- Ребёнка?
- Да, не важно, что было в прошлом, в настоящем я выбрал тебя.
- Мы пришли, - в прихожей послышался голос деда.
На кухню забежали Нана и Нао. Взгляд Кумы стал испуганным, он растерялся.
- Их два? - Рот Кумы слегка остался приоткрытым.
- Я поставлю цветы в вазу, - я взяла с полки небольшую хрустальную вазу, и набрала в неё воды.
- Мне нужно выйти, - Кума вышел во двор. Там стояла его машина, рядом с которой ходил Орубэ.
- А кто это? - Дед посмотрел в окно. - Бандиты?
- Нет, это мой знакомый.
- Впервые вижу, чтобы знакомые приезжали домой, с букетом цветов.
- Такой вот он заботливый, - я поставила вазу с пионами на подоконник.
- У тебя необычный знакомый.
- Да.
- И вид у него, как у председателя мафии. Они все такие?
- Кто?
- Знакомые из Токио?
- В основном - да, - я улыбнулась.
- Жена у него есть?
- Нет.
- И детей?
- Холостяк, - я поправила скатерть.
- Не мужик, а находка! - Дед ушёл в свою комнату.
Приоткрыв окно на кухне, я услышала разговор Кумы и Орубэ.
- Впервые вижу женщину, которая рожает детей и сдаёт их в приют, - Орубэ достал из салона пачку сигарет.
- Я не понимаю её, - Кума закурил. - У неё даже мужа нет, и плохими делами не промышляет.
- Господин, вы ничего о ней не знаете. Зачем делать поспешные выводы?
- У меня в голове не укладывается, что эти двое детей её, - Кума снял пиджак. - Бред какой-то! Абсурд! Я не верю.
- Мы же пробивали её, и там не было никаких детей.
- Она могла родить дома, - Кума выпустил дым изо рта.
- Подумайте логические. Тихиро 19 лет. Одной девочке четыре года, другой где-то лет пять.
- Твоя логика безгранична, - Кума кинул сигарету на землю, наступив ногой на неё, чтобы затушить, он взял пиджак и направился в дом.
Я поставила чистую посуду в шкаф и закрыла дверцу.
- Ничего не хочешь мне сказать? - Кума сел на стул.
- А ты?
- По крайней мере, у меня нет двух детей.
- Как насчёт женщин? - отвернувшись от него, я взяла в руки кружку, и включила воду. - Сколько их было? - чтобы не смотреть в его глаза, я сделала вид, что мою посуду.
- Я ничего от тебя не буду скрывать. Да, я не ждал тебя, откуда я вообще мог знать, что ты свалишься ко мне, как снег на голову? У меня были женщины, много. Очень много. Я не вёл им счёт, но ни с одной из них у меня не было длительных отношений, как с тобой. Тихиро, я не святой, я убиваю людей. Делаю некоторых инвалидами, но это мой мир. Если ты против, к сожалению, я ничего не смогу с собой поделать. Я торгую героином по всей Азии, от наркотиков умирают тысячи людей, а я получаю деньги. И мне всё равно, потому что это моя жизнь, мой путь, выстроенный на крови, героине и смерти. Меня только могила исправит.
- Зачем тебе нужна я? Почему ты не хочешь остаться один или найти женщину подобную себе?
- Я не верил, что смогу влюбиться. Я считал женщин низшим слоем, которые не принадлежат себе и должны подчиняться мужчинам, - Кума потёр глаза. - Потом появилась ты, Тихиро. Я бы с удовольствием вырвал своё сердце, чтобы не испытывать то, что заставляет меня сидеть перед тобой и говорить эти бессмысленные вещи. Но я не могу, я страдаю. Что ты сделала со мной? Тихиро, мне больно.
- А мне не больно?! - я повернулась к Куме. - Знаешь, как мне больно! - кружка выскользнула у меня из рук и разбилась.
- Послушай, - Кума подошёл ко мне. - Поговорим вне дома?
Мы вышли на улицу, Кума сел за руль, Орубэ остался во дворе. В салоне было душно, я приоткрыла окно. На трассе было мало автомобилей, мы ехали на большой скорости. Фонари освещали путь, который не мог оказаться счастливым. Якудза - это билет в один конец. Я знаю, что это такое, поэтому будет трудно понять обратную сторону.
- Я не прошу тебя дать мне шанс, - Кума остановил автомобиль возле моста. - Говоря это тебе, у меня внутри всё сжимается.
- Эти дети не мои, - я посмотрела в окно. - Если это так беспокоит тебя. Один ребенок девушки брата, который сбежал вместе с матерью этой девочки. Второй ребёнок моего друга, у которого сгорел дом. Тебе не понять простых людей, ты богат. Хорошо жить с властью в руках? Когда любое желание исполняется по щелчку пальца? Ты никогда не интересовался моей жизнью. Спроси, что мне нравится?
- Что тебе нравится? - Кума убрал руки с руля.
- Я люблю чай, рассветы, закаты, книги, музыку. Понимаешь?
- Танцы?
- Нет, это не основной интерес.
- Тогда, - Кума достал сигарету. - У меня в квартире, ты танцевала, так легко. Я влюбился в каждый жест. Ни одна женщина не оставила такой след в моей памяти, как ты.
- Но они оставили след в твоей постели.
- Тихиро, - Кума положил сигарету обратно. - Мне тридцать лет, ты хочешь, чтобы я ждал только тебя?!
- Я не люблю тебя, - я хлопнула дверью автомобиля.
- Тихиро, стой! Ещё один шаг, и ты мой враг! Тихиро!
- Раз, два, три. Не приближайся ко мне, - я побежала по дороге.
- Тихиро!
Шаги Кумы настигали меня, я упала и разбила колени.
Не знаю, что расстроило меня больше, несчастная любовь или разбитые в кровь колени.
Кума сел рядом со мной и взял за лицо своими большими руками.
- Не плачь, это разбивает все надежды. Пожалуйста, Тихиро. Поехали ко мне? Хочешь, я куплю все книги мира для тебя? Хочешь, я каждое утро буду смотреть на рассвет, и пить чай с тобой? Только не плачь.
- Я... Я люблю...
- Не плачь, моя светлая девочка, - Кума прижал меня к себе. - Успокойся, я рядом, тебе больше ничего не угрожает, - он нежно дотрагивался до моих волос. - Поехали, обработаем раны, выпьем успокоительное.
Кума взял меня на руки и посадил на заднее сиденье. Мы приехали в его квартиру, он достал аптечку. Кума накапал мне капли в стакан.
Убегая дальше, я приближаюсь всё ближе к запретному. Мне хотелось получить любовь от человека, которого я любила в прошлой жизни. Но что-то мешало сделать это, словно барьер обид и упрямства. В эти дни Кума изменился или мне показалось? Я больше не верю, это и пугает меня. Это состояние можно сравнить с воздухом. Я дышу, но не ощущаю того самого чувства, которое наполняет меня. Как будто я потеряла ноты, без которых никак не складывается мелодия. Я иду к запретному, чтобы отыскать хотя-бы намёк на потерянное. И так же отдаляюсь, потому что не могу подойти так близко, как нужно мне. Пока есть этот барьер, я никогда не отыщу ноты, и мелодия останется лишь отголоском истории, в которой я стала второстепенным персонажем.
Что же заставляет меня отдаляться? Делая три шага вперёд, я делаю пять шагов назад. С каждым разом я становлюсь всё дальше и дальше от истины. Обманывая себя, я считаю один шаг за два, от этого не становится легче. Я тону в собственных рамках. В итоге, мой разум понимает, что я приблизилась слишком близко, поэтому он пытается вернуть меня назад. Точка моего отправления стёрта, я должна побороть разум, и стать ближе с запретным. Пусть это будет больно, но я должна доказать для самой себя. Показать слабой половине своего разума, что я способна побороть страх, который и построил этот барьер. Я смогу стереть все границы и рамки разума, чтобы сбросить оковы, отяжеляющие мою и до того нелёгкую судьбу.
Лучи рассвета упали на мои ресницы, приоткрыв левый глаз, я увидела мутный силуэт Кумы у окна. Он надевал часы, его волосы свисали до половины лица, острые скулы пробивались через них. Тяжёлые веки придавали лицу Кумы угрюмый вид. С другой стороны, он был уставшим и больным.
- Почему каждое утро не может быть похожим на это? - Я облокотилась на подушку.
- Доброе утро, - Кума улыбнулся. - Думал, ты поспишь подольше.
- Вчера...
- Не будем вспоминать. Сегодня новый день, который я хочу посвятить тебе. Я много думал о своём отношении к тебе. Тихиро, будет лучше, если ты узнаешь меня, как можно ближе. У нас сегодня будет много интересного.
Кума привёз меня в свой родительский дом. Это был небольшой домик, с огромным участком земли, на котором располагался пруд и яблоневый сад. Вдоль забора стояли большие клумбы.
- В нём раньше жили карпы. Отец занимался их разведением. Мама любила пионы. Когда наступал май, наш двор становился бело - розовым, словно кусочек рая, - Кума сел на корточки, и посмотрел в пустую глубину, где раньше была вода.
- Твой отец тоже был якудза? - Я неловко произнесла этот вопрос.
- Да. Он владел корейским кланом, потом переименовал его. Когда власть перешла ко мне, я вернул на эмблему корейские символы, но изменил название.
- Кума, ты, правда, хотел стать бандитом?
- Бандитом, - он досадно улыбнулся. - Нет. Я мечтал стать полицейским. Только не смейся, - он дёрнул носом. - Мама учила меня быть честным, в 18 лет, я поступил в школу полиции, сделал это против воли отца. Но потом случилось, чего я боялся больше всего, - Кума сжал правый кулак. - Маму убили полицейские, они посчитали её опасной. Она всего лишь, хотела защитить отца.
- Извини.
- Это было одиннадцать лет назад. Отец, как всегда попал в проблемную ситуацию с наркотиками. Его подставили, мама хотела доказать, что он невиновен. У неё были все фальшивые бумаги, она успела выкрасть их из сейфа человека, который подставил отца. Она ехала в прокуратуру, её перехватили полицейские, которые работали на того человека. Так и закончилась история её правды. Я до сих пор не знаю, кто этот человек, из-за которого погибли мои родители. Отца избили в тюрьме, он умер от разрыва печени. Я бросил учёбу и стал таким, каким предстал перед тобой. Это я должен просить у тебя прощения. Тихиро, я не хочу потерять тебя, мне кажется, что встречал тебя раньше. Смутные воспоминания, но я отчётливо помню твоё лицо. Я хотел показать путь, который начал с рождения.
После родительского дома, мы приехали к школе.
- Я учился здесь. У меня было пять друзей, со временем я потерял их всех. Наверное, жизнь наказывает меня за грехи, я не верю в Бога. Точнее перестал верить, если бы Бог был, он бы не допустил меня к такой дурной жизни.
- Ты жалеешь о своём решении?
- Нет. Я выбрал другой путь, мне нечего стыдиться. Если бы я не занял пост оябуна, то это сделал бы тот человек, который умело спрятался. Я уверен, что он жив. И я найду его, сколько бы времени не прошло, я не отступлю. Такие, как он должны лежать в земле и не осквернять жизнь других. Он до сих пор портит жизни людям, которые ни в чём не виноваты. И Бог, - Кума расслабил галстук. - Нет смысла говорить о том, что уже произошло. Такие люди не меняются, а лишь становятся хуже с годами, накапливая всю желчь в своём теле. Поэтому Тихиро, я не хочу уподобиться таким людям, хотя уже на полшага стою перед этой чертой.
- Если ты действительно сильный, ты сможешь отступить.
- Как же месть?
- Не обязательно становиться демоном, чтобы победить демона.
- Что же делать?
- Заставить думать себя по - другому.
- От этого что-то изменится?
- Конечно, ты изменишь свой план мести. Кума, действуй трезво, но с другой стороны покажи врагу свою фальшивую наивность. Нужно уметь ждать и влиять на людей их же действиями.
- Враг хитёр, он не наивный парень.
- Осмотрись вокруг, возможно он дышит тебе в затылок. Он ждёт удобного момента, чтобы направить дуло. А ты переиграй его и наставь оружие первым. Ты можешь победить, когда будешь уверен в победе.
В последнее время я стала чутко спать. Этой ночью надо мной нависла чья-то тень, я приоткрыла глаза. Не успев закричать кто - то закрыл мне рот ладонью.
- Не кричи, это я Цкуру, - мой одноклассник снял маску. - Пошли, я познакомлю тебя с человеком, который даст денег.
Надев толстовку, я заправила её в бежевые штаны. Мы пришли с Цкуру на заброшенный завод машин.
- Где же наш спаситель?
- Будет, через десять минут, - Цкуру посмотрел на часы.
К нам подъехал мотоцикл "Suzuki", молодой человек снял шлем и защитную маску.
- Ждали?
По голосу я узнала Тадамасу.
- Знакомьтесь, Тадамаса это Тихиро. Тихиро это Тадамаса, - Цкуру потер нос.
- Рад встрече, в этом чемодане десять тысяч йен, - Тадамаса протянул Цкуру чемодан. - Но у меня встречное условие. У господина Цуды, есть такая вещица - "саламандра". Вам же не составит проблем забрать её у него. Гонорар поделим пополам. Это не просьба, а приказ. Мои парни будут свободны в десять вечера, в эту пятницу. Насколько мне известно, Цуда уезжает в Кавасаки. У вас будет три дня, чтобы похитить и подложить фальшивку.
- Без проблем! - Радостно произнёс Цкуру.
Тадамаса уехал, мы вернулись домой на рабочей машине Цкуру.
Все домашние уже спали, я тихо пробралась в свою комнату, и легла спать.
Прополоскав рот от зубной пасты, я поставила щётку в стакан и убрала его в навесной шкафчик в ванной.
Приготовив завтрак, я убрала дом. Как и все предыдущие дни, этот день закончился без изменений. Я возвращалась с работы, но возле дома меня ждал Кума.
- Устала? - Он подошёл ко мне.
- Нет, - я помотала головой. - А ты?
- Сегодня я могу остаться у тебя на ночь?
- А, ка...
- Тихиро, - Кума перебил меня. - Ты ночевала у меня много раз. Я могу хотя-бы один раз провести ночь у тебя?
- Пойдём в дом, а то у нас кинотеатр у окна образовался, - я посмотрела на окно, в котором были дед и две девочки, дед задёрнул шторы.
Кума ушёл в ванную, я убирала тарелки после ужина, дед помогал мыть их.
- Этот кавалер такой галантный, наверное, врач? - Дед включил воду.
- Нет, у него свой бизнес.
- Бизнесмен, как же ты смогла охмурить такого человека?
- Дед, я и не пыталась. Сам в женихи набивается.
В окне загорелись фары, подъехала чья-то машина.
- Кто это, на ночь глядя? - Я отодвинула шторку.
В дверь вошли без стука два мужчины с оружием.
- Допрыгался дед, от ментов скрылся, а от нас не выйдет. Гони бабки или мы всю твою семью уложим, - наглым тоном произнёс мужчина с короткими волосами.
- Дедушка, что происходит? - Я смотрела на происходящее с недоумением.
- Внучка твоя? - ядовито произнёс бандит с крашеным волосом. - А она ничего, Рэй, может, её к себе заберём, пусть за долги деда расплачивается. У этого старика всё равно органы больные, а внучка ничего так.
- Господа, вы собственно кто? - Кума поднял правую бровь.
- Этот откуда нарисовался, ты же говорил, что здесь только дед и эта девка?! - Бандит с короткой стрижкой начал нервничать.
- Я вообще не понимаю, откуда этот зек взялся, - у крашенного забегали глаза.
- Друзья, не стоит оскорблять граждан своей страны, - Кума начал подходить к этим бандитам.
- Я ему нос сломаю! - Крикнул бандит с короткими волосами.
- Обойдёмся без увечий, я же ню, - Кума поправил пояс от полотенца на бедрах.
- Смелый?! Ты вообще кто? - Крашеный начал водить дулом у лица Кумы.
- Электрик.
Кума был выше его на голову, подняв свой взгляд над этим бандитом, он сделал надменное лицо.
- Электрик, что в ванной забыл? - Усмехнулся второй мужчина.
- Вот дурак! - крашенный ударил Куму в грудь. - Рэй, а почему он стоит?! - он обратился к своему напарнику.
- Товарищи, я же просил без увечий, - после этой фразы, Кума сломал нос крашеному бандиту. Потом захрустели кости второго. Эти два подлеца ели унесли ноги.
Оказалось, что дед проиграл не только свой дом и накопления, но и влез в долги, которые превышают пять миллионов йен. Долг растёт с каждым днём.
- Эти бандиты не успокоятся, вам нужно отдать долг Сэтоши - сан, или доверить это дело мне, - Кума обрабатывал раны на руках. - Для этого, пожалуйста, предоставьте мне все координаты этих людей, и игорные заведения, в которых вы участвовали.
- Да, не важно, что было в прошлом, в настоящем я выбрал тебя.
- Мы пришли, - в прихожей послышался голос деда.
На кухню забежали Нана и Нао. Взгляд Кумы стал испуганным, он растерялся.
- Их два? - Рот Кумы слегка остался приоткрытым.
- Я поставлю цветы в вазу, - я взяла с полки небольшую хрустальную вазу, и набрала в неё воды.
- Мне нужно выйти, - Кума вышел во двор. Там стояла его машина, рядом с которой ходил Орубэ.
- А кто это? - Дед посмотрел в окно. - Бандиты?
- Нет, это мой знакомый.
- Впервые вижу, чтобы знакомые приезжали домой, с букетом цветов.
- Такой вот он заботливый, - я поставила вазу с пионами на подоконник.
- У тебя необычный знакомый.
- Да.
- И вид у него, как у председателя мафии. Они все такие?
- Кто?
- Знакомые из Токио?
- В основном - да, - я улыбнулась.
- Жена у него есть?
- Нет.
- И детей?
- Холостяк, - я поправила скатерть.
- Не мужик, а находка! - Дед ушёл в свою комнату.
Приоткрыв окно на кухне, я услышала разговор Кумы и Орубэ.
- Впервые вижу женщину, которая рожает детей и сдаёт их в приют, - Орубэ достал из салона пачку сигарет.
- Я не понимаю её, - Кума закурил. - У неё даже мужа нет, и плохими делами не промышляет.
- Господин, вы ничего о ней не знаете. Зачем делать поспешные выводы?
- У меня в голове не укладывается, что эти двое детей её, - Кума снял пиджак. - Бред какой-то! Абсурд! Я не верю.
- Мы же пробивали её, и там не было никаких детей.
- Она могла родить дома, - Кума выпустил дым изо рта.
- Подумайте логические. Тихиро 19 лет. Одной девочке четыре года, другой где-то лет пять.
- Твоя логика безгранична, - Кума кинул сигарету на землю, наступив ногой на неё, чтобы затушить, он взял пиджак и направился в дом.
Я поставила чистую посуду в шкаф и закрыла дверцу.
- Ничего не хочешь мне сказать? - Кума сел на стул.
- А ты?
- По крайней мере, у меня нет двух детей.
- Как насчёт женщин? - отвернувшись от него, я взяла в руки кружку, и включила воду. - Сколько их было? - чтобы не смотреть в его глаза, я сделала вид, что мою посуду.
- Я ничего от тебя не буду скрывать. Да, я не ждал тебя, откуда я вообще мог знать, что ты свалишься ко мне, как снег на голову? У меня были женщины, много. Очень много. Я не вёл им счёт, но ни с одной из них у меня не было длительных отношений, как с тобой. Тихиро, я не святой, я убиваю людей. Делаю некоторых инвалидами, но это мой мир. Если ты против, к сожалению, я ничего не смогу с собой поделать. Я торгую героином по всей Азии, от наркотиков умирают тысячи людей, а я получаю деньги. И мне всё равно, потому что это моя жизнь, мой путь, выстроенный на крови, героине и смерти. Меня только могила исправит.
- Зачем тебе нужна я? Почему ты не хочешь остаться один или найти женщину подобную себе?
- Я не верил, что смогу влюбиться. Я считал женщин низшим слоем, которые не принадлежат себе и должны подчиняться мужчинам, - Кума потёр глаза. - Потом появилась ты, Тихиро. Я бы с удовольствием вырвал своё сердце, чтобы не испытывать то, что заставляет меня сидеть перед тобой и говорить эти бессмысленные вещи. Но я не могу, я страдаю. Что ты сделала со мной? Тихиро, мне больно.
- А мне не больно?! - я повернулась к Куме. - Знаешь, как мне больно! - кружка выскользнула у меня из рук и разбилась.
- Послушай, - Кума подошёл ко мне. - Поговорим вне дома?
Мы вышли на улицу, Кума сел за руль, Орубэ остался во дворе. В салоне было душно, я приоткрыла окно. На трассе было мало автомобилей, мы ехали на большой скорости. Фонари освещали путь, который не мог оказаться счастливым. Якудза - это билет в один конец. Я знаю, что это такое, поэтому будет трудно понять обратную сторону.
- Я не прошу тебя дать мне шанс, - Кума остановил автомобиль возле моста. - Говоря это тебе, у меня внутри всё сжимается.
- Эти дети не мои, - я посмотрела в окно. - Если это так беспокоит тебя. Один ребенок девушки брата, который сбежал вместе с матерью этой девочки. Второй ребёнок моего друга, у которого сгорел дом. Тебе не понять простых людей, ты богат. Хорошо жить с властью в руках? Когда любое желание исполняется по щелчку пальца? Ты никогда не интересовался моей жизнью. Спроси, что мне нравится?
- Что тебе нравится? - Кума убрал руки с руля.
- Я люблю чай, рассветы, закаты, книги, музыку. Понимаешь?
- Танцы?
- Нет, это не основной интерес.
- Тогда, - Кума достал сигарету. - У меня в квартире, ты танцевала, так легко. Я влюбился в каждый жест. Ни одна женщина не оставила такой след в моей памяти, как ты.
- Но они оставили след в твоей постели.
- Тихиро, - Кума положил сигарету обратно. - Мне тридцать лет, ты хочешь, чтобы я ждал только тебя?!
- Я не люблю тебя, - я хлопнула дверью автомобиля.
- Тихиро, стой! Ещё один шаг, и ты мой враг! Тихиро!
- Раз, два, три. Не приближайся ко мне, - я побежала по дороге.
- Тихиро!
Шаги Кумы настигали меня, я упала и разбила колени.
Не знаю, что расстроило меня больше, несчастная любовь или разбитые в кровь колени.
Кума сел рядом со мной и взял за лицо своими большими руками.
- Не плачь, это разбивает все надежды. Пожалуйста, Тихиро. Поехали ко мне? Хочешь, я куплю все книги мира для тебя? Хочешь, я каждое утро буду смотреть на рассвет, и пить чай с тобой? Только не плачь.
- Я... Я люблю...
- Не плачь, моя светлая девочка, - Кума прижал меня к себе. - Успокойся, я рядом, тебе больше ничего не угрожает, - он нежно дотрагивался до моих волос. - Поехали, обработаем раны, выпьем успокоительное.
Кума взял меня на руки и посадил на заднее сиденье. Мы приехали в его квартиру, он достал аптечку. Кума накапал мне капли в стакан.
Убегая дальше, я приближаюсь всё ближе к запретному. Мне хотелось получить любовь от человека, которого я любила в прошлой жизни. Но что-то мешало сделать это, словно барьер обид и упрямства. В эти дни Кума изменился или мне показалось? Я больше не верю, это и пугает меня. Это состояние можно сравнить с воздухом. Я дышу, но не ощущаю того самого чувства, которое наполняет меня. Как будто я потеряла ноты, без которых никак не складывается мелодия. Я иду к запретному, чтобы отыскать хотя-бы намёк на потерянное. И так же отдаляюсь, потому что не могу подойти так близко, как нужно мне. Пока есть этот барьер, я никогда не отыщу ноты, и мелодия останется лишь отголоском истории, в которой я стала второстепенным персонажем.
Что же заставляет меня отдаляться? Делая три шага вперёд, я делаю пять шагов назад. С каждым разом я становлюсь всё дальше и дальше от истины. Обманывая себя, я считаю один шаг за два, от этого не становится легче. Я тону в собственных рамках. В итоге, мой разум понимает, что я приблизилась слишком близко, поэтому он пытается вернуть меня назад. Точка моего отправления стёрта, я должна побороть разум, и стать ближе с запретным. Пусть это будет больно, но я должна доказать для самой себя. Показать слабой половине своего разума, что я способна побороть страх, который и построил этот барьер. Я смогу стереть все границы и рамки разума, чтобы сбросить оковы, отяжеляющие мою и до того нелёгкую судьбу.
Лучи рассвета упали на мои ресницы, приоткрыв левый глаз, я увидела мутный силуэт Кумы у окна. Он надевал часы, его волосы свисали до половины лица, острые скулы пробивались через них. Тяжёлые веки придавали лицу Кумы угрюмый вид. С другой стороны, он был уставшим и больным.
- Почему каждое утро не может быть похожим на это? - Я облокотилась на подушку.
- Доброе утро, - Кума улыбнулся. - Думал, ты поспишь подольше.
- Вчера...
- Не будем вспоминать. Сегодня новый день, который я хочу посвятить тебе. Я много думал о своём отношении к тебе. Тихиро, будет лучше, если ты узнаешь меня, как можно ближе. У нас сегодня будет много интересного.
Кума привёз меня в свой родительский дом. Это был небольшой домик, с огромным участком земли, на котором располагался пруд и яблоневый сад. Вдоль забора стояли большие клумбы.
- В нём раньше жили карпы. Отец занимался их разведением. Мама любила пионы. Когда наступал май, наш двор становился бело - розовым, словно кусочек рая, - Кума сел на корточки, и посмотрел в пустую глубину, где раньше была вода.
- Твой отец тоже был якудза? - Я неловко произнесла этот вопрос.
- Да. Он владел корейским кланом, потом переименовал его. Когда власть перешла ко мне, я вернул на эмблему корейские символы, но изменил название.
- Кума, ты, правда, хотел стать бандитом?
- Бандитом, - он досадно улыбнулся. - Нет. Я мечтал стать полицейским. Только не смейся, - он дёрнул носом. - Мама учила меня быть честным, в 18 лет, я поступил в школу полиции, сделал это против воли отца. Но потом случилось, чего я боялся больше всего, - Кума сжал правый кулак. - Маму убили полицейские, они посчитали её опасной. Она всего лишь, хотела защитить отца.
- Извини.
- Это было одиннадцать лет назад. Отец, как всегда попал в проблемную ситуацию с наркотиками. Его подставили, мама хотела доказать, что он невиновен. У неё были все фальшивые бумаги, она успела выкрасть их из сейфа человека, который подставил отца. Она ехала в прокуратуру, её перехватили полицейские, которые работали на того человека. Так и закончилась история её правды. Я до сих пор не знаю, кто этот человек, из-за которого погибли мои родители. Отца избили в тюрьме, он умер от разрыва печени. Я бросил учёбу и стал таким, каким предстал перед тобой. Это я должен просить у тебя прощения. Тихиро, я не хочу потерять тебя, мне кажется, что встречал тебя раньше. Смутные воспоминания, но я отчётливо помню твоё лицо. Я хотел показать путь, который начал с рождения.
После родительского дома, мы приехали к школе.
- Я учился здесь. У меня было пять друзей, со временем я потерял их всех. Наверное, жизнь наказывает меня за грехи, я не верю в Бога. Точнее перестал верить, если бы Бог был, он бы не допустил меня к такой дурной жизни.
- Ты жалеешь о своём решении?
- Нет. Я выбрал другой путь, мне нечего стыдиться. Если бы я не занял пост оябуна, то это сделал бы тот человек, который умело спрятался. Я уверен, что он жив. И я найду его, сколько бы времени не прошло, я не отступлю. Такие, как он должны лежать в земле и не осквернять жизнь других. Он до сих пор портит жизни людям, которые ни в чём не виноваты. И Бог, - Кума расслабил галстук. - Нет смысла говорить о том, что уже произошло. Такие люди не меняются, а лишь становятся хуже с годами, накапливая всю желчь в своём теле. Поэтому Тихиро, я не хочу уподобиться таким людям, хотя уже на полшага стою перед этой чертой.
- Если ты действительно сильный, ты сможешь отступить.
- Как же месть?
- Не обязательно становиться демоном, чтобы победить демона.
- Что же делать?
- Заставить думать себя по - другому.
- От этого что-то изменится?
- Конечно, ты изменишь свой план мести. Кума, действуй трезво, но с другой стороны покажи врагу свою фальшивую наивность. Нужно уметь ждать и влиять на людей их же действиями.
- Враг хитёр, он не наивный парень.
- Осмотрись вокруг, возможно он дышит тебе в затылок. Он ждёт удобного момента, чтобы направить дуло. А ты переиграй его и наставь оружие первым. Ты можешь победить, когда будешь уверен в победе.
В последнее время я стала чутко спать. Этой ночью надо мной нависла чья-то тень, я приоткрыла глаза. Не успев закричать кто - то закрыл мне рот ладонью.
- Не кричи, это я Цкуру, - мой одноклассник снял маску. - Пошли, я познакомлю тебя с человеком, который даст денег.
Надев толстовку, я заправила её в бежевые штаны. Мы пришли с Цкуру на заброшенный завод машин.
- Где же наш спаситель?
- Будет, через десять минут, - Цкуру посмотрел на часы.
К нам подъехал мотоцикл "Suzuki", молодой человек снял шлем и защитную маску.
- Ждали?
По голосу я узнала Тадамасу.
- Знакомьтесь, Тадамаса это Тихиро. Тихиро это Тадамаса, - Цкуру потер нос.
- Рад встрече, в этом чемодане десять тысяч йен, - Тадамаса протянул Цкуру чемодан. - Но у меня встречное условие. У господина Цуды, есть такая вещица - "саламандра". Вам же не составит проблем забрать её у него. Гонорар поделим пополам. Это не просьба, а приказ. Мои парни будут свободны в десять вечера, в эту пятницу. Насколько мне известно, Цуда уезжает в Кавасаки. У вас будет три дня, чтобы похитить и подложить фальшивку.
- Без проблем! - Радостно произнёс Цкуру.
Тадамаса уехал, мы вернулись домой на рабочей машине Цкуру.
Все домашние уже спали, я тихо пробралась в свою комнату, и легла спать.
Прополоскав рот от зубной пасты, я поставила щётку в стакан и убрала его в навесной шкафчик в ванной.
Приготовив завтрак, я убрала дом. Как и все предыдущие дни, этот день закончился без изменений. Я возвращалась с работы, но возле дома меня ждал Кума.
- Устала? - Он подошёл ко мне.
- Нет, - я помотала головой. - А ты?
- Сегодня я могу остаться у тебя на ночь?
- А, ка...
- Тихиро, - Кума перебил меня. - Ты ночевала у меня много раз. Я могу хотя-бы один раз провести ночь у тебя?
- Пойдём в дом, а то у нас кинотеатр у окна образовался, - я посмотрела на окно, в котором были дед и две девочки, дед задёрнул шторы.
Кума ушёл в ванную, я убирала тарелки после ужина, дед помогал мыть их.
- Этот кавалер такой галантный, наверное, врач? - Дед включил воду.
- Нет, у него свой бизнес.
- Бизнесмен, как же ты смогла охмурить такого человека?
- Дед, я и не пыталась. Сам в женихи набивается.
В окне загорелись фары, подъехала чья-то машина.
- Кто это, на ночь глядя? - Я отодвинула шторку.
В дверь вошли без стука два мужчины с оружием.
- Допрыгался дед, от ментов скрылся, а от нас не выйдет. Гони бабки или мы всю твою семью уложим, - наглым тоном произнёс мужчина с короткими волосами.
- Дедушка, что происходит? - Я смотрела на происходящее с недоумением.
- Внучка твоя? - ядовито произнёс бандит с крашеным волосом. - А она ничего, Рэй, может, её к себе заберём, пусть за долги деда расплачивается. У этого старика всё равно органы больные, а внучка ничего так.
- Господа, вы собственно кто? - Кума поднял правую бровь.
- Этот откуда нарисовался, ты же говорил, что здесь только дед и эта девка?! - Бандит с короткой стрижкой начал нервничать.
- Я вообще не понимаю, откуда этот зек взялся, - у крашенного забегали глаза.
- Друзья, не стоит оскорблять граждан своей страны, - Кума начал подходить к этим бандитам.
- Я ему нос сломаю! - Крикнул бандит с короткими волосами.
- Обойдёмся без увечий, я же ню, - Кума поправил пояс от полотенца на бедрах.
- Смелый?! Ты вообще кто? - Крашеный начал водить дулом у лица Кумы.
- Электрик.
Кума был выше его на голову, подняв свой взгляд над этим бандитом, он сделал надменное лицо.
- Электрик, что в ванной забыл? - Усмехнулся второй мужчина.
- Вот дурак! - крашенный ударил Куму в грудь. - Рэй, а почему он стоит?! - он обратился к своему напарнику.
- Товарищи, я же просил без увечий, - после этой фразы, Кума сломал нос крашеному бандиту. Потом захрустели кости второго. Эти два подлеца ели унесли ноги.
Оказалось, что дед проиграл не только свой дом и накопления, но и влез в долги, которые превышают пять миллионов йен. Долг растёт с каждым днём.
- Эти бандиты не успокоятся, вам нужно отдать долг Сэтоши - сан, или доверить это дело мне, - Кума обрабатывал раны на руках. - Для этого, пожалуйста, предоставьте мне все координаты этих людей, и игорные заведения, в которых вы участвовали.
