– Почему Ин-сон, видя наши страдания, не приходит, чтобы помочь нам? – спросила девушка, не найдя ответа в своих мыслях.
– Возможно, он зол на нас… – сказала Мин-джи.
– За то, что мы не приняли У-джина?
От этих слов у них пробежали мурашки по телу, ведь Чо-хи сказала то, о чём они думали вместе.
– Что, если нам правда… – Девушке было тяжело говорить такое, потому что в отличие от Мин-джи, она легко верила во что-то одно, но для нее было мучительно больно изменить свои мысли и особенно перенаправить любовь. – …правда придётся полюбить У-джина?
Мин-джи подняла на неё глаза, которые чуть поблёскивали от слёз. Хоть ей и не было так трудно верить в то, что он Ин-сон, девушке было не легко принять его жёсткий нрав: она привыкла к их нежному Богу.
– Тогда мы вообще увидим Ин-сона снова? – С этими словами Чо-хи не выдержала и расплакалась.
Наступила тишина.
Мин-джи задумчиво рассматривала быстро ускользающие пейзажи, а Чо-хи уткнулась в подушку, словно не желая видеть ту реальность, в которой оказалась.
– Может быть… – заговорила Мин-джи, – если мы будем воспринимать его как Ин-сона, нам станет легче?
Она посмотрела на Чо-хи, ожидая ответа.
– А если он не Ин-сон? – сказала та, чуть приподнявшись.
Мин-джи замолчала.
