Пятнадцатого марта, нас отправили в школьный поход на автобусе. Было тринадцать ребят и три девочки. Мы приехали на место, около шести вечера. Погода была сырая и неприятная. Небо оставляло желать лучшего. Уже начало темнеть, учитель выдал всем палатки. Так как ребят было больше, то мне в напарники достались Цкуру, Орибэ и Нибори.
- Что ж, приступим, - Орибэ разложил все предметы от палатки возле себя.
- Скоро стемнеет, чем раньше начнём, тем раньше закончим, - сказал Нибори.
- И кто из вас будет собирать? - я посмотрела на Орибэ. - Я не умею.
- Палатки две, а нас четверо, - усмехнулся Нибори.
- По два в каждую, - ответил Орибэ.
- Я с тобой, брат, - Нибори похлопал Орибэ по спине.
- А я? С ним спать должна?! - Я недовольно фыркнула.
- Никто не виноват, что женского пола здесь всего три фигуры, - дёрнул носом Нибори.
- Цкуру у нас не кусается, - засмеялся Орибэ.
- Дураки! - Я надула щёки, и пошла к учителю.
Всё сразу предвещало провал.
- В походе шестнадцать человек, без меня. И восемь палаток, плюс семнадцать спальных мешков. Я взял свою палатку из дома, она для одного человека. Очень хлипкая и холодная. У вас в каждой палатке по два спальных мешка. В походе три девочки, две будут спать вместе. Тебя, Тихиро, положить к ним не получится. Кто-то из ребят может спать на улице. Тем более, я не вижу никакой угрозы для тебя. Вы спите в разных мешках, так что не бойся. Все они твои одноклассники, - учитель улыбнулся, и ушёл.
- За что боролись, - усмехнулся Орибэ.
- Давайте собирать палатку, - Нибори взял в руки железные палки.
Все справились за пятнадцать минут, мы за два часа. Цкуру сидел у костра с термосом.
- Брачное ложе готово, - засмеялся Орибэ. - Сударь, вам понравится.
- Закрой фонтан, - я ударила его по плечу.
- Тихиро, перестань, давайте страшилки рассказывать? Я их штук тридцать знаю, - Орибэ и Нибори сели возле костра.
- Все уже спят, - я села рядом с Цкуру.
- Самое время! - Орибэ налил в кружку чай, и достал складной фонарик. - Когда-то, когда Токио назывался Эдо, там жил ронин по имени Синдзабуро, а через стену от него жил сосед по имени Томодзо. С некоторого времени Томодзо потерял сон, так как каждую ночь, громко топая гэта, к Синдзабуро стали приходить какие-то гости. «И кто это в столь поздний час ходит к соседу?» — заслышав в очередной раз стук гэта, подумал Томодзо и выглянул наружу. Он увидел, как к двери соседа безмолвно подошли прекрасная девушка и ее служанка. В руках служанка держала фонарь с нарисованным цветком пиона. Затем эти двое вошли. Любопытный Томодзо продолжил подглядывать через дыру в стене. Он увидел, что Синдзабуро весело беседует с девушкой. Но через мгновение пришел в ужас, взглянув на лицо девушки — вместо него был лишь череп, нижняя часть туловища также отсутствовала. Служанка выглядела под стать своей хозяйке. Какая жуть! Они — призраки! Бледный как мел Томодзо со всех ног припустил к местному гадальщику. «Синдзабуро одержим призраками!» — закричал Томодзо. Предсказатель ответил: «Тогда дела его плохи. Коли начнешь якшаться с призраками, то скоро и сам сгинешь». На следующий день Томодзо позвал Синдзабуро и спросил: «Кто эти женщины, что приходили к тебе прошлой ночью?». «Госпожу зовут Оцую, а спутница — ее служанка. Думаю жениться на Оцую» — ответил Синдзабуро. «Только не это! Они — призраки!» — закричал Томодзо. Поначалу Синдзабуро не поверил соседу, но вскоре, порасспрашивав людей, он разыскал могилы девушек и пришел в ужас.
На свою дверь Синдзабуро прикрепил приобретенный у предсказателя защитный амулет. Поздно ночью пришли Оцую и ее служанка с пионовым фонарем в руке. Испуганный Синдзабуро затаился. Призраки грустными голосами обратились к нему: «Амулет не дает нам войти. Неужели, ты передумал жениться?» Спустя какое-то время послышался звук удаляющихся шагов гэта. На следующую ночь призраки явились к Томодзо. Рыдая, Оцую стала упрашивать его снять амулет с двери соседа. Наконец призраки показали перепуганному Томодзо сверток с золотыми монетами кобан, моля снять амулет в обмен на золото. Не выдержав, Томодзо снял амулет. Утром Синдзабуро был найден мертвым в своем доме, рядом лежал череп Оцую, - Орибэ погасил фонарик. - Страшно?! - подвальным голосом произнёс он.
- Это детская сказка, у меня есть получше, - я взяла фонарик у Орибэ. - Она называется "Сираи - сан". Она была обычной женщиной, но пострадала. У неё есть несколько психических заболеваний. Если рассказать эту историю сотой, то Сираи - сан появится. Однажды такое произошло в деревне Усикуби. Четверо подростков, которые не верили в это предсказание, начали рассказывать разные страшилки. И сотой, оказалась про Сираи - сан. Никто из них не подозревал, что произойдёт с ними. После встречи все начали расходиться по домам. Наутро обнаружили тело своего друга.
Вместо его глаз были дыры, из которых текла кровь. Лицо парня искривил ужас и боль. Никто до сих пор не знает, что же произошло с ним. Трое подростков начали подозревать, что всё начало происходить после страшилки про Сираи - сан. Через двое суток скончался ещё один подросток из их компании. Его лицо так же, как и у предыдущего было изуродовано. Двое друзей начали паниковать, один из них написал пост в интернете. И начали происходить новые убийства. Жертв становилось всё больше и больше. В конце истории Сираи - сан пришла к двум виновникам этой ситуации. Они увидели женщину в длинном белом платье, с длинными чёрными волосами. Изо рта у неё вытекала кровь, глаз не было, а во лбу была дырка! Она надвигалась на подростков, и давила на слух импульсами. Давление нарастало, в ушах стоял нестерпимый звон. Они оба прижались к стене. Сираи - сан, приближалась к ним. Состояние всё ухудшилось, в венах закипела кровь, и вот, она подняла руку, и...
После этого прогремел гром, Орибэ вскочил с места, Нибори оглянулся назад.
- Думаю, хватит, спокойной ночи, - Орибэ ушёл в палатку.
- Это действительно страшно, мне уже неинтересен конец, я хочу спать, - Нибори зашёл в палатку к Орибэ.
- Это было не страшно, - Цкуру залил костёр.
- Я не буду спать с тобой!
- Как хочешь, я спать, - Цкуру ушёл в палатку.
- Никакой солидарности! Хам! Невоспитанное чучело!
- Ты спать будешь? А то я палатку изнутри закрою. Сплю крепко, недостучишься, если за тобой Сираи - сан придёт, - усмехнулся Цкуру.
Закапал дождь и подул холодный ветер, я зашла в палатку.
- Спокойной ночи, - сонным голосом произнёс Цкуру.
Я ничего ему не отвечала, и легла спать.
Посреди ночи, Цкуру ударил меня кулаком по спине.
- Совсем страх потерял! - я ударила его в лоб. - Дурак!
- А! - крикнул он. - Что происходит? Где я?
- На том свете, - недовольно пробурчала я.
- Тихиро? А, почему ты не спишь?
- Благодаря некоторым лунатикам!
- Я тебя ударил во сне?
- Сомневаюсь! У тебя всё происходит намеренно! Свинья!
- Прекрати называть меня свиньёй, я же не специально.
- Откуда я знаю, специально или нет?! Как же ты меня бесишь! - я хотела открыть дверь, но о палатку что - то ударилось, я испугалась. - Что это?!
- Где?! - Цкуру сел.
Кто-то ударил по палатке рукой.
- Кто здесь?! - Я отодвинулась подальше.
Затем прозвучал звон колокольчиков.
- И кто там!? - Напористо произнёс Цкуру, и хотел выйти наружу.
- Стой, - я схватила его за руку. - Звон колокольчиков это признак того, что там Сираи - сан.
- Ты веришь в это?!
Снова прозвучал звон.
- Окей, если она там, то, что нам делать?
- Она не сможет зайти сюда, - я поджала колени. - Если она будет преследовать нас, то нужно смотреть ей в глаза в течение минуты, тогда она исчезнет.
- Ты уверена?
По палатке опять ударили. Кто-то ходил возле неё. Что-то похожее на человека с длинными волосами.
- Я не знаю, - моё сердце стучало сильнее обычного.
- Она убьёт нас?
- Не знаю.
- Тихиро, не пугай меня.
Прогремела гроза, сверху что-то упало, палатка сломалась. Нас придавило. Я начала кричать, от страха у меня не хватало воздуха, я начала задыхаться.
- Тихиро, Тихиро, очнись, дыши. Сейчас я открою. Чёрт! - Цкуру прижал палец. - Погоди, не волнуйся, дыши, дыши!
Я чувствовала, как в моих лёгких заканчивался воздух, я ничего не могла сказать. Страх заполнил моё тело, удушье загоняло в тупик. В глазах стоял туман, с небольшими проблесками света. Цкуру вырвал крепление палатки, и освободил нас из этого плена. Закрыв мне рукой глаза, он крепко прижал меня к себе.
- Тебе лучше, Тихиро?
- Да, - с отдышкой ответила я.
- Не смотри, вдруг это Сираи - сан!
- Что происходит?! - Послышался голос учителя.
Я убрала руку Цкуру с моих глаз, на палатку упал тонкий сук от дерева. Был сильный ветер, поэтому случилось такое происшествие. Никто не понимал, что произошло. Когда всё встало на свои места, учитель собрал всех для похода в горы. Я, Орибэ, Нибори и Цкуру отбились на полпути и вернулись обратно к лагерю. Нибори достал надувную лодку.
- Поплыли? - Он поднял правую бровь.
Мы все сели в лодку, у Орибэ и Цкуру были вёсла. Нибори открыл бутылку с сакэ.
- О - о - о, пахнет жареным, - ухмыльнулся Орибэ.
- Стаканчиков нет, из горла? - Нибори протянул бутылку мне. - Первый глоток нашей единственной даме на судне.
Я сделала глоток и отдала бутылку Орибэ.
- В резиновой лодке небезопасно пить алкоголь, - я посмотрела на Цкуру.
- И что? Везде одни запреты! - Возмутился Нибори.
Когда закончилась водка, Нибори достал из рюкзака коньяк.
- А вечеринка - то набирает обороты, - улыбнулся Цкуру.
- Я не буду, - сказала я.
- Кто не пьет, тот здоровым помрёт. А в итоге все - умрём, давай бутылку мне, - ответил Орибэ.
Сделав три глотка, он протянул бутылку Цкуру. Через пару минут у ребят начался бурный разговор.
- Мы, наверное, отплыли 900 метров от берега, - икнул Орибэ.
- Тут всего 90, - усмехнулся Нибори.
- Пацаны, смотрите, что я у деда взял, - Цкуру достал складной нож из кармана. - Тут гравировка моего клана и фамилии. Именной нож. Дед им столько бандюганов уложил.
- Прям, Брюс Ли, - недовольно фыркнула я.
- А чем я хуже? - Цкуру встал.
- Всем.
- Ребят, успокойтесь, мы с Орибэ плавать не умеем, - Нибори начал беспокоится.
- А что же ты умеешь? - Я смотрела Цкуру в глаза.
- Орибэ, бутылку, - друг дал ему её.
Цкуру ударил себя по голове, но бутылка не разбилась.
- Чёрт! Она какая-то...
- Не она, а ты! - Я тоже встала.
- Цкуру, а вы вчера с Тихиро хорошо спали? - Усмехнулся Орибэ.
- Да, а что? - Цкуру шатало.
- Бро, сядь, иначе в воде окажешься, - сказал Нибори.
- И, как? - Орибэ сделал глоток.
- Нормально, - Цкуру подошёл ко мне, чуть не упал в воду, Нибори держал его.
- Отойди от меня! - Крикнула я.
- Мы обнимались всю ночь! - Цкуру повысил голос.
- Не неси чушь! - Я хотела одёрнуть его.
- Молчи, женщина! - Крикнул Цкуру.
- Да пошёл ты, - я откинула его руку от себя.
- Тихиро, ты моя Мадонна! Мой свет и тьма! Моя любовь! Радость моя!
- Понеслось, - вздохнул Нибори.
- Обними меня, - Цкуру навалился на меня.
- Целуй её, - крикнул Орибэ, и достал телефон.
- Любимая, - Цкуру давил на меня своим телом.
- Иди отсюда, свинья! - Я оттолкнула его ногами, он упал в воду, и нечаянно зацепил лодку лезвием ножа.
- Египетская сила, мы тонем! - У Орибэ началась паника.
- Все крысы бегут с корабля, - крикнул Цкуру из воды.
- Вот же зараза! Я плавать не умею, - Нибори растерялся.
- Без паники, вода холодная, освежает - засмеялся Цкуру.
В итоге мы все вчетвером оказались в воде. Было неглубоко, я вытащила Нибори на другой берег, а Цкуру спас Орибэ.
Мокрые, замёрзшие и голодные, мы ждали помощи. Все трое друзей уже протрезвели, и начали воспринимать происходящее, как оно есть. После такого похода, я заболела. Меня положили в больницу. Я не видела отца десять дней, у меня была пневмония, температура держалась семь дней. Только на 15 - тые сутки мне стало получше.
После успешной сдачи экзаменов, я поступила на юриста. Отец решил отметить это событие. Нас и ещё двух человек пригласили на японскую чайную церемонию. Отец сказал, что на ней будет человек, с которым он хорошо знаком. У него есть сын, мой отец хотел, чтобы мы с ним познакомились. Церемония проходила в "чисто" японском стиле. Поэтому мы вместе с отцом надели кимоно. Моё было розовое с сакурой и лепестками. У отца чёрное с иероглифами, самураем и катаной.
Мы приехали к чайному домику в шесть вечера. Хозяин дома любезно встретил нас у ворот. Первые гости прибыли на десять минут раньше. Приняв лестные слова в свой адрес, нас запустили во двор. На лавочке сидел Цкуру со своим отцом.
Я была в шоке, но на это не было времени. Вместе с другими гостями мы пошли по узкой тропинке. Дойдя до деревянной калитки, хозяин дома открыл её. Я увидела блестящие от воды чёрные камни. Затем мы прошлись по саду, в котором было много красивых цветов, сакура только начала раскрывать свои бутоны. Хозяин дома сделал мне комплимент, моё кимоно было подобрано со вкусом, к сегодняшней церемонии. Сев на скамейку мы наслаждались пейзажем и чистым воздухом. Затем мы убрали циновки на место, и пошли к другой калитке. Хозяйка открыла её и поприветствовала нас. На ней было красное кимоно с белыми цветами. А на её муже синие с журавлём. Гость, который стоял первым был важным. Это был мой отец!
После знакомства мы все обратно пошли к скамейке, чтобы немного отдохнуть. Хозяйка зашла в дом. Мы шли к чайному домику. Остановившись, хозяин дома предложил нам помыть руки из цукубаи. (Цукубаи - небольшой традиционный японский бассейн, в основном ритуального назначения. Цукубаи изготавливаются обычно из цельного камня и носят культовый характер. Каменные чаши бассейна могут украшаться иероглифами и религиозными символами. Вода поступает через бамбуковую трубу какэи.
Цукубаи снабжаются специальными деревянными ковшиками цукубаи-бисяку).
Сначала нужно взять в правую руку ковш и обмыть левую руку, затем наоборот. Это символизирует очищение души. Потом надо снова взять ковш в правую руку и нались в левую ладонь воды, чтобы ополоснуть рот. А затем обмыть водой из ковша его рукоятку.
После всех процедур, мы пошли к месту, где нас ждали. Хозяин дома сел на корточки, и тихо открыл дверь в дом.
Главный гость (то есть мой отец) зашел первый, затем отец Цкуру. Хотя они были двумя важными персонами этой церемонии, роль "главного" выпала моему отцу. Посередине комнаты висел свиток токонома. Рассмотрев чайную утварь, к нам зашла хозяйка. Она принесла сладости. Их едят, когда ждут чая, который хозяйка приготовит. Она принесла в комнату всё необходимое для приготовления чая.
Цкуру первый потянул руку к сладостям, отец Цкуру ударил его по руке, и вежливо извинился перед моим отцом. Ничего не сказав, мой отец вежливо улыбнулся. Я впервые увидела его положительные повадки.
Когда вся утварь была собрана, хозяйка поклонилась нам, мы ответили взаимным поклоном. Сидя в японской позе на корточках, она начала приготовление чая.
Достав из кармана кимоно салфетки, мой отец взял кусочек сладостей, обтерев палочки, он передал сладости отцу Цкуру.
Когда очередь дошла до сына Тикары, тут начался очередной аттракцион. Он неудачно достал салфетки, и они все разлетелись по полу.
- Извините, - неловко сказал Цкуру.
Поднявшись с пола, он собрал все салфетки и сел обратно.
- Что ж, приступим, - Орибэ разложил все предметы от палатки возле себя.
- Скоро стемнеет, чем раньше начнём, тем раньше закончим, - сказал Нибори.
- И кто из вас будет собирать? - я посмотрела на Орибэ. - Я не умею.
- Палатки две, а нас четверо, - усмехнулся Нибори.
- По два в каждую, - ответил Орибэ.
- Я с тобой, брат, - Нибори похлопал Орибэ по спине.
- А я? С ним спать должна?! - Я недовольно фыркнула.
- Никто не виноват, что женского пола здесь всего три фигуры, - дёрнул носом Нибори.
- Цкуру у нас не кусается, - засмеялся Орибэ.
- Дураки! - Я надула щёки, и пошла к учителю.
Всё сразу предвещало провал.
- В походе шестнадцать человек, без меня. И восемь палаток, плюс семнадцать спальных мешков. Я взял свою палатку из дома, она для одного человека. Очень хлипкая и холодная. У вас в каждой палатке по два спальных мешка. В походе три девочки, две будут спать вместе. Тебя, Тихиро, положить к ним не получится. Кто-то из ребят может спать на улице. Тем более, я не вижу никакой угрозы для тебя. Вы спите в разных мешках, так что не бойся. Все они твои одноклассники, - учитель улыбнулся, и ушёл.
- За что боролись, - усмехнулся Орибэ.
- Давайте собирать палатку, - Нибори взял в руки железные палки.
Все справились за пятнадцать минут, мы за два часа. Цкуру сидел у костра с термосом.
- Брачное ложе готово, - засмеялся Орибэ. - Сударь, вам понравится.
- Закрой фонтан, - я ударила его по плечу.
- Тихиро, перестань, давайте страшилки рассказывать? Я их штук тридцать знаю, - Орибэ и Нибори сели возле костра.
- Все уже спят, - я села рядом с Цкуру.
- Самое время! - Орибэ налил в кружку чай, и достал складной фонарик. - Когда-то, когда Токио назывался Эдо, там жил ронин по имени Синдзабуро, а через стену от него жил сосед по имени Томодзо. С некоторого времени Томодзо потерял сон, так как каждую ночь, громко топая гэта, к Синдзабуро стали приходить какие-то гости. «И кто это в столь поздний час ходит к соседу?» — заслышав в очередной раз стук гэта, подумал Томодзо и выглянул наружу. Он увидел, как к двери соседа безмолвно подошли прекрасная девушка и ее служанка. В руках служанка держала фонарь с нарисованным цветком пиона. Затем эти двое вошли. Любопытный Томодзо продолжил подглядывать через дыру в стене. Он увидел, что Синдзабуро весело беседует с девушкой. Но через мгновение пришел в ужас, взглянув на лицо девушки — вместо него был лишь череп, нижняя часть туловища также отсутствовала. Служанка выглядела под стать своей хозяйке. Какая жуть! Они — призраки! Бледный как мел Томодзо со всех ног припустил к местному гадальщику. «Синдзабуро одержим призраками!» — закричал Томодзо. Предсказатель ответил: «Тогда дела его плохи. Коли начнешь якшаться с призраками, то скоро и сам сгинешь». На следующий день Томодзо позвал Синдзабуро и спросил: «Кто эти женщины, что приходили к тебе прошлой ночью?». «Госпожу зовут Оцую, а спутница — ее служанка. Думаю жениться на Оцую» — ответил Синдзабуро. «Только не это! Они — призраки!» — закричал Томодзо. Поначалу Синдзабуро не поверил соседу, но вскоре, порасспрашивав людей, он разыскал могилы девушек и пришел в ужас.
На свою дверь Синдзабуро прикрепил приобретенный у предсказателя защитный амулет. Поздно ночью пришли Оцую и ее служанка с пионовым фонарем в руке. Испуганный Синдзабуро затаился. Призраки грустными голосами обратились к нему: «Амулет не дает нам войти. Неужели, ты передумал жениться?» Спустя какое-то время послышался звук удаляющихся шагов гэта. На следующую ночь призраки явились к Томодзо. Рыдая, Оцую стала упрашивать его снять амулет с двери соседа. Наконец призраки показали перепуганному Томодзо сверток с золотыми монетами кобан, моля снять амулет в обмен на золото. Не выдержав, Томодзо снял амулет. Утром Синдзабуро был найден мертвым в своем доме, рядом лежал череп Оцую, - Орибэ погасил фонарик. - Страшно?! - подвальным голосом произнёс он.
- Это детская сказка, у меня есть получше, - я взяла фонарик у Орибэ. - Она называется "Сираи - сан". Она была обычной женщиной, но пострадала. У неё есть несколько психических заболеваний. Если рассказать эту историю сотой, то Сираи - сан появится. Однажды такое произошло в деревне Усикуби. Четверо подростков, которые не верили в это предсказание, начали рассказывать разные страшилки. И сотой, оказалась про Сираи - сан. Никто из них не подозревал, что произойдёт с ними. После встречи все начали расходиться по домам. Наутро обнаружили тело своего друга.
Вместо его глаз были дыры, из которых текла кровь. Лицо парня искривил ужас и боль. Никто до сих пор не знает, что же произошло с ним. Трое подростков начали подозревать, что всё начало происходить после страшилки про Сираи - сан. Через двое суток скончался ещё один подросток из их компании. Его лицо так же, как и у предыдущего было изуродовано. Двое друзей начали паниковать, один из них написал пост в интернете. И начали происходить новые убийства. Жертв становилось всё больше и больше. В конце истории Сираи - сан пришла к двум виновникам этой ситуации. Они увидели женщину в длинном белом платье, с длинными чёрными волосами. Изо рта у неё вытекала кровь, глаз не было, а во лбу была дырка! Она надвигалась на подростков, и давила на слух импульсами. Давление нарастало, в ушах стоял нестерпимый звон. Они оба прижались к стене. Сираи - сан, приближалась к ним. Состояние всё ухудшилось, в венах закипела кровь, и вот, она подняла руку, и...
После этого прогремел гром, Орибэ вскочил с места, Нибори оглянулся назад.
- Думаю, хватит, спокойной ночи, - Орибэ ушёл в палатку.
- Это действительно страшно, мне уже неинтересен конец, я хочу спать, - Нибори зашёл в палатку к Орибэ.
- Это было не страшно, - Цкуру залил костёр.
- Я не буду спать с тобой!
- Как хочешь, я спать, - Цкуру ушёл в палатку.
- Никакой солидарности! Хам! Невоспитанное чучело!
- Ты спать будешь? А то я палатку изнутри закрою. Сплю крепко, недостучишься, если за тобой Сираи - сан придёт, - усмехнулся Цкуру.
Закапал дождь и подул холодный ветер, я зашла в палатку.
- Спокойной ночи, - сонным голосом произнёс Цкуру.
Я ничего ему не отвечала, и легла спать.
Посреди ночи, Цкуру ударил меня кулаком по спине.
- Совсем страх потерял! - я ударила его в лоб. - Дурак!
- А! - крикнул он. - Что происходит? Где я?
- На том свете, - недовольно пробурчала я.
- Тихиро? А, почему ты не спишь?
- Благодаря некоторым лунатикам!
- Я тебя ударил во сне?
- Сомневаюсь! У тебя всё происходит намеренно! Свинья!
- Прекрати называть меня свиньёй, я же не специально.
- Откуда я знаю, специально или нет?! Как же ты меня бесишь! - я хотела открыть дверь, но о палатку что - то ударилось, я испугалась. - Что это?!
- Где?! - Цкуру сел.
Кто-то ударил по палатке рукой.
- Кто здесь?! - Я отодвинулась подальше.
Затем прозвучал звон колокольчиков.
- И кто там!? - Напористо произнёс Цкуру, и хотел выйти наружу.
- Стой, - я схватила его за руку. - Звон колокольчиков это признак того, что там Сираи - сан.
- Ты веришь в это?!
Снова прозвучал звон.
- Окей, если она там, то, что нам делать?
- Она не сможет зайти сюда, - я поджала колени. - Если она будет преследовать нас, то нужно смотреть ей в глаза в течение минуты, тогда она исчезнет.
- Ты уверена?
По палатке опять ударили. Кто-то ходил возле неё. Что-то похожее на человека с длинными волосами.
- Я не знаю, - моё сердце стучало сильнее обычного.
- Она убьёт нас?
- Не знаю.
- Тихиро, не пугай меня.
Прогремела гроза, сверху что-то упало, палатка сломалась. Нас придавило. Я начала кричать, от страха у меня не хватало воздуха, я начала задыхаться.
- Тихиро, Тихиро, очнись, дыши. Сейчас я открою. Чёрт! - Цкуру прижал палец. - Погоди, не волнуйся, дыши, дыши!
Я чувствовала, как в моих лёгких заканчивался воздух, я ничего не могла сказать. Страх заполнил моё тело, удушье загоняло в тупик. В глазах стоял туман, с небольшими проблесками света. Цкуру вырвал крепление палатки, и освободил нас из этого плена. Закрыв мне рукой глаза, он крепко прижал меня к себе.
- Тебе лучше, Тихиро?
- Да, - с отдышкой ответила я.
- Не смотри, вдруг это Сираи - сан!
- Что происходит?! - Послышался голос учителя.
Я убрала руку Цкуру с моих глаз, на палатку упал тонкий сук от дерева. Был сильный ветер, поэтому случилось такое происшествие. Никто не понимал, что произошло. Когда всё встало на свои места, учитель собрал всех для похода в горы. Я, Орибэ, Нибори и Цкуру отбились на полпути и вернулись обратно к лагерю. Нибори достал надувную лодку.
- Поплыли? - Он поднял правую бровь.
Мы все сели в лодку, у Орибэ и Цкуру были вёсла. Нибори открыл бутылку с сакэ.
- О - о - о, пахнет жареным, - ухмыльнулся Орибэ.
- Стаканчиков нет, из горла? - Нибори протянул бутылку мне. - Первый глоток нашей единственной даме на судне.
Я сделала глоток и отдала бутылку Орибэ.
- В резиновой лодке небезопасно пить алкоголь, - я посмотрела на Цкуру.
- И что? Везде одни запреты! - Возмутился Нибори.
Когда закончилась водка, Нибори достал из рюкзака коньяк.
- А вечеринка - то набирает обороты, - улыбнулся Цкуру.
- Я не буду, - сказала я.
- Кто не пьет, тот здоровым помрёт. А в итоге все - умрём, давай бутылку мне, - ответил Орибэ.
Сделав три глотка, он протянул бутылку Цкуру. Через пару минут у ребят начался бурный разговор.
- Мы, наверное, отплыли 900 метров от берега, - икнул Орибэ.
- Тут всего 90, - усмехнулся Нибори.
- Пацаны, смотрите, что я у деда взял, - Цкуру достал складной нож из кармана. - Тут гравировка моего клана и фамилии. Именной нож. Дед им столько бандюганов уложил.
- Прям, Брюс Ли, - недовольно фыркнула я.
- А чем я хуже? - Цкуру встал.
- Всем.
- Ребят, успокойтесь, мы с Орибэ плавать не умеем, - Нибори начал беспокоится.
- А что же ты умеешь? - Я смотрела Цкуру в глаза.
- Орибэ, бутылку, - друг дал ему её.
Цкуру ударил себя по голове, но бутылка не разбилась.
- Чёрт! Она какая-то...
- Не она, а ты! - Я тоже встала.
- Цкуру, а вы вчера с Тихиро хорошо спали? - Усмехнулся Орибэ.
- Да, а что? - Цкуру шатало.
- Бро, сядь, иначе в воде окажешься, - сказал Нибори.
- И, как? - Орибэ сделал глоток.
- Нормально, - Цкуру подошёл ко мне, чуть не упал в воду, Нибори держал его.
- Отойди от меня! - Крикнула я.
- Мы обнимались всю ночь! - Цкуру повысил голос.
- Не неси чушь! - Я хотела одёрнуть его.
- Молчи, женщина! - Крикнул Цкуру.
- Да пошёл ты, - я откинула его руку от себя.
- Тихиро, ты моя Мадонна! Мой свет и тьма! Моя любовь! Радость моя!
- Понеслось, - вздохнул Нибори.
- Обними меня, - Цкуру навалился на меня.
- Целуй её, - крикнул Орибэ, и достал телефон.
- Любимая, - Цкуру давил на меня своим телом.
- Иди отсюда, свинья! - Я оттолкнула его ногами, он упал в воду, и нечаянно зацепил лодку лезвием ножа.
- Египетская сила, мы тонем! - У Орибэ началась паника.
- Все крысы бегут с корабля, - крикнул Цкуру из воды.
- Вот же зараза! Я плавать не умею, - Нибори растерялся.
- Без паники, вода холодная, освежает - засмеялся Цкуру.
В итоге мы все вчетвером оказались в воде. Было неглубоко, я вытащила Нибори на другой берег, а Цкуру спас Орибэ.
Мокрые, замёрзшие и голодные, мы ждали помощи. Все трое друзей уже протрезвели, и начали воспринимать происходящее, как оно есть. После такого похода, я заболела. Меня положили в больницу. Я не видела отца десять дней, у меня была пневмония, температура держалась семь дней. Только на 15 - тые сутки мне стало получше.
После успешной сдачи экзаменов, я поступила на юриста. Отец решил отметить это событие. Нас и ещё двух человек пригласили на японскую чайную церемонию. Отец сказал, что на ней будет человек, с которым он хорошо знаком. У него есть сын, мой отец хотел, чтобы мы с ним познакомились. Церемония проходила в "чисто" японском стиле. Поэтому мы вместе с отцом надели кимоно. Моё было розовое с сакурой и лепестками. У отца чёрное с иероглифами, самураем и катаной.
Мы приехали к чайному домику в шесть вечера. Хозяин дома любезно встретил нас у ворот. Первые гости прибыли на десять минут раньше. Приняв лестные слова в свой адрес, нас запустили во двор. На лавочке сидел Цкуру со своим отцом.
Я была в шоке, но на это не было времени. Вместе с другими гостями мы пошли по узкой тропинке. Дойдя до деревянной калитки, хозяин дома открыл её. Я увидела блестящие от воды чёрные камни. Затем мы прошлись по саду, в котором было много красивых цветов, сакура только начала раскрывать свои бутоны. Хозяин дома сделал мне комплимент, моё кимоно было подобрано со вкусом, к сегодняшней церемонии. Сев на скамейку мы наслаждались пейзажем и чистым воздухом. Затем мы убрали циновки на место, и пошли к другой калитке. Хозяйка открыла её и поприветствовала нас. На ней было красное кимоно с белыми цветами. А на её муже синие с журавлём. Гость, который стоял первым был важным. Это был мой отец!
После знакомства мы все обратно пошли к скамейке, чтобы немного отдохнуть. Хозяйка зашла в дом. Мы шли к чайному домику. Остановившись, хозяин дома предложил нам помыть руки из цукубаи. (Цукубаи - небольшой традиционный японский бассейн, в основном ритуального назначения. Цукубаи изготавливаются обычно из цельного камня и носят культовый характер. Каменные чаши бассейна могут украшаться иероглифами и религиозными символами. Вода поступает через бамбуковую трубу какэи.
Цукубаи снабжаются специальными деревянными ковшиками цукубаи-бисяку).
Сначала нужно взять в правую руку ковш и обмыть левую руку, затем наоборот. Это символизирует очищение души. Потом надо снова взять ковш в правую руку и нались в левую ладонь воды, чтобы ополоснуть рот. А затем обмыть водой из ковша его рукоятку.
После всех процедур, мы пошли к месту, где нас ждали. Хозяин дома сел на корточки, и тихо открыл дверь в дом.
Главный гость (то есть мой отец) зашел первый, затем отец Цкуру. Хотя они были двумя важными персонами этой церемонии, роль "главного" выпала моему отцу. Посередине комнаты висел свиток токонома. Рассмотрев чайную утварь, к нам зашла хозяйка. Она принесла сладости. Их едят, когда ждут чая, который хозяйка приготовит. Она принесла в комнату всё необходимое для приготовления чая.
Цкуру первый потянул руку к сладостям, отец Цкуру ударил его по руке, и вежливо извинился перед моим отцом. Ничего не сказав, мой отец вежливо улыбнулся. Я впервые увидела его положительные повадки.
Когда вся утварь была собрана, хозяйка поклонилась нам, мы ответили взаимным поклоном. Сидя в японской позе на корточках, она начала приготовление чая.
Достав из кармана кимоно салфетки, мой отец взял кусочек сладостей, обтерев палочки, он передал сладости отцу Цкуру.
Когда очередь дошла до сына Тикары, тут начался очередной аттракцион. Он неудачно достал салфетки, и они все разлетелись по полу.
- Извините, - неловко сказал Цкуру.
Поднявшись с пола, он собрал все салфетки и сел обратно.
