Оглядев безлюдную мостовую, он первым двинулся в указанном направлении.
А за углом нас действительно ждали! Один легковой черный автомобиль, полицейский фургон и два конных экипажа, на четыре человека каждый.
— Мы поедем в автомобиле, — ответил Феликс на мой невысказанных вопрос и направился к ожидающей нас машине. Кивнула и посеменила следом.
Уместившись на заднем сиденье авто, испытала странное чувство дежавю. Всего пару часов назад я ехала точно так же, рассматривая затылок Эрмина... По-моему, автомобиль нам достался тот же, и даже водитель не сменился!
Правда, тогда обстоятельства были куда как тревожней: мы пережили чуть ли не второе рождение — чудом избежали гибели от рук бандитов, а затем сумели уйти от вурдалаков... А еще по левую руку от меня сидит не его величество, а куда более приятный и понятный Феликс… Вместо тревожной ночи за «бортом» безмятежное утро, и в окно бьет не бледный свет луны, а яркое южное солнце.
Очень странно, но по мере нашего удаления от центральной площади народу на улицах становилось все больше. Жители и многочисленные гости города, несмотря на ранний час, двигались куда-то в одном направлении по одиночке и целыми группами. Общее настроение людей было приподнятым, многие несли с собой небольшие триколоры Русславии.
— Идут на центральный проспект, — кивнул на людей Феликс. — По нему проедет кортеж государя, всем интересно…
Его слова подтвердились уже через пару минут, когда наш чернобокий автомобиль вырулил на широкую мощеную улицу, что была украшена государственными флагами, закрепленными на флагштоках вдоль всей проезжей части. А под ними на тротуарах в ожидании проезда его величества Владимира Третьего стояло множество людей, причем у некоторых барышень в руках имелись букеты полевых цветов... Надо думать, их будут кидать под колеса государева автомобиля.
Да уж, что ни говори, а Владимира встретят как триумфатора. Не просто как правителя, остановившего бессмысленную войну, но как полноправного победителя!
До места мы добрались минут за десять. За время, проведенное в городе, на вокзале мне бывать еще не доводилось, так что, напрочь забыв обо всем, я сразу же выскочила из автомобиля и с большим интересом начала вертеть головой, открыто глазея на собравшуюся публику и разглядывая местную архитектуру.
А посмотреть было на что! Если бы я не видела толпу на главном проспекте, то решила бы, что весь Светлогорск собрался здесь, на вокзале!
Во всяком случае, создавалось впечатление, что на привокзальной площади и яблоку негде упасть! Живое людское море шумело, бурлило и кипело. Поприветствовать государя собрались все от мала до велика, от простых крестьян и работяг до купцов и высоких чиновников.
Было видно, что на вокзал граждане пришли целыми семьями. В ожидании монаршего поезда то тут то там на площади начали собираться отдельные группы. Я заметила несколько многолюдных компаний увлеченно обсуждающих что-то степенных матрон; их мужья и старшие сыновья тоже не отставали — отыскивая старых знакомых и друзей, они собирались в группы, временами шикая на шумных хохотушек — молоденьких девиц, встретивших подруг и обсуждающих свежие новости и последние сплетни.
К слову, детвора в ожидании государя тоже не скучала — все кованые столбы облепили прыткие мальчишки и девчонки. Сорванцы радостно гомонили, махали руками и замеченными мною ранее небольшими флажками.
В этой сутолоке даже обнаружилось несколько продавцов пирожков! Предприимчивые дельцы в небрежно накинутых белых халатах сновали среди людей со здоровенными лотками на лямках и лужеными городками зазывали покупателей:
— Пирожки! Ароматные! Румяные! С капустой, с мясом, с кисляткою! Имеются баранки и леденцы! Налетай, не зевай! Все что хочешь покупай!
Между тем из автомобиля выбрался и Эрмин. Орк неодобрительно покосился на меня, деловито оглядел толпу и сделал шаг в сторону пассажирского сиденья, раскрыв перед Феликсом дверь.
Ишь ты, барин какой!
Феликс тут же выскочил из салона и, взяв меня под руку, двинулся в сторону здания вокзала.
— Ника, ты... Ты в следующий раз так не выпрыгивай, хорошо? Все же здесь слишком много народа, мало ли что может случиться...
— Хорошо, — покладисто кивнула я.
Феликс недоверчиво покосился, но промолчал.
А вообще меры безопасности на привокзальной площади были предприняты нешуточные: в толпе постоянно мелькала белая форма городовых, по периметру зданий, окружающих площадь, неприметными изваяниями застыли сотрудники госохраны.
Да что уж там! Мы шли к зданию вокзала, двигаясь очень быстро, ибо впереди словно бы невзначай народ оттесняли трое рослых мастеровых. Еще двое располагались по бокам, и трое (я специально проверила, оглянувшись) замыкали шествие. Таким образом, в центре нашей небольшой колонны двигались мы с Феликсом, сразу за нами — Эрмин, а за ним — представители русской делегации, приехавшие с нами из трактира.
Ну вот как тут поверить, что Феликс — обычный секретарь русской делегации? Да даже при условии, что его — отец крупный промышленник, стал бы его защищать телохранитель самого государя (а функции Эрмина были очевидны как никогда)?
Не думаю. Больно жирно даже для промышленника! Так что, судя по всему, я догадалась верно, да и его величество не соврал — Феликс и Владимир действительно тесно связаны, росли вместе, были хорошими друзьями, а позже стали верными соратниками…
Другого объяснения я просто не нахожу!
Да уж, мне нужно о многом поговорить с Феликсом... В тишине и без свидетелей!
Кстати, то, чего ждали люди, было очевидным. Казалось бы, только сошедший с поезда государь уж точно не пройдет через кованое ограждение перрона и не окунется в ряды столь жаждущей лицезреть его толпы... Однако же на выбеленном фасаде здания вокзала было установлено знаменитое и прекрасно зарекомендовавшее себя эльфийское зеркало! Уж не знаю, то ли это зеркало, что верой и правдой целую неделю транслировало переговоры по мирному договору... Но... честно говоря, сдается мне, что все-таки оно!
Просто не верится, что в кратчайшие сроки пусть даже и высшие чины Русславии изловчились раздобыть где-то еще одно громадное зеркало, которое сумело бы крупным планом передать изображение государя и донести его голос до всех отдаленных уголков немаленькой площади.
Продолжение 11.06
Да и... Что-то мне подсказывает, что достать «где-то» такие зеркала просто невозможно. Наверняка пришлось бы обращаться к эльфам, а зная их поганую натуру, я не сомневаюсь — добро улыбаясь, эти милые на вид создания цену бы заломили тройную!
— Хм, Ника, ты чего? — в недоумении окликнул меня Феликс.
Я вздрогнула и осознала себя на каменных ступенях очередного монументального крыльца, тяжелый свод коего подпирали пять пузатых колонн.
— Э-э-э... Феликс, а это зеркало на фасаде... Его привезли от эльфов? Или просто сняли с главной площади и переставили сюда... Что? — проговорила я неуверенно, заметив скепсис, отразившийся на лице упыря.
— Тьфу ты, боги, Ника! Что за фантазии? Это зеркало привезли из Белозерья! Видишь ли, в свое время была закуплена целая партия таких зеркал, по одному на каждый город. В Светлогорске имелось свое, то, которое висит на здании администрации, а вот чтобы создать систему зеркал, выводящих изображение на улицу, пришлось разрезать зеркало, принадлежащее Благодару... Позже, конечно, возместим им потерю, но сейчас совершенно не до того!
— О... Я о других городах как-то не подумала...
— Угу, — отозвался Феликс с таким видом, словно я в принципе не думаю...
Вот же упырь!!!
Но окрыситься как следует не получилось — мы как раз вошли в здание вокзала.
Внутри помещение оказалось небольшим, состоящим из одного зала ожидания и нескольких закрытых нынче касс. Стены зала были облицованы мрамором, а ныне пустые скамьи ожидания — деревянные. Еще здесь имелась лестница на второй этаж... И это все, что мне удалось разглядеть, ибо наша группа быстро пересекла зал и вышла на перрон.
Первым делом бросилось в глаза то, что народу здесь было заметно меньше. Официальные лица с супругами и взрослыми детьми стояли на платформе в ожидания прибытия поезда его величества. Вдоль всего перрона была протянута красная ковровая дорожка, чуть в отдалении на изготовке ожидал оркестр.
Здесь не наблюдалось никакого веселого оживления. Обстановка была официально-деловой. Господа — сплошь в строгих классических костюмах или мундирах, дамы — в изысканных нарядах и шляпках. Все чинно, солидно и обстоятельно.
С досадой вспомнила свой лошадиный хвост и растоптанные тапки. Сразу стало как-то неуютно, захотелось съежиться, обнять себя руками и втянуть голову в плечи. Гнетущее впечатление усилилось, когда многие из присутствующих обернулись в нашу сторону.
С Феликсом вежливо здоровались, а некоторые дамы при этом еще и мило улыбались, не забывая одаривать меня пренебрежительно-жалостливыми взглядами, в которых буквально читалось: «Батюшки! А это еще что за дурнушка?!»
Ну да, ну да!
Только вот я прекрасно понимаю, что единственная причина интереса этих дам к Феликсу — деньги и положение его семьи. Так что мне проще: мне эти дамы сразу демонстрируют всю свою суть... которая сильно на любителя. И да, не у всех есть папа-гном с большим капиталом!
Хотя... А чего это я?! Мой папа — ведущий инженер! Мне тоже есть чем гордиться... Поняла, тетка?!
Гневно зыркнула на княжну Казарину. Девица захлебнулась уготовленной мне брезгливой миной, растерянно заморгала и скривила губастое личико в обиженной гримаске.
Но девица тут же вылетела из головы, ибо я заметила Петра Аркадьевича, который, улыбнувшись, призывно махнул нам рукой. Феликс тут же двинулся в сторону моего патрона, а я аж обмерла вся — рядом с Полевским стояла его дражайшая супруга, как и все дамы здесь — в строгом элегантном платье и шляпке. Выражение лица Анны Григорьевны было нейтральным, взгляд темных глаз благосклонно скользнул по Феликсу и нашему сопровождению и, словно стальной клинок ятагана, вонзился в меня.
Ну все, мне конец! Простая констатация факта, которая мигом отправила мое настроение куда-то ниже плинтуса. На негнущихся ногах доплелась до босса и понуро встала рядом.
— Ты как всегда вовремя, мой мальчик, — обратился Полевский к Феликсу сразу после обоюдных приветствий. — Состав его величества должен прибыть к вокзалу с минуты на минуту!
Господа продолжили о чем-то беседовать, а вот ко мне приблизилось неотвратимое возмездие... В смысле, княгиня Полевская решила одарить своим чутким вниманием.
— О, милая барышня! — будто бы только что заметила меня Анна Григорьевна. — Не соблаговолите ли объяснить свой встрепанный вид? Что произошло на сей раз? Как это понимать? Ну ладно прием! Положим, вам решительно нет дела до мнения почтеннейших персон... Но государь!.. Его величество-то в чем перед вами провинился?!
Ну вообще-то слегка провинился и даже хотел убить... или кровь выпить, или чего там он хотел? Да и что мне делать? Начать оправдываться? Рассказать, как ночью мы с ее любимым государем бегали по лесу от вурдалаков?
Ну нет. О подобном распространяться точно не стоит. Анна Григорьевна явно не в курсе вчерашней засады, да и не думаю, что об истории с вурдалаками в принципе можно кому-то рассказывать...
— Вероника, дорогая, — по-своему растолковала мое молчание госпожа Полевская, — вы же понимаете, что столь ответственный пост, как помощник градоначальника Светлогорска... ну, он не для вас? Ведь это очень ответственная должность! Здесь нужно иметь живой ум, безупречные манеры и блестящее образование... А уж о высоком происхождении я и вовсе молчу — это же очевидно! Кроме того, тут необходимо чувство стиля и такта... — Княгиня демонстративно оглядела меня с головы до ног, остановив взор на растоптанных тапках. — Вы, уверена, и сами видите, что ни одному критерию не соответствуете! Считаю, что с вашей стороны будет честно уйти по собственному желанию. Мой супруг слишком добр, он ни за что не решится отказать вам в должности!.. Ну так что, Вероника Сергеевна, вы готовы совершить первый в своей жизни достойный поступок?
— Анна, что ты такое говоришь?
Мы с почтенной госпожой дружно вздрогнули и развернулись к стоящим подле нас мужчинам. Оказалось, что Феликс и Петр Аркадьевич уже не беседуют, а какое-то время прислушиваются к монологу Полевской.
— Что ты такое говоришь, Анна? — еле слышно повторил босс. — Как ты смеешь оказывать давление на моего сотрудника! Что ты себе позволяешь?!
— А что такое, дорогой?! — невинно захлопала ресницами княгиня. — Разве я в чем-то неправа? Право слово, более неподходящего человека на эту должность и представить сложно! Вокруг столько достойных кандидатур, а ты выбрал... Кого? Крестьянку неотесанную? Босячку? Боги, да это же просто смешно!
— И что же тебе кажется смешным? — холодным тоном вопросил Полевский. — Она — мой помощник, и это первое, почему ты должна ее уважать. И да, это я принял Веронику на службу, и оспаривать мои рабочие решения ты не имеешь права. Кроме того, она спасла мне жизнь, но, судя по всему, ты считаешь этот поступок «недостойным».
— Разумеется, я благодарна этой барышне! Но, согласись, городовые были совсем рядом, и ты бы в любом случае не пострадал! Да и что теперь? Из-за этого ее так возвышать? Ну дал бы ей сотню серебряных монет, право слово!
— То есть мою жизнь ты оцениваешь в сто монет?
— Боги, да нет же! Фу, Петенька, прекрати! Ты понимаешь, что сейчас по стране ползут неприятные слухи?! Из-за этой противной газетенки люди недоумевают — то ли у тебя действительно есть дочь, то ли любовница! Ты обо мне подумал? Подумал о том, как я буду отбиваться от нападок «подруг» и соседей? Да это же ужасно!
— Уверен, ты победишь в любой словесной схватке, — процедил Полевский. — А теперь — довольно сцен, Анна, на нас уже косятся.
_______________________________
Дорогие друзья, если вам нравится история, пожалуйста, добавляйте книгу в избранное и пишите комментарии.
Даже простое «Спасибо» очень поддерживает автора и помогает книге находить новых читателей!
А за углом нас действительно ждали! Один легковой черный автомобиль, полицейский фургон и два конных экипажа, на четыре человека каждый.
— Мы поедем в автомобиле, — ответил Феликс на мой невысказанных вопрос и направился к ожидающей нас машине. Кивнула и посеменила следом.
Глава 2
Уместившись на заднем сиденье авто, испытала странное чувство дежавю. Всего пару часов назад я ехала точно так же, рассматривая затылок Эрмина... По-моему, автомобиль нам достался тот же, и даже водитель не сменился!
Правда, тогда обстоятельства были куда как тревожней: мы пережили чуть ли не второе рождение — чудом избежали гибели от рук бандитов, а затем сумели уйти от вурдалаков... А еще по левую руку от меня сидит не его величество, а куда более приятный и понятный Феликс… Вместо тревожной ночи за «бортом» безмятежное утро, и в окно бьет не бледный свет луны, а яркое южное солнце.
Очень странно, но по мере нашего удаления от центральной площади народу на улицах становилось все больше. Жители и многочисленные гости города, несмотря на ранний час, двигались куда-то в одном направлении по одиночке и целыми группами. Общее настроение людей было приподнятым, многие несли с собой небольшие триколоры Русславии.
— Идут на центральный проспект, — кивнул на людей Феликс. — По нему проедет кортеж государя, всем интересно…
Его слова подтвердились уже через пару минут, когда наш чернобокий автомобиль вырулил на широкую мощеную улицу, что была украшена государственными флагами, закрепленными на флагштоках вдоль всей проезжей части. А под ними на тротуарах в ожидании проезда его величества Владимира Третьего стояло множество людей, причем у некоторых барышень в руках имелись букеты полевых цветов... Надо думать, их будут кидать под колеса государева автомобиля.
Да уж, что ни говори, а Владимира встретят как триумфатора. Не просто как правителя, остановившего бессмысленную войну, но как полноправного победителя!
***
До места мы добрались минут за десять. За время, проведенное в городе, на вокзале мне бывать еще не доводилось, так что, напрочь забыв обо всем, я сразу же выскочила из автомобиля и с большим интересом начала вертеть головой, открыто глазея на собравшуюся публику и разглядывая местную архитектуру.
А посмотреть было на что! Если бы я не видела толпу на главном проспекте, то решила бы, что весь Светлогорск собрался здесь, на вокзале!
Во всяком случае, создавалось впечатление, что на привокзальной площади и яблоку негде упасть! Живое людское море шумело, бурлило и кипело. Поприветствовать государя собрались все от мала до велика, от простых крестьян и работяг до купцов и высоких чиновников.
Было видно, что на вокзал граждане пришли целыми семьями. В ожидании монаршего поезда то тут то там на площади начали собираться отдельные группы. Я заметила несколько многолюдных компаний увлеченно обсуждающих что-то степенных матрон; их мужья и старшие сыновья тоже не отставали — отыскивая старых знакомых и друзей, они собирались в группы, временами шикая на шумных хохотушек — молоденьких девиц, встретивших подруг и обсуждающих свежие новости и последние сплетни.
К слову, детвора в ожидании государя тоже не скучала — все кованые столбы облепили прыткие мальчишки и девчонки. Сорванцы радостно гомонили, махали руками и замеченными мною ранее небольшими флажками.
В этой сутолоке даже обнаружилось несколько продавцов пирожков! Предприимчивые дельцы в небрежно накинутых белых халатах сновали среди людей со здоровенными лотками на лямках и лужеными городками зазывали покупателей:
— Пирожки! Ароматные! Румяные! С капустой, с мясом, с кисляткою! Имеются баранки и леденцы! Налетай, не зевай! Все что хочешь покупай!
Между тем из автомобиля выбрался и Эрмин. Орк неодобрительно покосился на меня, деловито оглядел толпу и сделал шаг в сторону пассажирского сиденья, раскрыв перед Феликсом дверь.
Ишь ты, барин какой!
Феликс тут же выскочил из салона и, взяв меня под руку, двинулся в сторону здания вокзала.
— Ника, ты... Ты в следующий раз так не выпрыгивай, хорошо? Все же здесь слишком много народа, мало ли что может случиться...
— Хорошо, — покладисто кивнула я.
Феликс недоверчиво покосился, но промолчал.
А вообще меры безопасности на привокзальной площади были предприняты нешуточные: в толпе постоянно мелькала белая форма городовых, по периметру зданий, окружающих площадь, неприметными изваяниями застыли сотрудники госохраны.
Да что уж там! Мы шли к зданию вокзала, двигаясь очень быстро, ибо впереди словно бы невзначай народ оттесняли трое рослых мастеровых. Еще двое располагались по бокам, и трое (я специально проверила, оглянувшись) замыкали шествие. Таким образом, в центре нашей небольшой колонны двигались мы с Феликсом, сразу за нами — Эрмин, а за ним — представители русской делегации, приехавшие с нами из трактира.
Ну вот как тут поверить, что Феликс — обычный секретарь русской делегации? Да даже при условии, что его — отец крупный промышленник, стал бы его защищать телохранитель самого государя (а функции Эрмина были очевидны как никогда)?
Не думаю. Больно жирно даже для промышленника! Так что, судя по всему, я догадалась верно, да и его величество не соврал — Феликс и Владимир действительно тесно связаны, росли вместе, были хорошими друзьями, а позже стали верными соратниками…
Другого объяснения я просто не нахожу!
Да уж, мне нужно о многом поговорить с Феликсом... В тишине и без свидетелей!
Кстати, то, чего ждали люди, было очевидным. Казалось бы, только сошедший с поезда государь уж точно не пройдет через кованое ограждение перрона и не окунется в ряды столь жаждущей лицезреть его толпы... Однако же на выбеленном фасаде здания вокзала было установлено знаменитое и прекрасно зарекомендовавшее себя эльфийское зеркало! Уж не знаю, то ли это зеркало, что верой и правдой целую неделю транслировало переговоры по мирному договору... Но... честно говоря, сдается мне, что все-таки оно!
Просто не верится, что в кратчайшие сроки пусть даже и высшие чины Русславии изловчились раздобыть где-то еще одно громадное зеркало, которое сумело бы крупным планом передать изображение государя и донести его голос до всех отдаленных уголков немаленькой площади.
Продолжение 11.06
Да и... Что-то мне подсказывает, что достать «где-то» такие зеркала просто невозможно. Наверняка пришлось бы обращаться к эльфам, а зная их поганую натуру, я не сомневаюсь — добро улыбаясь, эти милые на вид создания цену бы заломили тройную!
— Хм, Ника, ты чего? — в недоумении окликнул меня Феликс.
Я вздрогнула и осознала себя на каменных ступенях очередного монументального крыльца, тяжелый свод коего подпирали пять пузатых колонн.
— Э-э-э... Феликс, а это зеркало на фасаде... Его привезли от эльфов? Или просто сняли с главной площади и переставили сюда... Что? — проговорила я неуверенно, заметив скепсис, отразившийся на лице упыря.
— Тьфу ты, боги, Ника! Что за фантазии? Это зеркало привезли из Белозерья! Видишь ли, в свое время была закуплена целая партия таких зеркал, по одному на каждый город. В Светлогорске имелось свое, то, которое висит на здании администрации, а вот чтобы создать систему зеркал, выводящих изображение на улицу, пришлось разрезать зеркало, принадлежащее Благодару... Позже, конечно, возместим им потерю, но сейчас совершенно не до того!
— О... Я о других городах как-то не подумала...
— Угу, — отозвался Феликс с таким видом, словно я в принципе не думаю...
Вот же упырь!!!
Но окрыситься как следует не получилось — мы как раз вошли в здание вокзала.
Внутри помещение оказалось небольшим, состоящим из одного зала ожидания и нескольких закрытых нынче касс. Стены зала были облицованы мрамором, а ныне пустые скамьи ожидания — деревянные. Еще здесь имелась лестница на второй этаж... И это все, что мне удалось разглядеть, ибо наша группа быстро пересекла зал и вышла на перрон.
***
Первым делом бросилось в глаза то, что народу здесь было заметно меньше. Официальные лица с супругами и взрослыми детьми стояли на платформе в ожидания прибытия поезда его величества. Вдоль всего перрона была протянута красная ковровая дорожка, чуть в отдалении на изготовке ожидал оркестр.
Здесь не наблюдалось никакого веселого оживления. Обстановка была официально-деловой. Господа — сплошь в строгих классических костюмах или мундирах, дамы — в изысканных нарядах и шляпках. Все чинно, солидно и обстоятельно.
С досадой вспомнила свой лошадиный хвост и растоптанные тапки. Сразу стало как-то неуютно, захотелось съежиться, обнять себя руками и втянуть голову в плечи. Гнетущее впечатление усилилось, когда многие из присутствующих обернулись в нашу сторону.
С Феликсом вежливо здоровались, а некоторые дамы при этом еще и мило улыбались, не забывая одаривать меня пренебрежительно-жалостливыми взглядами, в которых буквально читалось: «Батюшки! А это еще что за дурнушка?!»
Ну да, ну да!
Только вот я прекрасно понимаю, что единственная причина интереса этих дам к Феликсу — деньги и положение его семьи. Так что мне проще: мне эти дамы сразу демонстрируют всю свою суть... которая сильно на любителя. И да, не у всех есть папа-гном с большим капиталом!
Хотя... А чего это я?! Мой папа — ведущий инженер! Мне тоже есть чем гордиться... Поняла, тетка?!
Гневно зыркнула на княжну Казарину. Девица захлебнулась уготовленной мне брезгливой миной, растерянно заморгала и скривила губастое личико в обиженной гримаске.
Но девица тут же вылетела из головы, ибо я заметила Петра Аркадьевича, который, улыбнувшись, призывно махнул нам рукой. Феликс тут же двинулся в сторону моего патрона, а я аж обмерла вся — рядом с Полевским стояла его дражайшая супруга, как и все дамы здесь — в строгом элегантном платье и шляпке. Выражение лица Анны Григорьевны было нейтральным, взгляд темных глаз благосклонно скользнул по Феликсу и нашему сопровождению и, словно стальной клинок ятагана, вонзился в меня.
Ну все, мне конец! Простая констатация факта, которая мигом отправила мое настроение куда-то ниже плинтуса. На негнущихся ногах доплелась до босса и понуро встала рядом.
— Ты как всегда вовремя, мой мальчик, — обратился Полевский к Феликсу сразу после обоюдных приветствий. — Состав его величества должен прибыть к вокзалу с минуты на минуту!
Господа продолжили о чем-то беседовать, а вот ко мне приблизилось неотвратимое возмездие... В смысле, княгиня Полевская решила одарить своим чутким вниманием.
— О, милая барышня! — будто бы только что заметила меня Анна Григорьевна. — Не соблаговолите ли объяснить свой встрепанный вид? Что произошло на сей раз? Как это понимать? Ну ладно прием! Положим, вам решительно нет дела до мнения почтеннейших персон... Но государь!.. Его величество-то в чем перед вами провинился?!
Ну вообще-то слегка провинился и даже хотел убить... или кровь выпить, или чего там он хотел? Да и что мне делать? Начать оправдываться? Рассказать, как ночью мы с ее любимым государем бегали по лесу от вурдалаков?
Ну нет. О подобном распространяться точно не стоит. Анна Григорьевна явно не в курсе вчерашней засады, да и не думаю, что об истории с вурдалаками в принципе можно кому-то рассказывать...
— Вероника, дорогая, — по-своему растолковала мое молчание госпожа Полевская, — вы же понимаете, что столь ответственный пост, как помощник градоначальника Светлогорска... ну, он не для вас? Ведь это очень ответственная должность! Здесь нужно иметь живой ум, безупречные манеры и блестящее образование... А уж о высоком происхождении я и вовсе молчу — это же очевидно! Кроме того, тут необходимо чувство стиля и такта... — Княгиня демонстративно оглядела меня с головы до ног, остановив взор на растоптанных тапках. — Вы, уверена, и сами видите, что ни одному критерию не соответствуете! Считаю, что с вашей стороны будет честно уйти по собственному желанию. Мой супруг слишком добр, он ни за что не решится отказать вам в должности!.. Ну так что, Вероника Сергеевна, вы готовы совершить первый в своей жизни достойный поступок?
— Анна, что ты такое говоришь?
Мы с почтенной госпожой дружно вздрогнули и развернулись к стоящим подле нас мужчинам. Оказалось, что Феликс и Петр Аркадьевич уже не беседуют, а какое-то время прислушиваются к монологу Полевской.
— Что ты такое говоришь, Анна? — еле слышно повторил босс. — Как ты смеешь оказывать давление на моего сотрудника! Что ты себе позволяешь?!
— А что такое, дорогой?! — невинно захлопала ресницами княгиня. — Разве я в чем-то неправа? Право слово, более неподходящего человека на эту должность и представить сложно! Вокруг столько достойных кандидатур, а ты выбрал... Кого? Крестьянку неотесанную? Босячку? Боги, да это же просто смешно!
— И что же тебе кажется смешным? — холодным тоном вопросил Полевский. — Она — мой помощник, и это первое, почему ты должна ее уважать. И да, это я принял Веронику на службу, и оспаривать мои рабочие решения ты не имеешь права. Кроме того, она спасла мне жизнь, но, судя по всему, ты считаешь этот поступок «недостойным».
— Разумеется, я благодарна этой барышне! Но, согласись, городовые были совсем рядом, и ты бы в любом случае не пострадал! Да и что теперь? Из-за этого ее так возвышать? Ну дал бы ей сотню серебряных монет, право слово!
— То есть мою жизнь ты оцениваешь в сто монет?
— Боги, да нет же! Фу, Петенька, прекрати! Ты понимаешь, что сейчас по стране ползут неприятные слухи?! Из-за этой противной газетенки люди недоумевают — то ли у тебя действительно есть дочь, то ли любовница! Ты обо мне подумал? Подумал о том, как я буду отбиваться от нападок «подруг» и соседей? Да это же ужасно!
— Уверен, ты победишь в любой словесной схватке, — процедил Полевский. — А теперь — довольно сцен, Анна, на нас уже косятся.
_______________________________
Дорогие друзья, если вам нравится история, пожалуйста, добавляйте книгу в избранное и пишите комментарии.
Даже простое «Спасибо» очень поддерживает автора и помогает книге находить новых читателей!
