Достав из-за пазухи аккуратно спрятанный в водонепроницаемый пакет сотовый, Савва приложил гаджет к уху.
- Да, да, Мкртыч Альбертович... Конечно...Сейчас буду... Да, так, показалось, что на Вашем берегу кто-то шарится...Да. Решил посмотреть.
Савва отключил телефон. И посмотрел на Анастасию.
- В целях нашей конспирации, я должен немного повременить с Вашим спасением,- извиняющимся тоном сообщил юноша. - Мне надо...вообщем... короче говоря...мне надо прокатить гостей на катере по речке. Вот. Вы же понимаете, что я как- бы на работе.
Анастасия выразительно подняла брови, изображая удивление.
- Савелий, ты мне только что втирал, что как- бы из-за меня устроился на эту работу.
Савва заерзал на скользкой лавке.
- Да, конечно. Но...не хотелось бы потерять эту работу. В принципе, она не так уж и плоха.
- Понятно,- обидчивым тоном ответила Анастасия и вновь посмотрела на берег. Из прибрежной грязи вылезла жабья голова с шевелящимися на ней хаотично утыканными скользкими отростками. Ичетик громко хрюкнул и гортанно заклекотал. Видимо тоже ищет Его.
- Извините,- голос Саввы вывел русалку из раздумий.- Не могли бы Вы...ненадолго...вернуться под воду. Чтобы не привлекать внимание...к себе.
Анастасия бросила на юношу неприязненный взгляд и, развернувшись без слов, скользнула по- змеиному через бортик лодки в воду. Савве лишь оставалось удивиться полному отсутствию звуков всплеска воды.
Юноша покрутил головой, ожидая увидеть появившуюся на поверхности девичью голову. Но его лодку окружали лишь растянутые сонные барашки вяло текущей реки и тянущаяся по ним вдоль русла бесконечная лунная дорожка.
Парень тяжело вздохнул и направил лодку к причалу с пришвартованным катером.
Оказавшись снова под водой, Анастасия ещё раз пристально вгляделась в черные воды вокруг. Его следящих за ней глаз не было видно. Вдруг русалку осенило- Он не может пройти установленные вдоль затоки сети!
С этой мыслью она аккуратно всплыла и развернулась в сторону уплывающего Саввы.
Вернулся голод. Чудовищный голод. Сводящий с ума. Надо было срочно его заглушить.
Анастасия усмехнулась сама себе. Это же надо было проявить столько силы воли, что не сожрать этого чудика. Вести с ним беседы. Спаситель! Вот умора. Но почему-то этот болтун тронул ее мертвое почерневшее сердце. Его не хотелось убивать.
Анастасия перевела взгляд на причал. Белый подсвеченный серебристым лунным светом маленький катерок мерно покачивался на лёгких волнах. А на причал перед ним из новогоднего дома высыпала компания гостей Мовсисяна вместе с ним самим.
Хозяина цеха по разливу машинного масла нельзя было перепутать ни с кем из его товарищей. Звонкая фамилия требовала эффектного прикида. Невысокая коренастая фигура владельца затоки была облачена в золотистый костюм и праздничную бумажную корону. В обеих руках он держал по длинной трубке фейерверков, размахивая ими, как дирижёр перед оркестром.
Мовсисян был окружён громко и пьяно смеющимися людьми, обвешаными слепяще отсвечивающей мишурой, но сам тесно льнул к высокой брюнетке со спадающими до пояса абсолютно прямыми волосами и очень странной фигурой вытянутой на дыбе утки: с огромной грудью и неестественно выпирающим, словно надутым, задом. Вся эта "женская красота" была фантастическим образом втиснута в обтягивающее платье, усыпанное переливающимися камушками.
Мовсисян и, по-видимому, его подружка сияли в лунном свете, как два попугая ара среди куропаток. Наверное, согласно требованию хозяев банкета гости обязаны были одеться, как можно невзрачнее, поскольку преимущественно темные тона одеяний просто терялись на ночном причале, даже несмотря на освещение одинокого прожектора к прицепленной к нему гирляндой.
Савелий подплыл к причалу, пришвартовал свою резиновую лодку у катера за кормой. И когда начал, забираться на деревянный помост неожиданно получил длинной тубой фейерверка по голове от Мовсисяна. В этот момент Анастасия поняла, что голодной не останется.
- Извини, Савелий, но ты лишишься этой работы,- негромко сказала сама себе русалка и, нырнув, поплыла в сторону катера и причала с людьми. В конце концов в этот раз ночь полностью принадлежала ей.
Она плыла пока не почувствовала сгущающуюся от прибрежной грязи, тины, ила и планктона воду. Ноги встали на дно и сразу же увязли в скользкой речной глине. Однако это не смутило Анастасию, и она шумно выскочила из воды, откинув назад длинные мокрые волосы. В глаза ей ударил свет прожектора. Она стояла метрах в пяти от причала. Уровень воды доставал ей до пояса. Верхняя половина тела была обнажена.
В доме продолжала играть музыка. Но на причале смолк не только смех, но исчезли даже звуки дыхания.
Чуть больше десятка пар глаз уставились на неожиданное явление Анастасии.
- Всем доброй ночи,- томным голосом поприветствовала людей русалка и провела ладонями по грудям и животу, стягивая прилипший ил с кожи.
Ответа не последовало.
Тогда русалка начала выжимать волосы. Первой пришла в себя подружка Мовсисяна.
- Митя, это кто? - голос девицы был раздражающе тягучим и низким. - Нахрена ты мне на днюху стриптизершу заказал?
- Ангел мой, это не я! - без каких-либо акцентов ответил Мовсисян, не отводя взгляда от Анастасии. Он оказался мужчиной с ярко выраженной кавказской наружностью лет под пятьдесят.
Оживились гости. Загудели. Зашептались. Среди них в первом ряду стоял Савва с выращенными глазами и открытым ртом.
- Да, это не он,- подтвердила русалка.
- Это я,- придя в себя, заявил юноша.- То есть...она со мной. Короче. Это я ее пригласил. Блин...у нас с ней свидание. Вот.
- Свидание у нас. Вот, - Анастасия входила в раж. Никакого контроля. Никаких правил. Никаких ограничений. Спасибо, Мовсисян, за натянутую сетку.
- Савка, ты совсем границы потерял? - резко повышая голос, поинтересовался мужчина. - Ты нахрена в мою резиденцию девку привел? Без моего ведома. Кто разрешил? Ты забылся, как вымаливал у меня работу? Я тебе ее дал. А ты меня обижаешь своей самодеятельностью... Но я тебя прощаю.
Мовсисян так и не отвёл взгляд от Анастасии. На его лице неожиданно растянулась сладострастная улыбка, а глаза подернулись лёгкой влажной поволокой. Анастасия прекрасно справлялась с мужчинами, превращая их в возбужденных самцов.
- Что?!- недовольно воскликнула девица с фигурой утки. При свете прожектора Анастасия смогла разглядеть немыслимо раздутые губы и кукольно длинные густые ресницы. Ей сразу же вспомнился советский армянский мультик про подводного царя и его дочь русалку, что топила корабли. А Мовсисян, наверное, был фанатом той мультяшной русалки. Подружку себе нашел похожую, как с картинки.
- Да. Я его прощаю,- зачарованно повторил мужчина. - Потому что хочу видеть эту русалку...
Мовсисян сделал паузу на, как он считал, удачном сравнении девушки.
- ...за нашим щедрым столом. Савелий, познакомь нас со своей бесстрашной, но очаровательной подругой.
- Митя! Это мой день рождения. И мои гости. Я эту не звала. Пусть она выметается отсюда!- истерично заорала девица, с трудом складывая раздутые губы для озвучивания своих претензий.
- Рот закрыла!- рявкнул на девицу Мовсисян. - Этот праздник оплачиваю я до последней копейки. Поэтому имею право приглашать кого хочу. Ну и как зовут русалочку?
- Анастасия,- жеманно ответила русалка и облизала губы. Не для соблазнения, а потому что почувствовала, как потекли слюни от предвкушения добычи.
На Савелия было жалко смотреть. Он переводил взгляд с русалки на Мовсисяна и обратно и явно не знал, как себя вести в этой ситуации.
- Анастасия...Не имя, а песня,- игривым голосом произнес Мовсисян, снимая с головы корону из мишуры и отбрасывая ее в воду. - Я просто обязан угостить девушку с таким звучным именем шампанским. Настенька, Вы любите шампанское?
- Нет,- русалка сделала несколько шагов вперед к причалу, разгребая перед собой мутную прибрежную воду и демонстрируя тело ниже талии.- Я люблю армянский коньяк "Царь Тигран" с шоколадкой "Аленка".
Ничего не понимающие, ошарашенные резкими переменами в Мовсисяне и наглостью голой девицы, гости дружно зашумели. Именинница вцепилась в золотистый рукав своего покровителя.
- Митенька, да ты что? Прекращай. Твоя шутка удалась. Все ее оценили. А теперь пойдем за стол. Я передумала кататься на катере. А этот...твой лодочник выведет отсюда свою подружку. Куда подальше.
Анастасия сверкнула своими желтыми глазами, как кошка в темноте, отражая блеснувший ей в морду свет. Гости непроизвольно подались назад и в ужасе замолчали. Кроме Мовсисяна. Хозяин затоки уже не видел и не слышал никого и ничего, кроме русалки.
- Савелий, реально. Давай со своей подружкой вали отсюда. Конкретно праздник портишь. Альбертыч, кончай придуряться. Ирка плачет. Мы растеряны. Савелий, ты слышишь, что я сказал. Бабу свою бери под ручку и бегом отсюда.
К Савве подошёл невысокий мужчина с коротко стриженными волосами и глубокими залысинами в ярко- синем костюме.- Пока, как участковый, я не закрыл вас за решеткой. Статей правонарушений вы себе заработали целый список.
- Я попытаюсь,- промямлил Савва и начал становиться на колени, протягивая руку приблизившейся Анастасии. Но был бесцеремонно отброшен в сторону Мовсисяном. Мужчина на глазах у изумлённой толпы гостей прямо в золотистом костюме спрыгнул с причала в воду.
- Да что ж такое!- воскликнул мужик с синем костюме.
- Действительно, да чтож такое!- передразнила участкового русалка, одновременно обвивая руками шею Мовсисяна. - Это, господа, любовь с первого взгляда. Правда, Митя?
- Правда,- словно под гипнозом подтвердил Мовсисян.
С причала раздались громкие истеричные рыдания и тихие женские голоса. Мужчины роптали. Но интуитивно боялись в сложившейся крайне странной и щепетильной ситуации бросаться в воду за хозяином банкета. И лишь участковый начал вглядываться с причала вниз, чтобы понять степень своей возможной запачканности, если рискнёт спрыгнуть вслед за Мовсисяном.
Анастасия прижалась всем телом к зачарованной ею добыче. Своей ледяной влажной кожей она ощутила исходящий жар от мужского тела, даже несмотря на несколько слоев одежды. Жизненная сила у горячего парня просто сводила с ума. Все внутри задрожало от ожидания пищи. И даже ее мертвое сердце начало тихо и прерывисто сотрясаться.
Русалка снова облизала губы. И потянула Мовсисяна за собой обратно на глубину реки.
- Она - ведьма!- ночную тишину пронзил истошный женский крик, видимо одной из гостий. - Сегодня полная луна! Это ведьма пришла! Игорь Саныч стреляйте! Вы же полицейский! Стреляйте в нее! Уходит же!
Поднялся невообразимый шум на причале. Однако никто из мужчин в воду так и не спустился.
- Чем, б...дь, мне стрелять? Пальцем? Я вообще-то на день рождения пришел, а не на захват заложников.
- Ну так звоните в полицию!- орал тот же женский голос из задних рядов гостей.- Скажите, что у нас террористы захватили безнесмена. Нет скажите, что иностранца! Тогда они быстрее приедут и со спецназом!
Анастасия отходила вместе с Мовсисяном, превращенным в безвольную тряпичную куклу, все глубже погружаясь в воду.
Пока на причале шла суета, она в отличие от остальных прекрасно видела, что оставшиеся без присмотра Им ичетики уже повсплывали под деревянным помостом. Их мерзкие жуткие головы были высунуты из воды. По количеству зелёных светящихся огоньков можно было с уверенностью сказать, что тварей было более двух десятков.
Анастасия усмехнулась. Сейчас начнется веселье. Ичетики даже под Его контролем были трудно управляемы, а без этого - начнется полный беспредел.
В тот момент, когда Игорь Саныч приложил телефон к уху, по сваям причала с обеих сторон полезли вверх из воды ичетики, Савелий на четвереньках пополз к катеру, а Анастасия почти впилась в губы Мовсисяна, вокруг наступила мертвая тишина. Словно на телевизоре выключили звук.
Русалка с тревогой посмотрела на причал. Гости стояли не шевелясь. Ичетики зависли на скользких брёвнах, подпирающих причал, и замерли с высунутыми из воды головами. Савелий шлепнулся с помоста на палубу катера, но тоже так и остался сидеть в полном оцепенении. Казалось, что все они уставились на Анастасию.
Но она услышала приближающийся за ее спиной тихий цокот.
Русалка быстро обернулась. И тоже впала в ступор. Даже будучи нечистью и видя за годы нового существования немало чудес и жути, она никогда не видела ничего подобного.
Над рекой аккуратно по лунной дорожке не спеша шел конь с всадником на спине, прихрамывая на переднюю правую ногу. Оба создания были ослепительно белоснежными на фоне ночного мрака. И светились под лунным светом, поражая воображение своим неземным видом. Длинные светлые волосы всадника ниспадали так низко, что соединялись с гривой коня, и образовывали подобие плаща за спиной.
Видение шло, не касаясь поверхности воды, по качающейся в такт волнам лунной дорожке, необъяснимо сопровождая свое перемещение цокотом копыт.
Когда всадник приблизился к Анастасии, он остановился и сверху посмотрел на русалку абсолютно черными без белков глазами на ослепительно- белом изнеможденном, но нечеловеческо- прекрасном лице. Чудовищно худое тело с выпирающими ребрами, суставами и впалым животом было обнажено. У Всадника не было ног. Его нижняя половина чуть ниже талии вростала в спину такому же истощенному коню, создавая с ним по факту единое существо. И было оно не менее трёх с половиной метров в высоту.
В этот момент Анастасия вспомнила рассказы соседки бабы Мани, когда она ещё была маленькой девочкой, о том, что их речка в определенное время даёт в сторону ручей, который превращается в реку Смородину, ведущую в мир нечисти. И каждый год по этой реке в самую короткую ночь в году проходит демон Тодоратс, отвечающий на границу между мирами живых и мертвых, мирами Яви и Нави. Он идёт к реке Смородине, чтобы получить подготовленные для него на границе миров жертвы и открыть Солнечные ворота. Красивая бабушкина сказка. Когда-то Анастасия ее очень любила. Но повзрослев, забыла ее напрочь. И сейчас Тодоратс лично стоит над ней и в молчаливом величии рассматривает с высоты своего роста. Русалка отпустила Мовсисяна, который незамедлительно рухнул в воду на подкошенных ногах, и склонила перед демоном голову. Она стояла так, не шевелясь, ожидая своей окончательной кончины. Она была уверена, что Тодоратс остановился, чтобы прекратить ее мучения, но с удивлением услышала удаляющийся цокот.
Анастасия подняла голову. Демон прихрамывая на ногу коня двигался по лунной дорожке в сторону причала, где столпившись в темную кучу стояли оцепеневшие люди. Удивительное дело, но исходя из основ человеческой психологии при виде столь жуткого и невероятного явления, гости Мовсисяна должны были броситься бежать подальше от реки, от домика отдыха, от всего, что происходило у них на глазах. Но люди стояли, как статуи. Их взгляды были направлены на приближающегося Тодоратса. Телефоны светились в опущенных вдоль тел руках.
Анастасия видела, как замерли ичетики, также боясь пошевелиться под пристальным взглядом величайшего демона.
Тодоратс ненадолго остановился ещё раз, обратив свое внимание на сидящего в катере. Затем медленно прошел мимо, миновав по воздуху мост, пересекающий реку. И начал удаляться по руслу реки к горизонту.
- Да, да, Мкртыч Альбертович... Конечно...Сейчас буду... Да, так, показалось, что на Вашем берегу кто-то шарится...Да. Решил посмотреть.
Савва отключил телефон. И посмотрел на Анастасию.
- В целях нашей конспирации, я должен немного повременить с Вашим спасением,- извиняющимся тоном сообщил юноша. - Мне надо...вообщем... короче говоря...мне надо прокатить гостей на катере по речке. Вот. Вы же понимаете, что я как- бы на работе.
Анастасия выразительно подняла брови, изображая удивление.
- Савелий, ты мне только что втирал, что как- бы из-за меня устроился на эту работу.
Савва заерзал на скользкой лавке.
- Да, конечно. Но...не хотелось бы потерять эту работу. В принципе, она не так уж и плоха.
- Понятно,- обидчивым тоном ответила Анастасия и вновь посмотрела на берег. Из прибрежной грязи вылезла жабья голова с шевелящимися на ней хаотично утыканными скользкими отростками. Ичетик громко хрюкнул и гортанно заклекотал. Видимо тоже ищет Его.
- Извините,- голос Саввы вывел русалку из раздумий.- Не могли бы Вы...ненадолго...вернуться под воду. Чтобы не привлекать внимание...к себе.
Анастасия бросила на юношу неприязненный взгляд и, развернувшись без слов, скользнула по- змеиному через бортик лодки в воду. Савве лишь оставалось удивиться полному отсутствию звуков всплеска воды.
Юноша покрутил головой, ожидая увидеть появившуюся на поверхности девичью голову. Но его лодку окружали лишь растянутые сонные барашки вяло текущей реки и тянущаяся по ним вдоль русла бесконечная лунная дорожка.
Парень тяжело вздохнул и направил лодку к причалу с пришвартованным катером.
Оказавшись снова под водой, Анастасия ещё раз пристально вгляделась в черные воды вокруг. Его следящих за ней глаз не было видно. Вдруг русалку осенило- Он не может пройти установленные вдоль затоки сети!
С этой мыслью она аккуратно всплыла и развернулась в сторону уплывающего Саввы.
Вернулся голод. Чудовищный голод. Сводящий с ума. Надо было срочно его заглушить.
Анастасия усмехнулась сама себе. Это же надо было проявить столько силы воли, что не сожрать этого чудика. Вести с ним беседы. Спаситель! Вот умора. Но почему-то этот болтун тронул ее мертвое почерневшее сердце. Его не хотелось убивать.
Анастасия перевела взгляд на причал. Белый подсвеченный серебристым лунным светом маленький катерок мерно покачивался на лёгких волнах. А на причал перед ним из новогоднего дома высыпала компания гостей Мовсисяна вместе с ним самим.
Хозяина цеха по разливу машинного масла нельзя было перепутать ни с кем из его товарищей. Звонкая фамилия требовала эффектного прикида. Невысокая коренастая фигура владельца затоки была облачена в золотистый костюм и праздничную бумажную корону. В обеих руках он держал по длинной трубке фейерверков, размахивая ими, как дирижёр перед оркестром.
Мовсисян был окружён громко и пьяно смеющимися людьми, обвешаными слепяще отсвечивающей мишурой, но сам тесно льнул к высокой брюнетке со спадающими до пояса абсолютно прямыми волосами и очень странной фигурой вытянутой на дыбе утки: с огромной грудью и неестественно выпирающим, словно надутым, задом. Вся эта "женская красота" была фантастическим образом втиснута в обтягивающее платье, усыпанное переливающимися камушками.
Мовсисян и, по-видимому, его подружка сияли в лунном свете, как два попугая ара среди куропаток. Наверное, согласно требованию хозяев банкета гости обязаны были одеться, как можно невзрачнее, поскольку преимущественно темные тона одеяний просто терялись на ночном причале, даже несмотря на освещение одинокого прожектора к прицепленной к нему гирляндой.
Савелий подплыл к причалу, пришвартовал свою резиновую лодку у катера за кормой. И когда начал, забираться на деревянный помост неожиданно получил длинной тубой фейерверка по голове от Мовсисяна. В этот момент Анастасия поняла, что голодной не останется.
- Извини, Савелий, но ты лишишься этой работы,- негромко сказала сама себе русалка и, нырнув, поплыла в сторону катера и причала с людьми. В конце концов в этот раз ночь полностью принадлежала ей.
Она плыла пока не почувствовала сгущающуюся от прибрежной грязи, тины, ила и планктона воду. Ноги встали на дно и сразу же увязли в скользкой речной глине. Однако это не смутило Анастасию, и она шумно выскочила из воды, откинув назад длинные мокрые волосы. В глаза ей ударил свет прожектора. Она стояла метрах в пяти от причала. Уровень воды доставал ей до пояса. Верхняя половина тела была обнажена.
В доме продолжала играть музыка. Но на причале смолк не только смех, но исчезли даже звуки дыхания.
Чуть больше десятка пар глаз уставились на неожиданное явление Анастасии.
- Всем доброй ночи,- томным голосом поприветствовала людей русалка и провела ладонями по грудям и животу, стягивая прилипший ил с кожи.
Ответа не последовало.
Тогда русалка начала выжимать волосы. Первой пришла в себя подружка Мовсисяна.
- Митя, это кто? - голос девицы был раздражающе тягучим и низким. - Нахрена ты мне на днюху стриптизершу заказал?
- Ангел мой, это не я! - без каких-либо акцентов ответил Мовсисян, не отводя взгляда от Анастасии. Он оказался мужчиной с ярко выраженной кавказской наружностью лет под пятьдесят.
Оживились гости. Загудели. Зашептались. Среди них в первом ряду стоял Савва с выращенными глазами и открытым ртом.
- Да, это не он,- подтвердила русалка.
- Это я,- придя в себя, заявил юноша.- То есть...она со мной. Короче. Это я ее пригласил. Блин...у нас с ней свидание. Вот.
- Свидание у нас. Вот, - Анастасия входила в раж. Никакого контроля. Никаких правил. Никаких ограничений. Спасибо, Мовсисян, за натянутую сетку.
- Савка, ты совсем границы потерял? - резко повышая голос, поинтересовался мужчина. - Ты нахрена в мою резиденцию девку привел? Без моего ведома. Кто разрешил? Ты забылся, как вымаливал у меня работу? Я тебе ее дал. А ты меня обижаешь своей самодеятельностью... Но я тебя прощаю.
Мовсисян так и не отвёл взгляд от Анастасии. На его лице неожиданно растянулась сладострастная улыбка, а глаза подернулись лёгкой влажной поволокой. Анастасия прекрасно справлялась с мужчинами, превращая их в возбужденных самцов.
- Что?!- недовольно воскликнула девица с фигурой утки. При свете прожектора Анастасия смогла разглядеть немыслимо раздутые губы и кукольно длинные густые ресницы. Ей сразу же вспомнился советский армянский мультик про подводного царя и его дочь русалку, что топила корабли. А Мовсисян, наверное, был фанатом той мультяшной русалки. Подружку себе нашел похожую, как с картинки.
- Да. Я его прощаю,- зачарованно повторил мужчина. - Потому что хочу видеть эту русалку...
Мовсисян сделал паузу на, как он считал, удачном сравнении девушки.
- ...за нашим щедрым столом. Савелий, познакомь нас со своей бесстрашной, но очаровательной подругой.
- Митя! Это мой день рождения. И мои гости. Я эту не звала. Пусть она выметается отсюда!- истерично заорала девица, с трудом складывая раздутые губы для озвучивания своих претензий.
- Рот закрыла!- рявкнул на девицу Мовсисян. - Этот праздник оплачиваю я до последней копейки. Поэтому имею право приглашать кого хочу. Ну и как зовут русалочку?
- Анастасия,- жеманно ответила русалка и облизала губы. Не для соблазнения, а потому что почувствовала, как потекли слюни от предвкушения добычи.
На Савелия было жалко смотреть. Он переводил взгляд с русалки на Мовсисяна и обратно и явно не знал, как себя вести в этой ситуации.
- Анастасия...Не имя, а песня,- игривым голосом произнес Мовсисян, снимая с головы корону из мишуры и отбрасывая ее в воду. - Я просто обязан угостить девушку с таким звучным именем шампанским. Настенька, Вы любите шампанское?
- Нет,- русалка сделала несколько шагов вперед к причалу, разгребая перед собой мутную прибрежную воду и демонстрируя тело ниже талии.- Я люблю армянский коньяк "Царь Тигран" с шоколадкой "Аленка".
Ничего не понимающие, ошарашенные резкими переменами в Мовсисяне и наглостью голой девицы, гости дружно зашумели. Именинница вцепилась в золотистый рукав своего покровителя.
- Митенька, да ты что? Прекращай. Твоя шутка удалась. Все ее оценили. А теперь пойдем за стол. Я передумала кататься на катере. А этот...твой лодочник выведет отсюда свою подружку. Куда подальше.
Анастасия сверкнула своими желтыми глазами, как кошка в темноте, отражая блеснувший ей в морду свет. Гости непроизвольно подались назад и в ужасе замолчали. Кроме Мовсисяна. Хозяин затоки уже не видел и не слышал никого и ничего, кроме русалки.
- Савелий, реально. Давай со своей подружкой вали отсюда. Конкретно праздник портишь. Альбертыч, кончай придуряться. Ирка плачет. Мы растеряны. Савелий, ты слышишь, что я сказал. Бабу свою бери под ручку и бегом отсюда.
К Савве подошёл невысокий мужчина с коротко стриженными волосами и глубокими залысинами в ярко- синем костюме.- Пока, как участковый, я не закрыл вас за решеткой. Статей правонарушений вы себе заработали целый список.
- Я попытаюсь,- промямлил Савва и начал становиться на колени, протягивая руку приблизившейся Анастасии. Но был бесцеремонно отброшен в сторону Мовсисяном. Мужчина на глазах у изумлённой толпы гостей прямо в золотистом костюме спрыгнул с причала в воду.
- Да что ж такое!- воскликнул мужик с синем костюме.
- Действительно, да чтож такое!- передразнила участкового русалка, одновременно обвивая руками шею Мовсисяна. - Это, господа, любовь с первого взгляда. Правда, Митя?
- Правда,- словно под гипнозом подтвердил Мовсисян.
С причала раздались громкие истеричные рыдания и тихие женские голоса. Мужчины роптали. Но интуитивно боялись в сложившейся крайне странной и щепетильной ситуации бросаться в воду за хозяином банкета. И лишь участковый начал вглядываться с причала вниз, чтобы понять степень своей возможной запачканности, если рискнёт спрыгнуть вслед за Мовсисяном.
Анастасия прижалась всем телом к зачарованной ею добыче. Своей ледяной влажной кожей она ощутила исходящий жар от мужского тела, даже несмотря на несколько слоев одежды. Жизненная сила у горячего парня просто сводила с ума. Все внутри задрожало от ожидания пищи. И даже ее мертвое сердце начало тихо и прерывисто сотрясаться.
Русалка снова облизала губы. И потянула Мовсисяна за собой обратно на глубину реки.
- Она - ведьма!- ночную тишину пронзил истошный женский крик, видимо одной из гостий. - Сегодня полная луна! Это ведьма пришла! Игорь Саныч стреляйте! Вы же полицейский! Стреляйте в нее! Уходит же!
Поднялся невообразимый шум на причале. Однако никто из мужчин в воду так и не спустился.
- Чем, б...дь, мне стрелять? Пальцем? Я вообще-то на день рождения пришел, а не на захват заложников.
- Ну так звоните в полицию!- орал тот же женский голос из задних рядов гостей.- Скажите, что у нас террористы захватили безнесмена. Нет скажите, что иностранца! Тогда они быстрее приедут и со спецназом!
Анастасия отходила вместе с Мовсисяном, превращенным в безвольную тряпичную куклу, все глубже погружаясь в воду.
Пока на причале шла суета, она в отличие от остальных прекрасно видела, что оставшиеся без присмотра Им ичетики уже повсплывали под деревянным помостом. Их мерзкие жуткие головы были высунуты из воды. По количеству зелёных светящихся огоньков можно было с уверенностью сказать, что тварей было более двух десятков.
Анастасия усмехнулась. Сейчас начнется веселье. Ичетики даже под Его контролем были трудно управляемы, а без этого - начнется полный беспредел.
В тот момент, когда Игорь Саныч приложил телефон к уху, по сваям причала с обеих сторон полезли вверх из воды ичетики, Савелий на четвереньках пополз к катеру, а Анастасия почти впилась в губы Мовсисяна, вокруг наступила мертвая тишина. Словно на телевизоре выключили звук.
Русалка с тревогой посмотрела на причал. Гости стояли не шевелясь. Ичетики зависли на скользких брёвнах, подпирающих причал, и замерли с высунутыми из воды головами. Савелий шлепнулся с помоста на палубу катера, но тоже так и остался сидеть в полном оцепенении. Казалось, что все они уставились на Анастасию.
Но она услышала приближающийся за ее спиной тихий цокот.
Русалка быстро обернулась. И тоже впала в ступор. Даже будучи нечистью и видя за годы нового существования немало чудес и жути, она никогда не видела ничего подобного.
Над рекой аккуратно по лунной дорожке не спеша шел конь с всадником на спине, прихрамывая на переднюю правую ногу. Оба создания были ослепительно белоснежными на фоне ночного мрака. И светились под лунным светом, поражая воображение своим неземным видом. Длинные светлые волосы всадника ниспадали так низко, что соединялись с гривой коня, и образовывали подобие плаща за спиной.
Видение шло, не касаясь поверхности воды, по качающейся в такт волнам лунной дорожке, необъяснимо сопровождая свое перемещение цокотом копыт.
Когда всадник приблизился к Анастасии, он остановился и сверху посмотрел на русалку абсолютно черными без белков глазами на ослепительно- белом изнеможденном, но нечеловеческо- прекрасном лице. Чудовищно худое тело с выпирающими ребрами, суставами и впалым животом было обнажено. У Всадника не было ног. Его нижняя половина чуть ниже талии вростала в спину такому же истощенному коню, создавая с ним по факту единое существо. И было оно не менее трёх с половиной метров в высоту.
В этот момент Анастасия вспомнила рассказы соседки бабы Мани, когда она ещё была маленькой девочкой, о том, что их речка в определенное время даёт в сторону ручей, который превращается в реку Смородину, ведущую в мир нечисти. И каждый год по этой реке в самую короткую ночь в году проходит демон Тодоратс, отвечающий на границу между мирами живых и мертвых, мирами Яви и Нави. Он идёт к реке Смородине, чтобы получить подготовленные для него на границе миров жертвы и открыть Солнечные ворота. Красивая бабушкина сказка. Когда-то Анастасия ее очень любила. Но повзрослев, забыла ее напрочь. И сейчас Тодоратс лично стоит над ней и в молчаливом величии рассматривает с высоты своего роста. Русалка отпустила Мовсисяна, который незамедлительно рухнул в воду на подкошенных ногах, и склонила перед демоном голову. Она стояла так, не шевелясь, ожидая своей окончательной кончины. Она была уверена, что Тодоратс остановился, чтобы прекратить ее мучения, но с удивлением услышала удаляющийся цокот.
Анастасия подняла голову. Демон прихрамывая на ногу коня двигался по лунной дорожке в сторону причала, где столпившись в темную кучу стояли оцепеневшие люди. Удивительное дело, но исходя из основ человеческой психологии при виде столь жуткого и невероятного явления, гости Мовсисяна должны были броситься бежать подальше от реки, от домика отдыха, от всего, что происходило у них на глазах. Но люди стояли, как статуи. Их взгляды были направлены на приближающегося Тодоратса. Телефоны светились в опущенных вдоль тел руках.
Анастасия видела, как замерли ичетики, также боясь пошевелиться под пристальным взглядом величайшего демона.
Тодоратс ненадолго остановился ещё раз, обратив свое внимание на сидящего в катере. Затем медленно прошел мимо, миновав по воздуху мост, пересекающий реку. И начал удаляться по руслу реки к горизонту.
