Я остановил машину, только когда глаза совсем стали слипаться. Стоянка для дальнобойщиков, при ней забегаловка и отель. Алекс похрапывал рядышком, но как только машина остановилась, тут же открыл глаза:
-Где мы?- взгляд осмысленный, будто и не спал.
–Едем по твоему объездному маршруту,- я зевнул и вылил в остатки кофе коньяк.
–Нам только не хватало на полицию нарваться,- партнер покосился на полупустую бутылку.
– Мы только минут десять как выскочили на трассу, а на проселках ментов не водится,-я упрямо засыпал.
–Новости есть? –В эфире тихо пока.
- Слушай, а сколько в сейфе было ?- я спрашивал, чтобы не уснуть. Алекс достал с заднего сидения раздувшийся портфель
. – Погоди не здесь,- я завел машину:- дальнобойщики глазастые, не стоит светить бабки. Проехали пару километров и тормознули на обочине, я включил аварийку. Алекс считал бабки :
- Хорошо живут у нас директора музеев, четыре миллиона рублей и около ста тысяч в долларах. Я присвистнул:
-Вот, мать вашу за ногу и об стенку.
– Ты о чем?- судя по задумчивой физиономии партнер в это время представил себе весь процесс в подробностях.
–Да неожиданно окупил машину, которую жене подарил.
- Хорошее вознаграждение может последовать только за хорошим исполнением хорошего плана, так один человек любил повторять.
–Чувствуется военная косточка в перемешку со здоровым авантюризмом. Алекс покосился на меня и хмыкнул:
- Угадал, легион.
- Крутая школа жизни.
-Скорее смерти,- Алекс достал из портфеля несколько ювелирных футляров:- это то же из сейфа, музейные ,наверное. Лучше прикопать их где –нибудь.
- Погоди,- я открыл верхний футляр, колье брызнуло блеском мелких камней,- тут чек питерской антикварки , все легально, вряд ли кроме него это кто-то видел. Во всех остальных коробочках было то же самое- не очень дорогие антикварные побрякушки. Алекс сгрузил все обратно в портфель:- Теперь куда? Я выбрался на дорогу и разминал затекшие конечности:
- В Нижний, который сбоку.
- Не понял, это русский юмор, нам ведь в просто Новгород?
– Скорее русский арестантский юмор, есть Нижний Новгород, а есть Нижний Тагил, так вот вторая точка на карте нашей Родины- это сплошные зоны и насколько я знаю, в основном зоны строгого режима. А Нижний Новгород немного в стороне, так мне объясняли, я с географией не дружу, мне рукой показать надо. А нам действительно в Новгородскую область.
– Теперь работаем чисто?
–Это обязательное условие, будет серия , за нами такой хвост увяжется, что мама не горюй. Будем договариваться, у нас конторка-бюро и письменный стол, хотя с ним вообще все не понятно.
– Что не так?- Алекс сделал стойку.
–До войны стол в музее был, а после не числится. Может найдем концы, для меня перерыли кучу архивов и выяснилось, директор музея пошел в бургомистры и слинял вместе с отступающими немецкими войсками. Больше о нем вообще никто ничего не слышал, хотя фамилия полковника, который брал город, после войны всплывала в Европе, но так как того не признали военным преступником, то и не искали особо. Боюсь следы ведут в Западную Германию, потомок фон Герлиха нынче владеет очень не хилым поместьем , причем имущество унаследовано именно от того самого полковника. Как будто войны и не было, американцы вояку не тронули, землю и поместье он за собой сохранил при всех режимах. Больше у меня информации нет, мои связи здесь слабо работают.
-Мои сработают,- Алекс успокоился:- я за руль, а ты отдохни.
–Ладушки, будет кафешка приличная, залей ,пожалуйста эспрессо в термос. Вырубился моментально.
Очухался от боли с сведенной пятке, скинул туфлю, размял. Протестировал организм, выспался отменно, не смотря на неудобное положение . Кивнул на бормочущий приемник:
-Какие новости?
–Ограбление и двойное убийство, неудачная попытка поджога. Нашла трупы с утра сотрудница, у нее ключи были, кстатия. она задержана за попытку выноса каких-то картин. Там видать вообще бардак полный, все воровали.
- Действительно кстати, а кофе есть?
–Там даже бутерброды остались,- Алекс кивнул на заднее сидение:
- А какой конкретно населенный пункт, а то я не понял? Я по шуршал бумагами:
- Трегубово, музей там местный , за ним бюро и числится. Алекс пообщался с навигатором, ну так я то же могу.
–Черт, поворот проскочили. -Ты куда-то торопишься? Следующий поворот будет, сдай, пожалуйстая. к обочине, отлить надо. Честно говоря, это самое Трегубово было под большим вопросом с точки зрения его полезности. Бюро мастера делали много, пользовался этот предмет мебели спросом, а так как особой ценности этот предмет не представлял, то и на выставках его не фотографировали, а без фото его опознать как «наше бюро» было невозможно, ехали практически на обум.Подкрепившись кофе и бутербродами , я сковырнул крышку у пивной банки:
- Сейчас попью и поменяемся. Алекс уже не удивлялся количествам спиртного, заливаемого м мой несчастный организм, а только хмыкал и обещал, что когда это закончится он меня перепьет. Ню-ню, как однажды сказал Ник.
Навигатор показывал путь ,цель приближалась, Алекс сопел рядом и не открывал глаза даже когда я останавливался на слив отходов. Кофе с коньяком бодрил не по-детски, радио ничего нового не сообщало, видать у ментов других версий пока не было. Обрадовало только одно- орудие преступления наконец-то нашли. Алекс бросил его рядышком с директором и не найти ствол за сутки, это что-то. Моя милиция меня бережет- сначала садит, потом стережет. В Новгород решили не заезжать, просто скрутили номера со старенького мицубисси , и поехали в обход, на хрена намэти камеры нужны. Не знаю, как Алекс, а я устал за трое суток как барбос и мечтал о чистой постели, контрастном душе, хорошем кофе, ласковой Аленке, куда-то меня не туда понесло. Алексу проще, он в каком-то придорожном кафе снял плечевую и пока я наливался кофе и курил, снимал стресс и напряжение. Я побрезговал, одно дело проверенные девочки в знакомой сауне, и совсем другое- непонятная малолетка на трассе. Ну если мужику надо, то- вперед и с песнями. Приехали в середине дня, предупредив заранее. Директор- дама бальзаковского возраста и сволочной внешности была увешана турецким золотом так, что позавидует даже кремлевская елка. Мы прошли в кабинет, я махнул министерской ксивой и начался базар-вокзал. Я честно объяснил, что проверка неофициальная, просто у начальства юбилей, но всегда можно сделать ее вполне законной, при этом выложил документы с печатями и многозначительно посмотрел на прелестницу в климаксе. Та повторила жест покойного Костика и замахала ручонками, кольца и браслеты загремели набатным колоколом, но тут же оговорилась, мол экспозиция очень бедная, раритетов нет и не было, но она всеми силами готова посодействовать. Экспонатов действительно было не густо, но у этой стервы точно рыльце в пушку и загашник должен иметься. Но нам так же намекнули, что наше начальство не совсем ее начальство и стоит немножко позолотить ручку. Средневековье какое-то: вассал моего вассала, не мой вассал. Идею позолоты, хотя куда уж больше, я воспринял в целом положительно, но пожаловался на низкие зарплаты и скромность суммы, собранной сотрудниками на подарок. Меня благосклонно выслушали и сочувственно покивали: мол, свои люди, сочтемся. Проводили в запасник, действительно не ахти, с Петергофом не сравнить. Побродили немного среди музейного хлама, стоп. А это у нас что? В углу пылилось бюро, но боже мой, в каком виде ? При помощи мощного фонаря я облазил его от и до, клеймо было нашего мастера. Повернулся к Алексу:
- Что думаешь, наши мастера смогут этот хлам восстановить?Партнер включился в игру:
- За это даже они не возьмутся, а если возьмутся, то обдерут нас как липку,- Алекс хмыкнул:- у них то же свое начальство. Директриса, обрадованная, что так легко отделалась, согласилась отдать вещь безвозмездно, но я ее обломал, сказав, что это мы возьмем, но надо что- нибудь еще, на случай, если восстановить не удастся. Намекнул на люстру , тетка зашуршала гроссбухом, потом радостно подпрыгнула и потащила нас в какую-то кладовку, где и похвасталась хорошо сохранившейся семирожковой люстрой. Я прикинул: по узорам литья под канделябры подходит, по цвету то же. Татьяна Львовна, вспомнил наконец имя, видя наши сомнения и желая отделаться малой кровью, достала еще два бра в том же стиле. Я выразил неуверенность в целостности плафонов, на свет появилась еще и ваза для фруктов, по виду мельхиоровая. Видимо в этом чулане и была заначка рачительного директора, уж больно легко она с барахлом расстается, значит на балансе не висит, а в этой деревне толкнуть не кому. С трудом ,за пару ходок отволокли вещички в кабинет, Львовна лично протерла все от пылимокрой тряпкой и торг начался. Куда там одесскому привозу, директриса торговалась азартно, как на восточном базаре, клялась всеми родственниками до седьмого колена, пару раз назвала люстру памятью от бабушки, а вазу теткиным наследством. Чего в запале не ляпнешь. Алекс молчал и находился под большим впечатлением, челюсть с пола у него уже не поднималась. А я, я развлекался, как в лучшие дни работы на рынке. Наконец ударили по рукам, Татьяна Львовна вытерла огромным носовым платком мокрое от трудового пота лицо :
- Виктор, с вами приятно иметь дело, вы в торговле не работали?
– В школьные годы подрабатывал на рынке, но династию работников культуры нельзя прерывать, матушка не одобрила бы. Мне одобрительно покивали, старших уважать надо. Директриса стала богаче на две с половиной тысячи долларов, а мы на целый багажник антиквариата. Я сел на пассажирское сидение и стянул пуловер, рубашка была мокрая вся, хоть выжимай.
-Подожди печку включу, простудишься,- Алекс смотрел с уважением, переходящим в восторг. Я перегнулся через сидение и достал сразу две банки пива, а что? Заслужил. Выхлебал прохладный туборг на одном дыхании, закурил и выдал:
- В лес, грибов хочу. Партнер заржал:
- Я такого спектакля давно не видел, ты точно на психолога не учился?
–Жизнь и не такому научит, а в торговле я работал. Все это барахло вычтем из моей доли. Алекс махнул рукой:
-Забудь, благодаря этому барахлу она в жизни про мебель не вспомнит, красивый ход. Проехав еще минут десять, свернули на грунтовку, еще пара километров и стоп. Приехали, пора дербанить наше колченогое бюро. Расстелили брезент и я начал шаманить. Время шло, результата не было, но клеймо- то то самое, дважды проверял. Наконец минут через сорок, обматерив все о чем знал и о чем только догадывался , я нащупал подвижный элемент конструкции. Правая передняя ножка, точнее верхняя ее часть, резной кругляшек повернулся вокруг своей оси, что-то скрипнуло, но ни хрена не произошло. Повернул его в исходное положение, опять скрип и ни хрена, на слух определил в какой части скрипит и достал родную выкидуху. Слишком много резьбы, не поймешь, где поддеть надо, а пазы все пылью забиты наглухо- визуально не определишь. Позвал Алекса, он стоял в сторонке и снимал стресс моим пивом, гад. Теперь он крутил, а я пытался подцепить какую-нибудь детальку лезвием. Есть контакт, на стыке боковой и задней стенок поддалась деталь с виноградной лозой, теперь потихонечку на себя. Есть ящичек, есть родимый, Алекс дышал мне в затылок ,тонкая и длинная коробочка, скорее пенал толщиной около полутора сантиметров. Перестав дышать, сколупнул крышку, бинго, мать вашу так и по другому, я вытер мокрый лоб рукавом. Сзади тихо взвыл Алекс, около десятка камней были плотно вжаты в бархат, в углу скромно притулился перстень. Я подошел к машине и присел боком на сидение, положил коробочку на торпеду и закурил, руки тряслись, как после недельной пьянки.
–Считаем, братишка, считаем. Перебрали камни : двенадцать штук; с теми что взяли в Петергофе будет тридцать два и два перстня. На негнущихся ногах доковылял до багажника и из сумки достал бутылку коньяку, заодно выложил пистолет , его демонстративно бросил на панель. –Теперь точно есть, что терять, хрен я живым дамся. Я открыл бутылку и выпил прямо из горлышка, хорошо. Подумал и прихватил из багажника запасную обойму и канистру. Протянул бутылку партнеру:
-Будешь? Тот молча схватил емкость и приложился. Я двинул к антикварному хранилищу хорошей жизни, гори, гори ясно. Еще бы оно погасло с бензином-то. Убрали камни в портфель, стояли и молча пили, по-босяцки передавая бутылку.
–Я думаю надо вернуться в Москву, хватит испытывать судьбу, ты как?- собственный голос показался чужим и хриплым. Алекс кивнул:
- И чем быстрее, тем лучше.
Уже в машине угостил Алекса орешками от запаха, ему же вести, не в тему нам сейчас нарываться. Нет, не зря я щедро платил в разных организациях, по отдельности ни одна часть информации ничего не стоила, а вот имея всю картину в целом можно составить план . Я хихикнул. Алекс уставился на меня:
- Извини, это нервное, шалят нервишки-то, шалят,- я убрал ствол под сиденье .
– Нормально, меня то же трясет, такого даже после операций не было.
– Ты вести можешь?
–Да, уже легче, где ты такой коньяк покупаешь?
-Папины связи, поставки из Армении, выдержка пятнадцать лет.
– Хорошие связи, возьмешь меня на довольствие?- Алекс развернул машину и мы рванули по грунтовке, сзади догорало бюро.
-У меня только один вариант по камням, но эта сука дает только процентов двадцать, а потом камни объявляются на аукционах раз в пять дороже. Можно попробовать додавить до пятидесяти процентов, но это будет самый шоколадный вариант.
- Если у него есть заказ, то согласится и на шестьдесят пять,- Алекс считать умел то же:- А сколько один такой стоит там?
– Я видел в сети только один аукцион с нашими камнями, выставлялись семь штук, ушли по одному, в среднем по семь-восемь лимоном баксов каждый. Алекс сплюнул в окошко:
-А мне дали по лимону, и я еще счастлив был.
-Все познается в сравнении,- я пожал плечами и глотнул из горлышка:- Приедем, я созвонюсь с барыгой, а на стрелку уже вместе.
- Разумно и честно.
– Возникает еще один вопрос , с колечками. Есть предложение однимперстнем заткнуть пасть нашим работодателям, за одно они нам скинут расклад по немцу.
- А второе?- Алекс к нанимателю явно не питал больше теплых чувств.
- Попробовать выйти на их конкурентов и загнать колечко лимонов за пять- десять. Могут клюнуть, если они еще ничего не нашли.
-Не знаю, тут и нарваться можно,- Алексу идея понравилась, но видимо были причины осторожничать и опасаться. Сказать, не сказать? А хрен с ним, скажу:
- Тут есть один вариант, меня отец предупредил, что тобой интересуется ГРУ. Перед этой поездкойсо мной встретился один человек, ты под колпаком довольно давно, но как я понял, сам по себе ты им на хрен не нужен, нужны твои работодатели. Алекс поерзал на сидении , а камни их не заинтересуют
-Где мы?- взгляд осмысленный, будто и не спал.
–Едем по твоему объездному маршруту,- я зевнул и вылил в остатки кофе коньяк.
–Нам только не хватало на полицию нарваться,- партнер покосился на полупустую бутылку.
– Мы только минут десять как выскочили на трассу, а на проселках ментов не водится,-я упрямо засыпал.
–Новости есть? –В эфире тихо пока.
- Слушай, а сколько в сейфе было ?- я спрашивал, чтобы не уснуть. Алекс достал с заднего сидения раздувшийся портфель
. – Погоди не здесь,- я завел машину:- дальнобойщики глазастые, не стоит светить бабки. Проехали пару километров и тормознули на обочине, я включил аварийку. Алекс считал бабки :
- Хорошо живут у нас директора музеев, четыре миллиона рублей и около ста тысяч в долларах. Я присвистнул:
-Вот, мать вашу за ногу и об стенку.
– Ты о чем?- судя по задумчивой физиономии партнер в это время представил себе весь процесс в подробностях.
–Да неожиданно окупил машину, которую жене подарил.
- Хорошее вознаграждение может последовать только за хорошим исполнением хорошего плана, так один человек любил повторять.
–Чувствуется военная косточка в перемешку со здоровым авантюризмом. Алекс покосился на меня и хмыкнул:
- Угадал, легион.
- Крутая школа жизни.
-Скорее смерти,- Алекс достал из портфеля несколько ювелирных футляров:- это то же из сейфа, музейные ,наверное. Лучше прикопать их где –нибудь.
- Погоди,- я открыл верхний футляр, колье брызнуло блеском мелких камней,- тут чек питерской антикварки , все легально, вряд ли кроме него это кто-то видел. Во всех остальных коробочках было то же самое- не очень дорогие антикварные побрякушки. Алекс сгрузил все обратно в портфель:- Теперь куда? Я выбрался на дорогу и разминал затекшие конечности:
- В Нижний, который сбоку.
- Не понял, это русский юмор, нам ведь в просто Новгород?
– Скорее русский арестантский юмор, есть Нижний Новгород, а есть Нижний Тагил, так вот вторая точка на карте нашей Родины- это сплошные зоны и насколько я знаю, в основном зоны строгого режима. А Нижний Новгород немного в стороне, так мне объясняли, я с географией не дружу, мне рукой показать надо. А нам действительно в Новгородскую область.
– Теперь работаем чисто?
–Это обязательное условие, будет серия , за нами такой хвост увяжется, что мама не горюй. Будем договариваться, у нас конторка-бюро и письменный стол, хотя с ним вообще все не понятно.
– Что не так?- Алекс сделал стойку.
–До войны стол в музее был, а после не числится. Может найдем концы, для меня перерыли кучу архивов и выяснилось, директор музея пошел в бургомистры и слинял вместе с отступающими немецкими войсками. Больше о нем вообще никто ничего не слышал, хотя фамилия полковника, который брал город, после войны всплывала в Европе, но так как того не признали военным преступником, то и не искали особо. Боюсь следы ведут в Западную Германию, потомок фон Герлиха нынче владеет очень не хилым поместьем , причем имущество унаследовано именно от того самого полковника. Как будто войны и не было, американцы вояку не тронули, землю и поместье он за собой сохранил при всех режимах. Больше у меня информации нет, мои связи здесь слабо работают.
-Мои сработают,- Алекс успокоился:- я за руль, а ты отдохни.
–Ладушки, будет кафешка приличная, залей ,пожалуйста эспрессо в термос. Вырубился моментально.
Очухался от боли с сведенной пятке, скинул туфлю, размял. Протестировал организм, выспался отменно, не смотря на неудобное положение . Кивнул на бормочущий приемник:
-Какие новости?
–Ограбление и двойное убийство, неудачная попытка поджога. Нашла трупы с утра сотрудница, у нее ключи были, кстатия. она задержана за попытку выноса каких-то картин. Там видать вообще бардак полный, все воровали.
- Действительно кстати, а кофе есть?
–Там даже бутерброды остались,- Алекс кивнул на заднее сидение:
- А какой конкретно населенный пункт, а то я не понял? Я по шуршал бумагами:
- Трегубово, музей там местный , за ним бюро и числится. Алекс пообщался с навигатором, ну так я то же могу.
–Черт, поворот проскочили. -Ты куда-то торопишься? Следующий поворот будет, сдай, пожалуйстая. к обочине, отлить надо. Честно говоря, это самое Трегубово было под большим вопросом с точки зрения его полезности. Бюро мастера делали много, пользовался этот предмет мебели спросом, а так как особой ценности этот предмет не представлял, то и на выставках его не фотографировали, а без фото его опознать как «наше бюро» было невозможно, ехали практически на обум.Подкрепившись кофе и бутербродами , я сковырнул крышку у пивной банки:
- Сейчас попью и поменяемся. Алекс уже не удивлялся количествам спиртного, заливаемого м мой несчастный организм, а только хмыкал и обещал, что когда это закончится он меня перепьет. Ню-ню, как однажды сказал Ник.
Навигатор показывал путь ,цель приближалась, Алекс сопел рядом и не открывал глаза даже когда я останавливался на слив отходов. Кофе с коньяком бодрил не по-детски, радио ничего нового не сообщало, видать у ментов других версий пока не было. Обрадовало только одно- орудие преступления наконец-то нашли. Алекс бросил его рядышком с директором и не найти ствол за сутки, это что-то. Моя милиция меня бережет- сначала садит, потом стережет. В Новгород решили не заезжать, просто скрутили номера со старенького мицубисси , и поехали в обход, на хрена намэти камеры нужны. Не знаю, как Алекс, а я устал за трое суток как барбос и мечтал о чистой постели, контрастном душе, хорошем кофе, ласковой Аленке, куда-то меня не туда понесло. Алексу проще, он в каком-то придорожном кафе снял плечевую и пока я наливался кофе и курил, снимал стресс и напряжение. Я побрезговал, одно дело проверенные девочки в знакомой сауне, и совсем другое- непонятная малолетка на трассе. Ну если мужику надо, то- вперед и с песнями. Приехали в середине дня, предупредив заранее. Директор- дама бальзаковского возраста и сволочной внешности была увешана турецким золотом так, что позавидует даже кремлевская елка. Мы прошли в кабинет, я махнул министерской ксивой и начался базар-вокзал. Я честно объяснил, что проверка неофициальная, просто у начальства юбилей, но всегда можно сделать ее вполне законной, при этом выложил документы с печатями и многозначительно посмотрел на прелестницу в климаксе. Та повторила жест покойного Костика и замахала ручонками, кольца и браслеты загремели набатным колоколом, но тут же оговорилась, мол экспозиция очень бедная, раритетов нет и не было, но она всеми силами готова посодействовать. Экспонатов действительно было не густо, но у этой стервы точно рыльце в пушку и загашник должен иметься. Но нам так же намекнули, что наше начальство не совсем ее начальство и стоит немножко позолотить ручку. Средневековье какое-то: вассал моего вассала, не мой вассал. Идею позолоты, хотя куда уж больше, я воспринял в целом положительно, но пожаловался на низкие зарплаты и скромность суммы, собранной сотрудниками на подарок. Меня благосклонно выслушали и сочувственно покивали: мол, свои люди, сочтемся. Проводили в запасник, действительно не ахти, с Петергофом не сравнить. Побродили немного среди музейного хлама, стоп. А это у нас что? В углу пылилось бюро, но боже мой, в каком виде ? При помощи мощного фонаря я облазил его от и до, клеймо было нашего мастера. Повернулся к Алексу:
- Что думаешь, наши мастера смогут этот хлам восстановить?Партнер включился в игру:
- За это даже они не возьмутся, а если возьмутся, то обдерут нас как липку,- Алекс хмыкнул:- у них то же свое начальство. Директриса, обрадованная, что так легко отделалась, согласилась отдать вещь безвозмездно, но я ее обломал, сказав, что это мы возьмем, но надо что- нибудь еще, на случай, если восстановить не удастся. Намекнул на люстру , тетка зашуршала гроссбухом, потом радостно подпрыгнула и потащила нас в какую-то кладовку, где и похвасталась хорошо сохранившейся семирожковой люстрой. Я прикинул: по узорам литья под канделябры подходит, по цвету то же. Татьяна Львовна, вспомнил наконец имя, видя наши сомнения и желая отделаться малой кровью, достала еще два бра в том же стиле. Я выразил неуверенность в целостности плафонов, на свет появилась еще и ваза для фруктов, по виду мельхиоровая. Видимо в этом чулане и была заначка рачительного директора, уж больно легко она с барахлом расстается, значит на балансе не висит, а в этой деревне толкнуть не кому. С трудом ,за пару ходок отволокли вещички в кабинет, Львовна лично протерла все от пылимокрой тряпкой и торг начался. Куда там одесскому привозу, директриса торговалась азартно, как на восточном базаре, клялась всеми родственниками до седьмого колена, пару раз назвала люстру памятью от бабушки, а вазу теткиным наследством. Чего в запале не ляпнешь. Алекс молчал и находился под большим впечатлением, челюсть с пола у него уже не поднималась. А я, я развлекался, как в лучшие дни работы на рынке. Наконец ударили по рукам, Татьяна Львовна вытерла огромным носовым платком мокрое от трудового пота лицо :
- Виктор, с вами приятно иметь дело, вы в торговле не работали?
– В школьные годы подрабатывал на рынке, но династию работников культуры нельзя прерывать, матушка не одобрила бы. Мне одобрительно покивали, старших уважать надо. Директриса стала богаче на две с половиной тысячи долларов, а мы на целый багажник антиквариата. Я сел на пассажирское сидение и стянул пуловер, рубашка была мокрая вся, хоть выжимай.
-Подожди печку включу, простудишься,- Алекс смотрел с уважением, переходящим в восторг. Я перегнулся через сидение и достал сразу две банки пива, а что? Заслужил. Выхлебал прохладный туборг на одном дыхании, закурил и выдал:
- В лес, грибов хочу. Партнер заржал:
- Я такого спектакля давно не видел, ты точно на психолога не учился?
–Жизнь и не такому научит, а в торговле я работал. Все это барахло вычтем из моей доли. Алекс махнул рукой:
-Забудь, благодаря этому барахлу она в жизни про мебель не вспомнит, красивый ход. Проехав еще минут десять, свернули на грунтовку, еще пара километров и стоп. Приехали, пора дербанить наше колченогое бюро. Расстелили брезент и я начал шаманить. Время шло, результата не было, но клеймо- то то самое, дважды проверял. Наконец минут через сорок, обматерив все о чем знал и о чем только догадывался , я нащупал подвижный элемент конструкции. Правая передняя ножка, точнее верхняя ее часть, резной кругляшек повернулся вокруг своей оси, что-то скрипнуло, но ни хрена не произошло. Повернул его в исходное положение, опять скрип и ни хрена, на слух определил в какой части скрипит и достал родную выкидуху. Слишком много резьбы, не поймешь, где поддеть надо, а пазы все пылью забиты наглухо- визуально не определишь. Позвал Алекса, он стоял в сторонке и снимал стресс моим пивом, гад. Теперь он крутил, а я пытался подцепить какую-нибудь детальку лезвием. Есть контакт, на стыке боковой и задней стенок поддалась деталь с виноградной лозой, теперь потихонечку на себя. Есть ящичек, есть родимый, Алекс дышал мне в затылок ,тонкая и длинная коробочка, скорее пенал толщиной около полутора сантиметров. Перестав дышать, сколупнул крышку, бинго, мать вашу так и по другому, я вытер мокрый лоб рукавом. Сзади тихо взвыл Алекс, около десятка камней были плотно вжаты в бархат, в углу скромно притулился перстень. Я подошел к машине и присел боком на сидение, положил коробочку на торпеду и закурил, руки тряслись, как после недельной пьянки.
–Считаем, братишка, считаем. Перебрали камни : двенадцать штук; с теми что взяли в Петергофе будет тридцать два и два перстня. На негнущихся ногах доковылял до багажника и из сумки достал бутылку коньяку, заодно выложил пистолет , его демонстративно бросил на панель. –Теперь точно есть, что терять, хрен я живым дамся. Я открыл бутылку и выпил прямо из горлышка, хорошо. Подумал и прихватил из багажника запасную обойму и канистру. Протянул бутылку партнеру:
-Будешь? Тот молча схватил емкость и приложился. Я двинул к антикварному хранилищу хорошей жизни, гори, гори ясно. Еще бы оно погасло с бензином-то. Убрали камни в портфель, стояли и молча пили, по-босяцки передавая бутылку.
–Я думаю надо вернуться в Москву, хватит испытывать судьбу, ты как?- собственный голос показался чужим и хриплым. Алекс кивнул:
- И чем быстрее, тем лучше.
Уже в машине угостил Алекса орешками от запаха, ему же вести, не в тему нам сейчас нарываться. Нет, не зря я щедро платил в разных организациях, по отдельности ни одна часть информации ничего не стоила, а вот имея всю картину в целом можно составить план . Я хихикнул. Алекс уставился на меня:
- Извини, это нервное, шалят нервишки-то, шалят,- я убрал ствол под сиденье .
– Нормально, меня то же трясет, такого даже после операций не было.
– Ты вести можешь?
–Да, уже легче, где ты такой коньяк покупаешь?
-Папины связи, поставки из Армении, выдержка пятнадцать лет.
– Хорошие связи, возьмешь меня на довольствие?- Алекс развернул машину и мы рванули по грунтовке, сзади догорало бюро.
-У меня только один вариант по камням, но эта сука дает только процентов двадцать, а потом камни объявляются на аукционах раз в пять дороже. Можно попробовать додавить до пятидесяти процентов, но это будет самый шоколадный вариант.
- Если у него есть заказ, то согласится и на шестьдесят пять,- Алекс считать умел то же:- А сколько один такой стоит там?
– Я видел в сети только один аукцион с нашими камнями, выставлялись семь штук, ушли по одному, в среднем по семь-восемь лимоном баксов каждый. Алекс сплюнул в окошко:
-А мне дали по лимону, и я еще счастлив был.
-Все познается в сравнении,- я пожал плечами и глотнул из горлышка:- Приедем, я созвонюсь с барыгой, а на стрелку уже вместе.
- Разумно и честно.
– Возникает еще один вопрос , с колечками. Есть предложение однимперстнем заткнуть пасть нашим работодателям, за одно они нам скинут расклад по немцу.
- А второе?- Алекс к нанимателю явно не питал больше теплых чувств.
- Попробовать выйти на их конкурентов и загнать колечко лимонов за пять- десять. Могут клюнуть, если они еще ничего не нашли.
-Не знаю, тут и нарваться можно,- Алексу идея понравилась, но видимо были причины осторожничать и опасаться. Сказать, не сказать? А хрен с ним, скажу:
- Тут есть один вариант, меня отец предупредил, что тобой интересуется ГРУ. Перед этой поездкойсо мной встретился один человек, ты под колпаком довольно давно, но как я понял, сам по себе ты им на хрен не нужен, нужны твои работодатели. Алекс поерзал на сидении , а камни их не заинтересуют
