серого образца, что и у Мрака, только потерта сильнее. На груди — нашивка «Р-9».
Старший.
СУБЪЕКТ: Рифтер Р-9
— СТАЖ ОПЕРАЦИЙ: > 120
— СТЕПЕНЬ ЭФФЕКТИВНОСТИ: Высокая
Он подбросил в ладони пластиковый стаканчик, поймал, не глядя, и скользнул взглядом по тегу Мрака.
— Р-7, Нулевая, — прочитал он. — Думал, после прошлой чистки туда ещё долго никого не пошлют.
— Очевидно, передумали, — ответил Мрак. — Или просто решили, что статистику надо выровнять.
Тот фыркнул.
— Статистика… — он сделал глоток воды. — Помнишь, как раньше называли такие сектора?
Мрак покачал головой. «Раньше» у него было отрезано, как кусок записи.
— «Свалки патчей», — подсказал старший. — То, что осталось после нескольких неудачных обновлений. Код не до конца стёрли, новый не до конца встал, люди посередине. Вот и получались такие симпатичные места.
Он говорил спокойно, без особого драматизма. Как о погоде.
— Ты давно? — спросил Мрак. — В Системе.
— Достаточно, чтобы забыть, откуда меня сюда перетащили, — пожал плечами тот. — Мелкие изолированные, краевые сектора, пара старых полигонов. Нулевых у меня было три. Твоя будет четвёртой. Если вернёшься — расскажешь, что изменилось.
— В отчёте написано: «разрыв класса БЗ7, нестабильность, подозрение на Искру», — сказал Мрак. — Ничего нового.
— В отчётах всегда написано «ничего нового», — усмехнулся Р9. — Пока туда не приходишь.
Он помолчал, потом добавил, уже тише:
— Бывают тихие Нулевые. Пустые. Как старые склады: стены есть, людей нет, физика цепляется за остатки правил. Бывают — как твоя: живые, с культом ядра и всякой дрянью. А бывают… — он повёл плечом, будто стряхивая воспоминание, — …такие, где ты не уверен, был ли ты когда-то человеком вообще.
— Весело, — констатировал Мрак.
— Весело — это когда тебя выкатывают в чистый ИЗ3, да ещё с группой, — отмахнулся тот. — А тут… Тут мы, по сути, ходячие отладчики. С теми же правами, что у мусорной сборки.
Он посмотрел на Мрака пристальнее, чем того хотелось.
— Скажи, Р-7, — спросил он. — Ты когданибудь задавался вопросом, сколько в тебе настоящего, а сколько — от патчей?
— В смысле? — Мрак вскинул бровь.
— В прямом. Мы все тут после чегото. Ктото после ранения, ктото после «цифровой адаптации», ктото вообще родился, уже находясь в симуляции. Система патчит нас так же, как эти сектора. Чтото отрезает, чтото дописывает. В какой момент «ты» заканчиваешься, и начинается чистый служебный код?
Мрак пожал плечами.
— Пока я сам нажимаю на спуск, а не она за меня — меня это устраивает, — сказал он.
— Хороший ответ, — кивнул Р-9. — Рабочий.
Он допил воду, смял стакан и аккуратно попал им в приёмный отсек кулера.
— Ладно, Р-7. Не задерживаю. У тебя Нулевая, у меня — старый изолированный кластер. Будем делать вид, что понимаем, зачем.
— А ты не понимаешь? — спросил Мрак.
Старший усмехнулся уголком рта.
— Я понимаю, что, пока мы работаем, у города есть свет, еда и дождь по расписанию, — ответил он. — А вот зачем всё это комуто ещё, кроме Системы… — он развёл руками. — Это уже не в моём классе допуска.
Он кивнул Мраку коротко — как равному по ремеслу, хоть и младшему по цифре, — и ушёл по коридору к другому сектору.
Медблок был теснее и функциональнее. Пара креселкапсул, два открытых стола с инструментами, несколько прозрачных экранов, где бежали графики: давление, пульс, активность имплантов.
Медтехник был один — человек среднего возраста с лицом того, кто ночует больше в Хабе, чем в квартире. Он поднял глаза, когда дверь зашипела.
— Р7, Нулевая, — прочитал он инфостроку на ТИ. — Без доп.психо?
— Без, — подтвердил Мрак.
— Упрямые вы, Рсемь, — вздохнул медик. — Садись.
Он опустился в креслокапсулу. Металлическая дуга сомкнулась вокруг головы и груди. Внутри тихо загудело.
СКАНИРОВАНИЕ ОРГАНИКИ: В ПРОЦЕССЕ...
По телу прошёл лёгкий зуд, как от мелкой пилы по кости. Интерфейс заполнился полосами и цифрами.
СОСТОЯНИЕ СУБЪЕКТА
— СЕРДЕЧНОСОСУДИСТАЯ СИСТЕМА: В норме
— ДЫХАТЕЛЬНАЯ СИСТЕМА: В норме
— СОСТОЯНИЕ МЫШЕЧНЫХ ТКАНЕЙ: Лёгкие хронические перегрузки (ДОПУСТИМО)
— ИНТЕРФЕЙС НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ: Стабилен
— СОВМЕСТИМОСТЬ С МОДУЛЯМИ: Подтверждена
— Если хочешь, — сказал медик, не отрывая взгляда от панели, — могу добавить лёгкий модуль стабилизации сна. После Нулевой голова не всегда сразу соглашается, что ты уже вернулся.
— Для этого у меня есть Нокс, — ответил Мрак. — Личный якорь. Работает лучше модулей.
Медик усмехнулся.
— Коты эффективнее любых наших протоколов, — согласился он.
— Подушки мешают вставать, — добавил Мрак. — Вставать нужно быстро.
— Как скажешь, — пожал плечами медтехник. — Пишем: «отказ от доп.психо по желанию субъекта». Твоя крыша — тебе и чинить, если поедет.
Капсула щёлкнула и отъехала. Интерфейс подвёл итог:
МЕДОСМОТР: Пройден
— ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ПСИХОСТАБИЛИЗАЦИЯ: Отклонена (По заявке оператора)
ПРОТОКОЛ ПЕРЕХОДА В РАЗРЫВ
— ЭТАП 1: Фиксация личного имущества — ВЫПОЛНЕНА
— ЭТАП 2: Медосмотр — ВЫПОЛНЕН
— ЭТАП 3: Подтверждение готовности оператора — ОЖИДАНИЕ
— Физически — годен, — заключил медик. — Психически — как и весь Ркласс — словно годен. Удачи.
Мрак ничего не сказал, просто кивнул в ответ и вышел.
ОКНО ПЕРЕХОДА: 04:31:40
***
До внешнего поезда вёл ещё один короткий коридор. Без людей, без лишних дверей — только стрелка и надпись: ПЕРЕХОД НА ПОВЕРХНОСТЬ.
Второй состав выглядел проще и грубее. Один длинный вагон, широкие окна. Внутри — жёсткие сиденья, крепления для ящиков, несколько пустых кронштейнов для мобильных стабилизаторов климата.
МАРШРУТ: «Хаб "ЩИТ ВЮ"» > Региональный узел «СЕКТОР ВЮ4»
ПРИБЛИЗИТЕЛЬНОЕ ВРЕМЯ В ПУТИ: 03:02:17
ОКНО ПЕРЕХОДА: 04:29:12
Почти три часа. Достаточно, чтобы город за спиной остыл, а мысли успели сделать пару кругов по старым шрамам.
Вагон был полупустым. Пара техников ближе к середине, один Р5 с забинтованной рукой, дремлющий, уронив голову. Остальное пространство занимали воздух и равномерный гул.
Поезд дёрнулся и пополз вперёд. Сначала — привычный подземный тоннель: бетон, ниши, лампы ровным белым светом. Потом угол наклона чуть изменился, в ушах щёлкнуло давление.
