Как бы я хотел стать лисой. Жил бы в лесу. Радовался бы каждой секунде, каждому дуновению ветра, каждому лучику солнца, каждой росинке.
По щекам парня потекли слёзы. Они поблёскивали на солнышке. Виталик добро улыбнулся зверю.
Как только Игорь открыл дверь, в воздухе запахло дорогим ликёром. Роскошные апартаменты погружали в мир богатого и невообразимого. Красивые ковры, различные украшения из разных стран на стенах. Рога оленя, рыцарские мечи, самурайские катаны, доспехи храбрых рыцарей, револьверы отчаянных ковбоев, мушкеты отважных бойцов, перчатки какого-то знаменитого боксёра, какие-то картины и много всего другого. С кухни доносились звуки небрежного обращения со стеклянной посудой. Игорь прошёл по просторному коридорчику и попал на кухню. За стеклянным столом с растрёпанными волосами и с бокалом в руке сидела Маша, уже пьяная. На столе третья бутылка ликёра. По телевизору шла какая-то женская передача.
Маша!? Что это такое? - Начал возмущаться отец. - Что ты творишь?
Он подошёл к ней и отобрал у дочки бокал и бутылку. Он начал не на шутку злиться.
Тебе, что, заняться нечем? Жить надоело? Учишься хорошо, живёшь припеваючи, всё у тебя есть. Что тебе не хватает? - начал читать лекцию отец.
Папа! Ви... Виталик - заплетающимся языком выдавила Маша.
Что? Поссорилась?
Нет! Он наркоман.
Отец, от услышанного отшатнулся назад.
Что? - Не верил своим ушам Игорь. Он даже потерялся в собственных мыслях. Волна разочарования накрыла отца Маши. Какой-то странный гнев, ощущение потери.
Пап, я не знаю, что делать, - утопала в слезах Маша.
А? Что делать? - растерянно произнёс отец. Он ходил взад-вперёд, нервно закурив сигару. Растрепав свои непослушные волосы, Игорь погрузился в думы.
Иван сидел напротив какого-то делового мужчины и внимательно читал бумаги с хорошо выделенным заголовком «ДОГОВОР». В кабинете царила английская обстановка. Картины на стенах, мебель в классическом английском стиле. Ничего лишнего, ничего недостающего. Сквозь жалюзи пробивались лучи летнего солнца.
Анатолий Георгиевич, скажите, а вот пункт три-один... Тут говорится, что мы должны оставить росписи полным составом группы, в том числе и продюсер. Но у нас нет продюсера.
О-о-о. Родной мой. - Мужчина как-то недобро заулыбался. - Тогда вам придётся не заключать контракт, пока у вас не появится продюсер, ибо без него мы не вправе выдать вам лицензию на запись альбома за границей .
Но мы же выиграли в конкурсе. Нас никто не толкал, мы сами...
Уважаемый Иван. Вы верите бумагам? Я верю. Они способны изменять нашу жизнь. Привести пример? Деньги - из-за них происходят войны, убийства, любовь. Да, да, именно любовь, ибо если нет денег, вряд ли кто полюбит. Ну, а самый наглядный пример - это вот, то, что лежит перед Вами. Всего лишь один пункт - и вы неспособны дать о себе знать, а значит, вы неспособны получать деньги и славу. Вот видите. Вся наша жизнь зависит от бумаг.
Надо помнить о том, что бумага - более или менее, всё равно природный продукт. Значит, нами правит природа.
Природа правит зверьми. Людьми правит совсем другое.
Что же?
Содержимое этих бумаг! - наклонился мужчина к Ивану и наигранно улыбнулся.
Иван, выйдя из офиса, направился вдоль шумного проспекта. Он достал из кармана телефон и нажал три кнопки. Послышались гудки. Его дорогая жёлтая рубашка развевалась от потоков ветра. Джинсы белого цвета с разрезами и с клёпками. Ремень с большой пряжкой со стразами. Тёмные стильные очки. Мелированные волосы, на шее золотая цепочка.
Да! - послышалось в трубке.
Але! Это Иван. Дела плохи, Егор.
Что случилось?
Я не подписал договор.
Что?!!! - послышалось ошеломительное удивление.
Нам нужен продюсер. Без его росписи и без его дел договор не подпишут и мы никуда не уедем.
Твою душу... - выругался Егор.
Иван прошёл мимо девушки, до боли знакомой. Сделав несколько шагов, он обернулся. Девушка как почувствовала и тоже обернулась.
Я перезвоню, - сухо бросил в трубку Иван и убрал телефон в карман джинсов.
Маша. Это была Маша. Она выглядела, как всегда, прекрасно, вот только лицо было уставшим и холодным, на красивых губах больше не сияла улыбка. Они подошли друг к другу.
Здравствуй, Маш.
Привет, Вань.
Что-то ты не сияешь, как звезда, как утренняя роса от света раннего солнца.
Не в настроении что-то. А у вас как дела?
Ужасно. Я не подписал договор.
Почему? - удивилась услышанному Маша.
У нас нет продюсера. А в договоре сказано, что он нужен в обязательном порядке.
Не волнуйся, Вань, - совершенно спокойно и даже как-то холодно сказала Маша и закопалась в своей сумочке.
Редко тебя вижу без машины и с сумочкой.
Вот, держи, - протягивая нежную руку с визиткой, сказала Маша. Ваня взглянул на карточку. Это визитка её отца.
Прям сейчас же позвонишь и договоришься о встрече. Всё готово.
А... Э... - потерялся Иван. - Не знаю, как отблагодарить тебя и ...
Ничего не надо. Это отец всё устроил и нашёл вам продюсера. Ты только на вопрос ответь мне.
Слушаю!
Ты знал про Виталика?
Да!
И ничего не сказал? Я же просила тебя...
Маша, Маша. Не так всё просто. Такие вещи на палубу не выносятся. Ну вы же могли ему помочь. Собрать денег и сделать операцию...
Не могли, - перебил её Иван. - Никакая операция ему не поможет. Врачи так ему сказали, чтобы не умирала надежда. Как только его привезли в больницу...
У подъезда больницы со свистом колёс остановилась машина «скорой помощи». По коридору везли окровавленного Виталика. На лице маска для искусственного дыхания, капельница. Вокруг торопятся врачи. Свернув налево, они попали в реанимацию. Личность была уже давно установлена по паспорту. Родственникам сообщили о происшествии. Иван как раз был в это время с родителями Виталика. Через несколько часов, прилетев на самолёте, родители и Иван уже были в больнице. Виталик лежал уже в палате, после операции.
Понимаете? Ваш сын в тяжёлом состоянии. Его брат погиб и ещё двое девчонок...
Мать от услышанной речи врача упала в обморок. Отец с трудом сдерживал слёзы, но в конечном итоге заплакал.
Я поговорил тогда с врачом, - продолжал Ваня, вытирая свои слёзы с щёк. - Сказали, что поправится. Но не всё было так гладко. Виталик стал очень странным и порой мне казался сумасшедшим. Он первому мне рассказал о том, что с ним творится. Врачи переборщили с лекарствами. Зависимость. Через какое-то время я узнал от Виталика, что тот смертельно болен. Сразу же нашёл врача, собрал деньги. Но то, что мне сказали, убило меня в тот день. Вылечить его было невозможно, какую бы операцию ему ни делали. Я тогда всё понял. Принимает он наркотики не из-за того, что перепутали с дозой врачи, а из-за того, чтобы сгубить эту боль. Его болезнь доставляет ему адские боли. Для утоления этих болей нужны были сильные лекарства, именно от них Виталик и впал в зависимость, но никому об этом не говорил.
Он мне соврал.
Нет. Он любит тебя. И открыл тебе правду, которую знает не каждый.
Но мне он говорил другое.
Конечно! Чтобы не умирала надежда.
Пробираясь сквозь лесную чащу, Виталик думал о том, как быстро рушатся воздушные замки. Шёл довольно сильный дождь, тропинка размокла и превратилась в грязевую дорогу. Скользя по грязи, Виталик вышел к кладбищу. Среди множества могил парень искал ту, которая была ему нужна, и вскоре он её нашёл. Осторожно погладил крест, на котором висела табличка с именем и датами жизни и смерти брата Виталика.
Прости, брат, меня. За родителей прости, за жизнь и за смерть прости, - начал каяться Виталик. - Знаю, во многом неправ я был, да и моя ошибка, что ты там, а я здесь. Надеюсь, родители с тобой. Я даже не знаю, где они похоронены. Я так потерялся в мире, брат. И никогда не думал, что полюблю.
Дождь становился сильней. Вокруг не было никого.
Я вот принёс тебе тут, покушать, выпить немножко и цветочков парочку. Прости, брат, если сможешь. У меня никого не осталось. Я совсем один в этом мире. И знаешь? Меня понимает только одно существо. Конечно же, Алиска. Чтобы я без неё делал? А может, то ты? Просто в другом обличий. -Виталик тихо посмеялся. - Брат, мне пора. Увидимся во снах и на небесах.
Ваня шёл по шумной улице. Слева располагались витрины дорогих магазинов, ресторанов, банков и каких-то фирм. Справа шумели автомобили, всё куда-то спешащие, уносящиеся вдаль. Мимо проходили люди, кто одетый в костюм, в руке держа дипломат, аккуратно причёсанный и держащий спину прямо и гордо подняв подбородок, кто-то шёл в бриджах, яркой майке с наушниками в ушах, кто-то в джинсах, белых кроссовках и майке, кто-то улыбался, кто-то шёл с угрюмым лицом, кто-то просто разговаривал по телефону. Иван крутил в руках листок бумажки с адресом ресторана. На нём была розовая майка с каким-то непонятным, но красивым рисунком, стильные серые джинсы, белые кроссовки, как ни странно, подходившие под его наряд. Внимательно взирая по сторонам, он то и дело поглядывал на бумажку, что уже помялась у него в руке. Наконец Ваня остановился перед большим зданием. Вход во дворик был красиво сделан, как будто в старой деревне на Украине. Над входом красивыми буквами выведено название ресторана: «Тарас Бульба». Поднявшись на третий этаж, Ваня как-то растерянно посмотрел по сторонам. Обстановка была куда более, чем просто приятна. Всё вокруг напоминало уютную хату в самом центре старинной Украины. Официанты были одеты в национальные одежды. Всюду сидели состоятельные люди, это можно было понять по их одежде, культурному приёму пищи и деловым разговорам. «Где же он?» - задал про себя вопрос Иван. Он посмотрел на бородатого мужичка, одетого в чёрный костюм, поглощающего жареные пельмени и запивающего их холодным пивом. Затем он посмотрел на другого мужчину, сидевшего в углу зала и читающего какой-то журнал, попивая чай. Но тот, кого искал Иван, прятаться не стал. В другом конце зала Ваня увидел поднятую руку. Парень медленно, с неуверенностью подошёл к столу. За столиком сидел приятный на лицо мужчина, одетый в чёрную рубашку с золотыми полосками вдоль. Мужчина был уже охмелевшим. Он встал из-за стола, протянул руку Ивану и как-то грустно улыбнулся.
Иван! - протягивая руку мужчине, представился парень.
Игорь! - последовал ответ. - Садись. Это тебе. -показывая рукой на место напротив него, произнёс мужчина.
На столе стоял бокал красного вина и две картофельные котлеты, рядом с ними вкусно приготовленная рыба.
Спасибо, но я не голоден, - замялся вдруг Ваня и покраснел, как школьник у доски.
Кушай, кушай, - добро улыбнулся Игорь. - Я вот, пожалуй, ещё выпью.
Он поднял руку вверх, затем опустил её на стоящий в центре стола рекламник и нажал на кнопку. Через минуту к столу подошла красивая официантка и приняла заказ.
А-а-а... Знаете... - начал неуверенно Иван свой разговор.
Да, знаю я всё, Ванька. Ты лучше расслабься и веди разговор спокойно и рассудительно. Ничего при этом не чувствуй. Будь холоден, твёрд, убедителен. Тогда достигнешь успеха, - немного заплетающимся языком ответил Игорь.
Да, хорошо, я понял, - продолжал разговор Иван, уверенней взявшись за столовые приборы и приступая к приёму пищи.
Вот человек, который будет вами заниматься, будет вашим отцом в мире музыки и бизнеса, - положив перед Иваном визитку, начал деловую беседу Игорь. - Тебе останется только позвонить, встретиться, показать, на что вы способны, и всё. Дорога в жизнь открыта с красной ковровой дорожкой. А вы способны на многое и достойны этого.
Спасибо Вам огромное! - не скрывая радости и искренней благодарности, сказал парень. - Как нам Вас отблагодарить?
Подарите мне ваш первый альбом! - то ли в шутку, то ли серьёзно сказал мужчина.
К столу подошла та же красивая официантка и поставила на стол холодного пива. Игорь закусывая сушёными креветками пиво, продолжил разговор:
Вань! Сделай одну любезность.
Я Вас слушаю.
Отгороди доченьку мою, Машу, от этого Виталика. Не судьба им вместе быть, да и не нужно это.
Ваня замер. Молча дожевал кусок рыбы, отложил в сторону столовые приборы, вытер руки салфеткой и сказал:
Ну насчёт судьбы, то мы сами её художники, сами рисуем и сами любуемся тем, что создали. Я не могу этого сделать, глядя в глаза отцу Маши, твёрдо говорил Иван. - Я не буду вмешиваться в их отношения и довольно неплохие...
Я не хочу видеть его рядом с моей дочерью.
Не вижу ничего плохого в том, что они вместе. Они счастливы. А вот когда это счастье прерывает отец - это уже слишком. Хоть отец и дальше от своего чада, чем мать, но отец это стержень ребёнка и сердце его.
Я не хочу, чтобы какой-то наркоман целовал мою дочь! -в пьяном бреду завопил Игорь.
Что? - округлив глаза, встал из за стола Иван. Он со злости опрокинул бокал вина на белую скатерть ударом по нему. Осознав ситуацию, Ваня схватил визитку и поспешно удалился из зала. Игорь в отчаянии зарыдал и склонился над столом.
На выходе из ресторана Иван встретил ту прекрасную официантку. Она держала в пальчиках тонкую мятную сигаретку и, увидев Ивана, поспешила от неё избавиться. Иван смотрел на неё и улыбнулся, затем уверенно спросил:
Девушка, Вы так прекрасны, что ни один поэт не опишет Вас, а только склонится перед Вами. И я уверен, имя ваше также прекрасно.
Маша, - покраснев от комплиментов, скромно ответила девушка.
Маша? - зачем-то спросил Иван.
Перед глазами нарисовалась картина Маши Виталика, её отец, сам Виталик. Снова какой-то удар в грудь, и душа закричала от боли. Ваня поцеловал руку прекрасной девушке с длинной косой и направился к выходу. Девушка хотела ему что-то сказать вслед, подняла нежную руку, но остановилась и снова закурила.
Смех счастья разнёсся по комнате. Виталик рассказал Маше какой-то весёлый анекдот, и они оба катались от смеха по полу. Лёжа головой друг к другу, когда смех стих, Виталик с улыбкой на лице стал рассказывать Маше, показывая на потолок рукой, украшенной кольцами:
- Представь, мы лежим на берегу тёплого ласкового моря. Солнце уже давно село, и звёзды - словно кобылицы вышли на луг попастись. Одна более изящна, аккуратна, стройна. Вон одна самая яркая, должно быть, самая главная, самая красивая, королева. Они смотрят там с царства покоя и совершенства на нас и ярко нам светят, манят, зовут и нежно шепчут неслыханные стихи. Нежный ветерок с моря скользит по телу так изящно, что хочется закрыть глаза и уснуть. Море тихонечко бурлит над ухом, и начинает казаться, что с нами разговаривает природа. Как же всё прекрасно в этом мире. Я чувствую тепло твоей щеки. Она нежна, как этот ветерок с моря. Ты что-то шепчешь так прекрасно, как эти звёзды, как это море. Губы твои жаркие, словно тёплые лучи солнца, что грело нас ещё днём...
Не успел закончить Виталик свою фантазию, как Машины и его губы сплелись в необычайной нежности. Затем, глядя друг другу в глаза, они засмеялись и обнялись так нежно, что, казалось, счастливей их нету никого на этой Земле.
Иван подписал контракт вместе с продюсером и всеми музыкантами группы «Иллюзия». Дорога за границу была открыта. Запись альбома может начаться в любой момент. Продюсер группы уже подготовил обложку альбому, расписание концертов, плакаты и кучу разных каких-то бумаг. Процесс запущен, остаётся только оправдать надежды.
Ваня звонил в дверь к Виталику.
По щекам парня потекли слёзы. Они поблёскивали на солнышке. Виталик добро улыбнулся зверю.
Как только Игорь открыл дверь, в воздухе запахло дорогим ликёром. Роскошные апартаменты погружали в мир богатого и невообразимого. Красивые ковры, различные украшения из разных стран на стенах. Рога оленя, рыцарские мечи, самурайские катаны, доспехи храбрых рыцарей, револьверы отчаянных ковбоев, мушкеты отважных бойцов, перчатки какого-то знаменитого боксёра, какие-то картины и много всего другого. С кухни доносились звуки небрежного обращения со стеклянной посудой. Игорь прошёл по просторному коридорчику и попал на кухню. За стеклянным столом с растрёпанными волосами и с бокалом в руке сидела Маша, уже пьяная. На столе третья бутылка ликёра. По телевизору шла какая-то женская передача.
Маша!? Что это такое? - Начал возмущаться отец. - Что ты творишь?
Он подошёл к ней и отобрал у дочки бокал и бутылку. Он начал не на шутку злиться.
Тебе, что, заняться нечем? Жить надоело? Учишься хорошо, живёшь припеваючи, всё у тебя есть. Что тебе не хватает? - начал читать лекцию отец.
Папа! Ви... Виталик - заплетающимся языком выдавила Маша.
Что? Поссорилась?
Нет! Он наркоман.
Отец, от услышанного отшатнулся назад.
Что? - Не верил своим ушам Игорь. Он даже потерялся в собственных мыслях. Волна разочарования накрыла отца Маши. Какой-то странный гнев, ощущение потери.
Пап, я не знаю, что делать, - утопала в слезах Маша.
А? Что делать? - растерянно произнёс отец. Он ходил взад-вперёд, нервно закурив сигару. Растрепав свои непослушные волосы, Игорь погрузился в думы.
Иван сидел напротив какого-то делового мужчины и внимательно читал бумаги с хорошо выделенным заголовком «ДОГОВОР». В кабинете царила английская обстановка. Картины на стенах, мебель в классическом английском стиле. Ничего лишнего, ничего недостающего. Сквозь жалюзи пробивались лучи летнего солнца.
Анатолий Георгиевич, скажите, а вот пункт три-один... Тут говорится, что мы должны оставить росписи полным составом группы, в том числе и продюсер. Но у нас нет продюсера.
О-о-о. Родной мой. - Мужчина как-то недобро заулыбался. - Тогда вам придётся не заключать контракт, пока у вас не появится продюсер, ибо без него мы не вправе выдать вам лицензию на запись альбома за границей .
Но мы же выиграли в конкурсе. Нас никто не толкал, мы сами...
Уважаемый Иван. Вы верите бумагам? Я верю. Они способны изменять нашу жизнь. Привести пример? Деньги - из-за них происходят войны, убийства, любовь. Да, да, именно любовь, ибо если нет денег, вряд ли кто полюбит. Ну, а самый наглядный пример - это вот, то, что лежит перед Вами. Всего лишь один пункт - и вы неспособны дать о себе знать, а значит, вы неспособны получать деньги и славу. Вот видите. Вся наша жизнь зависит от бумаг.
Надо помнить о том, что бумага - более или менее, всё равно природный продукт. Значит, нами правит природа.
Природа правит зверьми. Людьми правит совсем другое.
Что же?
Содержимое этих бумаг! - наклонился мужчина к Ивану и наигранно улыбнулся.
Иван, выйдя из офиса, направился вдоль шумного проспекта. Он достал из кармана телефон и нажал три кнопки. Послышались гудки. Его дорогая жёлтая рубашка развевалась от потоков ветра. Джинсы белого цвета с разрезами и с клёпками. Ремень с большой пряжкой со стразами. Тёмные стильные очки. Мелированные волосы, на шее золотая цепочка.
Да! - послышалось в трубке.
Але! Это Иван. Дела плохи, Егор.
Что случилось?
Я не подписал договор.
Что?!!! - послышалось ошеломительное удивление.
Нам нужен продюсер. Без его росписи и без его дел договор не подпишут и мы никуда не уедем.
Твою душу... - выругался Егор.
Иван прошёл мимо девушки, до боли знакомой. Сделав несколько шагов, он обернулся. Девушка как почувствовала и тоже обернулась.
Я перезвоню, - сухо бросил в трубку Иван и убрал телефон в карман джинсов.
Маша. Это была Маша. Она выглядела, как всегда, прекрасно, вот только лицо было уставшим и холодным, на красивых губах больше не сияла улыбка. Они подошли друг к другу.
Здравствуй, Маш.
Привет, Вань.
Что-то ты не сияешь, как звезда, как утренняя роса от света раннего солнца.
Не в настроении что-то. А у вас как дела?
Ужасно. Я не подписал договор.
Почему? - удивилась услышанному Маша.
У нас нет продюсера. А в договоре сказано, что он нужен в обязательном порядке.
Не волнуйся, Вань, - совершенно спокойно и даже как-то холодно сказала Маша и закопалась в своей сумочке.
Редко тебя вижу без машины и с сумочкой.
Вот, держи, - протягивая нежную руку с визиткой, сказала Маша. Ваня взглянул на карточку. Это визитка её отца.
Прям сейчас же позвонишь и договоришься о встрече. Всё готово.
А... Э... - потерялся Иван. - Не знаю, как отблагодарить тебя и ...
Ничего не надо. Это отец всё устроил и нашёл вам продюсера. Ты только на вопрос ответь мне.
Слушаю!
Ты знал про Виталика?
Да!
И ничего не сказал? Я же просила тебя...
Маша, Маша. Не так всё просто. Такие вещи на палубу не выносятся. Ну вы же могли ему помочь. Собрать денег и сделать операцию...
Не могли, - перебил её Иван. - Никакая операция ему не поможет. Врачи так ему сказали, чтобы не умирала надежда. Как только его привезли в больницу...
У подъезда больницы со свистом колёс остановилась машина «скорой помощи». По коридору везли окровавленного Виталика. На лице маска для искусственного дыхания, капельница. Вокруг торопятся врачи. Свернув налево, они попали в реанимацию. Личность была уже давно установлена по паспорту. Родственникам сообщили о происшествии. Иван как раз был в это время с родителями Виталика. Через несколько часов, прилетев на самолёте, родители и Иван уже были в больнице. Виталик лежал уже в палате, после операции.
Понимаете? Ваш сын в тяжёлом состоянии. Его брат погиб и ещё двое девчонок...
Мать от услышанной речи врача упала в обморок. Отец с трудом сдерживал слёзы, но в конечном итоге заплакал.
Я поговорил тогда с врачом, - продолжал Ваня, вытирая свои слёзы с щёк. - Сказали, что поправится. Но не всё было так гладко. Виталик стал очень странным и порой мне казался сумасшедшим. Он первому мне рассказал о том, что с ним творится. Врачи переборщили с лекарствами. Зависимость. Через какое-то время я узнал от Виталика, что тот смертельно болен. Сразу же нашёл врача, собрал деньги. Но то, что мне сказали, убило меня в тот день. Вылечить его было невозможно, какую бы операцию ему ни делали. Я тогда всё понял. Принимает он наркотики не из-за того, что перепутали с дозой врачи, а из-за того, чтобы сгубить эту боль. Его болезнь доставляет ему адские боли. Для утоления этих болей нужны были сильные лекарства, именно от них Виталик и впал в зависимость, но никому об этом не говорил.
Он мне соврал.
Нет. Он любит тебя. И открыл тебе правду, которую знает не каждый.
Но мне он говорил другое.
Конечно! Чтобы не умирала надежда.
Пробираясь сквозь лесную чащу, Виталик думал о том, как быстро рушатся воздушные замки. Шёл довольно сильный дождь, тропинка размокла и превратилась в грязевую дорогу. Скользя по грязи, Виталик вышел к кладбищу. Среди множества могил парень искал ту, которая была ему нужна, и вскоре он её нашёл. Осторожно погладил крест, на котором висела табличка с именем и датами жизни и смерти брата Виталика.
Прости, брат, меня. За родителей прости, за жизнь и за смерть прости, - начал каяться Виталик. - Знаю, во многом неправ я был, да и моя ошибка, что ты там, а я здесь. Надеюсь, родители с тобой. Я даже не знаю, где они похоронены. Я так потерялся в мире, брат. И никогда не думал, что полюблю.
Дождь становился сильней. Вокруг не было никого.
Я вот принёс тебе тут, покушать, выпить немножко и цветочков парочку. Прости, брат, если сможешь. У меня никого не осталось. Я совсем один в этом мире. И знаешь? Меня понимает только одно существо. Конечно же, Алиска. Чтобы я без неё делал? А может, то ты? Просто в другом обличий. -Виталик тихо посмеялся. - Брат, мне пора. Увидимся во снах и на небесах.
Ваня шёл по шумной улице. Слева располагались витрины дорогих магазинов, ресторанов, банков и каких-то фирм. Справа шумели автомобили, всё куда-то спешащие, уносящиеся вдаль. Мимо проходили люди, кто одетый в костюм, в руке держа дипломат, аккуратно причёсанный и держащий спину прямо и гордо подняв подбородок, кто-то шёл в бриджах, яркой майке с наушниками в ушах, кто-то в джинсах, белых кроссовках и майке, кто-то улыбался, кто-то шёл с угрюмым лицом, кто-то просто разговаривал по телефону. Иван крутил в руках листок бумажки с адресом ресторана. На нём была розовая майка с каким-то непонятным, но красивым рисунком, стильные серые джинсы, белые кроссовки, как ни странно, подходившие под его наряд. Внимательно взирая по сторонам, он то и дело поглядывал на бумажку, что уже помялась у него в руке. Наконец Ваня остановился перед большим зданием. Вход во дворик был красиво сделан, как будто в старой деревне на Украине. Над входом красивыми буквами выведено название ресторана: «Тарас Бульба». Поднявшись на третий этаж, Ваня как-то растерянно посмотрел по сторонам. Обстановка была куда более, чем просто приятна. Всё вокруг напоминало уютную хату в самом центре старинной Украины. Официанты были одеты в национальные одежды. Всюду сидели состоятельные люди, это можно было понять по их одежде, культурному приёму пищи и деловым разговорам. «Где же он?» - задал про себя вопрос Иван. Он посмотрел на бородатого мужичка, одетого в чёрный костюм, поглощающего жареные пельмени и запивающего их холодным пивом. Затем он посмотрел на другого мужчину, сидевшего в углу зала и читающего какой-то журнал, попивая чай. Но тот, кого искал Иван, прятаться не стал. В другом конце зала Ваня увидел поднятую руку. Парень медленно, с неуверенностью подошёл к столу. За столиком сидел приятный на лицо мужчина, одетый в чёрную рубашку с золотыми полосками вдоль. Мужчина был уже охмелевшим. Он встал из-за стола, протянул руку Ивану и как-то грустно улыбнулся.
Иван! - протягивая руку мужчине, представился парень.
Игорь! - последовал ответ. - Садись. Это тебе. -показывая рукой на место напротив него, произнёс мужчина.
На столе стоял бокал красного вина и две картофельные котлеты, рядом с ними вкусно приготовленная рыба.
Спасибо, но я не голоден, - замялся вдруг Ваня и покраснел, как школьник у доски.
Кушай, кушай, - добро улыбнулся Игорь. - Я вот, пожалуй, ещё выпью.
Он поднял руку вверх, затем опустил её на стоящий в центре стола рекламник и нажал на кнопку. Через минуту к столу подошла красивая официантка и приняла заказ.
А-а-а... Знаете... - начал неуверенно Иван свой разговор.
Да, знаю я всё, Ванька. Ты лучше расслабься и веди разговор спокойно и рассудительно. Ничего при этом не чувствуй. Будь холоден, твёрд, убедителен. Тогда достигнешь успеха, - немного заплетающимся языком ответил Игорь.
Да, хорошо, я понял, - продолжал разговор Иван, уверенней взявшись за столовые приборы и приступая к приёму пищи.
Вот человек, который будет вами заниматься, будет вашим отцом в мире музыки и бизнеса, - положив перед Иваном визитку, начал деловую беседу Игорь. - Тебе останется только позвонить, встретиться, показать, на что вы способны, и всё. Дорога в жизнь открыта с красной ковровой дорожкой. А вы способны на многое и достойны этого.
Спасибо Вам огромное! - не скрывая радости и искренней благодарности, сказал парень. - Как нам Вас отблагодарить?
Подарите мне ваш первый альбом! - то ли в шутку, то ли серьёзно сказал мужчина.
К столу подошла та же красивая официантка и поставила на стол холодного пива. Игорь закусывая сушёными креветками пиво, продолжил разговор:
Вань! Сделай одну любезность.
Я Вас слушаю.
Отгороди доченьку мою, Машу, от этого Виталика. Не судьба им вместе быть, да и не нужно это.
Ваня замер. Молча дожевал кусок рыбы, отложил в сторону столовые приборы, вытер руки салфеткой и сказал:
Ну насчёт судьбы, то мы сами её художники, сами рисуем и сами любуемся тем, что создали. Я не могу этого сделать, глядя в глаза отцу Маши, твёрдо говорил Иван. - Я не буду вмешиваться в их отношения и довольно неплохие...
Я не хочу видеть его рядом с моей дочерью.
Не вижу ничего плохого в том, что они вместе. Они счастливы. А вот когда это счастье прерывает отец - это уже слишком. Хоть отец и дальше от своего чада, чем мать, но отец это стержень ребёнка и сердце его.
Я не хочу, чтобы какой-то наркоман целовал мою дочь! -в пьяном бреду завопил Игорь.
Что? - округлив глаза, встал из за стола Иван. Он со злости опрокинул бокал вина на белую скатерть ударом по нему. Осознав ситуацию, Ваня схватил визитку и поспешно удалился из зала. Игорь в отчаянии зарыдал и склонился над столом.
На выходе из ресторана Иван встретил ту прекрасную официантку. Она держала в пальчиках тонкую мятную сигаретку и, увидев Ивана, поспешила от неё избавиться. Иван смотрел на неё и улыбнулся, затем уверенно спросил:
Девушка, Вы так прекрасны, что ни один поэт не опишет Вас, а только склонится перед Вами. И я уверен, имя ваше также прекрасно.
Маша, - покраснев от комплиментов, скромно ответила девушка.
Маша? - зачем-то спросил Иван.
Перед глазами нарисовалась картина Маши Виталика, её отец, сам Виталик. Снова какой-то удар в грудь, и душа закричала от боли. Ваня поцеловал руку прекрасной девушке с длинной косой и направился к выходу. Девушка хотела ему что-то сказать вслед, подняла нежную руку, но остановилась и снова закурила.
Смех счастья разнёсся по комнате. Виталик рассказал Маше какой-то весёлый анекдот, и они оба катались от смеха по полу. Лёжа головой друг к другу, когда смех стих, Виталик с улыбкой на лице стал рассказывать Маше, показывая на потолок рукой, украшенной кольцами:
- Представь, мы лежим на берегу тёплого ласкового моря. Солнце уже давно село, и звёзды - словно кобылицы вышли на луг попастись. Одна более изящна, аккуратна, стройна. Вон одна самая яркая, должно быть, самая главная, самая красивая, королева. Они смотрят там с царства покоя и совершенства на нас и ярко нам светят, манят, зовут и нежно шепчут неслыханные стихи. Нежный ветерок с моря скользит по телу так изящно, что хочется закрыть глаза и уснуть. Море тихонечко бурлит над ухом, и начинает казаться, что с нами разговаривает природа. Как же всё прекрасно в этом мире. Я чувствую тепло твоей щеки. Она нежна, как этот ветерок с моря. Ты что-то шепчешь так прекрасно, как эти звёзды, как это море. Губы твои жаркие, словно тёплые лучи солнца, что грело нас ещё днём...
Не успел закончить Виталик свою фантазию, как Машины и его губы сплелись в необычайной нежности. Затем, глядя друг другу в глаза, они засмеялись и обнялись так нежно, что, казалось, счастливей их нету никого на этой Земле.
Иван подписал контракт вместе с продюсером и всеми музыкантами группы «Иллюзия». Дорога за границу была открыта. Запись альбома может начаться в любой момент. Продюсер группы уже подготовил обложку альбому, расписание концертов, плакаты и кучу разных каких-то бумаг. Процесс запущен, остаётся только оправдать надежды.
Ваня звонил в дверь к Виталику.
