— Теперь моя очередь, — прохрипел я перед её дрожащим телом. — Раздвинь свою киску пошире, хочу видеть каждую складочку. Мой язык уже горит от желания вылизать тебя дочиста.
Я видел, как дрожат её пальцы, когда она раздвигала свои нижние губки, обнажая сжимающийся от возбуждения вход. Воздух наполнился её сладким ароматом, сводящим с ума.
— Вот так, — я тяжело дышал, приближаясь губами к её влаге. — Каждая капелька будет моей.
Элия
Он ласкал меня языком так искусно, что я кончила уже через минуту, крича и дергаясь. Но он не остановился, продолжая пить мои соки, пока я не взмолилась о пощаде.
— Хочешь почувствовать мой член? — он поднялся, его внушительный член стоял как скала перед моим лицом. — Всю его длину?
Я кивнула, не в силах говорить. Он провёл головкой по моей щеке, потом губам и толкнулся, раскрывая их пошире.
— Сначала познакомься с ним получше, — прошептал он. — Поцелуй.
Рогар
Она замерла на мгновение, её глаза были полны смеси страха и любопытства. Потом, медленно, как будто боясь сделать что-то не так, она наклонилась и её мягкие губы коснулись головки моего члена. Тёплое, влажное прикосновение заставило меня резко выдохнуть.
— Да, девочка, — прошептал я, когда её маленький язычок робко лизнул чувствительную кожу. — Не бойся.
Я почувствовал, как её губы обхватили головку, а язык начал исследовать форму, скользя по нежному месту под ней. Её пальцы осторожно обхватили основание, сжимая мой ствол.
— Теперь глубже, — я положил руку на её затылок, мягко направляя. — Открой ротик пошире.
Она послушно расслабила челюсть, и я медленно вошёл глубже. Её щёки растянулись, пытаясь вместить мой размер, а из уголков глаз выступили слёзы. Я чувствовал, как её язык обвивает мой член, а горло сжимается, пытаясь приспособиться.
— Да... именно так, — я застонал, наблюдая, как её губы скользят вверх и вниз. — Используй язык... вот там...
Одна из моих рук запуталась в её волосах, а другая продолжала мягко направлять её голову. Её слюна стекала по моей длине, смешиваясь со слезами, создавая идеальную влажность.
— Глубже, — я прошептал, чувствуя, как её губы касаются основания. — Прими всё.
Элия
Слёзы текли по моим щекам от напряжения, но я продолжала, чувствуя, как он растягивает мой рот до предела. Его большие руки нежно, но твёрдо держали мою голову, направляя ритм. Каждый низкий стон, вырывавшийся из его груди, заставлял меня гореть ещё сильнее, наполняя странным чувством гордости — я делала это с ним, я доводила его до края.
Когда его тело напряглось, и он прошептал моё имя, я почувствовала тёплую горьковатую жидкость, заполняющую мой рот. Не задумываясь, я сглотнула всё до последней капли, чувствуя, как его член пульсирует у меня на языке.
Он медленно вынул свой член, и я сделала глубокий вдох, вытирая слёзы с лица. Его пальцы нежно провели по моей щеке.
— Ты была прекрасна, — прошептал он, смотря на меня тёмными от желания глазами. — Но я ещё не закончил с тобой.
Прежде чем я успела что-то ответить, его сильные руки перевернули меня и поставили на четвереньки на кровати. Я почувствовала, как его ладони скользят по моим бёдрам.
— Теперь я хочу видеть, как эта тугая дырочка принимает меня, — его голос был хриплым от страсти. — Будешь чувствовать каждый сантиметр.
Я застонала, чувствуя, как головка его члена упирается в мою влажную плоть. Его пальцы раздвинули меня, готовя к проникновению.
— Расслабься, — он прошептал, входя медленно, но неумолимо. — Вся моя...
Рогар
Я вошёл в неё сзади, наслаждаясь тем, как её упругая попка отскакивает от моих бёдер с каждым толчком. Звук наших тел, сливающихся в ритме страсти, наполнял комнату. Одной рукой я ласкал её клитор — быстрые, точные круговые движения, заставлявшие её вздрагивать. Другой рукой сжимал её грудь, чувствуя, как сосок затвердевает у меня в ладони.
Наклонившись, я впился зубами в её плечо, оставляя метку на её нежной коже. Она вскрикнула от неожиданной боли, смешанной с наслаждением.
— Какая же ты узкая, — я низко стонал, ускоряя темп, погружаясь в её влажную теплоту глубже с каждым движением. — Вся обхватываешь мой член, как будто не хочешь отпускать.
Она кричала, кончая снова и снова, её внутренние мышцы сжимались вокруг меня как тиски, выжимая каждую каплю наслаждения. Я чувствовал, как её тело трепещет в оргазме, её спину выгибало, а пальцы впивались в простыни.
Когда я почувствовал, что сам близок к кульминации, я вынул свой пульсирующий член и обдал её спину горячей спермой. Белые полосы медленно стекали по коже, отмечая её как мою. Я провёл пальцем по одной, размазывая по её спине, затем снова впился зубами в её шею.
— Вся моя, — прорычал я, чувствуя вкус её кожи на губах. — Отныне только мой член будет растягивать эту прекрасную киску. Никто другой не посмеет к тебе прикоснуться. Запомни это.
Мы лежали вместе после, её спина всё ещё была липкой.
— Останься, — прошептал я. — Не уходи обратно.
Она молчала так долго, что я уже приготовился к отказу.
— А что я буду здесь делать? — наконец спросила она. — Буду твоей любовницей?
— Ты будешь не любовницей, — поправил я, прижимая её к себе. — Ты будешь хозяйкой этой таверны наравне со мной. Моей женщиной.
Я почувствовал, как она замерла в моих объятиях.
— У меня есть сбережения, — продолжал я, гладя её по животу. — Мы можем перестроить таверну вместе. Сделать её такой, какой ты захочешь. И никто не посмеет смотреть на тебя свысока — ни здесь, в Посаде, ни в твоём аристократическом квартале.
Она приподнялась на локте, её глаза искали правду в моём взгляде.
— Ты получишь больше свободы, чем в золотой клетке отца, — продолжил я. — И больше страсти, чем можешь представить. Я буду трахать тебя в каждой комнате нашего дома. Буду будить по утрам своим языком внутри тебя. Но главное — ты всегда будешь знать, что здесь, со мной, тебе не нужно притворяться.
Она смотрела на меня, и в её глазах я увидел не панику, а размышление.
— Дай мне подумать до завтра, — сказала она. — Это... серьёзное решение.
Я кивнул, понимая, что просить большего пока нельзя. Но когда она уснула, прижавшись ко мне, я знал — она уже приняла решение. Просто боялась в этом признаться.
Глава 4
Элия
Я вернулась в особняк на рассвете, всё ещё чувствуя его сперму на своей коже, его укусы на шее. Весь день вместо страха меня наполняла странная уверенность. До тех пор, пока ко мне в спальню не ворвался отец. Его лицо было бледным от гнева, а в руках он сжимал разорванное письмо.
— Где ты была сегодня ночью? — его голос был тихим и опасным.
За его спиной стоял Маркус с самодовольной улыбкой. Оказалось, он нанял слежку. Они знали всё — каждый мой визит в таверну, каждую минуту, проведённую с орком.
— Ты опозорила семью, — сказал отец холодно. — Завтра же отправишься в монастырь. На исправление. Пока не научишься вести себя как подобает аристократке.
Дверь захлопнулась на ключ. Я стояла посреди комнаты, чувствуя, как стены сжимаются вокруг меня. Монастырь... Это означало пожизненное заточение.
Но через час служанка-эльфийка, которой я когда-то помогла, тихо отперла дверь. Я выскользнула через потайной ход и побежала. Бежала через весь город, не чувствуя усталости, пока не оказалась у знакомой двери «Счастливого тролля».
Рогар
Днём в таверне было почти пусто — пара гномов у стойки, несколько усталых рабочих. Когда она ворвалась, вся в слезах и с растрёпанными волосами, я сразу понял — случилось худшее.
Она рассказала мне всё, прерываясь на рыдания. Про слежку, про монастырь... Я чувствовал, как ярость закипает во мне, но больше всего меня поразило другое — в её глазах не было страха. Только холодная решимость.
— Возьми меня, — прошептала она, цепляясь за мою рубашку. — Здесь. Сейчас. Жёстко. Сделай так, чтобы я забыла. Я хочу чувствовать только тебя.
Я понял — ей нужно было не утешение, а подтверждение её выбора..
Элия
Рогар повёл меня на кухню, где ещё пахло утренней выпечкой. Из зала доносились приглушённые голоса, но он закрыл дверь, и мы остались одни. Его поцелуй был грубым, почти болезненным. Он разорвал шнуровку моего платья, и ткань соскользнула на пол.
— Никто не заберёт тебя у меня, — рычал он, прижимая меня к столу. — Ни твой чёртов отец, ни этот монастырь, ни этот жалкий сопляк Маркус.
Один из его пальцев грубо вошёл в меня, заставляя вздрогнуть.
— Пусть попробует только прикоснуться к тому, что принадлежит мне, — он вогнал второй палец, растягивая меня, — я лично вырву ему глотку. Поняла?
Его глаза горели яростью, но в них читалась не просто злость — это была первобытная защита своей самки.
— Этот убогий слизняк даже не знает, что такое настоящий мужчина, — прошипел Рогар, приближая своё лицо к моему. — А я сделаю из его кишок гирлянды для нашей свадьбы, если он посмотрит в твою сторону.
Его пальцы грубо раздвинули мои бёдра. Я чувствовала, как его большой член упирается в мою промежность, всё ещё нежную после вчерашней ночи.
Рогар
Она была вся мокрая, готовая принять меня, её тело само просилось на мой ствол. Я вошёл без предупреждения, чувствуя, как её тугая плоть с сопротивлением, но покорно растягивается вокруг моего члена. Она резко вскрикнула, но я мгновенно закрыл ей рот ладонью.
— Тише, моя прелесть, — рыкнул ей на ухо, чувствуя, как её горячее дыхание обжигает мою ладонь. — Хочешь, чтобы все в зале услышали, как орк трахает знатную леди?
Её глаза расширились от осознания нашего положения, но она покорно кивнула, я убрал руку, увидев как она прикусывает свою опухшую от поцелуев губу. Я начал двигаться, сначала медленно, давая ей немного привыкнуть, потом всё быстрее, глубже. Старый дубовый стол отчаянно скрипел в такт нашим движениям, и я боялся, что он развалится под нами.
Я подумал, что, возможно, зря наговорил ей грубостей до этого, наклонился и прошептал, не прекращая движений:
— Прости, если напугал тебя раньше... этими словами про Маркуса. — Я нежно провёл языком по её мочке уха. — Но знай — никто не причинит тебе вреда, пока я дышу. Ты в безопасности. Со мной.
Элия
Каждый толчок заставлял меня забывать об отцовских угрозах, о монастыре, обо всём на свете. Интенсивность его грубого вторжения смешивалась с невероятным наслаждением, создавая странную, опьяняющую смесь. Я чувствовала, как его огромный член достигает самой глубины, задевая какое-то нежное место внутри, отчего по всему телу разливалось тепло, заставляя пальцы ног непроизвольно сжиматься.
Он наклонился, и его губы обхватили мой сосок, а зубы слегка сжали нежную кожу. Боль была острой, но мгновенно растворялась в волне удовольствия, только усиливая его. Его большая рука легла мне на горло — не сжимая, а просто касаясь, напоминая о его силе и моём доверии к нему.
— Скажи, если слишком, — прошептал он, вколачиваясь в меня, его дыхание было горячим на моей коже. — Мне сложно сдерживаться, когда ты так прекрасна подо мной.
Его слова заставляли меня таять. Я обняла его сильнее, прижимаясь к могучей груди.
— Кончай для меня, — его голос был низким и хриплым, полным страсти и нежности. — Хочу видеть. Дай мне всё.
Рогар
Я чувствовал, как всё внутри неё сжимается вокруг моего члена. Её ноги уже привычно обвились вокруг моих бёдер, притягивая меня глубже. Она дрожала, пытаясь сдержать стоны, но из её груди всё равно прорывались тихие всхлипы.
Когда она кончила, её тело затряслось в немом крике. Я вынул член и спустил её со стола, заставив встать на колени.
— Открой рот, — скомандовал я. — Хочу видеть, как ты глотаешь мою сперму.
Да, милая, хочу видеть как ты проглотишь всё до капли, принимая меня всего, без условностей.
Элия
Я послушно открыла рот, и он кончил мне на язык. Густая, солоноватая жидкость заполнила рот. Я проглотила, глядя ему в глаза, чувствуя странное удовлетворение от этого действия.
Он помог мне подняться, развернул и облокотил о край стола. Его руки крепко держали мои бёдра, когда он снова вошёл в меня сзади. На этот раз его член проникал ещё глубже, будто достигая самой моей души. Каждое движение было жёстче, увереннее, наполняло меня до краёв.
— Скажи, чья ты! — его голос был низким рыком, полным первобытной потребности. Он вгонял в меня свой член с такой силой, что стол сдвигался с места. — Чья!
— Твоя! — выдохнула я, чувствуя, как новый, ещё более мощный оргазм начинает подниматься из самых глубин моего существа. Моё тело напряглось в беззвучном крике, а киска судорожно сжималась вокруг его члена. — Только твоя! Навсегда твоя!
В этот момент я не просто произносила слова — я клялась ему всем своим существом. И когда волна наслаждения накрыла меня, я лишь глубже впилась пальцами в дерево стола, полностью отдаваясь ощущениям, зная, что это пик не только удовольствия, но и полного, безоговорочного принятия своей судьбы.
Рогар
Когда я кончил во второй раз, мы оба рухнули на пол, тяжело дыша. Её кожа была покрыта синяками и следами моих зубов, но в её глазах я увидел не боль, а странное умиротворение.
Я принёс влажную тряпку и начал нежно вытирать её лицо, затем шею, грудь... Каждое движение было медленным, почти ритуальным. Когда я добрался до следов своих укусов на её бёдрах, что-то в моей груди сжалось.
— Никто не отнимет тебя, — сказал я тихо, больше себе, чем ей. — Ни монастырь, ни отец, ни весь этот проклятый мир.
Она слабо улыбнулась, её пальцы дрожали, когда она дотронулась до моей щеки.
— Мне некуда возвращаться, — прошептала она. — Останусь здесь. С тобой.
В этот момент я понял окончательно — я не просто хочу её. Я буду убивать и умирать за эту женщину. Никто и никогда не заберёт её у меня. Не посмеет забрать.
Из зала доносился смех гномов, пахло пивом и жареным мясом. А мы сидели на полу кухни — орк и аристократка, связанные чем-то, что было сильнее страсти, сильнее разницы в происхождении.
Глава 5
Элия
Я проснулась от знакомого веса его руки на моей талии и ещё более знакомого ощущения — его языка, уже усердно работающего между моих ног. В нашей тесной комнатке за кухней ещё витал запах вчерашнего эля и специй, но настойчивый рот Рогара быстро заставлял меня забыть обо всём.
— Не успела я глаза как следует открыть... — попыталась я протестовать, но он вогнал в меня два пальца, заставив замолчать на полуслове.
— Учимся получать удовольствие в любое время суток, — прохрипел он, ускоряя движения языка.
Рогар
Её утренний вкус сводил с ума — терпкий, насыщенный, с запахом возбуждения. Я приподнял её бёдра, глубже погружая лицо в её влажную плоть. Она пыталась сдержать стоны — в зале уже слышались голоса первых посетителей, доносился звон кружек, но я знал, как заставить её забыть о приличиях.
